home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА 76

ПРИЗ РОЛАНДА

С темными фарами, машины Армии Совершенных Воинов в три ряда медленно двигались по парковочной площадке, в то время как свистящий ветер слепил и задувал снег. Видимость была не более девяти-десяти футов по всем направлениям, но снежная буря дала возможность АСВ расчистить некоторые завалы на площадке с помощью двух — трех бульдозеров. Они собрали замерзшие трупы и скрученный металл в огромные кучи по обе стороны того, что пехота АСВ назвала теперь «Долиной Смерти». Роланд ехал в своем «Джипе» в середине первого ряда, с сержантом Мак-Коуэном за рулем. Под курткой у него была кобура с пистолетом калибра 9 мм, а сбоку М-16. На полу возле правого ботинка лежала ракетница и две красных ракеты.

Он знал, что это будет очень хороший день.

Солдаты ехали на капотах, кузовах и крыльях машин, своим весом увеличивая силу сцепления. За передовыми колоннами следовало еще около 1200 солдат. Капитан Карр командовал левым флангом, а в удалении от «Джипа» Роланда правым флангом командовал капитан Уилсон. Оба они, вместе с другими офицерами, занятыми в операции «Распятие», несколько раз проработали с Роландом планы, и Роланд точно определил им, чего он ожидает. Не должно быть никаких колебаний, когда будет дан сигнал, маневры следует исполнять точно, как наметил Роланд. Отступления не будет, сказал им Роланд; кто первым закричит об отступлении, будет расстрелян на месте. И после того, как приказы были отданы, а планы просмотрены еще и еще раз, полковник Маклин продолжал сидеть за своим рабочим столом.

О, да! — подумал Роланд, разгоряченный острой смесью возбуждения и страха. Будет хороший денек!

Машины продолжали продвигаться, фут за футом, шум их моторов заглушался свистом ветра.

Роланд стер снег со стекол очков. В первой колонне солдаты стали слезать с капотов и крыльев машин и поползли по снегу вперед. Это были члены разведбригады, которую создал Роланд — небольшие юркие мужчины, которые могли подобраться близко к линии обороны Верности, не будучи замеченными. Роланд наклонился вперед на сиденье, наблюдая за кострами Верности. Как раз сейчас, он знал, солдаты разведбригады занимают свои позиции на правом и левом фланге линии обороны, и они первыми откроют огонь, когда будет дан сигнал. Если бы разведбригаде удалось отвлечь внимание к правому и левому флангам обороны, то в центре может образоваться в замешательстве дыра — и именно здесь он собирался прорываться.

Впереди вспыхнул оранжевый огонь — отблеск от одного из костров на линии обороны. Роланд прочистил еще раз очки, увидел свет еще от одного костра слева примерно в тридцати ярдах. Он поднял ракетницу и вставил одну ракету. Затем держа в левой руке вторую ракету, он встал в «Джипе» и ждал, когда наступающая волна пройдет еще несколько ярдов.

Сейчас, решил Роланд, и нацелился из пистолета над ветровым стеклом в сторону левого фланга. Он нажал на спусковой крючок, ракетница чихнула; блестящая малиновая вспышка прочертила небо — прошел первый сигнал. Машины слева закрутились, вся линия развернулась дальше влево. Роланд быстро перезарядил пистолет и дал второй сигнал в сторону левого фланга. Машины на той стороне замедлили ход и повернули вправо.

Сержант Мак-Коуэн тоже повернул руль влево. Шины некоторое время буксовали по снегу. Роланд отсчитывал время: восемь…

Семь…

Шесть… Он увидел быструю белую вспышку ружейного огня на краю левого фланга, прямо на линии обороны Верности, и понял, что разведбригада на той стороне приступила к работе.

Пять… Четыре…

Слева машины АСВ вдруг включили фары, слепящие лучи огня проникали сквозь снег, доходя до часовых Верности, находящихся не более, чем в десяти ярдах. Секундой спустя зажглись фары и слева. Автоматные пули, выпускаемые в слепой панике часовыми, прочерчивали снег в шести футах перед «Джипом» Роланда.

Один, — досчитал Роланд.

И массивный предмет — наполовину машина и наполовину сооружение из средневекового кошмара, — который следовал в тридцати футах позади командного «Джипа», вдруг взревел и двинулся вперед, давя трупы и обломки, его стальная лопата поднялась для защиты от огня. Роланд смотрел, как громадная военная машина пронеслась мимо, набирая скорость, в направлении центра вражеской обороны — «Вперед!» — закричал Роланд.

— Вперед! Вперед!

Эта конструкция Мангрима приводилось в действие бульдозером, водитель был в кабине, прикрытой бронированной плитой; но за бульдозером на буксире, привязанная стальными кабелями, располагалась широкая деревянная платформа на колесах и осях от грузовика. С платформы поднимался сложный деревянный каркас, сделанный из крепких телефонных столбов, сбитых и скрепленных воедино, чтобы поддерживать центральную лестницу, которая поднималась вверх более чем на семьдесят футов. Лестницы были взяты из жилых домов в опустевшем районе вокруг торгового центра. Длинная лестница слегка на вершине искривлялась вперед и заканчивалась трапом, который можно было открепить и выдвинуть вперед как подвесной мост в замке. Колючая проволока и исковерканные куски металла с разломанных машин прикрывали внешние поверхности с прорезанными тут и там бойницами на некоторых площадках лестницы. Для поддержки веса некоторые телефонные столбы были железными шипами скреплены с бульдозером, которые удерживали военную машину.

Роланд знал, что это такое. Он видел такие штуки на картинках в книгах. Альвин Мангрим построил осадную башню, которые использовались средневековыми армиями для штурма укрепленных крепостей.

А потом поднятая лопата бульдозера обрушилась на бронированный почтовый грузовик, который был разрисован надписями вроде «ЛЮБИ СПАСИТЕЛЯ» и «УБИЙСТВО — ЭТО МИЛОСЕРДИЕ», и стала его оттаскивать назад прочь от линии обороны. Почтовый фургон навалился на легковушку, и она была раздавлена между ним и бронированным фургоном «Тойота». Когда бульдозер двинулся вперед, его мотор заревел и гусеницы стали отбрасывать черные хлопья снега. Осадная башня закачалась и затрещала как пораженные артритом кости, но она была сделана прочно и выдержала.

Выстрелы вспыхивали на левом и правом фланге линии обороны Верности, но солдаты, находившиеся в центре, были в замешательстве отброшены назад, некоторые убиты сразу же, когда проходил бульдозер. Сквозь брешь, которую открыл бульдозер, бросилась толпа кричащих пехотинцев АСВ, выпускающих из своих винтовок смерть. Пули свистели и высекали из металла искры, дальше подожгли бочку с бензином, которая взорвалась, осветив поле битвы адским отсветом.

Бульдозер разгреб обломки и продолжал идти дальше. Когда его стальная лопата уперлась в стену крепости, водитель заглушил мотор и нажал на тормоза. Грузовик, нагруженный солдатами и десятью бочками с бензином прорвался сквозь проход, пробитый бульдозером и осадной башней, и его занесло в сторону. Когда другие пехотинцы открыли накрывающий огонь, некоторые солдаты стали разгружать бочки с бензином, в то время как остальные, которые тащили катушки с веревками, побежали к осадной башне и стали карабкаться по ступенькам. На вершине они освободили трап и выдвинули его вперед; снизу трапа были прибиты сотни длинных гвоздей, которые зацепились за снег на крыше, когда трап упал на место. Теперь башню и крышу соединял деревянный мост длиной в семь футов. Один за другим по нему пробегали солдаты, а с крыши они стали бросать концы веревок тем, кто подкатывал к стене бочки с бензином. Веревки уже имели петли и были связаны, и в то время как одну закрепляли за один конец бочки, другую уже привязывали к другому концу. Бочки с бензином поднимали на крышу одну за другой в быстрой последовательности.

К осадной башне устремились еще солдаты, занимали свои места у бойниц и вели стрельбу по массе пехоты Верности, которая отступала ко входу на площадку, а потом солдаты на крыше покатили бочки к центральному световому окну, а оттуда вниз на плотно занятое пространство в помещение Американской Верности, где многие еще спали и совсем не знали, что происходит. Когда бочки попали вниз, солдаты прицелились и выстрелили из винтовок, пробив бочки, чтобы бензин выливался. Полетели искры, и с громким звуком «хумм!» бензин взорвался.

Стоя в своем «Джипе», Роланд увидел вспышку в ночи, вырвавшуюся из светового отверстия убежища.

— Мы их достали! — закричал он. — Мы их достали!

Под световым отверстием, на переполненном дворике торговой площадки мужчины, женщины и дети танцевали под мелодию Роланда Кронингера. Сквозь световые окна еще падали бочки с бензином, взрываясь как напалмовые бомбы и разгораясь в огромный пожар. Через две минуты весь пол во дворике был залит горящим бензином. Сотни тел горели, еще сотни пытались высвободиться, топча своих братьев и сестер, хватаясь в этом море огня за глоток воздуха.

Теперь остальные машины Армии Совершенных Воинов врезались в линию обороны, воздух был полон визга пуль. Мимо «Джипа» Роланда пробежала горящая фигура и как соломенная кукла была раздавлена колесами наступающего грузовика. Солдаты Верности паниковали, не зная куда бежать, а тех, которые пытались вести бои, тут же убивали. С площадки валил дым, а люди на крыше все еще продолжали сбрасывать бочки с бензином. Роланд слышал взрывы даже сквозь ружейный огонь и крики.

Солдаты Армии Совершенных Воинов ворвались на площадку. Роланд подхватил свою М¤16 и выпрыгнул из «Джипа», побежав сквозь путаницу тел ко входу. Трассирующая пуля пронеслась мимо лица, он споткнулся и упал на искалеченные тела, вскочил снова и побежал дальше. Перчатки его стали малиновыми, чья-то кровь залила спереди его куртку. Этот цвет ему понравился, он подходил солдату.

На площадке он был среди десятков солдат АСВ, которые стреляли по вражеским солдатам, находящимся в магазинчиках. Серый дым вился в воздухе, горящие люди бежали по коридору, но большинство из них падало, не успев далеко убежать. Воздух содрогнулся от взрыва, когда взорвалась последняя бочка бензина, и Роланд почувствовал тошнотворную волну жара из дворика. Он вздохнул отравляющую вонь горящего мяса, волос, одежды. Земля продолжала сотрясаться от взрывов, и Роланд подумал, что это, должно быть, взлетает в воздух склад боезапасов Американской Верности.

Солдаты Верности стали бросать оружие и выходить из магазинов, взывая о пощаде. Но они ничего не получали.

— Ты! Ты! И ты! — закричал Роланд, указывая на трех солдат. — Следуйте за мной! — Он побежал в направлении книжного склада.

Весь дворик был сплошной массой огня. Жар был таким ужасным, что сотни тел стали плавиться и течь. Свистящий ветер завывал у стен. Куртка Роланда, когда он пробегал мимо дворика в коридор, задымилась. Трое солдат следовали прямо за ним.

Но вдруг Роланд остановился, глаза его расширились от ужаса.

Напротив склада книжного магазина Далтона был припаркован один из танков Верности.

Солдат позади него сказал: — О Боже…

Пушка на башне танка выстрелила; раздался раздирающий уши грохот, от которого вылетели последние стекла в складе. Но орудие было наведено слишком высоко, горячая волна от снаряда отбросила Роланда и следующего за ним солдата на землю, пройдя в четырех футах над ними. Снаряд, не взорвавшись, пробил и взорвался только в воздухе примерно в пятидесяти футах, убив много солдат из числа бросавших бочки с бензином.

Роланд и солдаты открыли огонь, но их пули без всякого ущерба отскакивали от брони. Танк дернулся вперед, к ним, давя все перед собой, а потом остановился, попятился и стал поворачивать вправо. Его башня начала кружиться, снова выстрелило орудие, на этот раз пробив в стене отверстие размером с грузовик. Скрипели и визжали гусеницы, и со взрывом, выпустив клубы серого дыма, многомиллионодолларовая машина вздрогнула и остановилась.

Или водитель не знает, что делает, или танк никуда не годится, подумал Роланд.

Открылся люк. Выпрыгнул человек с поднятыми руками.

— Не стреляйте! — закричал он. — Пожалуйста, не стре…

Его прервали пули, попавшие прямо в лицо и шею, и он сполз обратно в танк.

Два солдата Верности с винтовками появились у входа в склад и начали стрельбу. Пехотинец АСВ справа от Роланда был убит, но через несколько секунд огонь прекратился, и оба солдата Верности лежали изрешеченные пулями. Путь в склад был открыт.

Когда просвистел выстрел, Роланд нырнул на пол, а за ним и солдат. Двое других открыли огонь в темноту в глубине склада, но больше не сопротивлялся.

Роланд ногой выбил дверь и отпрыгнул в сторону, готовый наводнить комнату пулями, если Спасителя охраняют еще и другие солдаты. Но никакого движения, никакого шума не последовало.

Внутри склада горел единственный масляный фонарь. С винтовкой наготове, Роланд метнулся и упал на пол.

Спаситель, в зеленой куртке и бежевых брюках с заплатками, сидел в кресле. Руки были сжаты, голова откинута назад, и Роланду были видны пломбы в зубах. Кровь сочилась из пулевого отверстия между глазами. Второе пулевое отверстие было черным и опалило зеленую куртку над сердцем. Роланд видел, что руки вдруг в конвульсиях разжались и сжались. Но он был мертв. Роланд очень хорошо знал, как выглядит мертвый.

Что-то шевельнулось за фонарем.

Роланд прицелился из винтовки. — Выходи. Быстро. Руки за голову.

Последовала долгая пауза, и Роланд чуть не выпустил несколько очередей — но потом на свет шагнула фигура с поднятыми руками. В одной руке у него был автоматический пистолет калибра 11.43 мм.

Это был брат Тимоти с мертвенно-бледным лицом. И Роланд знал, что он прав; он был уверен, что Спаситель не отпустит далеко от себя брата Тимоти.

— Бросить оружие, — приказал Роланд.

Брат Тимоти слабо улыбнулся. Он опустил руки, повернул дуло пистолета к своему виску и нажал на спуск.

— Нет! — закричал Роланд, почти бросившись, чтобы его остановить.

Но пистолет щелкнул…

И еще щелкнул…

И еще щелкнул.

— По его плану я должен был убить его, — сказал брат Тимоти, пока пистолет продолжал щелкать с пустой обоймой. — Он мне так велел. Он сказал, что язычники победили, и что последним моим делом будет избавить его от рук язычников…

И потом избавить себя. Вот что он мне сказал. Он показал мне, куда в него стрелять…

Два места.

— Положите, — сказал Роланд.

Брат Тимоти усмехнулся и из каждого глаза выкатилось по слезе. — Но там было только две пули. Как я должен был сам избавиться…

Если было только две пули?

Он продолжал щелкать затвором, пока Роланд не отобрал пистолет, потом стал всхлипывать и упал на колени.

Пол вздрогнул, когда на горящие трупы обрушилась крыша, ослабленная огнем, тоннами воды от растаявшего снега и семью годами отсутствия ухода. Стрельба почти везде прекратилась. Схватка почти закончена, и Роланд получил свой приз.


ГЛАВА 75 БЕСПЛОДНАЯ ЗЕМЛЯ | Лебединая песнь. Последняя война | ГЛАВА 77 ЧТО ВИДЕЛ СТАРЬЕВЩИК