home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



10

— Как вы узнали о нем? — настойчиво спрашивал Гаунт.

Полковник Зорен едва заметно пожал плечами — витриане были скуповаты на жесты.

— Думаю, так же, как и вы. Случайная встреча, некоторая доля взаимного доверия, неформальное взаимодействие в критический момент…

— Послушайте, если вы хотите продолжать этот разговор, вам придется выражаться конкретнее. — Гаунт скептически качнул головой и поскреб острый подбородок. — Если вы и вправду осознаете серьезность происходящего, вы поймете, почему я должен быть абсолютно уверен в своем окружении.

Зорен кивнул. Он окинул взглядом комнату, будто за ними могли следить здесь. Тесная каюта представляла собой довольно унылое зрелище.

— Что ж, мы встретились во время Голодных войн на Идолвильде, года три назад. Мои Драгуны тогда стояли в полисе Кенади, выполняли полицейские функции. Это было еще до голодных бунтов и свержения местного правительства. Человек, которого вы называете Ферейдом, работал под маской торговца зерном Бела Торфута, знатного купца и члена идолвильдского сената. Его маскировка тогда потрясла меня. Я бы ни за что не подумал, что он родом с другой планеты. Один в один как местные. Язык, привычки, жесты…

— Я знаю, как Ферейд работает. Идеальная маскировка и полная интеграция в среду. Это его конек.

— Тогда вы знаете и его образ действия. Его внешняя агентура — те, кого он называет «солью земли Империума».

Гаунт кивнул. Его губы едва заметно изогнулись в улыбке.

— Наш общий друг работает один в крайне опасном окружении. И в одиночестве он весьма уязвим. Поэтому он строит свою агентурную сеть из тех элементов имперского общества, которые, по его мнению, не испорчены властью. В своей борьбе с коррупцией и скверной в рядах имперской бюрократии он не может положиться на Администратум, Министорум или на чиновников вообще — любой из них может быть частью коррумпированной сети. Он рассказывал, что самых надежных союзников всегда находил в Гвардии, в людях, волей обстоятельств попавших в жернова этой борьбы. Простые солдаты редко бывают участниками интриг, поэтому они всегда чисты и надежны. Я и часть моих офицеров стали для него такими союзниками. Он долго и тщательно изучал меня, прежде чем доверить свои тайны. И потратил не меньше времени, чтобы заслужить мое доверие. Так или иначе, в неразберихе восстания витриане оказались его единственной опорой. Как выяснилось, Голодными войнами управляла группа чиновников, связанная с департаментом Муниториум. На их стороне было два полка Имперской Гвардии. Мои Драгуны разбили их.

— Битва при Алтафе. Я читал о ней. Неужели и за этим стояла коррупция в наших рядах?

— Подобные факты обычно умалчиваются, — печально улыбнулся Зорен. — Из соображений морали. Мы тогда расстались друзьями. Признаться, я не ожидал увидеть его вновь.

Гаунт опустился на свою койку и задумчиво подпер голову рукой.

— И теперь вы здесь?

— Уже на пути с Колчеданов мне пришло закодированное сообщение. И сразу после этого — новая встреча.

— Лично?

— Нет, к сожалению. Через посредника.

— Как вы поняли, что этот посредник — тот, за кого себя выдает?

— По некоторым отличительным чертам. Пароли, которыми мы с Белом Торфутом пользовались на Идолвильде. Кодовые слова витрийского боевого жаргона, значение которых мог понять только он. Торфут внимательно изучал «Байхату», наш кодекс войны. Только знающий этот священный текст мог написать то сообщение, которое я получил.

— Так все-таки Ферейд. Значит, мы с вами в одной лодке, Зорен. Почему у меня такое впечатление, что вы знаете больше меня?

Зорен внимательно посмотрел на высокого, крепкого комиссара, расположившегося на койке. Во время боев на Фортис полковник проникся к нему немалым уважением. К тому же его упомянул в своем сообщении Ферейд. Похоже, разведчик доверял Гаунту больше, чем кому-либо в этом секторе. «Больше, чем мне», — подумал Зорен.

— Хорошо, Гаунт, вот что я знаю. Группа высокопоставленных заговорщиков в Генеральном штабе Крестового похода охотится за чем-то очень ценным. Это что-то настолько ценно, что они готовы принести в жертву судьбу всей кампании ради этого. Но ключ к этому сокровищу выскользнул из их рук. И попал к вам, мой друг, так как вы были единственным агентом поблизости.

— Я не агент! — сердито бросил Гаунт и встал.

Зорен поспешно приложил руку к губам. Этим жестом он извинялся за неверно употребленное слово. Гаунт напомнил себе, что полковник неважно изъяснялся на низком готике.

— Доверенное лицо, — исправился он. — Ферейд предусмотрительно собрал вокруг себя друзей во всех концах сектора, к которым он мог бы обратиться в сложной ситуации. Вы были единственным из его друзей на Колчеданах, кто мог бы перехватить этот ключ и сохранить его. Подстроив кое-какие обстоятельства, Ферейд свел нас на одном корабле. Как, по-вашему, мои Драгуны вдруг оказались на «Авессаломе»? Думаю, Ферейд и его люди в штабе военмейстера многим рисковали. Это было весьма дерзкое мероприятие для тайной операции.

— Ваш посредник рассказал вам что-то еще? — поинтересовался Гаунт.

— Мне было велено оказывать вам всю возможную помощь и поддержку. Вплоть до прямого неподчинения приказам начальства.

Комиссару понадобилось несколько мгновений, чтобы осознать все значение этих слов.

— И что потом?

— В инструкции было сказано, что вы сами должны принимать решения. Ферейд не может сейчас вмешаться напрямую, поэтому он доверяет вам этот выбор. До тех пор пока его агентура не сможет снова участвовать в игре, вы должны действовать самостоятельно, исходя из ситуации.

— Но я же ни черта не знаю! — горько усмехнулся комиссар. — Я не понимаю, что и почему происходит! Эти игры теней не для меня!

— Потому что вы — солдат?

— Что?

— Я говорю, это потому что вы — солдат? Как и мне, вам привычнее приказы и прямые действия. Нам нелегко применять методы Ферейда. Мы с вами и вправду «соль земли». На нас можно положиться. Мы откликнемся на зов долга. Но мы неспособны понять принципы тайной войны. В ней невозможно победить лазганами и огнеметами.

Гаунт и Зорен хором обругали Ферейда. И рассмеялись.

— Но, быть может, вам это удастся, — посерьезнел Зорен.

— Почему мне?

— Очень просто. Ферейд решил довериться вам. К тому же вы прежде всего комиссар и уже потом — полковник. Вы — политический офицер. А в этой войне нет ничего, кроме проклятой политики. Интриги. Ведь мы оба были на Колчеданах. Почему он передал ключ вам, а не мне? Почему я помогаю вам, а не наоборот?

Гаунт снова ругнул Ферейда, но на этот раз его голос был ниже и злее.

Он собирался сказать что-то еще, когда на дверь обрушился настоящий град ударов. Комиссар сорвался с места и открыл ее. Снаружи стоял Корбек, запыхавшийся и разъяренный.

— Что? — насторожился Гаунт.

— Вам лучше взглянуть на это, сэр. У нас трое убитых и один в критическом состоянии. Янтийцы пошли на мокрое дело.


предыдущая глава | Первый и Единственный | cледующая глава