home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4

Статист

Матовый свет отражался в бутылках дешевого виски и, преломляясь через стекло, окрашивал алым неопрятный интерьер «Кошачьей лапы»; тусклое багровое сияние играло бликами на лысине бармена Мори. Вокруг, сгорбившись, сидели пьянчуги, которым некуда было податься в этот поздний час — они торчали в баре до самого закрытия, после чего искали другое место, где снова напивались до бесчувствия.

Одновременно грохнули два выстрела, летний ночной воздух сгустился от порохового дыма. Кондиционер работал на последнем издыхании — лед в коктейлях стремительно таял. Запотевшие стаканы оставляли мокрые, блестящие кляксы на щербатых столах.

Вонь, стоявшая в помещении, не беспокоила Мори. Не беспокоил его и запах чеснока, исходивший от Доун и Брейзи, словно охотницы надушились скверным одеколоном. Бармену наверняка случалось нюхать и похуже. Он, как обычно, стоял за барной стойкой и, когда появились девушки, расплылся в улыбке, сверкнув золотыми зубами.

— Девчонки, вы еще не угомонились? — спросил Мори и покачал головой; улыбка исчезла. — Хотел бы вас обрадовать, но нечем. Мы с ребятами тоже скучаем по старине Фрэнку.

Доун внимательно рассматривала немногочисленных посетителей. Взгляд ее зацепился за пьяницу по имени Стэнтон: тот привалился щекой к грубой деревянной стене, прямо под доской, на которой было безграмотно нацарапано меню: «Кортожка-фри». Каждый раз, отправляясь сюда, сыщики знали, что впустую потратят время, но не приходить они не могли: всегда теплилась надежда, что вдруг — ну, вдруг! — именно этот вечер станет решающим, и дело сдвинется с мертвой точки. Оставить любимую забегаловку Фрэнка означало махнуть рукой на его поиски.

— Кажется, мы переговорили с каждым завсегдатаем раз десять, — вздохнула Доун.

Из приоткрытого рта Стэнтона ползла тонкая струйка слюны.

— Поверь, Доуни, — сказал Мори, — ребята ужасно рады поболтать с вами и рассказать что знают. Все нормально.

Брейзи вздрогнула, услышав ласковое обращение «Доуни», — так дочь называл Фрэнк. Со звуком этого имени он как будто сам ненадолго вернулся. Накануне исчезновения Фрэнка они с Брейзи сильно поругались, и теперь актриса горько сожалела о глупой ссоре. На днях напарница разоткровенничалась с Доун о своих чувствах к ее отцу, бывшему вышибале из бара, — Брейзи его очень любила и переживала из-за того, что он пропал.

Доун хорошо понимала раскаяние подруги Фрэнка. Даже слишком хорошо. О том, что отец с кем-то встречается и почти забросил работу охотника за паранормальными существами, она совершенно не знала. Их отношения давно сошли на нет, и если уж кому говорить о раскаянии…

Доун ободряюще подмигнула коллеге, пытаясь рассеять нахлынувшую на них тоску, и краем глаза отметила, что Стэнтон еще больше привалился к стене.

— Нет, — продолжал бармен, — ребята абсолютно не имеют ничего против вас. Помню, Хью Уэйн ходил весь из себя гордый, что Доун и ее друг-коротышка уделили ему внимание.

Они расспрашивали толстяка Хью, когда поиски только начались, но ничего важного не узнали.

— Я Хью с тех пор не видела, — сказала Доун.

— Я тоже, — Мори побарабанил по стойке. — Он в тюряге, наверное.

— Все может быть. Обожаю приятелей Фрэнка! — усмехнулась Доун.

Физиономия Стэнтона все ниже и ниже сползала по стене… Доун поморщилась, представив, сколько заноз он загнал в щеку. Черт! Девушка спрыгнула со стула, и осторожно вгляделась в лицо спящего. Впрочем, беспокоиться не стоило — пьянчужка был без сознания. И ни одной занозы, слава Богу!

Она кивнула Брейзи: можно уходить. Напарница поднялась и медленно обвела взглядом бар — последнее прикосновение к Фрэнку, — а потом, сникнув, протянула бармену руку.

— Спасибо.

— Да, спасибо, Мори. Хорошо тебе повеселиться в выходные на свадьбе дочери.

— А! — Мори беспечно махнул полотенцем. — Сбегут в Вегас и обвенчаются там в крошечной живописной часовенке, тут и гадать не надо. Желание моей малышки — закон. Для дочки — все самое лучшее!

Доун улыбнулась, и они направились к двери. Стэнтон так и сидел, пуская слюни.

Бледная полная луна призрачно подсвечивала дорогу, по которой они шли к парковке, где стоял усовершенствованный внедорожник Брейзи. Изобретательница сама внесла необходимые преобразования: увеличила скоростные возможности, расширила багажник, в котором хранился целый арсенал оружия для борьбы с монстрами, начиная от термодатчиков для охоты на привидений до помповых ружей для более опасных противников — вампиров. Хотя неожиданных столкновений у команды пока не было.

— Что с тобой? — спросила Доун.

— А в чем дело? — Порыв теплого летнего ветра взъерошил волосы Брейзи.

— Не знаю, — Доун не хотела эмоций, но… — В баре ты выглядела грустной. Больше, чем обычно.

Повисло молчание. Брейзи пожала плечами:

— Иногда мне грустно, иногда — не очень. Временами я чувствую, что Фрэнк рядом со мной… Ничего сверхъестественного, просто… — Брейзи запнулась. — Просто мне хочется, чтобы так было.

Доун не знала, что ответить. Сама она никогда не любила. Конечно, она со многими спала, но ей хватало ума не путать секс с чем-то большим. Девушка украдкой посмотрела на напарницу, надеясь, что обойдется без слез: та плотно сжала губы, словно боролась со слабостью. Доун прекрасно ее понимала.

Снова налетел ветер и небрежно растрепал прическу Брейзи. Как сильно эта женщина отличалась от Эвы, первой любви Фрэнка! Брейзи — миниатюрная изящная брюнетка, Эва — грациозная элегантная блондинка, Брейзи — женственная, но сильная; Эва же казалась совершенно беззащитной.

Внезапно вместо Брейзи Доун увидела перед собой Жаклин Эшли, актрису, удивительно похожую на Эву… От беспредельного ужаса перехватило дыхание.

Из-за сходства Жаки с Эвой Клермонт комплекс неполноценности и другие неврозы одолели Доун с новой силой. Повзрослев, девушка старалась избегать сравнений с Эвой, выражая свой протест всеми возможными способами. Она даже стала каскадером — этакий вызов очарованию и женственности матери. Теперь, общаясь с Жаклин, Доун не знала, как лучше реагировать на женщину, обладающую магнетизмом Эвы Клермонт, — женщину, которая, вероятно, и не была человеком…

«Прекрати! — приказала себе Доун. — Жаки не вампир». Голос их предупредил бы.

Или не предупредил бы?

Ночь стояла ясная. Охотницы подошли к припаркованной машине. По улице проехал автомобиль и, видимо, остановился неподалеку; с шелестом ветра доносилось негромкое урчание мотора. По спине Доун пробежал холодок.

В темноте возник чей-то силуэт. Разглядев его, Доун поняла, что зря встревожилась.

— Мэтт?!

Брейзи напряглась и закрыла собой Доун.

— Тише, тише, свои! — Мэтт Лониган, подняв руки, шагнул под луч уличного фонаря. В руках он что-то держал… Цветы? — Я хороший! Вы еще не верите?

Знакомый низкий голос взволновал Доун, и она испытала сладкую муку при воспоминании о поцелуях Мэтта.

Продолжая держать руки вверх, детектив ждал, пока Брейзи отойдет. Его голубые глаза жадно скользили по телу Доун. У него были короткие каштановые волосы и красивое лицо, хранившее следы пережитых испытаний. Мэтт Лониган и манил, и отпугивал Доун. Ему бы подошла роль уличного головореза, разгуливающего по темным закоулкам в рубашке с закатанными рукавами и бейсбольной битой наперевес. Но Мэтт был Мэттом, и ничего подобного не носил: ни биты, ни закатанных рукавов. Он предпочитал потертые джинсы, ботинки, свободную рубашку поверх футболки и, независимо от погоды, неизменно облачался в безразмерную куртку. В таком виде детектив сейчас и стоял перед Доун. Ей всегда казалось, что под курткой у него спрятано мачете.

Кто он — частный детектив или такой же охотник за вампирами — Доун не знала. Зато он постоянно сеял в ее душе сомнения относительно Лимпета, и вполне успешно. «Требуй ответы», — говорил он, подталкивая ее разузнать подробности о личности Голоса и его намерениях.

Весь прошедший месяц Доун посвятила сбору информации о боссе, а заодно навела справки и о Мэтге Лонигане. Свою настоящую фамилию — Дестри — он поменял после того, как убили его родителей. Она выяснила, что Мэтт ей не врал, хотя когда-то скоропалительно обвинила его в том, что он состряпал историю своей жизни по мотивам сказочек о Бэтмене. Все оказалось правдой. Теперь Доун чувствовала себя идиоткой: зачем она поторопилась тогда с выводами?! Повторять ту же ошибку с Жаклин не хотелось.

Тем не менее детектив держал цветы, а не пистолет.

Маргаритки. Они украшали прическу Эвы Клермонт в одной из сцен ее лучшего фильма. Однажды за ужином Доун упомянула Эву, и глаза Мэтта приобрели мечтательное выражение. Вообще-то говорили они о Фрэнке, так как Мэтта наняли его искать. Кто нанял, детектив не признавался: условия конфиденциальности не позволяли открывать имя клиента. На самом деле команда проверяла Лонигана — друг он или враг.

Заметив реакцию Мэтта на имя матери, Доун ощутила укол ревности: все мужчины млели при упоминании сногсшибательной Эвы. Наверное, потому Доун и тянуло к этому скромному парню, который был вовсе не в ее вкусе — хотелось отбить у матери очередного поклонника.

Справившись с эмоциями, Доун кивнула на цветы:

— Для любимой бабушки?

Он усмехнулся и шагнул навстречу, протягивая букет. Брейзи напряглась еще сильнее. Доун коснулась ее плеча.

— Все в порядке.

— Точно?

Мэтт засмеялся.

— Хорошо, когда рядом такие друзья.

Она не сочла нужным представить Брейзи Мэтту.

— Брейзи, ты позволишь?…

Та не сводила глаз с Лонигана.

— Не хочу оставлять тебя одну на темной улице.

— Я не одна, а с ним.

— Вижу, — сурово отрезала коллега.

— Ну, Брейзи…

— Ладно. — Она отступила, строго взглянув на Мэтта. — Я буду в машине, позвоню в офис. На всякий случай.

— Хорошо, мамочка.

Это была шутка, но по дрогнувшим ресницам Брейзи девушка поняла, как неудачно сострила. Если бы Фрэнк не исчез, красавица-мексиканка стала бы мачехой Доун.

Напарница обошла машину, громко хлопнула дверца. Мэтт сделал еще шаг навстречу. Доун не устояла и сама подошла к нему, влекомая притяжением, всегда возникавшим между их телами. Он улыбнулся и снова протянул ей маргаритки.

— Давно не виделись, — тихо произнес он.

Доун сдержала вздох: голос Мэтта звучал так хрипло и возбуждающе.

Она неловко взяла букет, не зная, что с ним делать дальше. Как ни печально признавать, мужчины никогда не дарили ей цветы.

— С нашей работой трудно выкроить свободное время, да?

Детектив давно приглашал ее куда-нибудь сходить. Настоящее свидание решили устроить, когда найдется Фрэнк — так не возникло бы никаких проблем. Наверное. Но договаривались о встречах они задолго до того, как Доун столкнулась с Мэттом на месте убийства Клары Монаган. До того, как почувствовала, что за спиной он прячет мачете… До того, как ей примерещился клинок, возникший ниоткуда, — клинок, что отрубил руку Робби Пеннибейкеру.

Неужели той ночью Мэтт тоже охотился на вампиров?

Она не смела его спрашивать. Да он и не признался бы — она ведь тоже не могла рассказать о своей работе в «Лимпет и партнеры».

— Откуда ты узнал, что я здесь? — поинтересовалась Доун.

— Чистая случайность. — Он осторожно взглянул на автомобиль, где по телефону, грозно сверкая глазами, разговаривала Брейзи. — Я ехал домой, заметил вашу необычную машину, забежал в цветочный… — Мэтт указал на круглосуточный магазин на другой стороне улицы, окна которого ярко светились в темноте. — И… опля!

— Красивые. Спасибо. — Доун понюхала маргаритки. Свежие стебли были влажные и приятные на ощупь — столь же приятно звучало и объяснение Лонигана. Неизвестно, стоит ли верить его словам, но думать, что он следил за ней, тоже не хотелось.

О чем он говорил ей в последнюю встречу, перед тем, как опять исчезнуть в ночи?

«Я знаю тебя гораздо лучше, чем ты воображаешь. Я же видел твое досье. Собирал о тебе информацию, смотрел твои фильмы, встречался с твоими знакомыми. И вот так, мало-помалу… Мне понравилось то, что я узнал о тебе».

По телу пробежала дрожь. Сердце стучало — не то от возбуждения, не то от страха.

В любом случае, ей это нравилось. Сумасшествие…

Недавно по телефону — на личную встречу времени не нашлось — Мэтт сдержанно извинился за неприятную ситуацию, вызванную его неожиданным признанием. Он сравнил свой интерес к ее жизни с интересом старшеклассника, увлекшимся девчонкой из параллельного класса: пусть они никогда не разговаривали, но он каждый день смотрел, как та проходит мимо, и любовался объектом своего обожания. В тот день, увидев реакцию Доун на его слова, он очень расстроился и ушел, как только она отвлеклась на звонок.

Его застенчивость казалась трогательной. Доун поверила ему, подозревая, что он взялся ухаживать за ней по телефону, — чтобы не повлиять своим присутствием на ее решение. Это также давало ему возможность услышать ответ мобильника, а не получить отказ в лицо: равнодушное «я занята» — всего лишь мерцающий экран. Ей польстило, что детектив, видимо, много думал о ней и предусмотрел такой поворот событий.

Его пальцы скользнули по уху Доун: раньше она носила сережку с рубином, но теперь серьга лежала в чемоданчике под стопкой одежды. Мэтт вопросительно посмотрел на девушку, не находя на прежнем месте кроваво-красный камешек.

— Потеряла, — соврала Доун. Она не имела ни малейшего желания объяснять, почему перестала носить украшение. Сережка принадлежала другой Доун, которая никогда не рубила вампиров в приступе холодной, мстительной ярости.

От оглушительного автомобильного сигнала, прогудевшего прямо в ухо, они чуть не подпрыгнули. Брейзи сделала удивленное лицо и указала на руль, подразумевая, что сигнал сработал сам, а она тут ни при чем. Мэтт отступил назад и поднял руки, словно из уважения к требованиям Брейзи.

— Знаешь, — сказала Доун, благодарная коллеге за невольную передышку, — мне действительно пора.

— Ладно. — Он наклонил голову и внимательно посмотрел на девушку, будто проверяя, не напугал ли ее, внезапно появившись на дороге глухой ночью. — Как-нибудь пересечемся — на улице или… в передряге.

Пошутил Мэтт не слишком удачно: именно из-за этой неопределенности Доун чувствовала себя в его обществе неуютно и неуверенно. До тех пор пока он не был честен с ней, она тоже не могла рассказать правду.

Чаши невидимых весов колебались, покачиваясь из стороны в сторону. Доун едва дышала. С каждым ударом сердца накатывали воспоминания о прошлом, об их последней встрече, полной безрассудных поцелуев и нежности, мгновенно переросшей в страсть.

— На улице или в передряге… — задумчиво сказала она. — Тебе надо чаще выходить из дома. Внеси разнообразие в свою жизнь, и тогда представишь, где еще мы смогли бы… пересечься.

— Верно, я нечасто выбираюсь, — он хмуро глянул на нее, — но разве ты не рада, что я по крайней мере представляю, где мы можем встретиться и как?

Доун немного оттаяла. Черт, чего бы она только ни дала, чтобы заставить его отказаться от тех слов прямо сейчас…

Зарычал мотор, Брейзи нажала на газ — и вовремя: от шума машины чары рассеялись, романтика улетучилась, а вместе с ними и искушение, чуть не одолевшее Доун.

— Меня зовут. — Отступив на шаг, охотница в нерешительности остановилась: интересно, как бы он отреагировал, если б она кинулась ему на шею и поцеловала? Понял бы ее откровенный намек на то, о чем она так скучает?

Конечно, ничего подобного она не сделала, тем более в присутствии Брейзи. Чертова упрямица наверняка выйдет из себя и неизвестно, каких дел наворотит, если Доун немедленно не сядет в джип.

Она махнула рукой, многозначительно улыбнулась, как бы говоря, что ждет настоящее свидание, и скользнула в машину. Хлопнула дверца. Доун опустила стекло, оттягивая расставание.

— Покаты не уехала… — Мэтт бесшумно возник у окна. — Забыл кое о чем сообщить.

Мотор взревел. Доун сделала Брейзи знак подождать.

— Между нами больше общего, чем кажется на первый взгляд, — шепнул Мэтт. — Когда ты это поймешь, я… буду рядом.

Брейзи раздраженно фыркнула и рванула с места.

— Джессика Риз! — крикнул он вслед и указал на горло.

Тьфу ты! Джессика Риз, сегодняшняя жертва! Он имел в виду, что она связана с Кларой Монаган? Он знал что-то еще об этих преступлениях?

— Гони назад! — воскликнула Доун, но Брейзи мчалась по улице, где нельзя было развернуться.

— Зачем?

— Да едем же! Вот несчастье!

Через две минуты они вернулись на парковку, но Мэтта там уже не было. Исчез, как обычно.


Глава 3 Зацепка | Царство полуночи | Глава 5 Пустота