на главную | войти | регистрация | DMCA | контакты | справка |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


моя полка | жанры | рекомендуем | рейтинг книг | рейтинг авторов | впечатления | новое | форум | сборники | читалки | авторам | добавить
фантастика
космическая фантастика
фантастика ужасы
фэнтези
проза
  военная
  детская
  русская
детектив
  боевик
  детский
  иронический
  исторический
  политический
вестерн
приключения (исторический)
приключения (детская лит.)
детские рассказы
женские романы
религия
античная литература
Научная и не худ. литература
биография
бизнес
домашние животные
животные
искусство
история
компьютерная литература
лингвистика
математика
религия
сад-огород
спорт
техника
публицистика
философия
химия
close

реклама - advertisement



Фильм о «Нормандии-Неман»

Любопытно, что, несмотря на громкую славу, особенные романтические и героические обстоятельства истории «Нормандии-Неман», большое количество книг, статей и документальных фильмов, до сих пор снят только один художественный о легендарном французском авиаполке, не считая десятиминутного эпизода в киноэпопее «Освобождение».

Это первый совместный франко-советский фильм Раймона Древилля «Нормандия-Неман», вышедший на экраны в 1960 году.

Этот фильм представляет квинтэссенцию легенды о «Нормандии-Неман» и является главным источником ее популярности. До сих пор большинство людей судит об этой группе по этому фильму, и даже слово «эскадрилья» по отношению к полку, состоявшему из 4 эскадрилий, приклеилось из-за этого фильма.

История создания его не менее увлекательна, романтична и трагична, чем история самой «Нормандии-Неман». И заслуживает того, чтобы о ней немного рассказать.

Инициатором и автором первого сценария стала в 1946 г. супруга писателя коммуниста Луи Арагона французская писательница Эльза Триоле. Она же Элла Юрьевна Каган, которая родилась 12 сентября 1896 г. в Москве в семье адвоката и пианистки. С детства увлекалась литературой и поэзией. На одном из литературных вечеров познакомилась с Владимиром Маяковским, который стал за ней ухаживать. Однажды он пришел с новой поэмой, которую написал для нее. Элла привела его в дом своей старшей сестры Лили, которая в то время уже была замужем и носила фамилию мужа — Брик. Маяковский забыл про Эллу и посвятил поэму «Облако в штанах» Лили и остался у нее жить. А Элла вышла замуж за Андре Триоле и уехала с ним во Францию, где стала Эльзой Триоле.

Андре Триоле перевели служить на Таити, где Эльза тяжело переносила тропический климат, и в конце концов они разошлись. Она вернулась в Европу, где погрузилась в мир русской эмиграции. После неудачного романа с Виктором Шкловским в Берлине в 1924 г. переехала в Париж. В 1925 г. вышла ее первая книга, и она впервые встретила Арагона. До встречи с ним и первое время после она писала по-русски. Три ее первые книги вышли в Париже на русском языке. Арагон в то время уже побывал в России и был в восторге от свершений в СССР. Вступил в компартию Франции, что позволяло ему с женой посещать Советский Союз. Женой стала Эльза.

Во время войны она вместе с Арагоном участвовала словом в Сопротивлении. Под чужой фамилией в Ницце они писали воззвания. За написанный в годы войны сборник рассказов о Сопротивлении «За порчу сукна — штраф двести франков» она получила Гонкуровскую премию. В 1946 г. она присутствует на Нюрнбергском процессе. Переводит на французский книги Чехова и стихи Маяковского.

В 1957 г. Арагон получает международную Ленинскую премию, а она премию за роман «Незваные гости», направленный против антисемитизма. В том же году в романе «Монумент» она первый и последний раз критикует Сталина.

В 1963 г. переводит на французский Солженицына. В 1965 г. выступает с заявлениями, что в СССР фальсифицировали биографию Маяковского, и пишет две книги о нем. В 1968 г. вместе с Арагоном подписывает письмо протеста против ввода советских войск в Чехословакию. Скончалась в 1970 г. от сердечной недостаточности. Похоронена в одной могиле с Арагоном в их имении Мулен-де-Вильнев возле Рамбуе. За свою жизнь написала 33 книги и сценарий фильма «Нормандия-Неман»…

Первый вариант сценария она написала в 1947 г. Он не был принят из-за протестов офицеров авиаполка. Видоизмененый вариант сценария приняла к реализации киностудия «Азюр». Далее начался длительный, нервный и трагический процесс согласования.

Прежде всего в 1947 г. началась холодная война. Франция выслала военного атташе СССР и потребовала вывода советских войск с французской территории, а полк «Нормандия-Неман» из Ле Бурже перевели в Марокко. Идея фильма была не совсем своевременна. И в СССР тоже идею фильма приняли не сразу. В сценарии Эльзы Триоле натурные съемки в Советском Союзе занимали большую часть фильма, действие происходило в Москве, Туле, под Орлом и в Прибалтике и заканчивались триумфом в Ле Бурже. Советские власти настороженно восприняли эту идею и предложили снять «натуру» без французов, а затем по сметной стоимости переслать во Францию. Кроме того, опасаясь антисоветской пропаганды, потребовали совместной реализации и включения в состав сценаристов своего автора. Благодаря Илье Эренбургу это все удалось более-менее урегулировать, правда, самому ему в соавторстве отказали и утвердили Константина Симонова.

Теперь уже французы начали опасаться активного скатывания в просоветскую пропаганду. Фильм взяли под контроль министерства иностранных дел обеих стран.

В работу над фильмом включились пилоты, бывшие и действующие, «Нормандии-Неман», и киностудия потребовала согласования с ними сценария. Мнения пилотов разделились поровну. Условно говоря, на «русскую» партию, руководимую киевлянами Фельдзером и Лебединским, при участии Игоря Эйхенбаума. И «французскую» под началом действующего командира «Нормандии-Неман» кавалера орденов Боевого Красного Знамени и Александра Невского майора Матраса и Героя Советского Союза Жака Андре, настроенных категорически против фильма в том виде, как его предлагала Эльза Триоле.

Полковник Дельфино, например, писал в своем отзыве на сценарий, что «в нем русские представлены рыцарями без страха и упрека и без малейшего изъяна. И хотя так оно и было на самом деле, французы в сценарии на этом фоне выглядят весьма уныло».

Капитан Фельдзер, в целом одобряя, считал, что Триоле перегнула с любовными сценами, и просил их убрать. Впрочем, на этом настаивали обе группы хором. Особенно всех огорчил эпизод с гибелью секретаря «Нормандии-Неман» советской девушки Нины Горчаковой, у которой был роман с Марселем Альбером и которая погибла в конце войны. В сценарии сцена гибели выглядела так, что во всем был виноват французский летчик. Эта сцена не была принята никем из пилотов, кроме того, она повлияла на то, чтобы вывести летчиков в фильме под псевдонимами.

Герой Советского Союза Жак Андре писал: «Плачущий пилот это хуже, чем плохой пилот, потому что такого не было. Мы не плакали, когда теряли товарищей во время войны, мы мстили за них. Умирающие в госпиталях пилоты не произносили многословных и бессмысленных монологов»[128].

В одном из эпизодов, по замыслу Эльзы Триоле, появлялась эскадрилья советских Яков с пилотами-женщинами, что тоже вызвало недовольство. Летчики считали, что их пытаются показать легкомысленными ловеласами, которые во время войны только и делали, что «шлялись по бабам», в то время как эти самые «бабы» сбивали за них немецкие самолеты.

Часть считала, что фильм получается слишком документальным и лучше его сделать в стиле американских развлекалок, другие, как майор Матрас, наоборот, полагали, что фильм мало документален и легкомыслен, настаивая на создании киноэпопеи, и требовали включения в состав авторов сценария кого-нибудь из бывших пилотов.

Все кончилось тем, что в 1948 г. киностудия «Азюр» разорвала договор с Эльзой Триоле и прекратила работу над фильмом «до достижения согласия между автором и пилотами». И хотя согласие и было в конце концов достигнуто, эта студия больше не возвращалась к фильму.

Идея была воскрешена в 1957 г. по инициативе «Мосфильма». В этот раз начали с продюсера. Любопытно, что, по инициативе советской государственной киностудии № 1, им стал белоэмигрант Александр Каменка (в русскоязычном варианте фильма его фамилия в титрах отсутствует). Александр Каменка — во время Гражданской войны выехал в Париж, где создал киностудию «Ермольев и Каменка», из которой после переезда партнера в Мюнхен возникла студия «Альбатрос», которая снимала фильмы с участием русских актеров. Она исчезла в конце 30-х, как с выходом в тираж артистов, так и окончательной победой звука — в те времена еще не додумались дублировать одного актера голосом другого.

Эмигрант Каменка хотя и согласился на участие Эльзы Триоле в фильме, нанял другого сценариста бельгийца Шарля Спаака, работавшего с Дювивье, Ренуаром, Фейдером. Кроме того, он родной брат бельгийского премьер-министра, ярого антисоветчика Поля-Анри Спаака, одного из основоположников объединенной Европы, которого обвиняют в несостоятельности предвоенной политики, в результате которой Бельгия была оккупирована в считаные дни. Сам Спаак успел уехать в Лондон, где, в то время как «Нормандия-Неман» сбивала немецкие самолеты в России, руководил правительством Бельгии в изгнании.

Шарль Спаак переписал полностью сценарий фильма, хотя Эльза Триоле не отставала от него ни на шаг, и конфликт был неизбежен.

Каменка также нанял режиссера-постановщика Жана Древилля. С советской стороны был представлен соавтор сценария Константин Симонов, сорежиссер Дамир Вятич-Бережных. Советниками фильма с французской стороны были ветераны полка капитаны Константин Фельдзер и Игорь Эйхенбаум, с советской стороны командир 18-го авиаполка генерал Голубов и полковник Селенчук.

Во время поездки для съемок фильма в СССР Каменка даже не включил Эльзу в список на визу. Она писала Симонову, который устроил приглашение в СССР Арагону, и она приехала как бы невзначай с мужем, но ни на секунду не покидала съемочной площадки.

Жан Древилль был очень доволен тем, что половина сметы была оплачена «Мосфильмом», и в итоге фильм получился в 8 раз дешевле, чем планировалось. Был в диком восторге от комбинированных съемок в СССР, считал, что с этим делом на «Мосфильме» прямо как в Америке, но был недоволен волокитой и бюрократизмом, когда из-за того, чтобы поменять одну декорацию, приходилось ждать сутки. Он лукаво вспоминал: «Сценарий был полностью написан Спааком. С советской стороны был представлен великолепный писатель Константин Симонов. Нам сказали, что он будет подавать идеи. Он действительно появился один раз с какой-то идеей, которую мы отсняли, но потом при монтаже она не вошла в фильм. Что касается Эльзы Триоле, то она только путалась под ногами. Была настолько придирчива, с такой немецкой строгостью и педантичностью, что никакая дискуссия с ней была невозможна»[129].

Эльза действительно была скорее цензором фильма, но многое сделала для того, чтобы в фильме все-таки была показана русская сторона. И на песне в фильме настояла она. Кроме того, Спаак, не владевший русским, не мог использовать советские материалы по «Нормандии», которые для Эльзы собрал Эренбург.

Ей не нравилось, что по сравнению с ее сценарием Россия показана намного меньше, почти никак. Древилль придумал сцену, где французский летчик попадает в немецкий плен, но умирает от ран, что вызывает сожаление немецкого командующего. Это вызвало целую истерику со стороны Эльзы, которая считала, что все немцы нацисты и звери, а Древилль настаивал, что и среди них могут быть рыцари. В итоге по настоянию Эльзы Триоле возник гестаповец, требующий расстрела пленного француза.

Второй крупный скандал был из-за сцены, где пленный немецкий офицер в госпитале отказывается от переливания неарийской крови. Режиссер посчитал это лишним, в очередной раз обидев Эльзу.

Константин Фельдзер вспоминал скандал из-за сцены в несколько секунд, когда на экране французский летчик записывал в дневник: «Орел взят, русские продвинулись на несколько километров, мы перебазируемся на новый аэродром». Эльза Триоле объявила эту фразу фашистской диверсией. Она считала, что фраза должна звучать так: «Орел ОСВОБОЖДЕН. МЫ продвинулись на несколько километров». Для улаживания конфликта пришлось вызывать Симонова, который находился в поездке в Малазию. Слово МЫ не понравилось Древиллю, для которого Красная Армия это не МЫ. В итоге в фильме эта фраза, на которую не каждый-то и обратит внимание, прозвучала так: «Орел освобожден. Русские продвинулись на несколько километров»[130].

Зато, несмотря на мнение пилотов, был включен эпизод, когда французский летчик сбил по ошибке советского.

Любопытно, что персонаж капитан Флавье, списанный с Луи Дельфино, возник не сразу, а появился после приезда на съемки фильма в СССР ветеранов полка. На одном из обедов в их честь два генерала, два боевых командира «Нормандии-Неман» Пуяд и Дельфино, разругались вдрызг из-за того, что последний служил вишистам до конца, а затем, вовремя перейдя в «Нормандию», стал героем.

В ролях в фильме снимались значительные персоны.

В роли лейтенанта Бенуа снялся знаменитый тогда Жорж Ривьер. Пьер Трабо в роли капитана Шарбона, сбившего советского летчика.

Жерар Бюр, приятель Жерара Филиппа, снимавшийся с ним во многих картинах, а в ролях второго плана с Омаром Шерифом, Питером О'Туллом, Аленом Делоном, Марлоном Брандо, Томом Крузом, снялся в роли неказистого капитана де Лиро.

Николя Батай, сыгравший роль переводчика Гастона, по-русски говорил сам. Он закончил драматическую школу Татьяны Балашовой в Париже. У него было несколько ролей русских эмигрантов в кино. А в 1997 г. он поставил спектакль о Маяковском, в котором сам сыграл главную роль.

Для сына эмигрантов Андрея Уманского это был дебют в кино.

В небольшой роли аспиранта Пикара снялся знаменитый художник Мишель де Серевилль. В юности он танцевал в «Русском Балете», но в 1953 г. в результате аварии ему ампутировали ногу. Иллюстрировал множество книг. Проводил несколько персональных выставок в СССР по приглашениям Андрея Вознесенского и Евгения Евтушенко. Проводил выставки в Киеве уже после перестройки. В фильме специально для него Эльза Триоле ввела эту маленькую роль, чтобы он мог приехать в СССР, где Мишель де Серевилль мечтал познакомиться с певцом Иваном Паторжинским. Из-за него он и будет так часто приезжать в Киев.

Несколько ролей сыграли актеры, редко появляющиеся на экране и занимающиеся дубляжем. Ролан Менар, снявшийся в роли маркиза де Вильмон, дублировал Шона Коннери, Марчелло Мастроянни, Алексея Баталова в «Летят журавли». Воплотивший образ Флавье Жан-Клод Мишель дублировал все фильмы с Джеймсом Бондом и Клинтом Иствудом. Марк Кассо, игравший майора Марселена, дублер Пола Ньюмана, ныне дублирует профессора Дамблдора в фильмах о Гарри Поттере.

Роль доктора Лебединского, который появляется в начале фильма по сценарию Эльзы Триоле, а в последующих сценах исчезает в сценарии Спаака, сыграл актер Ролан Шалосс, который в конце 60-х годов был заместителем министра культуры Андре Мальро, а затем директором театра Агора в Лионе.

В роли лейтенанта Леметра снялся Джани Эспозито, актер, поэт, певец и композитор, который, как и Николя Батай, закончил школу Татьяны Балашовой в Париже.

С советской стороны снимались такие звезды, как Николай Рыбников, Виталий Доронин, Владимир Гусев, Юрий Медведев.

В роли полковника Синицына, прототипом которого был командир 18 ГИАП полковник Голубов, снялся Николай Лебедев, который сам воевал, встретил войну в 1941 г. на западной границе, попал в окружение, а затем в плен, в котором пробыл до конца войны.

Напряжение в съемочной группе стало наконец беспокоить и советскую сторону, которая желала завершить первый франко-советский кинопроект в сердечной обстановке. Тем более что Каменка с Дервиллем впоследствии организовали компанию по дублированию и распространению советских фильмов во Франции, и с советской стороны имелся еще и практический интерес.

Симонов и Триоле вместо работы над фильмом обменивались письмами по сложившейся ситуации. Интересно, что в письмах Симонов всегда обращался к ней Элла Юрьевна. В июне 1958 г. уже вся группа написала Симонову письмо о том, что присутствие Эльзы Триоле представляет опасность для фильма. Симонову с участием Министерства кинематографии удалось пригласить Эльзу в Москву, где она все поняла: «…я чувствую себя больной. Меня держат за злую истеричную мегеру. В течение 10 лет я тратила все мои силы на создание достойного, порядочного и честного фильма. Но меня никто не слушает, не верит, не уважают ни мою работу, ни мои седые волосы. Я больше не могу продолжать…»

Она уехала во Францию, и съемки закончили без нее, но фамилия осталась среди авторов.

Фильм вышел на экраны в 1960 г. Был представлен на Каннском кинофестивале. Имел успех во Франции и Бельгии, где получил приз. И способствовал возобновлению дружеских отношений между Францией и СССР после пика напряженности холодной войны.

Во Франции фильм показали за 3 недели перед официальным визитом Никиты Хрущева. Оба события — выход фильма и визит Хрущева (среди прочего установившего мемориальный знак маршалу Малиновскому, воевавшему в Первую мировую войну в составе русского экспедиционного корпуса во Франции) имели такой успех, что в журнале «Экспресс» была помещена карикатура известного французского художника Тима — де Голль и Никита Хрущев в форме пилотов «Нормандии-Неман».

А в фильме осталась песня «Татьяна» на стихи Симонова, на которой настояла бывшая москвичка Элла Каган.


«Нормандия-Неман». Подлинная история легендарного авиаполка


Несколько избранных биографий | «Нормандия-Неман». Подлинная история легендарного авиаполка | Книги о «Нормандии-Неман»