home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



10

Викарий Шюке въехал в Рим верхом на лошади. На нем все еще была та одежда, в которой он появился в Соселанже. Прежде чем покинуть монастырь в Труа, он изменил свою внешность, свою походку и даже манеру говорить. А еще он сжег свою рясу, отпустил бороду и прикрыл уже отчасти заросшую тонзуру большой крестьянской шапкой. Благодаря этим усилиям он, как и рассчитывал, стал практически неузнаваемым. В течение долгих недель, проведенных Шюке в стенах монастыря Сестер Марты, викарий из Драгуана очень многому научился. Прежде всего — никому не доверять. Эсклармонда, сестра Роме де Акена, обрекшая себя на заточение в абсолютно темной келье, неожиданно разоткровенничалась с Шюке — совершенно чужим для нее человеком. Благодаря этому Шюке узнал обо всех тех тайнах, окружавших в прошлом его бывшего патрона. Кроме викария, лишь одна аббатиса Дана в свое время узнала, исповедуя Эсклармонду, обо всех этих ужасах, служивших несчастной затворнице поводом для беспрестанных молитв.

От Эсклармонды Шюке узнал обо всем, что связывало ее брата с Альшером де Моза, а также о том, что рассказал своей сестре Акен во время его последнего приезда в Труа. Эсклармонда много молилась, прося у святых совета и позволения — только на этот раз — нарушить данный ею обет молчания относительно всех этих тайн. В конце концов она решилась все рассказать Шюке.

Викарий узнал о прошлом Акена, о его юности, проведенной в Риме. И теперь его скрытность, подавленность, вызванная обнаружением трупов в Домине и проклятой деревни, и, наконец, уже само его убийство вдруг стали понятны: все это было звеньями одной цепи. Шюке вспомнил о тех вопросах, которые ему задавал парижский архивариус, о событиях, связанных с материалами о епархии Драгуан, об убийстве охранника, выведшего викария из Парижа (которое, несомненно, было совершено с целью заполучить остальные письма Альшера де Моза). А еще викарию вспомнился очень странный человек Дени Ланфан, скрывавшийся в Труа и, как удалось выяснить аббатисе, поджидавший Шюке и щедро заплативший нескольким местным жителям, чтобы те вели наблюдение за монастырем.

Проводя долгие дни и ночи в своей келье в монастыре Сестер Марты, Шюке решил записать все, о чем ему рассказала Эсклармонда. Он делал эти записи в двух экземплярах: один из них Шюке передал аббатисе, чтобы она спрятала их в надежном месте, а второй забрал с собой. Он решил покинуть монастырь с наступлением хорошей погоды, разыскать виновников той махинации, которая стоила жизни его бывшему патрону, и публично разоблачить их. Аббатиса Дана помогла викарию: она организовала его тайный выезд ночью из монастыря, дала ему новую одежду, лошадь и значительную сумму денег. Теперь у него была совсем другая внешность и новые, поддельные, документы. Шюке превратился в господина Ансельма де Труа, родственника одной из монахинь-затворниц, пребывающей в обители Святой Схоластики в Риме. Он постарался избавиться от своих монашеских манер, повесил на пояс меч и отправился в путь. С собой Шюке вез рекомендательное письмо от настоятельницы Даны в обитель Святой Схоластики, к ее коллеге по имени Николь. Именно в этом монастыре Шюке и рассчитывал найти себе пристанище по приезде в Рим.


Викарию потребовалось три недели, чтобы преодолеть расстояние, отделяющее Труа от Вечного города. Он явился в указанную ему Даной маленькую обитель, в которой жили около десяти монашек, и представился аббатисе под своим новым, вымышленным, именем. Письмо настоятельницы монастыря в Труа ошеломило Николь: в нем излагалась просьба предоставить пристанище и обеспечить пропитание этому путнику. Аббатиса поначалу хотела воспротивиться — это ведь была женская обитель! Однако письмо было официальным, и, поскольку обитель Святой Схоластики относилась к той же религиозной структуре, что и монастырь Сестер Марты, Николь пришлось пойти на беспрецедентное нарушение существующих правил.

— А с какой целью вы приехали в Рим, господин де Труа? — поинтересовалась аббатиса.

Бывший викарий достал из кармана листок.

— Я впервые в этом городе. Не могли бы вы мне помочь разыскать вот этих людей?

На листке было написано несколько имен: Артем де Малапарт, Артуи де Бон, Доменико Профутурус и Ор де Брейак. Николь внимательно прочла написанное.

— Что касается первых троих, — сказала аббатиса, — то я вообще не знаю, кто они такие. А вот четвертый хорошо известен, однако уже не под этим именем. Его должность и его титул дали ему новое имя. Ор де Брейак — это его высокопреосвященство Артемидор, он канцлер Папы Римского. Это, без сомнения, самый влиятельный человек в Риме, и, чтобы организовать встречу с ним, вам потребуются просто невероятные усилия. Это может оказаться просто невозможным, поверьте мне.

— В таком случае я оставлю это имя там, где оно находится, — сказал Шюке, — то есть в конце моего списка. Я уверен, что если мне удастся поговорить с первыми тремя, то тогда Артемидор сам станет меня разыскивать.


предыдущая глава | Прости грехи наши | cледующая глава