home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Большевистская

— Зачем сняли название партии — большевистская?

— Правильно, конечно. Это же случайное название, ничего идейного в этом нет. Слово только и означает, что большинством голосов, большинством людей.

— Само звучание — большевик, это что-то сильное, могучее…

— А для беспартийных и за границей большевик что такое? Переведи с русского на какой-нибудь язык… Для старых большевиков особенно неприятно это дело…

23.11.1971


— С моей точки зрения, свою главную обязанность я вижу не в написании правильной истории, хотя это очень большое дело и очень ответственное. Гораздо более важная и более трудная задача, с которой сложнее справиться, — это помочь восстановлению и продолжению дела Ленина — Сталина. А это не только в историю уходит, это больше уходит в будущее.

Проанализировать прошлое с точки зрения будущего и настоящего — вот это я считаю важным. Конечно, я за эту задачу не берусь, это не по моим силам. Но помочь в каком-то смысле, внести в это дело более правильное направление мысли, я считаю, теперь нужно.

08.03.1974


— Сталин работал над второй частью «»Экономических проблем», давал мне кое-что почитать, но куда все это делось, ничего не известно.

— Не мог Берия прибрать?

— Нет, Берия не интересовался. Ему интересно, кто против кого, одного этим ударить, другого — тем. Ему важно, какие столкновения между отдельными людьми, чтобы их использовать. И когда нужно, высунуть какой-нибудь документ: вот ты что про него писал!

И поссорить, одним словом.

— Мгеладзе рассказывал, как Маленков и Берия формировали новое правительство.

Маленков сделал заявление: «»Товарищ Сталин находится в очень тяжелом состоянии. Вряд ли он из него выйдет. А если выйдет, то ему надо будет не менее шести месяцев, чтобы вернуться на работу. Поэтому страна не может быть без руководства».

После этого Берия зачитал список правительства. Веселый, как будто хочет показать, что ничего страшного для страны не произошло.

— Возможно. Я не помню эти детали… Перед смертью Сталин поднял руку. Поднять-то поднял, но…

30.06.1976


Читаю Молотову выдержки из книги Авторханова о 22 июня 1941 года: «»Приехали к нему на дачу и предложили выступить с обращением к народу. Сталин наотрез отказался. Тогда поручили Молотову…»

— Да, правильно, приблизительно так.

— «Сталину предложили возглавить Главное командование Красной Армии — отказался».

— Ну зачем ему все брать на себя? Он и так оставался во главе, но не завален мелочами, второстепенными вопросами. Это правильно он делал, конечно.

— «Когда члены Политбюро начали напоминать Сталину о его личной ответственности в случае катастрофы, Сталин перешел в контрнаступление и обвинил Молотова в предательстве…»

— Молотова?

— Да, «…за подписание Пакта с Риббентропом».

— Ну, знаете, абсурд! Сталин же там был. Все это было по его инициативе, по сути дела.

— «Ворошилова и Жданова назвал саботажниками соглашения с англо-французской миссией…»

— Ну, неправильно.

— «На возражение, что все это делалось ведь по прямому предложению лично Сталина, Сталин с несвойственной ему горячностью вскочил с места, обложил всех матом и исчез в один из своих тайников…»

— Ну, ну.

— Приводит слова Хрущева: «Я знаю, каким героем он был. Я видел его, когда он был парализован от страха перед Гитлером, как кролик, загипнотизированный удавом».

— Ну конечно, он переживал, но на кролика не похож, конечно. Дня два-три он не показывался, на даче находился. Он переживал, безусловно, был немножко подавлен. Но всем было очень трудно, а ему особенно.

— Якобы был у него Берия, и Сталин сказал: «Все потеряно, я сдаюсь».

— Не так. Трудно сказать, двадцать второго или двадцать третьего это было, такое время, когда сливался один день с другим. «Я сдаюсь» — таких слов я не слышал. И считаю их маловероятными.

— Авторханов пишет о Евгении Аллилуевой, тетке Светланы, которая пришла к Сталину в августе 1941 года и была поражена его паническим настроением.

— Нет, тогда он уже оправился. Когда он стал министром военным? Тридцатого июня?

— «Формально Верховным был Сталин, фактически — его замы, по армии — Жуков, по войскам НКВД — Берия». Ну как?

— Так нельзя сказать.

— «Политически ставка находилась в руках Берии и Маленкова».

— По-моему, так тоже нельзя сказать.

— Он пишет об интригах Жданова против Маленкова и Жукова, о том, что Жуков был протеже Маленкова…

— В какой-то мере Маленков поддерживал его. Сказать, что протеже, не подходит, по-моему.

— «Жданова поддерживали Молотов, Каганович, Ворошилов, Андреев — обиженные члены Политбюро».

— Нет, тогда мы не были обиженными.

— Далее он пишет, что после войны Сталин возвышает Жданова, поднимает Вознесенского и Кузнецова. Кузнецов стал Секретарем ЦК, куратором ГБ и начал чистить органы от бериевцев. Берия решил вернуть сосланного в Туркестан Маленкова и съесть Жданова. Заваривается «ленинградское дело».

— Видимо, Маленков был в Туркестане, но я совершенно не помню. Недолго, наверно.

— После этого Жданов ложится в больницу и умирает, а остальных арестовали… Болгары и югославы, по предложению Димитрова, затеяли Балканскую федерацию. Было такое?

— Было, но не ясно, какую тут роль сыграл Димитров.

— Сталин в феврале 1948 года сказал Димитрову: «Вы не посоветовались с нами? Болтаете, как бабы на перекрестке, что вам придет в голову!» А Димитров посоветовал югославам оставаться твердыми в споре с Москвой.

— Тоже маловероятно.

— Димитров из поездки в Москву не вернулся.

— Все это так, будто сплошные бандиты сидели в Политбюро!

— Авторханов считает, что Берия и Маленков оторвали вас от Сталина.

— У меня не было такого мнения.

— Они представили вашу группу — Молотов, Ворошилов, Каганович, Микоян, Андреев — как орудие сионистского заговора. К тому же вы могли быть и англоамериканским шпионом.

— Вполне. Для разнообразия, — подмечает Молотов.

— «Сталин дошел до того, что даже по-собачьи преданного ему Ворошилова объявил английским шпионом и поставил на его квартире тайный микрофон».

— Это могло быть. Но не обвинял его.

Сплошь аморальные личности — так получается по этой книжке. На все идут, только бы… — усмехается Молотов.

Читаю дальше:

— «Сталин никого не убивал из любви к убийству. Не был он и садистом, и еще меньше параноиком… На XIX съезде Сталин оказался в полной изоляции от остальных членов Политбюро. Сталин отвел шесть членов Политбюро, однако на пленуме их избрали, — первое историческое поражение Сталина». Было такое?

— Не было этого.

— И еще одна деталь. Он пишет, что 17 февраля 1953 года Сталин принял посла Индии К. Менона. Рисовал на листках блокнота волков: «Крестьяне поступают мудро, убивая бешеных волков!» Вроде бы он имел в виду некоторых членов Политбюро.

— Рисовал для забавы, — ответил Молотов.

13.01.1984



Вспомним Иосифа | Молотов. Полудержавный властелин | Бажанов