на главную | войти | регистрация | DMCA | контакты | справка |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


моя полка | жанры | рекомендуем | рейтинг книг | рейтинг авторов | впечатления | новое | форум | сборники | читалки | авторам | добавить
фантастика
космическая фантастика
фантастика ужасы
фэнтези
проза
  военная
  детская
  русская
детектив
  боевик
  детский
  иронический
  исторический
  политический
вестерн
приключения (исторический)
приключения (детская лит.)
детские рассказы
женские романы
религия
античная литература
Научная и не худ. литература
биография
бизнес
домашние животные
животные
искусство
история
компьютерная литература
лингвистика
математика
религия
сад-огород
спорт
техника
публицистика
философия
химия
close

реклама - advertisement



Седьмая глава

Русские диверсанты Скорцени

На последнем этапе Второй мировой войны диверсионной деятельностью гитлеровской разведки руководил начальник реферата VI S РСХА Отто Скорцени (при расформировании абвера большая часть его центрального аппарата, все абверкоманды и другие фронтовые органы вошли в подчинение IV и VI управлений РСХА и во вновь созданное Военное управление РСХА, группу D (диверсии и террор) которого по совместительству возглавил «человек со шрамом»[493]

Нелишне отметить, что применительно к этому реферату в отечественной литературе часто встречается ошибка, связанная с путаницей перевода латинских литер на кириллические. Так, в книге «Смерш: исторические очерки и архивные документы» неверно отмечается, что Скорцени был начальником «Группы VI Ц»[494]. Как мы отмечали, группа VI С (или VI Ц — в кириллическом написании) отвечала за разведку в зоне влияния СССР и на Дальнем Востоке. В задачи же подразделения Скорцени входил «материальный, моральный и политический саботаж»[495].

Надо отметить, что Скорцени, как несомненно незаурядного руководителя и специалиста, привлекали и к некоторым операциям «Цеппелина». По некоторым сведениям, он имел отношение и к подготовке упомянутой выше амбициозной, но неудачной операции по покушению на Сталина.

Так, диверсант «Цеппелина» Таврин (он же Шилов, он же Политов), которому было непосредственно поручено осуществить операцию, на допросе в «СМЕРШе» показал, что в период подготовки с ним три раза беседовал Скорцени: «В первой беседе со мной в ноябре 1943 года в Берлине Скорцени расспрашивал меня о моем прошлом, и беседа носила больше характер ознакомления с моей личностью…

В январе 1944 года… мне была организована встреча со Скорцени. Делле привез меня в служебный кабинет Скорцени на Потсдамерштрассе, № 28. Кроме Скорцени в кабинете находились еще два неизвестных мне работника СД. В беседе Скорцени объяснял мне, какими личными качествами должен обладать террорист. По ходу разговора он рассказывал о деталях организованного им похищения Муссолини. Скорцени рассказал мне, что если я хочу остаться живым, то должен действовать решительно и смело и не бояться смерти, так как малейшее колебание и трусость могут меня погубить… Весь этот разговор сводился к тому, чтобы доказать мне, что осуществление террористических актов в отношении специально охраняемых лиц вполне реально, что для этого требуется только личная храбрость и решительность и что при этом человек, участвующий в операции, может остаться живым и стать „таким же героем“, каким стал он — Скорцени…

Третья встреча со Скорцени состоялась также в январе 1944 года в Берлине… Скорцени в этот раз расспрашивал меня о Москве и пригородах… У меня создалось впечатление, что Скорцени разрабатывает план похищения кого-то из руководителей Советского правительства»[496].

В конце войны под начало Скорцени была передана часть агентуры абвера и «Цеппелина». Большинство русских коллаборационистов (а также представителей других «восточных народов»), предоставленных в распоряжение Скорцени, летом 1944 года было сосредоточено в так называемом «Истребительном соединении войск СС» («Waffen SS Jagdverband») — специальном органе, предназначенном для проведения диверсионно-террористических и разведывательных мероприятий в тылах армий стран антигитлеровской коалиции. Основу соединения составили различные специальные формирования абвера и СС (в том числе часть личного состава дивизии «Бранденбург»), кадры полицейских, охранных, «восточных» батальонов и рот, прочие коллаборационистские подразделения[497].

Главный штаб Истребительного соединения находился в населенном пункте Фриденталь под Берлином и состоял из следующих отделов: 1 А — разработка планов диверсионных операций, заброска агентурных и боевых групп, руководство их деятельностью; 1 В — материально-техническое обеспечение агентурных и боевых групп; 1 С — сбор и обработка разведданных, ведение контрразведывательной работы среди личного состава органа. В непосредственном подчинении главного штаба находились два специальных боевых подразделения: 502-й егерский батальон и 600-й парашютный батальон[498].

К концу 1944 года в состав истребительного соединения СС входили: командный штаб особого назначения «Фриденталь», истребительное соединение СС «Центр» (создано из 502-го егерского батальона СС), истребительное соединение СС «Восток», истребительное соединение СС «Северо-запад», истребительное соединение СС «Юго-восток», истребительное соединение СС «Юго-запад».

502-й батальон состоял из четырех рот диверсантов, причем четвертая рота была сформирована из иностранцев, в том числе русских — бывших агентов абвера и «Цеппелина». В конце 1944 года эта рота стала самостоятельным подразделением, а затем русские эсэсовцы выбыли из нее в город Хохензальц (польск. — Иновроцлав) на комплектование «Истребительной команды Восток» (SS-Jagdverband Ost), которой отводилась особая роль в подрывной работе против СССР и Красной армии. Команда была плотно насыщена русскими кадрами из числа коллаборационистов.

Формирование, которое возглавил потомок адмирала русского Императорского флота гауптштурмфюрер СС барон Адриан фон Фелькерзам[499], состояло из штаба, диверсионно-разведывательной школы (в которой обучалось около 2 тысяч курсантов), ряда подразделений обеспечения и нескольких диверсионных подразделений, построенных по национальному принципу.

Несколько позже все русские подразделения «Истребительной команды Восток» были сведены в Общерусскую группу (Russland im Gesand) под командованием штурмбаннфюрера СС X. Эберхарда.

Самыми большими были две русские группы, которые возглавляли соответственно русские офицеры СС Павел Сухачев и Игорь Решетников (до этого возглавлял русскую группу диверсионно-разведывательной школы «Истребительной оперативной команды Юго-восток»). Большинство членов этих групп ранее служили во вспомогательной полиции на оккупированной территории северных районов РСФСР и были завербованы осенью 1944 года унтершарфюрером СС Александром Рубиным-Башко и оберштурмфюрером СС Бруно Тони в Данциге, где они находились в сборном лагере для эвакуировавшихся коллаборационистов[500].

История предательской деятельности вышеупомянутого И.Л. Решетникова весьма показательна. Еще в 1938 году он был осужден на 3 года исправительно-трудовых лагерей за кражу и незаконное хранение оружия. В июне 1941 года по отбытии наказания он прибыл в Лугу, где проживали его родители. С началом оккупации отец Решетникова, в прошлом адвокат, был назначен немцами бургомистром города Луга, а сам Решетников стал выполнять различные поручения, связанные с деятельностью городской управы.

В декабре 1941 года Решетников был завербован сотрудниками тайной полевой полиции в качестве агента для борьбы против партизан, а в конце декабря — вступил в лжепартизанскую группу под руководством Николая Мартыновского. Между прочим, заметим, что искаженные сведения об этой группе содержатся в «Архипелаге Гулаг» А.И. Солженицына: «В августе 1941 года под Лугой ленинградский студент-медик Мартыновский создал партизанский отряд, главным образом из советских студентов: освобождаться от коммунизма»[501].

По замыслу оккупантов, данная группа под видом партизан должна была выявлять и уничтожать советских патриотов, совершать от имени партизан диверсии и бесчинства и таким образом компрометировать перед населением партизанское движение.

Зимой 1942 года Решетников лично расстрелял партизанского связного и двух партизан, задержанных в ходе операции в районе станции Чаща Ленинградской области, принял активное участие в разгроме лагеря партизан-«особистов» в Лужском районе, а весной 1942 года — в сожжении 18 домов в деревне Большие Сабицы.

Весной 1942 года по состоянию здоровья Решетников временно покинул группу Мартыновского, но в марте 1943 года вновь поступил в отряд, который к этому времени перешел в ведение СД (т. н. «ягдкоманда-М») [502]. Правда, уже в следующем месяце Решетников перешел на службу в группу Юрия Миллера, в составе которой он неоднократно участвовал в поисковых операциях против партизан. В конце августа 1943 года Решетников вновь вернулся к Мартыновскому. До мая 1944 года он принимал непосредственное участие в карательных акциях, расстрелах, боях с партизанами. Летом 1944 года отряд Мартыновского был переброшен в Хорватию, а затем — в Польшу. В это время подразделение было передано в состав «Истребительного соединения войск СС».

В середине октября Решетников, убив Мартыновского, сам возглавил отряд, который вскоре прибыл в город Хохензальц (Иновроцлав), где приступил к учебе в разведывательно-диверсионной школе с целью подготовки к выброске в тыл советских войск.

В ноябре 1944 года рота оберштурмбаннфюрера СС Решетникова обучалась в немецком городе Бад-Оуенхаузене парашютному делу, а затем вновь вернулась в Хохензальц. В связи с приближением к городу частей Советской армии рота Решетникова приняла участие в обороне вместе с рядом других подразделений «Истребительной команды Восток». 19 января 1945 года Хохензальц был освобожден Советской армией, а значительная часть диверсантов погибла в боях.

Решетникову с небольшой группой подчиненных удалось выйти из окружения, после чего он был направлен в диверсионно- разведывательную школу в Иоганнес-Баде. В самом конце войны он бежал в Австрию, затем скрылся в американской зоне оккупации, из которой был в июле 1948 года передан советским властям. В 1949 году он был осужден и приговорен за измену Родине к 25 годам лишения свободы. В 1963 году при расследовании дела по вновь открывшимся обстоятельствам его приговорили к высшей мере наказания. Приговор был приведен в исполнение 25 мая 1964 года[503].

Другие уцелевшие русские диверсанты в последние месяцы войны были эвакуированы на Запад и приняли участие в нескольких специальных операциях. Так, в своих мемуарах Скорцени пишет, что в апреле 1945 года, когда началось восстание в Праге, он направил остатки «Истребительного подразделения Восток II» — примерно 100 человек — с приказом взорвать мост, находящийся в руках противника, на автостраде вблизи Вроцлава: «После выполнения задания нашему спецподразделению пришлось прокладывать себе дорогу через позиции русских. Наши стрелки мужественно сражались с 15 апреля до 15 мая, являясь последними солдатами этой великой войны. Отступая днем и ночью, уже через четыре или пять дней после капитуляции вермахта они дали бой танкам, чтобы прикрыть отход беженцев»[504].

Следует добавить, что русские эсэсовцы находились и в составе «Истребительного соединения Северо-Запад». В конце 1944 года при этом формировании по приказу Скорцени была создана школа по подготовке диверсантов, возглавил которую уроженец Риги капитан Герберт Гиль (затем его сменил бывший сотрудник «Цеппелина» штурмбаннфюрер Игорь Юнг). Школа вела подготовку диверсантов для «ослабления мощи Красной армии» и совершения акций на железнодорожных магистралях в районах Витебска, Смоленска, Бобруйска, Минска. С марта 1945 года курсанты также начали изучать методику ликвидации высшего комсостава Красной армии и партийных работников.

В целях конспирации личный состав школы был причислен к военнослужащим Русской освободительной армии. Преподавателями школы в основном были члены Народно-трудового союза[505].

В самом конце войны большая часть уцелевших русских эсэсовцев, подчинявшихся Скорцени, была переведена на нелегальное положение и впоследствии была передана в качестве агентов западным спецслужбам. В этом качестве некоторым из бывших диверсантов СС предстояло принять участие в тайных операциях «холодной войны».


Шестая глава Русские дети-диверсанты и «воспитанники СС» | Русские эсэсовцы | Первая глава 29- я гренадерская дивизия войск СС (1-я русская)