home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА 55

ЗНАКИ И СИМВОЛЫ

Джип» грохотал по разбитой заснеженной дороге, минуя развалины и брошенные владельцами машины, которые были разбросаны по обеим сторонам дороги. Здесь же лежал в сером сугробе замерзший труп, и Сестра видела его поднятые руки — последнее обращение к милосердию и состраданию.

Они приехали на безымянный перекресток, и Пол резко сбавил скорость. Он посмотрел через плечо на Хьюга Райена, который вжался в заднее отделение машины вместе с багажом. Хьюг, сжав костыль обеими руками, храпел.

— Эй! — сказал Пол и слегка потолкал спящего мужчину. — Просыпайся!

Хьюг храпнул еще раз, потом наконец открыл плотно закрытые глаза. — Что это? Мы уже приехали?

— Конечно, нет! Мы, должно быть, выбрали неверную дорогу примерно пять миль назад! Здесь нет никаких признаков жизни! — Он кинул взгляд на окружающую их местность через лобовое стекло и почувствовал угрозу новых снегопадов. Свет как раз начал убывать, и Пол не хотел смотреть на приборы, чтобы узнать, сколько осталось бензина, потому что знал, что едет уже на копоти. — Я думал, что ты знаешь путь!

— Я знаю, — уверял его Хьюг. — Но прошло уже столько времени с тех пор, как я отваживался уезжать далеко от Моберли. — Он вглядывался в окружающий ландшафт. — Мы на перекрестке, — произнес он.

— Мы это знаем. Какую нам теперь выбрать дорогу?

— Здесь должен быть знак. Может быть его свалило ветром.

Он поменял положение, пытаясь найти привычный ориентир. Правда, которую он никогда не говорил ни Сестре, ни Полу, заключалась в том, что он никогда не бывал здесь раньше, но он хотел уехать из Моберли, потому что боялся быть убитым среди ночи из-за своих запасов шерстяных одеял.

— Ну, давайте подумаем: по-моему, я припоминаю большую рощу старых дубов, которая была у нас справа.

Пол моргнул. С обеих сторон узкой дороги стоял густой лес.

— Слушай, — сказал Пол. — Слушай внимательно: мы находимся посреди неизвестно чего, у нас заканчивается бензин, а в данный момент здесь нет канистр с бензином, откуда можно было бы перелить его в бак. Уже темнеет, и я думаю, что мы на неверной дороге. А теперь скажи мне, почему я еще не свернул твою тощую шею?

Хьюг смотрел удивленно.

— Потому, — сказал он, исполненный достоинства, — что вы приличный человек. — Он метнул взгляд в сторону Сестры, которая смотрела на него уничтожающим взглядом. — Я действительно знаю дорогу. Я правда знаю. Я ведь провел вас вокруг сломанного моста, не так ли?

— Какой путь? — прямо спросила Сестра. — Левый или правый?

— Левый, — сказал Хьюг — и тотчас же пожалел, что не сказал «правый», но теперь было слишком поздно, а ему не хотелось выглядеть дураком.

— Или Мериз Рест окажется за следующим поворотом, — сказал им Пол, — или нам вскоре придется прогуляться. — Он завел «Джип» и повернул налево. Дорога вилась между аллеи мертвых деревьев, чьи ветви переплелись и закрывали небо.

Хьюг устроился поудобнее, ожидая осуждения, а Сестра спустилась на настил, где лежал кожаный футляр. Она взяла футляр в руки, нащупала внутри стеклянное кольцо и вытащила его. Она держала на коленях кольцо, манящее сверканием драгоценностей, и вглядывалась в его мерцающие глубины.

— Что ты высматриваешь? — спросил Пол. — Что-нибудь?

Сестра кивнула в ответ. Цвета играли, но картин еще не составляли. Как и почему работало стеклянное кольцо — это было и оставалось загадкой. Пол сказал, что он думает, что возможно радиация превратила стекло, драгоценности и драгоценные металлы в своеобразную сверхчувствительную антенну, но во что это превратилось, никто сказать не мог. Но они пришли к согласию, что стеклянное кольцо руководит ими, и что следовать ему означает отринуть ту часть себя, которая отказывалась от веры в чудеса. Использование стеклянного кольца было равносильно прыжку в никуда, отказу от сомнения, страха и других вещей, засорявших ум; использование его было окончательным актом веры.

— Ближе ли мы к ответу на наши вопросы? — спросила Сестра, вглядываясь в кольцо. — Кого мы ищем и зачем? — Ответы на ее вопросы будут выражены символами и картинками, знаками и тенями, и звуками, которые могли быть далеки от человеческого голоса, скрипом колес или лаем собаки.

Бриллиант вспыхнул ярко, как метеор, и свет зашипел вдоль ниток из серебра и платины. Все больше алмазов зажигались этим светом, как по цепочке. Сестра чувствовала, что сила от стеклянного кольца передавалась и ей, проходила у нее внутри, глубже, еще глубже, и все ее существо сосредоточилось на вспышках света, которые появлялись в гипнотическом ритме. Она была уже не в «Джипе» с Полом Торсоном и одноногим доктором Амарильо. Она находилась где-то, что походило на покрытое снегом поле, все в пеньках от деревьев. Но одно дерево все-таки осталось, оно было покрыто алмазно-белыми цветами, которые летели по ветру. На стволе дерева была ладонь, след от ладони, как будто выжженный по дереву — длинные тонкие пальцы, рука молодой персоны. А по стволу шли буквы: С..В..О..Н. Сестра попробовала повернуть голову, чтобы увидеть побольше с того места, где стояла, но сцена видения начала блекнуть, где-то на ее краю появились теневые фигурах, отдаленные голоса. Потом, внезапно, видение исчезло, и она вернулась в «Джип» с кольцом в руках.

Она выпустила воздух, который надолго задержала.

— Это снова было, — сказала она Полу. — Я видела это снова — одинокое дерево на поле с пнями, отпечаток ладонь и слово «СВОН», выжженное на стволе. Сегодня было отчетливее, чем прошлой ночью, я даже почувствовала запах яблок. Они путешествовали вчера целый день в поисках Мериз Рест, проведя прошлую ночь в руинах фермерского домика. Это именно там Сестра смотрела в стеклянное кольцо и впервые увидела развевающиеся цветки.

Видение было отчетливее, чем раньше; у нее была возможность видеть все детали дерева, каждую тоненькую веточку и даже крошечные зеленые почки, которые выглядывали из-за цветков.

— Я думаю, мы стали ближе, — сказала она и ее сердце заколотилось. — Образ был яснее, четче. Мы, должно быть, приближаемся…

— Но деревья были мертвыми, — напомнил Пол. — Только посмотри вокруг. Ничто не цветет — и даже не собирается. Почему эта штука показала тебе образ цветущего дерева?

— Я не знаю. Если бы я знала, я бы сказала тебе. — Она опять сосредоточилась на стеклянном кольце; оно пульсировало в такт ее сердцебиению, но больше не приглашало путешествовать. По крайней мере, послание было доставлено, но не было повторено.

— Свон. — Пол кивнул головой. — Это не вызывает воодушевляющего прилива чувств.

— Нет, вызывает. Как-то, но вызывает. Нам теперь надо сложить кусочки вместе.

Руки Пола сжали рулевое колесо.

— Сестра, — сказал он с некоторой ноткой сожаления, — ты сказала то же самое, что несколько лет назад. Ты смотрела на стеклянное кольцо и пыталась гадать, как цыганка на кофейной гуще. Сейчас мы едем черт знает где, а все эти знаки и символы могут не обозначать никаких вещей. — Он пристально взглянул на нее. — Ты когда-нибудь думала о такой возможности?

— Мы нашли Матисон, не так ли? Мы нашли карты и куклу. — Она говорила твердым голосом, но было много дней и ночей, когда она позволяла себе бояться той же самой вещи — но только на мгновения или два, а потом ее решительность возвращалась. — Я уверена, это приведет нас к чему-нибудь, к чему-нибудь очень важному.

— Ты хочешь сказать, что хочешь верить в это?

— Я хочу сказать, что и тебе хочется верить в это! — возразила она. — Как могла я продолжать, если бы я не верила?

Пол глубоко вздохнул, он устал, борода его чесалась, и он знал, что от него пахнет как в зоопарке от клетки с обезьянами. Сколько времени прошло с тех пор, как он принимал ванну? Самое лучшее, что он мог сделать в последние несколько месяцев, это потереть себя от души снегом с золой. За прошедшие два года они, как пара осторожных боксеров, танцевали по кругу этого таинственного кольца. Сам Пол не видел в этом кольце ничего, кроме цветов, но он много раз спрашивал себя, а что если женщина, с которой он путешествовал, обретена им на самом деле для любви и уважения, не выдумывала ли она эти знаки и символы, интерпретируя их так, чтобы они продолжали эти безумные поиски.

— Я верю, — сказала она ему, — а что это дар. — Я верю, что нашла это с каким-то смыслом. Я верю, что это ведет нас к чему-то разумному. И все, что нам является, это ключ к тому, куда нам нужно идти. Разве ты не пони…

— Дерьмо, — сказал Пол, и почти ударил по тормозу, но испугался, что «Джип» занесет с дороги. Сестра посмотрела на него с отвратительным выражением преувеличенного гнева, потрясения и разочарования. — Ты видела эту дурацкую клоунскую морду в этой проклятой штуке, помнишь? Ты видела изуродованную телегу? Помесь каких-то трейлеров или что-то вроде того? И ты видела еще тысячу других вещей, которые просто не имеют никакого смысла. Ты сказала, что нужно идти на восток, потому что тебе показалось, что видения или сны или черт знает что при этом становится сильнее, а потом ты сказала идти обратно на запад, потому что видения стали затихать и ты старалась сфокусироваться на направлении. После этого ты сказала идти на север, а потом на юг, а потом на север и снова на юг. Сестра, ты видишь, что ты хочешь увидеть в этой проклятой штуке! Ну, мы нашли Матисон, штат Канзас! Ну и что? Может, ты что-то слышала о том городе, когда ты была ребенком! Ты об этом когда-нибудь думала?

Она сидела молча, теснее прижимая к себе стеклянное кольцо, и наконец сказала то, что хотела сказать очень, очень давно. — Я верю, — сказала она, — что это дар Божий.

— Хорошо. — Он горько улыбнулся. — Ну, посмотри вокруг. Просто посмотри. Ты никогда не допускала возможности, что, быть может, Бог просто безумен?

Слезы жгли ей глаза, она отвернулась от него, пусть она будет проклята, если он увидит, что она плачет.

— Это все ты, разве ты этого не видишь? — продолжал он. — Это то, что ты видишь. Это то, что ты чувствуешь, то, что ты решила. Если это проклятая штука ведет тебя куда-то или к кому-то, то почему она тебя не показывает правильно, куда тебе идти? Почему она разыгрывает такие штучки с твоим разумом? Почему она дает тебе эти ключи порциями и кусочками?

— Потому, — ответила она с легкой дрожью в голосе, — что обладание даром еще не означает умение им пользоваться, виновато не стеклянное кольцо — это я виновата, потому что есть предел тому, что я понимаю. Я стараюсь изо всех сил, и может быть…

Может быть, тот, кого я ищу еще не готов к тому, чтобы его нашли.

— Что? Продолжай!

— Может быть, обстоятельства еще не совсем те. Может быть, картина еще не полная, и вот почему…

— О Боже! — устало сказал Пол. — Ты бредишь, ты понимаешь это? Ты делаешь неправильно вещи, потому что так сильно хочешь, чтобы они были правильными. Ты не хочешь допустить, что ты зря потратили семь лет жизни в поисках призраков.

Сестра посмотрела на дорогу, расстилающуюся перед ними, ведущую в темный, глухой лес. — Если ты так это понимаешь, — сказала она наконец, — то зачем ты странствовал со мной все это время?

— Я не знаю. Может быть потому, что я хотел верить так же, как и ты. Я хотел верить, что есть какая-то система во всем этом безумии — но этого нет, и не было никогда.

— Я помню коротковолновый радиоприемник, — сказала Сестра.

— Что?

— Коротковолновый радиоприемник, — повторила она. — Тот, которым ты пользовался, чтобы удержать тех людей в своей хижине от того, чтобы они не убили себя. Ты их держал и давал им надежду. Понимаешь?

— Ладно. Ну и что?

— Разве ты сам хотя бы не надеялся, что в этом радио появится человеческий голос? Разве ты не говорил себе, что может быть в следующий раз, или еще в следующий, там появится сигнал от каких-то других оставшихся в живых людях? Ты шел на это не только ради того, чтобы поддержать сколько-то уцелевших незнакомцев. Ты делал это также и чтобы выжить сам.

И ты надеялся, что, может быть, однажды появится еще что-нибудь кроме молчания в этом радио. Ну, так вот это — это мой коротковолновый радиоприемник. — Она пробежалась руками по гладкому стеклу. — И я верю, что он настроен на какую-то силу, которую я еще даже не умею понимать, но я и не усомнюсь в этом. Нет. Я буду продолжать шаг за шагом, постепенно, с тобой или без тебя.

— Какого черта?.. — Пол прервал ее, когда они делали поворот. По середине дороги под нависшими над ними деревьями стояли три больших снеговика, все в шапочках и шарфах, с камушками вместо глаз и носов. Один из них, казалось курил трубку, сделанную из кукурузной кочерыжки. Пол сразу же понял, что не сможет вовремя остановиться, и хотя он нажал на тормоз, колеса забуксовали в снегу, и переднее крыло «Джипа» стукнуло одного из снеговиков.

От толчка Пол и Сестра почти ударились о ветровое стекло, а Хьюг издал каркающий звук, когда от столкновения у него затрещали зубы. Мотор «Джипа» запнулся и затих. Сестра и Пол увидели, что там, где был снеговик, теперь груда снега, окружающая отвратительный дорожный блок из металлолома, кусков дерева и камня.

— Дерьмо! — сказал Пол, когда снова обрел голос. — Какой болван поставил этих чертовых…

Пара ног и стоптанных коричневых ботинок шлепнулась сверху на капот «Джипа».

Сестра взглянула вверх и увидела покрытую капюшоном фигуру в длинном драном коричневом пальто с одной рукой, обвязанной веревкой, которая была привязана к трем ветвям над дорогой. В другой руке у фигуры был пистолет калибра 9 мм, нацеленный сквозь ветровое стекло на Пола Торсона.

Еще несколько фигур, со всех сторон бежавшие от леса, стекались к «Джипу». — Бандиты! — заныл Хьюг с глазами, расширенными от ужаса. — Они схватят нас и перережут нам глотки!

— Черта с два, — спокойно сказала Сестра, и положила руку на приклад ружья, которое лежало около нее на сиденье. Она подтащила его, нацеливаясь на фигуру на капоте и собралась уже стрелять, когда двери «Джипа» рывком открылись.

Дюжина пистолетов, три винтовки и семь заточенных деревянных копий ткнулись в «Джип», направленные на Сестру, и такое же количество оружия угрожало Полу. — Не убивайте нас! — закричал Хьюг. — Пожалуйста, не убивайте нас! Мы дадим вам все, что вы хотите!

Хорошо тебе так говорить, у тебя-то нет ни черта! — подумала Сестра, уставившись на ощетинившуюся стену огнестрельного оружия и копий. Она подсчитала, сколько времени займет у нее повернуть ружье и подстрелить бандитов и поняла, что уйдет в небытие как только сделает неожиданное движение. Она застыла с одной рукой на ружье, стараясь другой защитить стеклянное кольцо.

— Выйти из «Джипа», — скомандовала фигура на капоте. Голос был молодой — голос мальчика. Пистолет сдвинулся в направлении Сестры. — Убери палец с крючка, если хочешь, чтобы он остался живым.

Она сомневалась, разглядывая лицо мальчишки, хотя и не могла различить его черты из-за капюшона пальто. Пистолет был нацелен так уверенно, хотя это была рука мальчика, и тон его голоса был убийственно деловым.

Она мигнула и убрала палец с крючка.

Пол знал, что у них нет выбора. Он пробормотал ругательство, стремясь схватить руками шею Хьюга Райена, и вышел.

— Да, ты проводник тот еще, — сказала Сестра Хьюгу. Она глубоко вздохнула, потом выдохнула и вышла.

Она возвышалась над своими захватчиками.

Это были дети.

Все они были худые и грязные, младшему было около девяти или десяти, а старшему, наверное, шестнадцать — и они все как один уставились на пульсирующее стеклянное кольцо.


ГЛАВА 54 БЕЛЫЕ ЦВЕТЫ | Лебединая песнь. Последняя война | ГЛАВА 56 ЗАДАЧКА ДЛЯ ХИРУРГА