home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 21

Он не спросил девочку, где ее брат. Понимал, что она не скажет. Даже если знает. Сейчас ему и так было ясно: этот Питер вывез их из дома в машине Джоанны, спрятав ее тело в багажнике.

— Зачем было брать детей с собой? — спросил Бёрден, когда они встретились утром.

— Он не верил, что они никому не расскажут о том, что видели, — ответил Вексфорд. — Но мне кажется, они сами захотели уехать. Софи вообще не терпелось покинуть дом. Ее мать сумасшедшая, а отец… я подозреваю, что он растлевает ее.

— Ты серьезно?

— А стал бы я шутить на такую тему? Но мне еще нужно кое в чем разобраться, прежде чем я обращусь в Социальную Службу. Это у меня из головы не выходит.

— Ты веришь всему, что она сказала? А она не лгунья?

Вексфорд уже думал об этом.

— Не знаю. Может, где-то в деталях привирает, но не в основном. Например, они не обедали втроем в кафе «Три Города». Обслуживающий персонал знает детей, но в субботу их там никто не видел. Сначала, когда она заговорила о Питере, мне показалось, что она выдумывает, но когда она сказала, что он и Джоанна лапали друг друга…

— Именно так и сказала?

— Да-да, а потом добавила, что он собирался ее «трахнуть». Мерзкий Дейд назвал ее лгуньей, и тогда я понял, что она говорит правду. И тогда же я подумал, что, возможно, он ее растлевает. Отцы-растлители всегда говорят, что их ребенок лжет. Дети таких отцов взрослеют раньше времени и бывают развиты не по годам. Они еще слишком малы, им еще не нужно всего знать — знаешь, как те двое из «Поворота винта».

Знакомство Бёрдена с литературой, состоявшееся лишь благодаря его жене, на Генри Джеймса не распространилось.

— Значит, ты утром с ней снова собираешься поговорить?

Он кивнул.

— Матильда Кэрриш умерла, ты знаешь. Об этом написали в газетах. Как и о том, что нашлась Софи, но, как ты понимаешь, газетам не известно, что эти события связаны. И не надо, чтобы было известно. Все это очень печально, не так ли? Если бы Софи была мертва, об этом кричали бы все заголовки, но она жива, а потому… не заслуживает колонки. Думаю, завтра появится некролог Матильды. Они у них всегда готовы на тот случай, если кто-то из знаменитостей протянет ноги. Не могу понять, почему она — ну, спрятала Софи у себя, вместо того, чтобы поступить разумно.

— А может, Софи рассказала ей как раз то, о чем ты подозреваешь?

— Да, врагу не пожелаешь услышать такое о собственном сыне. Но осмелюсь предположить, что грубость Роджера с Софи ее и без того шокировала.

— Не знаю, заметил ли ты, — сказал Бёрден, — но сегодня утром фотографии пропавших детей были расклеены повсюду. Такого количества еще не было. Никто не сообщил «Кто ищет, то найдет, Лтд.», что Софи нашлась.

— Сейчас они уже, наверное, знают. Конечно, теперь, когда Матильда Кэрриш умерла, некому сказать им об этом.

— Да, если она не выплатила аванс, — ответил Бёрден, — им придется отозвать своих ищеек. Только идиоты могут рассчитывать на то, что Роджер станет покрывать их расходы. Впрочем, надежда умирает последней.

Когда Вексфорд и Карен приехали в «Антрим», оказалось, что дома только мистер и миссис Брюс и Софи. Никто не объяснил, почему Роджер и Катрина Дейд отсутствуют, а сам Вексфорд спрашивать не стал. Он не хотел этого знать. Его первый вопрос застал Софи врасплох. Скорее всего, она ждала, что ее будут спрашивать о том, как они втроем выехали из дома, и в первый момент растерялась.

— Где Джайлз?

Софи медленно покачала головой.

— Я не знаю. Я правда не знаю. Я стараюсь быть вам полезной, но тут я не могу ничем помочь, потому что не знаю.

— Потому что твоя бабушка тебе этого не сказала?

— Я спрашивала. Матильда сказала, что мне лучше не знать, чтобы, если кто-то спросит меня об этом, как вы сейчас, не пришлось лгать.

Разумно. Матильда спрятала Джайлза в каком-то безопасном месте… Но от кого? И зачем? Зачем она вообще все это сделала? И, самое главное, почему приняла детей? Настало время проверить честность Софи.

— Итак, на чем же мы остановились… Ах да, ты услышала шум и крики и выбежала из комнаты…

— Нет, мы остановились намного дальше.

— Возможно, только мне хотелось бы, чтобы ты рассказала снова.

Она разгадала его уловку, хотя на такое способен не каждый взрослый. Она поняла, что у него на уме.

— Джайлз вышел из своей спальни. Она прямо у лестницы. Питер был внизу в холле, ощупывал горло Джоанны. Он взглянул на нас и сказал: «Она мертва». Спустя какое-то время он попытался ее поднять, но не смог, и ему пришлось обратиться за помощью к Джайлзу. Они положили ее на диван. Питер взял тряпку и вытер кровь, крови было немного, но он сказал, что ему нужна жесткая щетка и вода. Я сказала, где их взять, и он принес щетку. Но прежде чем приняться за работу, он попросил бренди, и Джайлз ему принес, он выпил, но больше не стал, потому что ему надо было вести машину.

— Хорошо, Софи, молодец.

Она торжествующе взглянула на него, ему не показалось.

— Он потер щеткой ковер, вытер угол шкафа, а потом сказал, чтобы мы собрали ее вещи и взяли их с собой.

— Взять с собой куда? — спросила Карен.

— Этого он не говорил. Просто сказал, что нам надо вынести тело Джоанны. Ладно, я знаю, о чем вы думаете. Почему я просто не отказалась? Не знаю почему. И не знаю, почему Джайлз не отказался. Наверное, мы думали, что просто поможем ему все убрать, собрать вещи Джоанны, Джайлз еще помог ему поднять ее и перенести из дома в машину. Да, как видите, мы принимали в этом участие. Слушайте, просто если бы мы остались, пришлось бы рассказать обо всем отцу, представляю, какой бы он устроил допрос, опять бы вылил все свое дерьмо, вы просто не знаете, как он может задолбать. Он бы нас во всем обвинил, это точно… Шел сильный дождь, они сразу промокли. Я надела свою старую куртку, потому что Питер сказал, что желтая будет привлекать внимание, хотя кто мог увидеть нас в такое время? Была глубокая ночь и лило так, словно начался всемирный потоп…

Карен ее перебила:

— А во что они были одеты, Джоанна и Питер? Когда она упала, скажем пока так, с лестницы?

— На ней была только футболка, длинная, почти до колен. На ней еще были трусы, ну, знаете, нижнее белье. Больше ничего. А он, когда убрал все в холле, надел то, в чем пришел: джинсы, рубашку и свитер. Мы все поднялись наверх, я и Джайлз оделись, заправили кровати, как это горничные делают. — Она рассмеялась. — Оказывается, если постараться, все получается. Потом мы закрыли двери во все спальни. Нет, сначала Питер попросил взять какую-нибудь вещь, которую можно выбросить, чтобы все подумали, будто мы утонули. Он сказал, что здесь будет наводнение и река — как же он выразился? — река захлестнет свои берега?

— Он так и сказал? — Сейчас, впервые за все это время, Вексфорд просто не мог поверить своим ушам. Он что, предсказатель? Тогда ведь еще не было никакого наводнения.

— А что тут такого? — раздраженно спросила девочка и стала похожа на своего отца. — Об этом говорили в новостях в десять вечера. Предупреждали, что на юге может быть наводнение.

— Хорошо. Что ты взяла с собой?

— Футболку со своей фотографией и именем. Она, конечно, классная, но мне уже мала. Когда мы были во Флориде, то заказали одну такую для Джайлза, а одну для меня.

— Так значит, в котором часу вы покинули дом?

— Около двух ночи. Он включил дворники на двойную скорость, а то вообще ничего не было видно, шел такой дождь…

— Подожди-ка минутку, — сказала Карен. — Это ведь была машина Джоанны, правильно? А где же была его машина? Он ведь на ней приехал?

Софи не продумала это или на самом деле не знала? Трудно сказать.

— Он нам не говорил. Может, он и не на машине приехал, а просто пришел. Или мог оставить свою машину где-то на улице.

— Если бы он не вернулся за ней в воскресенье, а это было очень рискованно, она бы стояла где-то здесь.

— Ну, я не знаю. Вы же не считаете, что я все знаю. — Вексфорд подумал: сейчас опять напомнит, что она всего лишь ребенок, но нет. — Вода в реке поднималась. По Кингсбрукскому мосту еще можно было проехать, но казалось, что скоро к нему и подойти будет нельзя. Питер велел бросить футболку через стенку или как там это называется. Парапет. И я выбросила. А ее вообще кто-нибудь нашел?

— О да, ее нашли.

— Я ее заберу. Я к ней привыкла. И что, все подумали, будто мы утонули?

— Некоторые подумали именно так.

— Уверена, моя мать была первой. Она такая простофиля. Как говорит Джайлз, ей до полного компакта двух треков не хватает. Вернее, говорил раньше, когда еще интересовался всем этим. Пока не связался христианством и истинным евангелием. Вам интересно, что случилось потом?

— Да, конечно.

— Я понятия не имела, куда мы едем. Я думала, это неважно. Думала, Питер за нами присмотрит. Казалось, что он вполне добрый и дружелюбный. Я не заметила, как мы пересекли границу графства. Просто увидела щит на дороге: «Добро пожаловать в Кент». Тогда мне уже стало интересно, куда мы едем. Питер-то знал, он не просто ехал куда глаза глядят. Он съехал с шоссе и въехал в деревню, там я увидела еще один щит — «Пэссингэм-Сент-Джон», — Софи произнесла название деревни так, как оно читалось, а потом добавила: — Питер сказал, что я произношу неправильно, что надо говорить «Пассем-Синджен». Видно было, он хорошо знает это место. Он поехал по дорожке, которая больше была похожа на просеку. Где-то в середине от нее отходила тропинка в лес. Было сыро и стремно, и я даже думала, что мы застрянем, но не застряли. Мы увидели большую опушку, а с другой стороны каменоломню. И деревья повсюду. Питер там остановился. Он сказал, что придется часок посидеть в машине, потому что еще ночь, где-то около трех часов, а когда мы избавимся от нее, нам негде будет укрыться от дождя. Дождь все еще лил, правда, не так сильно, как когда мы только вышли из дома. Кажется, я ненадолго заснула. Не знаю, спал ли Джайлз. Когда я проснулась, дождь не перестал, хотя и стал слабее. Питер попросил Джайлза помочь ему перенести Джоанну на место водителя. Я сидела на заднем сиденье, пока они ее перетаскивали, но Питер заставил меня выйти и помочь столкнуть машину вниз. Мы толкали изо всех сил, пока машина не подъехала к обрыву. Она не перевернулась, а просто заскользила вниз, немного подпрыгнула и остановилась, застряв в кустах. Ее все еще можно было разглядеть, но только если приглядываться. «Хорошо, — сказал он. — Отдохнем минут десять».


Софи сказала: видно было, что он хорошо знает это место. Он ехал туда в темноте, под дождем, и, скорее всего, ни разу не сбился с пути. Его звали Питер… Но ведь Бакстон выглядел таким идиотом. Если все это правда — а чем еще это может быть? — то он, видимо, просто великолепный актер.

Они вернулись в комнату, туда же вернулась миссис Брюс и Софи. Миссис Брюс принесла поднос с тремя чашками чая и стаканом кока-колы. Ее внучка, взглянув на поднос, сообщила:

— Нормальные люди пьют колу из банки.

— В таком случае придется тебе побыть ненормальной, милая моя.

Карен приступила к допросу:

— Ты, Джайлз и Питер были в лесу — да, а в котором часу? В четыре утра? У вас не было машины, и вы не знали, что делать дальше. Верно?

Девочка кивнула. Она кривилась над стаканом кока-колы.

— В конце проезда стоит дом. Вы были там?

— Я не видела никакого дома. Я и не знала, что где-то там есть дом. Мы пошли на станцию.

Как люди, которые каждый день ездят на поезде в другой город…

— На какую станцию?

— Не знаю. Пэссингэм и еще что-то. Пэссингэм-Парк. Хотя никакого парка там нет. Просто люди могут там припарковаться, но мы не видели там ни одной машины. Было еще слишком рано.

— Как вы добрались до Пэссингэм-Парка? — спросил Вексфорд.

— Пешком. Знаете, мы долго шли, но Питер хорошо знал дорогу. Когда мы подошли, станция как раз открывалась. Мы все были мокрые, просто до нитки промокли. А потом этот тупица Питер сказал, что оставляет нас одних и мы должны где-то спрятаться на неделю, а потом можем вернуться домой и рассказать все, что нам в голову взбредет, потому что к тому времени он уже уедет из страны. Он записал какой-то адрес, дал его Джайлзу и сказал, что там можно провести неделю. Первый поезд должен был приехать в шестом часу. Мы пошли на станцию, он купил нам билеты. Из автомата. Надо было перейти через мост, но он уже не пошел с нами. Он дал Джайлзу немного денег, попрощался и пожелал нам удачи, ну или что-то вроде того. Мы подождали на платформе, в пять пятнадцать приехал поезд.

— Он ехал по ветке Кингсмаркэм-Токсборо-Виктория? — спросила Карен.

— Думаю, да. Он шел в сторону Виктории, потому что именно там мы вышли из поезда. Сначала хотели пойти по тому адресу, который дал нам Питер, но потом Джайлз решил, что мы поедем к Матильде. Выло всего шесть с чем-то, слишком рано, чтобы звонить ей, но мы проехали по Лондону, добрались до вокзала Пэддингтон, а потом немного заблудились. Мы нечасто ездим в метро, после пересадки мы сели в поезд, который ехал не в ту сторону, поэтому на Пэддингтоне были только к семи. У Джайлза были свои деньги и еще те, что дал ему Питер. Кафе было уже открыто, и мы купили булочки с сыром и бананы, съели их и выпили по банке «спрайта», а потом Джайлз пошел искать телефонную будку. Вообще у него есть труба, но он оставил ее дома.

— Это мобильный телефон, — вставила Карен.

— Матильда сказала сразу же ехать к ней, она собиралась встретить нас в Кингэме — это ближайшая к ней станция. Мы купили два билета до Кингэма и сели в поезд в семь тридцать…

— Подожди-ка, — перебила ее Карен. — Твоя бабушка велела ехать прямо к ней? Ты хочешь сказать, Джайлз сообщил ей, что вы по какой-то причине сбежали из дома и ей не захотелось узнать подробности? Что она не стала его ни о чем расспрашивать, а сразу же сказала приехать? Я тебе не верю, Софи.

— Ну и что мне теперь делать? Все было так, как я говорю. Знаете, Матильда не любит моих родителей. Она не выносит маму.

— Даже если так… Ладно, продолжай. Вы добрались на поезде до Кингэма, там вас встретила бабушка, и вы поехали к ней. И никто даже не позвонил родителям, чтобы сообщить, что с вами все в порядке? Питер велел вам не объявляться всего неделю. Почему вы не вернулись домой через неделю?

Она пожала плечами.

— Не знаю. Ненавижу этот дом, а у Матильды мне нравилось. Матильда вообще ништяк…

— Ништяк? — Вексфорд в отчаянье посмотрел на Карен. Та ответила:

— Думаю, это в смысле замечательная, сэр.

Софи с отвращением взглянула на них.

— В любом случае, Джайлз уехал. Прямо на следующий день. А я не хотела быть с ними дома одна.

— Джайлз уехал? — проговорил Вексфорд. — Куда? И почему?

— Матильда сказала, ему надо уехать. При мне они ничего не обсуждали, так что я не знаю, что она ему сказала и почему. Я вам это уже говорила. Разве я могу рассказать то, чего не знаю?

— К ней приезжала полиция, а где ты была в это время?

Она улыбнулась, потом рассмеялась.

— В первый раз я просто спряталась в одной из спален. Матильда сказала, что нас не будут искать у нее: только не в доме пожилой дамы, знаменитости — это ее слова. А когда приезжали вы, я пряталась в шкафу как раз в той комнате, где вы разговаривали. Я еще подумала, вот будет прикольно, если я чихну.

— И все это, — проговорил Вексфорд, — было подстроено Матильдой Кэрриш? Она знала, как переживают ваши родители, знала, что полиция страны бросила все силы на то, чтобы найти вас, она даже приходила к нам и говорила, что мы ничего не делаем.

— Она думала, что это прикольно. В тот день, когда она поехала в Лондон, я осталась одна и она строго потребовала, чтобы я никуда не выходила из дома. Я не возражала, тем более что все время шел дождь. Кажется, в ту ночь я так нагулялась под дождем, что на всю жизнь хватит.

— А что ты можешь рассказать о тех частных детективах? Из «Кто ищет, тот найдет»? Она их наняла и, должно быть, уже сделала первый взнос. Тебе что-нибудь об этом известно?

— Она сказала, что так ее никто не заподозрит. Классно придумала, да? Правда, ловко. Она знала, что ее дом никто обыскивать не будет, а еще говорила, что им никогда не найти Джайлза.

Вексфорд покачал головой. Обычно он почти во всем мог увидеть смешные стороны (так выражается его жена), но здесь не находил решительно ничего забавного, кроме разве того, как девочка кривилась, стараясь не показать, что ей очень весело. И тут Вексфорд сделал нечто, что вернуло ее к грубой действительности. Это было жестоко, но как бы там ни было, он сделал это не нарочно.

— Но сейчас она мертва, — сказал он. — И ничего не сможет нам объяснить.

Софи, как и все, знала, что Матильда умерла, но напоминание сразило ее. Она подняла на них скорбное личико.

— Я любила ее, а она любила меня. Больше всех остальных. Кроме Джайлза, я любила ее больше всех на свете.

Она зарыдала.

Когда расследование только начиналось, подумал Вексфорд, я сказал себе, что они не так уж просты и наивны. Сейчас я в этом уже не очень уверен.


В обед они возобновили допрос, но на этот раз с Вексфордом был Бёрден, а с Софи — ее отец. Вексфорду это не нравилось, и Софи, очевидно, тоже страдала от присутствия Роджера, но ничего поделать было нельзя. Видимо, Дорин Брюс допросами была сыта по горло, что вполне понятно. Но также было ясно и то, что в присутствии отца Дейда девочка замкнется. Вексфорд надеялся, что не придется слишком часто просить его не вмешиваться в разговор. А Катрины весь день вообще не было видно.

Как ни странно, Дейд практически не встревал во время допроса и даже не делал попыток перебить дочь. Он сидел с закрытыми глазами, храня угрюмое молчание, и, казалось, безучастно слушал вопросы полицейских и ответы Софи. Вексфорд снова стал прощупывать почву, пытаясь понять, чем могло быть вызвано такое странное желание Матильды Кэрриш принять детей и спрятать их у себя, но в основном пытался как можно больше узнать о местонахождении Джайлза. Он все-таки не верил девочке, когда она настаивала, что не знает, где брат. Но начал с Матильды.

— С трудом верится, что ваша бабушка приняла вас, не задав ни одного вопроса. Она что, вот так просто согласилась спрятать вас и солгать полиции? И ничего вам не объяснила? Не сказала, например, что заставляет ее так поступать?

— Она ничего такого не говорила, — ответила Софи. — Джайлз рассказал ей, что с нами случилось, и я тоже рассказала, пока мы ехали в машине со станции. Она просто сказала, что рада тому, что мы обратились к ней.

Дейд открыл глаза и посмотрел на дочь. Сколько же в этом взгляде было неприязни! Но Софи даже не дрогнула. Вексфорд настаивал:

— Вы не сделали ничего плохого. — Скрыли преступление? Спрятали тело? — Поправлюсь, вы не сделали ничего плохого Джоанне. Почему Матильда не позвонила вашим родителям? Вы рассказали ей о Питере. Почему же не позвонить в полицию и не сообщить?

Софи стало неуютно.

— Ей даже и в голову такое не пришло, я уверена. Она просто хотела присмотреть за нами и убедиться, что с нами не случится ничего плохого.

Инспектор сменил тему.

— Твой брат не мог оказаться за границей, — сказал он. — Его паспорт здесь. Когда он уехал из дома вашей бабушки?

Софи уже отвечала на этот вопрос, но он снова ее проверял.

— Мы были у Матильды в воскресенье рано утром. В тот день мы с Джайлзом долго спали. Мы устали очень, ведь почти всю ночь провели на ногах. Но уже вечером Матильда сказала, что назавтра Джайлзу придется уехать, что она все устроит по телефону. Ему надо уехать, прежде чем родители заявят в полицию о нашем исчезновении. К тому времени как я проснулась, все уже было готово. Она отвезла его на станцию. И сказала, что мне лучше не знать, куда он едет, чтобы я не смогла рассказать об этом тем, кто будет интересоваться. — Она победно взглянула на него. — Таким, как вы.


Лужи, почти залившие всю дорогу, напомнили ему о зимнем наводнении. Только не все сначала. Дождь прекратился, но было понятно, это лишь временный перерыв. Вексфорд поставил коробку с отсортированным мусором на тротуар, тем самым нарушая правила, установленные городскими властями. Газеты, банки и бутылки нельзя было выносить до утра, но утром дождь может полить с такой силой…

Его всегда забавляло, что заголовки сваленных поверх кучи мусора газет так привлекают внимание. Обычно, когда сидишь и эту газету читаешь, на них и не смотришь, даже в голову не приходит прочесть хотя бы отрывок о водостойкой туши, бирманских кошках или, наконец, о восходящей пятнадцатилетней поп-звезде, а тут, вынося мусор, просто не можешь удержаться. Его внимание привлекла статья из кулинарного раздела. Газета была раскрыта именно на этой страничке и лежала сверху, хотя, судя по дате, была недельной давности. Цветные иллюстрации, на них закуска из авокадо, грейпфрут в соусе из лайма, морской ангел, сладости и пирожные с фруктами и кремом…

Стоп, а не из этих ли блюд, по словам Софи, состоял ужин, который готовила Джоанна в тот роковой воскресный вечер три месяца назад? Он взглянул на рецепты снова, стоя на дороге, под уличным фонарем. Совпадение? Исключено. Скорее всего, это просто говорило о том, как далеко девочка зашла в своей лжи. Она прочла эту страничку, пока была у бабушки, и припомнила все детали, когда они ей понадобились…


Глава 20 | Чада в лесу | Глава 22