home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ПОВОРОТ НА СЕВЕР

23 февраля полк СС «Дер Фюрер» (вернее сказать, группа Кумма, состоявшая из 2 батальонов обоих панцер-гренадерских полков дивизии СС «Дас Райх») провел несколько ограниченных атак на север, прощупывая советскую оборону и перспективы форсирования реки Самара возле села Вербки (в 6 километрах к северу от Павлограда). Неприятель оказывал эсэсовцам активное противодействие. Подразделения 35-й гвардейской стрелковой дивизии, окопавшиеся севернее Павлограда в районах сел Вязовка и Вербки, были усилены частями 16-й гвардейской танковой бригады и 907-м стрелковым полком 244-й стрелковой дивизии (эта дивизия была подчинена 4-му гвардейскому стрелковому корпусу)[350]. Вскоре эти силы начали действовать. В ночь на 24 февраля группа от 15 до 20 танков атаковала немецкий периметр к северо-западу от Павлограда. К часу ночи противник ворвался в северо-западные предместья города и начал продвигаться к центру города.

16-я (саперная) рота Махера (в данный момент — один офицер, три унтер-офицера и 38 гренадер) была поднята по тревоге. Солдаты молча шли по темным улицам Павлограда, ориентируясь на звуки боя. Проходя через широкую аллею, освещенную только вспышками от стрельбы и взрывов, Махер заметил два танка Т-34, стоящих недалеко от позиции 88-мм зенитных орудий. За орудиями не было расчетов — с началом советской атаки они попросту бросили свои орудия и бежали. Решение созрело мгновенно — Махер разделил своих людей на две группы «охотников за танками», одну из которых он возглавил лично, и начал действовать, не забыв при этом отправить связного с докладом о ситуации на ближайший батальонный командный пункт (это был батальон Штадлера).

Танкоистребительные команды начали ползком пробираться к советским танкам. Всего немцы насчитали четыре Т-34, один КВ-1 и семь легких танков (вероятно, из состава 16-й гвардейской танковой бригады), прикрытых пехотой. Из-за этого приблизиться к танкам, чтобы подбить их вручную, не удалось. Тогда два сапера по команде Махера направились к зенитной позиции, пока остальные залегли перед танками. Однако тут выявилась трудность совсем другого рода — никто из солдат понятия не имел, как управлять подобным орудием. Но выбора у них не было, тем более что вражеские танки стояли на дистанции всего в 50—100 метров. Припомнив, чему их учили на учениях, эсэсовцы зарядили пушку, выстрелили наугад и, как и следовало ожидать, — промазали. Вреда противнику этот выстрел не принес, но без внимания не остался, и два незадачливых артиллериста были вынуждены как можно быстрее искать какую-либо щель от града пуль, который обрушили на них красноармейцы. К счастью для немцев, на позицию прибыл роттенфюрер СС из зенитного расчета, имевший приказ помочь гренадерам в управлении незнакомым орудием. С его помощью, как только советский огонь немного стих, орудие зарядили снова, но теперь уже наведение не подвело, и зенитка наглядно продемонстрировала, на что способна, — ближайший Т-34 загорелся. В рядах противника возникло замешательство, пехотинцы снова открыли огонь по расчету орудия, а танки начали движение, чтобы выйти из сектора обстрела зениток. Этой неразберихой Махер воспользовался сполна. Ему удалось приблизиться к одному из танков, заложить заряд под его башню и зажечь шнур. Прогремевший взрыв сорвал башню с танка, машина была уничтожена[351]. Тем временем еще два танка превратились в огромные костры, пораженные точными выстрелами из зенитки. В итоге противник отступил, укрывшись в темноте.

Однако на этом дело не закончилось. В 04.15 неприятель появился снова — пехота, поддерживаемая десятью танками, атаковала позиции роты. Хайнц Махер лично повел своих людей в контратаку, ударив во фланг наступающего противника, в секторе кладбища возле церкви. Среди старых могил закипел рукопашный бой. В итоге саперы очистили от советских солдат территорию кладбища, на поле боя осталось 40 погибших красноармейцев. Противник отошел и закрепился в районе между церковью и кладбищем. Его нужно было немедленно выбить оттуда, но имевшихся у Махера сил для этого явно не хватало. К счастью для эсэсовцев, к ним подошло подкрепление — 2-я батарея штурмовых орудий Крага и 7-я рота Райтценштайна из 2-го батальона полка СС «Дер Фюрер». Искусно маневрируя, немецкие самоходки уничтожили противотанковое орудие и шесть пулеметов. Это ослабило советскую оборону, и гренадеры без труда смогли сломить вражеское сопротивление[352]. Более 300 погибших красноармейцев насчитали немцы на поле боя. Отделение унтершарфюрера СС Эвальда Эхма из роты Махера атаковало отходящую группу красноармейцев из 50 человек и в рукопашном бою уничтожило их всех — до последнего человека[353]. Потери немцев были минимальны, а что касается 7-й роты, то она, благодаря умелым действиям самоходчиков, вообще не понесла потерь.

Так что сильная советская атака с северо-востока на Павлоград была отражена умелыми, а главное, решительными действиями эсэсовцев. Еще одним отличившимся в бою был гауптшарфюрер СС Эрнст Швайгер, командир противотанкового взвода 8-й роты, который под огнем противника выкатил свое 50-мм противотанковое орудие на прямую наводку и подбил два танка. После того как советская атака была отражена, на плечах у противника эсэсовцы продвинулись вперед и заняли лес северо-западнее города.

1943. Дивизия СС «Рейх» на Восточном фронте

Герт фон Райтценштайн

Утром 24 февраля началась немецкая атака на Вербки. Понимая, что на кону стоит очень многое, красноармейцы яростно сопротивлялись. Первая атака на Вербки успеха немцам не принесла. Днем 2-й батальон полка СС «Дойчланд» при поддержке самоходок Крага снова атаковал Вербки. Красноармейцы оказывали упорное сопротивление, даже после обработки советских позиций авиацией перелом не наступил. Самоходки Крага вышли к мосту на юго-западной окраине деревни, однако мост был взорван прямо у них «перед носом». Впрочем, Краг взял своеобразный реванш, открыв огонь через реку, подавил огневые точки и отогнал вражескую бронетехнику. Благодаря этому гренадеры 6-й роты и саперы смогли ворваться в юго-западную часть деревни. Но даже теперь решающий успех не был достигнут. К 14.00 Отто Кумм только и смог, что взять под контроль северную и восточную окраины села. Однако поскольку к 13.45 дивизия СС «Тотенкопф» разгромила 1-й и 2-й батальоны 907-го стрелкового полка и овладела селом Вязовка (севернее), то красноармейцы начали отходить из Вербков. Организованно отступление провести не удалось, а Кумм сполна использовал появившуюся возможность, разгромив в Вербках штаб 244-й стрелковой дивизии (при этом погибло 75 % личного состава штаба[354]), и продвинулся дальше.

Обстановка была сложная, противник был еще повсюду, и поэтому в порядке вещей были трудности с идентификацией войск на поле боя. В итоге авангард полка СС «Дер Фюрер» подвергся танковому обстрелу с высоты на расстоянии приблизительно в 500 метров. К вящему удивлению Отто Кумма, это оказались свои — передовые отряды дивизии СС «Тотенкопф». По радио им было отправлено сообщение: «Не стреляйте по нам. Мы — передовой отряд «Дас Райх»». Лаконичный ответ пришел незамедлительно: «Что ж, мы открываем огонь только по стоящим целям!»[355]. К счастью, полк СС «Дер Фюрер» в этом «столкновении» потерь не понес.

За несколько часов до этого, в этот же день, 24 февраля, командир 2-го взвода 1-й роты разведывательного батальона Йоханнес Шерг получил приказ выйти из Павлограда в разведывательный рейд, с целью установить контакт с дивизией СС «Тотенкопф». По пути он наткнулся на несколько вражеских танков и был вынужден повернуть к Новомосковску. Тем не менее рейд прошел очень удачно — за три дня Шерг, преодолев 180 километров пути, собрал ценный разведывательный материал, уничтожил вражеский кавалерийский эскадрон и одну транспортную колонну.

Новой целью наступления дивизии был объявлен важный железнодорожный узел Лозовая, лежащий почти в 50 километрах северо-восточнее Павлограда. В приказе по Танковому корпусу СС № 6 от 24 февраля говорилось, что на рассвете 25 февраля будут введены в действие: «а) Дивизия СС «Дас Райх» из района вокруг Вербок своим основным составом через Морозовский, Юрьевку, Жемчужное на Лозовую; б) дивизия СС «Тотенкопф» из района вокруг Орельки на Панютино»[356]. Теперь обе эсэсовские дивизии развернули совместное наступление. Слева от «Дас Райх» шел полк СС «Туле» Отто Баума.

В 04.30 25 февраля дивизия СС «Дас Райх» ударила на Лозовую. В первом эшелоне наступал полк СС «Дер Фюрер», во втором шел полк СС «Дойчланд». Мотоциклетный батальон прикрывал правый фланг дивизии. Что касается противника, то с 24 февраля 6-я армия официально перешла к обороне. 25 февраля, пытаясь сдержать натиск двух эсэсовских дивизий, командир 4-го гвардейского стрелкового корпуса генерал-майор Н.А. Гаген бросил в сдерживающие бои против эсэсовцев остальные части подчиненной ему 244-й стрелковой дивизии. Результата это не дало никакого, а советские войска понесли дополнительные тяжелые потери. Так, 911-й стрелковый полк дивизии был застигнут эсэсовцами на марше в районе Крыштоповки (30 километров к северо-востоку от Павлограда) и почти сразу же разгромлен. После этого в бой был введен пулеметный батальон, а затем, на подступах к Крыштоповке, — учебный батальон дивизии. Однако обе этих воинских части также были разгромлены, даже не сумев оказать эсэсовцам внятного сопротивления. В ходе атаки Карл Клосковски, чей танковый взвод возглавлял одно из направлений атаки, разогнал целый батальон советской пехоты — обращенные в бегство красноармейцы побросали оружие, в руки немцев попали значительные трофеи. Как вспоминал Отто Кумм, противник лишь «местами оказывал упорное сопротивление. В большинстве случаев он двигался крупными колоннами, перерезая пути нашего наступления на пересеченной местности. Мы обстреливали эти вражеские подразделения из всего оружия, и единственное затруднение, которое они нам доставляли, это то, что они отвлекали нас от нашего наступления»[357]. Из ученых об этом весьма метко выразился английский военный историк К. Симп- сон: «Для солдат СС это было похоже на полевые учения, только с настоящими боеприпасами и живыми мишенями. Грохоча по замерзшей степи, эсэсовские моторизованные колонны часто расстреливали отступающих русских с дистанции менее чем в 30 метров»[358]. Как отмечал командир 244-й стрелковой дивизии полковник Афанасьев, «части дивизии вводились в бой с марша, по частям, в момент ведения противником наступления. Практически дивизия потеряла боеспособность»[359].

1943. Дивизия СС «Рейх» на Восточном фронте

Отто Кумм

25 февраля, во время марша на Лозовую, на подступах к селу Юрьевка (около 25 километров к северу от Павлограда), смертельное ранение получил неоднократно отличавшийся в боях командир 3-й роты противотанкового дивизиона гауптштурмфюрер СС Виктор Шуберт. Пуля попала ему в голову, когда он высунулся из башни своего командирского Pz-III «Сатана». Он умер почти сразу же, а дивизия потеряла очень популярного офицера, всю 3-ю роту охватил траур. На посту командира роты его заменил оберштурмфюрер СС Вольфганг Отто[360], до этого адъютант дивизиона (новым адъютантом назначили унтерштурмфюрера СС Фридриха Бриттингера[361]).

В 08.45, после короткого, но жестокого боя, было взято село Жемчужное. 9-я рота Густава Брауна[362] из полка СС «Дер Фюрер» стремительным броском одну за другой заняла деревни Марийское, Новоивановка и Дмитриевка. Когда после этого темп наступления роты несколько спал, Браун лично возглавил передовой отряд и возобновил атаку. В итоге ему удалось захватить позиции для последующего броска на Лозовую. На поле боя ротой было захвачено: одна 105-мм гаубица, два 76,2-мм орудия, одна 20-мм зенитка, несколько тяжелых пулеметов, четыре 80-мм миномета, четыре 120-мм миномета, 12 грузовиков, один тягач. Погибло 56 красноармейцев.

Таким образом, к двум часам дня полк СС «Дер Фюрер» вышел на южные подступы к Лозовой. Полк СС «Дойчланд» наступал на Веселое (10 километров к северо-западу от Лозовой). Правый фланг «Дас Райх» обеспечивал мотоциклетный батальон Фика, на острие наступления которого шла 3-я рота Германа Буха, поддержанная взводом самоходных зениток и штурмовыми орудиями Крага. За несколько часов марша рота прошла почти 70 километров.

В Лозовой оборонялась 58-я гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора Д.С. Жеребина (присланная из резерва Юго-Западного фронта), поддержанная танками 1-го гвардейского танкового корпуса и отдельными подразделениями 41-й гвардейской стрелковой дивизии[363]. Советские гвардейцы собирались дать эсэсовцам решительный бой. Один на один должны были сойтись элитные дивизии противоборствующих армий!

На подходах к Лозовой немцев встретил ураганный огонь. Но, вопреки ему, 3-й батальон Винценца Кайзера, силами 10-й и 11-й рот, ворвался в город с запада, а 9-я и 12-я роты атаковали вдоль железнодорожной насыпи. Немецкое продвижение было крайне медленным из-за яростного сопротивления противника. 9-я рота сумела отбить сильную вражескую контратаку, направленную во фланг батальона. После этого советское сопротивление немного спало, и гренадеры продвинулись вперед.

2-й батальон Сильвестра Штадлера атаковал вдоль железнодорожной линии, проходящей через заводской район, где втянулся в упорные бои за местный заводской комплекс и железнодорожные депо. С трудом пробившись к середине комплекса, батальон был остановлен минометным и пулеметным огнем противника. А появление танков Т-34 вообще заставило Штадлера отвести своих людей. Почувствовав, что враг отходит, красноармейцы организовали серию сильных контратак и едва не вышибли Штадлера из города — только благодаря хорошо поставленному огню 2-го дивизиона артиллерийского полка эсэсовцам удалось удержать свои позиции. Именно немецкая артиллерия, точно посылавшая снаряды за несколько метров перед позициями гренадер, остановила советские контратаки против обоих батальонов. Воспользовавшись моментом, Штадлер контратаковал. Теперь противники поменялись ролями — сейчас эсэсовцы преследовали гвардейцев, не давая им зацепиться за новую оборонительную линию. Штадлера поддерживали самоходки и пикировщики «Штука». Красноармейцы попытались контратаковать, ударив по 5-й и 7-й ротам, однако эта слабая попытка была легко отбита взводом из 7-й роты гауптшарфюрера СС Германа Кнауфа. К вечеру 25 февраля городской вокзал был в руках эсэсовцев. Всего в ходе боевых действий 24–25 февраля частями дивизии было уничтожено 14 советских танков[364].

Казалось, все складывается как нельзя лучше — западная часть и около половины южной части Лозовой были под контролем, и противник скоро будет обращен в бегство. Но не тут-то было. Красноармейцы отчаянно дрались за каждую улицу, каждый дом, каждый метр территории. И в итоге добились некоторого успеха, когда вечером 9-я рота оберштурмфюрера СС Густава Брауна из 3-го батальона углубилась в западные кварталы города. Вместе с этой ротой находился и сам Винценц Кайзер с батальонным штабом[365]. Решение это было рискованным и имело тяжелые последствия: неожиданная решительная контратака советских гвардейцев отрезала роту и штаб от батальона. Впрочем, эсэсовцы самообладания не потеряли: под руководством Кайзера и Брауна они быстро закрепились в домах и заняли баррикады[366] поперек улиц, приготовившись к отпору.

В окружении 9-я рота провела почти сутки. В ходе этих тяжелых боев 2-й дивизион артиллерийского полка, при помощи передовых наблюдателей, продемонстрировал 9-й роте, по словам Кумма, «искусство артиллерийского огня»[367]. Наблюдатель, гауптшарфюрер СС (имя его неизвестно), направлял огонь батарей так, что снаряды падали всего в нескольких метрах перед позициями роты, поддерживая окруженных огнем, когда вражеское давление становилось слишком сильным.

Остальные части батальона также подверглись сильным контратакам врага. Обершарфюрер СС Алоис Пильгершторфер со своим взводом занял несколько домов, которые оборонял от яростных атак советских гвардейцев. Даже привлечение тяжелой артиллерии, 122-мм орудий, не позволило красноармейцам сломить немецкое сопротивление на его участке.

1943. Дивизия СС «Рейх» на Восточном фронте

Алоис Пильгершторфер

В ночь на 26 февраля на поле боя опустилось затишье, объясняемое тем, что обе стороны были предельно измотаны тяжелым боем, продолжавшемся целый день. С первыми лучами солнца 26 февраля сражение возобновилось. В помощь полку СС «Дер Фюрер» были направлены две роты мотоциклетного батальона (который до этого сражался вместе с полком СС «Дойчланд»), они должны были ударить с севера, и 2-я батарея штурмовых орудий Эрнст-Августа Крага, получившая задание обойти позиции противника с фланга и ударить по южной и восточной частям Лозовой. Как оказалось, кардинально на ситуацию это не повлияло. Едва начавшись, атака мотоциклистов увязла под шквальным огнем противника. Более того, при поддержке танков красноармейцы контратаковали мотоциклистов и почти выбили их из города. В бою 26 февраля был ранен оберштурмфюрер СС Герман Бух, командир 3-й роты мотоциклетного батальона. Роту возглавил унтер- штурмфюрер СС Арнольд Хансен.

Батальон Штадлера также был атакован. Гвардейская стрелковая рота, при поддержке трех танков Т-34, ударила во фланг и быстро создала эсэсовцам очередную критическую ситуацию. Оборонявшиеся на этом участке эсэсовцы были оттеснены, и танки двинулись по узким улочкам, сметая из пушек и пулеметов любое сопротивление. К счастью для немцев, недалеко оказались самоходки Крага, которые решительно вмешались в происходящее, атаковав танки с фланга. Самоходки были не видны танкистам, и два Т-34 были подбиты. Один из танков был на счету унтершарфюрера СС Альфреда Иделя. Хотя последний советский танк сумел отойти, но положение для немцев было спасено. После уничтожения танков гренадеры Штадлера атаковали, отбросили вражеских пехотинцев и окончательно стабилизировали положение. Поддержанные самоходками Крага гренадеры методически, один за другим, уничтожали пункты сопротивления противника. В продолжившемся бою самоходки Крага уничтожили еще девять танков Т-34 и столько же пулеметных точек[368].

Днем в действие пришла артиллерия дивизии, а над городом снова появилась немецкая авиация. Аккуратными, точечными ударами пикировщики уничтожали узлы сопротивления, правда, на скорости продвижения вперед эсэсовцев это особо не отразилось. В итоге южная часть Лозовой была взята, 2-й батальон Штадлера добрался до церкви в южном квартале города. В бою снова отличился взвод гауптшарфюрера СС Кнауфа. Кроме этого, гауптшарфюрер СС Швайгер из 8-й роты со своим 50-мм противотанковым орудием выиграл огневую дуэль с советским танком. Во второй половине дня батальон Штадлера начал продвигаться к центру города. Это снизило вражеское давление на 3-ю роту мотоциклетного батальона, и она также немного продвинулась вперед. Однако 3-й батальон Кайзера не мог похвастаться серьезными успехами за день 26 февраля.

Пока полк СС «Дер Фюрер» штурмовал Лозовую, 25 февраля полк СС «Дойчланд», поддержанный мотоциклетным батальоном, дошел до южной части Самойлово и атаковал противника к востоку от Веселого. Однако вскоре мотоциклетный батальон перебросили для усиления удара на Лозовую, и полк СС «Дойчланд» увяз у Веселого, северо-восточнее Лозовой. Поскольку Лозовая оказалась крепким орешком, в 14.30 26 февраля Герберт Валь прибыл на командный пункт полка СС «Дойчланд» и приказал Хармелю ударить на Лозовую с востока и северо-запада. Атаку должны были поддерживать оставшиеся танки дивизии. Некогда сильный танковый полк «Дас Райх» теперь состоял всего из 19 боеспособных танков, 14 из которых были Pz-III[369]. Также в полку было пять Pz-IV и три командирских танка.

Дивизион штурмовых орудий располагал 16 самоходками. Одновременно разведывательный батальон Ханса Вайсса был направлен, чтобы усилить атаку полка СС «Дер Фюрер».

2-й батальон Биссингера подошел к Лозовой с севера, где мотоциклисты Якоба Фика так и не добились никакого прогресса, а 1-й Эхрата — с северо-запада. Оба эти батальона также столкнулись с упорным сопротивлением. Танки Т-34 были скрыты в руинах домов и прикрыты пехотой. К ним было крайне трудно подобраться, чтобы уничтожить связками гранат или минами, так как сперва нужно было уничтожить пехотное прикрытие. Очень часто гренадеры даже не замечали опасности, до того как танковые орудия не открывали огонь. Задействовать противотанковую артиллерию немцы также не могли: противник немедленно выбивал расчеты орудий пулеметным или минометным огнем или же снайперами.

К 16.00 26 февраля части полка СС «Дойчланд» наконец перерезали в Лозовой железнодорожную линию на северо-запад. Советские войска были оттеснены в северные окраины города, где и закрепились в заводском комплексе, растянувшемся на более чем три километра. 2-я рота полка СС «Дойчланд» оберштурмфюрера СС Карла Буркхардта получила приказ установить связь с 3-м батальоном полка СС «Дер Фюрер». В самом начале атаки Буркхардт был тяжело ранен, и роту возглавил батальонный адъютант оберштурмфюрер СС Антон Айхнер. В тяжелом бою он прорвал оборонительные порядки красноармейцев возле железнодорожной линии и пробился к окруженной 9-й роте полка СС «Дер Фюрер».

Вечером, в 19.00, красноармейцы, при поддержке танков, перешли в контратаку на северо-западе Лозовой, против частей полка СС «Дер Фюрер» и мотоциклетного батальона. Сначала гвардейцам удалось добиться частных успехов, потеснив немцев, однако затем в дело вмешался полк СС «Дойчланд» с танками и самоходками. В бою были подбиты шесть танков Т-34, трофеями эсэсовцев стали 20 орудий, а красноармейцы частично были уничтожены. Вечером была закрыта брешь между обоими батальонами полка СС «Дер Фюрер», и теперь у полка появилась единая линия фронта.

В 08.00 27 февраля, после удара пикирующих бомбардировщиков по северо-восточному району Лозовой, полк СС «Дойчланд» атаковал вдоль железнодорожной линии, которая вела в восточную часть Лозовой. В 10.00 к атаке подключился и мотоциклетный батальон, усиленный самоходками Крага, атаковавший из северо-восточной окраины города, с приказом поддержать атаку Хармеля.

Красноармейцы имели хорошие позиции в районе железнодорожной станции и вдоль железнодорожной насыпи, с которых перекрывали все подступы к городу и держали эсэсовцев из полка СС «Дойчланд» под пулеметным и минометным огнем. Если бы не штурмовые орудия 3-й батареи Зигфрида Кеппа, то немцам пришлось бы туго. Самоходкам удалось занять удобную позицию, откуда они открыли огонь прямой наводкой по противнику. Затем в небе над полем боя снова появилась авиация. Обработка советских позиций бомбами сделала свое дело — красноармейцы начали отходить. Сама станция была взята двумя боевыми группами из 2-го батальона полка СС «Дойчланд», причем одну из групп возглавил сам командир батальона Биссингер, несмотря на то что к этому моменту он был ранен. Отбросив противника, гренадеры на этом участке обеспечили базу для продолжения атаки на Лозовую. На поле боя осталось около 300 погибших красноармейцев. Было захвачено или уничтожено восемь тяжелых минометов, три легких противотанковых орудия, четыре противотанковых орудия калибра 76,2 мм, 18 тяжелых пулеметов, 27 легких пулеметов, пять противотанковых ружей, 250 винтовок, 42 саней и много другой экипировки[370].

В преследование противника была брошена 16-я рота Хайнца Махера и части 1-го батальона Фрица Эхрата. Красноармейцы отходили по открытой заснеженной местности, и кружащие над полем боя «Штуки» также атаковали отступающих, расстреливая их из пулеметов. В итоге эсэсовцам удалось наконец захватить село Веселое и часть железнодорожного пути возле черепичного завода. Батальон Эхрата вышел к точке на северо-восточной окраине Лозовой, недалеко от села Михайловка. Одновременно с севера подошли части дивизии СС «Тотенкопф», и город практически оказался в окружении. После этого советские части начали отходить из Лозовой.

Тем временем штурм Лозовой развивался по всем направлениям. 3-я батарея штурмовых орудий углубилась в северо-западные районы города практически без пехотного прикрытия. Зигфриду Кеппу и его людям удалось уничтожить большое число советских опорных пунктов и противотанковых орудий (позже наступающие пехотинцы насчитали 12 противотанковых орудий, уничтоженных людьми Кеппа). В бою отличился гауптшарфюрер СС Альфонс Штегмайер[371] из батареи Кеппа. Однако в бою на узких городских улочках 3-я батарея была атакована с фланга тремя танками Т-34. Самоходка Кеппа была сразу же подбита, а сам он — тяжело ранен[372]. К счастью для него, другие орудия его батареи подожгли два из трех Т-34. Тем временем гауптшарфюрер СС Штегмайер вытащил раненого Кеппа из горящей самоходки. На посту командира батареи Кеппа заменил оберштурмфюрер СС доктор Вольфганг Роехдер. Его батарея присоединилась к 3-му батальону полка СС «Дер Фюрер» в западных районах города.

3-й батальон полка СС «Дойчланд» также подключился к штурму Лозовой. 9-я и 11-я роты, под общим командованием командира 11-й роты Ульманна, контратаковали противника во фланг и в рукопашном бою захватили вражеские позиции. Рудольф Ульманн, лично возглавлявший атаку, особенно отличился в этой схватке. Вскоре красноармейцы перед фронтом батальона Вислицени были обращены в бегство. На поле боя немцы насчитали более 300 погибших красноармейцев, были захвачены крупные трофеи.

Между тем 2-й батальон полка СС «Дер Фюрер» вместе с присоединившимися к нему самоходками Крага продвигался в северные районы Лозовой, захватывая квартал за кварталом. Противотанковый взвод Швайгера из 8-й роты снова показал свою высокую боеспособность — когда рота попала под фланговый огонь двух советских пушек, Швайгер развернул два орудия своего взвода и подавил обе вражеские пушки. Из-за его своевременной и эффективной реакции рота смогла продолжить атаку[373].

3-й батальон Кайзера вместе с самоходками Роехдера и разведывательным батальоном добивал остатки советских сил в индустриальном районе. В бою снова отличилась 9-я рота Густава Брауна. На этот раз трофеями эсэсовцев стал 18-тонный тягач, одна полевая гаубица, две 76,2-мм противотанковые пушки и большое количество амуниции[374]. При штурме индустриального района командир 2-й зенитной батареи Отто Райманн[375], выдвинув одно из своих 8 8-мм орудий на прямую наводку, подбил один танк и одно противотанковое орудие противника. Позже Райманн разместил 20-мм зенитку недалеко от железной дороги, откуда мог легко простреливать дорогу на Панютино, предотвратив организованный отход противника по этой дороге.

В 15.00 батальон Штадлера достиг района, контролируемого полком СС «Дойчланд». Советское сопротивление потихоньку стихало. К 16 часам 27 февраля Лозовая окончательно оказалась в немецких руках, хотя отдельные мелкие очаги сопротивления и снайперы еще держались в юго-восточной части города. К 1 марта были подавлены и они (по советским данным, Лозовая была взята немцами только 1 марта 1943 года[376]).

В ходе боев в Лозовой полк СС «Дер Фюрер» понес тяжелые потери, среди погибших был неоднократно отличавшийся в боях обершарфюрер СС Кёк из 9-й роты. Также был тяжело ранен уже упоминавшийся унтерштурмфюрер СС Эдмунд Никманн. Он был эвакуирован в полевой госпиталь в Днепропетровске, где и скончался 7 марта 1943 года. В боях в Лозовой снова хорошо проявил себя врач 3-го батальона гауптштурмфюрер СС доктор Шпильбергер. В сопровождении санитара унтершарфюрера СС Рихтера Шпильбергер, не обращая внимания на противника, самоотверженно оказывал помощь раненым бойцам 9-й роты.

В целом сам факт того, что целая панцер-гренадерская дивизия в ходе важнейшей наступательной операции была задержана в районе Лозовой более чем на двое суток, весьма показателен. К сожалению, отечественные историки практически не упоминают об этом факте, и о героизме советских солдат нам приходится узнавать из зарубежных исследований. Сражение за Лозовую стало для «Дас Райх» одним из самых трудных за всю операцию.

К концу дня 27 февраля в дивизии СС «Дас Райх» осталось на ходу только 11 танков плюс две командирских машины. Дивизион штурмовых орудий располагал 12 самоходками[377]. Плохо обстояло дело и с «Тиграми». Как мы помним, на 25 февраля боеспособных «Тигров» в «Дас Райх» насчитывалось три единицы. Однако вскоре они, в силу разных причин, вышли из строя. Самый курьезный эпизод случился как раз 25 февраля, когда командир 8-й роты Фриц Херциг побился об заклад с офицерами Люфтваффе, что один из его «Тигров» сможет пересечь реку по льду (что именно за река, точно неизвестно, но, судя по всему, — Самара). Когда 55-тонный танк (к сожалению, номер танка неизвестен) выехал на лед, последний, естественно, не выдержал, и машина провалилась под воду. Чтобы его вытащить, пришлось задействовать три танка Pz-III и два 18-тонных тягача, после чего танк отправили на ремонт в Днепропетровск. Рапорт об этом инциденте дошел до самой штаб-квартиры фюрера[378] (забегая вперед, заметим, что Херциг очень легко отделался, только 29 марта он был снят с поста командира роты, однако в перспективе этот эпизод не помешал ему сделать достаточно успешную карьеру).

Также отметим, что 25 февраля в танковом полку произошли некоторые должностные изменения. Неоднократно отличавшийся в боях Карл-Хайнц Лоренц[379] был назначен адъютантом полка, а его 2-ю танковую роту возглавил оберштурмфюрер СС Гюнтер Шонтаубе[380], переведенный из 8-й (тяжелой) роты.


ПАВЛОГРАД И СИНЕЛЬНИКОВО | 1943. Дивизия СС «Рейх» на Восточном фронте | УДАР НАБИРАЕТ СИЛУ