на главную | войти | регистрация | DMCA | контакты | справка |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


моя полка | жанры | рекомендуем | рейтинг книг | рейтинг авторов | впечатления | новое | форум | сборники | читалки | авторам | добавить
фантастика
космическая фантастика
фантастика ужасы
фэнтези
проза
  военная
  детская
  русская
детектив
  боевик
  детский
  иронический
  исторический
  политический
вестерн
приключения (исторический)
приключения (детская лит.)
детские рассказы
женские романы
религия
античная литература
Научная и не худ. литература
биография
бизнес
домашние животные
животные
искусство
история
компьютерная литература
лингвистика
математика
религия
сад-огород
спорт
техника
публицистика
философия
химия
close

реклама - advertisement



Оборона Заполярья

(июнь — ноябрь 1941 года)

История обороны Заполярья в первые месяцы Великой Отечественной войны мало похожа на приграничное противостояние наших и немецких армий на других участках советско-германского фронта. В отличие от Белоруссии, Прибалтики и Украины на севере страны части Красной армии уступили врагу очень незначительную территорию, активно защищались и даже контратаковали. Представленный исторический материал обобщает историю обороны Заполярья с июня по ноябрь 1941 года.

Боевые действия в Заполярье развернулись в июне 1941 года. Для захвата советских районов Севера германское командование выделило отдельную армию вермахта «Норвегия» под командованием генерал-полковника фон Фалькенхорста в составе горнопехотного корпуса вермахта «Норвегия», 36-го армейского корпуса немцев и 3-го армейского корпуса финнов. Этой группировке, развернутой на территории Норвегии и в Северной Финляндии — от Варангер-фьорда до Суомуссалми, ставились следующие оперативные задачи: разгромить противостоящие советские войска, захватить Мурманск, Кандалакшу и Кировскую железную дорогу, а в последующем овладеть Кольским полуостровом. Эта армия в отличие от других войсковых группировок советско-германского фронта напрямую подчинялась оперативному командованию вооруженных сил (ОКВ), а не командованию и штабу сухопутных войск (ОКХ).

Горнопехотный корпус «Норвегия» в составе двух горнопехотных дивизий (2 и 3 гпд) наносил удар на Мурманск, 36-й армейский корпус (169 пд, бг/гпд СС «Норд») — на Кандалакшу, а 3-й армейский корпус (3 и 6 пд) наступал на Ухту и Кестеньгу, имея конечной целью захватить участок Кировской железной дороги в районе железнодорожной станции Лоухи[25].

Наступление германской армии «Норвегия» поддерживалось 5-м воздушным флотом в составе 400 самолетов. В северных портах Норвегии были сосредоточены 5 эскадренных миноносцев, 6 подводных лодок и другие корабли германского военно-морского флота. Кроме того, предусматривалось использовать из числа захваченных норвежских кораблей 3 миноносца, 2 минных заградителя и 10 сторожевых кораблей.

Противнику противостояли войска 14-й армии РККА под командованием генерал-лейтенанта В. А. Фролова. В ее состав входили 42-й стрелковый корпус генерал-майора Р. И. Панина (104, 122 сд и 1 тд), а также отдельные 14-я и 52-я стрелковые дивизии, 23-й укрепленный район и 1-я смешанная авиационная дивизия двухполкового состава. Действия наземных войск также поддерживал Северный флот.

Армия имела задачу прикрыть северное побережье Кольского полуострова, удержать полуострова Рыбачий и Средний и не допустить прорыва противника на мурманском, кандалакшском и кестеньгском направлениях. Ширина полосы обороны армии достигала 550 км. Оперативное построение — в один эшелон.

Общевойскового резерва армия в начале оборонительной операции не имела. Был создан противодесантный резерв в составе стрелкового батальона, располагавшийся в районе командного пункта армии (в Мурманске).

Оборона армии организовывалась по направлениям вероятных ударов германских и финских войск. Соответственно, создавалась и группировка войск. Северное побережье Кольского полуострова оборонял 325-й стрелковый полк 14-й стрелковой дивизии, полуострова Рыбачий и Средний — 23-й укрепленный район. На мурманском направлении оборонялись 52-я и 14-я стрелковые дивизии вместе с 100-м погранотрядом. Кандалакшское направление прикрывал 42-й стрелковый корпус со 101-м погранотрядом. На кестеньгском направлении оборонялся 242-й стрелковый полк 104-й стрелковой дивизии с дивизионом 502-го гаубичного артиллерийского полка и 72-м погранотрядом.

На мурманском направлении на удалении 1–3 км от государственной границы был создан пограничный рубеж, оборонявшийся 95-м стрелковым полком, 35-м отдельным разведывательным батальоном 14-й стрелковой дивизии и 100-м погранотрядом. Главная полоса обороны проходила по восточному берегу реки Западная Лица. Она оборонялась частями 52-й и 14-й стрелковых дивизий.

На кандалакшском направлении имелись три оборонительные полосы. Главная полоса была оборудована вдоль государственной границы. Ее обороняла 122-я стрелковая дивизия[26]. Вторая полоса обороны находилась на удалении 25 км от главной и занималась 104-й стрелковой дивизией (без 242 сп). На рубеже реки Тунтса-Йоки (в 60 км от главной полосы) создавалась третья оборонительная полоса. Строительство этой полосы только началось. На ней располагалась 1-я танковая дивизия (30 Т-28, 199 БТ-5–7, 4 КВ-1, 2 КВ-2 на 1 июля 1941 года). Ввиду очень большого удаления оборонительных полос друг от друга они не имели тактической и огневой связи. Такое глубокое построение боевого порядка 42-го стрелкового корпуса обосновывалось важностью и в то же время малой емкостью кандалакшского направления, расположением выгодных для обороны естественных рубежей, наличием открытых флангов у оборонявшихся дивизий и возможностью глубокого их обхода противником. В последующем боевой порядок корпуса строился в один эшелон с выделением общевойскового резерва силою до полка.

Боевые порядки дивизий строились в один эшелон. Резерв создавался силою до батальона.

Ширина полосы обороны дивизий доходила до 30 км. Плотности сил и средств были невысокими. Например, в 122-й стрелковой дивизии, оборонявшей главную полосу, плотности на 1 км фронта составляли: батальонов — 0,3, станковых пулеметов — 6, орудий и минометов (всех калибров) — 9, зенитных орудий — 0,4, танков — 22.

Противник превосходил войска армии по живой силе и артиллерии в два раза, а по авиации — в четыре с лишним раза. На некоторых направлениях превосходство противника было еще большим. Например, на кандалакшском направлении он превосходил наши войска по личному составу в 3 раза, а по артиллерии — в 2,5 раза.

Соотношение сил советских и немецких войск в полосе действий 14 А на 29.06.1941 года

Численность л/с и вооружения Советские войска Немецко-финские войска
Люди (1:2,4) свыше 103 290 около 250 000
Орудия и минометы (1:1,5) более 1500 2300
Танки (1:2) около 100 свыше 200
Самолеты (1:2) 273 547

Наступление германских войск на мурманском направлении началось 29 июня 1941 года. После полуторачасовой артподготовки и налета 120 бомбардировщиков две дивизии противника атаковали подразделения 95-го стрелкового полка и 35-го отдельного разведывательного батальона, развернутых вдоль государственной границы на фронте около 35 км. В течение первого дня наступления горнопехотный корпус «Норвегия» продвинулся на 8–12 км и вышел к реке Титовка, где был остановлен 112-м стрелковым полком 52-й стрелковой дивизии[27].

Перегруппировав свои основные силы, горнопехотный корпус «Норвегия» 7 июля возобновил наступление. Его соединениям удалось форсировать реку Западная Лица и к исходу дня глубоко вклиниться в оборону 52-й стрелковой дивизии генерал-майора H. H. Никишина. Обстановка для армии на этом направлении сложилась крайне тяжелая, так как резервов не имелось. Чтобы в какой-то мере отвлечь силы противника с фронта, командующий армией решил высадить морской десант в составе батальона пограничников и нанести удар по левому флангу главной группировки врага. Эти действия полностью себя оправдали. Не зная истинных сил морского десанта, противник бросил для его уничтожения три батальона, чем ослабил свою ударную группировку. Части 52-й стрелковой дивизии стойкой обороной измотали наступающего противника, а затем контратаками при артиллерийской поддержке эсминцев СФ «Урицкий» и «Куйбышев» к исходу 8 июля отбросили его на западный берег реки Западная Лица, восстановив передний край обороны дивизии[28].

11 июля вражеские войска вновь начали наступление. Им удалось вклиниться в оборону 52-й стрелковой дивизии, но упорным сопротивлением частей дивизии 13 июля наступление противника было остановлено, а к 20 июля решительными контратаками он был отброшен в исходное положение.

Большую роль в срыве июльского наступления противника сыграл морской десант, высаженный 14 июля в составе 325-го стрелкового полка (без 3 сб) и батальона морской пехоты. Десант нанес удар по флангу наступающей группировки врага, продвинулся на 6–8 км и привлек на себя ее крупные силы (136 гсп, 1-й батальон 14 пп, а с 20 июля 139 гсп, 67-й самокатный батальон и всю артиллерию 2 гсд).

Необходимо добавить, что в составе 52 сд был 63-й разведывательный батальон, имевший в своем составе мотострелковую, бронеавтомобильную и танковую роты. Разведчикам одним из первых удалось захватить пленных — немецких горных егерей. В процессе допроса выяснились интересные подробности. Отборные немецкие солдаты (рост не менее 183 см) 2-й (136, 137-й горноегерские полки) и 3-й (138-й егерский, 139-й пехотный полки) горноегерских дивизий упорно утверждали, что советские войска будут разгромлены в течение трех дней, так как командир горного корпуса «Норвегия» генерал Дитль — любимец фюрера, а сухой паек выдали именно на 3 дня.

Большие потери в личном составе и боевой технике вынудили противника срочно усиливать войска, действовавшие в Заполярье. В течение августа 1941 года горнопехотный корпус «Норвегия» был усилен боевыми частями СС, переброшенными с территории Греции, 9-м моторизованным полком СС, 388-м пехотным полком 241-й пехотной дивизии, 4-м и 14-м отдельными пулеметными батальонами. На пополнение 2-й и 3-й горнопехотных дивизий из Германии прибыло 6500 человек[29].

Советские войска также были реорганизованы. На базе Северного фронта 23.08.1941 года образовались два новых объединения: Карельский фронт, куда вошла 14 А, и Ленинградский фронт. Карельский фронт возглавил генерал-лейтенант В. А. Фролов, а 14-ю армию — генерал-майор Р. И. Панин.

7 сентября горнопехотный корпус «Норвегия» после месячной подготовки перешел в наступление против частей 52-й и 14-й стрелковых дивизий.

В полосе 52-й стрелковой дивизии противник вклинился на глубину 2–3 км, но был остановлен, а в полосе 14-й стрелковой дивизии ему удалось форсировать реку Западная Лица, обойти левый фланг дивизии и 14 сентября перерезать единственную дорогу Мурманск — Западная Лица, что привело к прекращению подвоза и эвакуации.

В создавшейся обстановке командующий 14-й армией решил выдвинуть еще не закончившую формирование в Мурманске 186-ю стрелковую (полярную) дивизию и нанести ею контрудар в целях уничтожения прорвавшейся группировки врага.

15 сентября 186-я стрелковая дивизия с марша вступила в бой и остановила дальнейшее продвижение противника[30]. С 15 по 23 сентября части 14-й и 186-й стрелковых дивизий отражали настойчивые попытки немцев окружить наши войска, оборонявшиеся на мурманском направлении.

23 сентября 186-я стрелковая дивизия совместно с 95-м стрелковым полком и 1-м батальоном 325-го стрелкового полка 14-й стрелковой дивизии нанесла контрудар по прорвавшейся группировке противника и после трехдневных упорных боев отбросила его на западный берег реки Западная Лица, полностью восстановив положение в полосе 14-й стрелковой дивизии.

На кандалакшском направлении наступление 36-го армейского корпуса германских войск началось 1 июля 1941 года. Части 122-й стрелковой дивизии в течение нескольких дней успешно отражали ожесточенные атаки 169-й пехотной дивизии, 6-й финской дивизии и боевой группы СС «Норд». С выходом противника на фланги и угрозой окружения 122-й стрелковой дивизии командующий армией приказал отвести ее на вторую полосу обороны[31]. С этого момента на второй полосе оборонялись две дивизии (122 и 104 сд) при поддержке танковых частей 1 тд. На этом рубеже 42-й стрелковый корпус в течение сорока дней успешно отражал атаки вражеских войск.

2 июля 1941 года в бой было брошено единственное соединение СС, действовавшее в Заполярье — боевая группа СС «Норд» (с сентября 1941 года — 6-я горнопехотная дивизия СС «Норд»). Состояло это соединение, сформированное в конце 1940 года в Австрии, из добровольцев, набранных в Венгрии, Румынии и Норвегии (так называемый лыжный батальон СС, довольно немногочисленный), однако ядро его составляли немецкие солдаты, главным образом из охраны концлагерей. Эсэсовцы были усилены частями из финской и немецкой пехоты. В первые же часы боя германские части испытали серьезные затруднения на направлении главного удара Салла-Куолоярви. У опорного пункта Салла прошедшие «обкатку» финской войной советские войска отбили две атаки пяти задействованных в операции пехотных батальонов СС, перешли в контратаку и отбросили немцев в глубокий тыл занимаемых ими накануне штурма позиций. Гиммлер пришел в ярость, узнав о том, что эсесовцы побросали оружие и бежали с поля боя. Финны усилили нажим на своем участке и вынудили советские войска вначале замедлить темпы контрнаступления, а затем вернуться на исходные позиции. Финское наступление спасло боевую группу «Норд» от полного уничтожения. В своем первом же бою войска СС потеряли около 100 человек убитыми (в том числе 13 офицеров), 250 ранеными и 150 пропавшими без вести. Больше, чем само поражение, рейхсфюрера СС Гиммлера возмутил сам факт сдачи в плен значительной части официально считавшихся пропавшими без вести членов СС. Командующий отдельной армией «Норвегия» генерал-полковник вермахта фон Фалькенхорст временно расформировал боевую группу СС «Норд» как самостоятельную единицу и распределил ее личный состав между немецкими и финскими частями для получения необходимого боевого опыта[32].

Немецко-финские войска на всем этом направлении имели до роты немецких танков Pz.Kpfw.III. Применялись они небольшими группами по 3–5 танков. Основным противотанковым средством противника 86 были крупнокалиберные (12-мм) пулеметы и 22, 37-мм противотанковые пушки. В районе Вуораярви против 2-го батальона 1-го полка 1-й танковой дивизии действовали части 6-й финской пехотной дивизии. Танки в этом направлении финнами почти не применялись, а в качестве противотанкового средства использовались компактные, носимые огнеметы, применяемые с деревьев на узких дорогах.

Согласно советским отчетам, тактика немецко-финских войск в этот период была следующей.

Как правило, в период сосредоточения частей противника за активной «офицерской» разведкой с командных и наблюдательных пунктов, рекогносцировкой по рубежам и авиаразведкой финны выдвигали мелкие группы на различные направления, которые немедленно окапывались и строили оборонительные укрепления. За ними следовали артиллерийские обстрелы и «частная» разведка боем мелкими группами, оснащенными автоматическим оружием, действующими в целях обнаружения флангов и огневой системы обороны. Иногда по дорогам и тропам высылались мелкие группы велосипедистов (до 30–50 человек) и мотоциклистов (до 20–30 человек).

В наступлении артиллерийская подготовка проводилась 75, 105-мм орудиями до шести дивизионов на глубину до 15 км. Орудийную стрельбу сменяли усиленные атаки пикирующих бомбардировщиков, активно действующих исключительно по позициям переднего края. Затем следовал бросок пехоты, поддерживаемый всеми огневыми средствами и мелкими по 2–3 танка группами, стремящимися обойти оборону советских войск или обнаружить в ней наиболее уязвимые места.

При действиях в глубине обороны на рубеж выхода «просачивающихся» групп немедленно выдвигались противотанковые огневые средства и оружие ближнего боя, создающие противопехотную и противотанковую огневые завесы. Авиация препятствовала советским частям в это время атаковать прорвавшегося противника. Одновременно на флангах финских войск действовали отдельные мелкие группы прорыва с целью создания впечатления обхода и окружения. Танки противника, ощутив огневое противодействие обороны и встретив советские танки, уклонялись от боя, часто превращаясь в неподвижные огневые точки, ведущие огонь из укрытия.

К 28 июня 1-я танковая дивизия Красной армии 1-го Краснознаменного механизированного корпуса РККА в основном закончила сосредоточение из города Пскова в район станции Алакуртти, озера Сари-Ярви, восточных скатов горы Кустовара, где поступила в распоряжение командующего 14-й армии для совместных действий с частями 42-го стрелкового корпуса. Части дивизии на основании приказа начальника штаба корпуса использовались в ударной группе 42-го стрелкового корпуса, главными силами находясь в районе станции Алакуртти. Одновременно из состава дивизии для совместных действий с частями 122-й стрелковой дивизии для обороны укреплений в районе населенных пунктов Сала, Корья, Вуориярви было выделено от одного батальона до танкового полка. Кроме того, на части дивизии (1-й мотострелковый полк)[33] была возложена задача прикрытия левого фланга частей корпуса, которые занимали оборону в районе населенных пунктов Вуориярви, Ран-Йоки и реки Сулаха. Начиная с 7 июля, на основании боевого приказа штаба корпуса, 1-я танковая дивизия, выполняя ранее поставленную задачу, одним танковым полком с двумя батальонами мотострелкового полка совместно с частями 122-й стрелковой дивизии обороняла полосу в районе населенных пунктов Юнааиванселька, Витхарью, Кусизара.

В период отхода частей 122-й стрелковой дивизии с занимаемого района обороны на заранее подготовленный рубеж под действием превосходящих сил немцев и финнов, когда 715-й стрелковый полк был окружен, части 1-й танковой дивизии обеспечили прикрытие огнем танков отход частей 122-й стрелковой дивизии и спасли 715-й стрелковый полк от гибели.

За неделю боев на этом направлении части 1-й танковой дивизии (30 Т-28, 199 БТ, 65 Т-26 на 4 июля 1941 года)[34] совместно с частями 122-й стрелковой дивизии уничтожили более 60 % личного состава дивизии «Норд» и почти 30 % личного состава 169-й немецкой пехотной дивизии. Однако и танковая дивизия за это время понесла тяжелые потери. Огнем противотанковой артиллерии было подбито 63 танка БТ-7, более половины из них сгорели и были оставлены на поле боя. Погибло 28 человек (из них 4 средних командира), было ранено 58 человек (из них 10 средних командиров), пропало без вести 30 человек (из них 2 средних командира).

Возложенные на танковые подразделения задачи в основном выполнялись совместно с частями 122-й стрелковой дивизии действиями мелких засад (от 2–3 танков до танкового взвода), без перехода в контратаку, а если последние и имели место, то только как исключение.

Так, для соединения с частями 104-й стрелковой дивизии (ее левым флангом) и прочесывания леса 8 июля была выслана рота от 1-го полка, которая возвратилась после ожесточенного боя, имея потери: 1 бронеавтомобиль БА-10 сгоревшим, 2 подбитыми и 2 человека ранеными. У противника было уничтожено до 20 человек и захвачено 1150 патронов. Аналогичные группы от 1-го полка высылались ежедневно до 14 июля, и ими было уничтожено до 100 человек противника.

В тот же день по приказу командира дивизии 1-й танковый полк был выдвинут к 11.00 в район урочища Исукумпи, озера Нурми-Ярви, где был рассредоточен по направлениям вероятного наступления противника: 1-й танковый батальон с ротой 2-го батальона — урочище Исукумпи, 3-й танковый батальон с ротой 4-го батальона — гора Куоривара, остальные части — у озера Нурми-Ярви.

Противник силой до 2 батальонов к утру 10 июля обошел левый фланг 104-й стрелковой дивизии и занял безымянную гору южнее населенного пункта Куористы Бзензара. Командир полка в район этой высоты выдвинул танковую группу в составе взвода танков БТ-7 и 2 танков Т-28 с задачей, действуя совместно с частями 104, 122-й стрелковых дивизий и первым батальоном 1-го полка, окружить и уничтожить прорвавшегося противника. В 15.30 пикирующие бомбардировщики произвели налет на танки, в результате чего одна машина Т-28 была выведена из строя. Воспользовавшись этим, противник попытался вырваться из окружения, но, атаковав его, танки полка уничтожили огневые точки финнов на высоте и содействовали их окружению и уничтожению. В результате боя были взяты в плен 4 солдата 12-го финского егерского полка и захвачены оперативные документы и карты противника.

На следующий день с 11.00 в районе высоты Безымянной пехота вновь перешла в наступление. Танки, создавая впереди пехоты огневой вал, обеспечили успех ее наступления. К утру 12 июля противник был уничтожен, и безымянная высота взята. В этой атаке танки без значительных потерь для себя блестяще справились с задачей. Совместно с действующими пехотными частями были уничтожены и закопаны гусеницами 223 человека финской пехоты. На поле боя были брошены крупнокалиберные пулеметы, автоматы, 2 малокалиберные противотанковые пушки и большое количество боеприпасов.

12 июля распоряжением командира дивизии в распоряжение командира 73-го пехотного полка было выделено 7 танков Т-28, которые сосредоточились в 23 км западнее Алакуртти. Кроме того, взвод 2-го танкового батальона и одна машина Т-28 сосредоточились в районе безымянной высоты в готовности к действию по отражению противника, где и находились до 14 июля.

На этом же направлении еще 28 июня был сосредоточен в лесу в 1,5 км южнее станции Алакуртти и 2-й танковый полк 1-й танковой дивизии за исключением 3-го батальона, который поступил в резерв штаба 14-й армии и был направлен в район города Кандалакши. До 5 июля подразделения полка занимались боевой подготовкой, а затем саперная рота и 6-я рота 2-го батальона получили приказ выйти в район населенного пункта Сулахаран Ноки и совместно с 3-м батальоном 1-го полка оборонять указанный участок. На следующий день распоряжением начальника штаба 1-й танковой дивизии 6-я рота 2-го батальона убыла в район сосредоточения 1-го полка, а танковый полк получил задачу — быть в готовности к погрузке в эшелоны. В тот же день приказ был отменен, а 6-я и саперная роты убыли в район сосредоточения 3-го батальона 1-го моторизованного полка.

7 июля 2 танка БТ-5 6-й роты с 3 танками Т-26, 2 бронемашинами и взводом пехоты были высланы для связи с 4-й ротой, оборонявшейся в районе населенного пункта Кукурилампи. К вечеру сведений от этой группы не поступило, и командиром 3-го батальона 1-го полка было отдано приказание командиру 6-й роты — выслать дополнительно 4 танка БТ-5 и Т-26 и взвод пехоты с задачей поддержать отход 4-й роты. Одновременно были высланы 8-я рота и взвод 6-й роты в направлении населенного пункта Хайскало с задачей — ударить во фланг наступающему на 4-ю роту противнику. Атака 8-й роты 92 и взвода танков успеха не имела, и они отошли на прежний рубеж. Высланная дополнительно боевая группа встретила подразделение, отправленное для связи с 4-й ротой, и стала поддерживать ее отход. При отходе был подбит 1 танк и 2 танка выведены из строя минами.

8 июля 6-я рота совместно с 3-м батальоном продолжала вести бой в районе населенного пункта Вуорви-Ярви. К вечеру к озеру Илимянен был выслан взвод 6-й роты с задачей — поддержать начавшую отход 4-ю роту.

14 июля 2-й танковый полк занимался боевой подготовкой, а к вечеру получил приказ, по которому 1-я рота полка совместно с 1-м батальоном и тремя ротами 3-го батальона готовилась нанести удар по противнику в направлении урочища Хангаселька. Предполагалось ударом во фланг и тыл уничтожить группировку противника и овладеть рубежом Коорд, высота 127,0, гора Куставара.

Однако уже вечером 15 июля был получен новый приказ — подготовить часть к погрузке на железнодорожный транспорт для переброски на участок обороны 7 А, вследствие чего задача 1-й роты была отменена.

Рано утром 16 июля первый эшелон был погружен на станции Алакуртти и отправлен к станции назначения.

К тому времени стало совершенно очевидным, что применение танковой дивизии в районе населенных пунктов Алакуртти, Кайрала, Салла, Вуоло-Ярви является совершенно нецелесообразным и малоэффективным в силу отсутствия возможностей маневра для танковых подразделений. Данный район характерен озерно-болотистой местностью с большим сплошным массивом каменных валунов, то есть естественных противотанковых препятствий. Кроме того, противник на этом направлении обладал большим количеством автоматического противотанкового оружия.

Действующий совместно с танковыми частями 42-й стрелковый корпус вел бои в основном оборонительного характера, и возможности танковой дивизии были не использованы, а основные ее силы не были применены.

15 июля с утра по распоряжению командующего фронтом дивизия (без 3-го батальона 2-го танкового полка, 1-го мотополка и 3-го батальона 1-го танкового полка) начала производить погрузку на станции Алакуртти в эшелоны для передислокации по железной дороге в район поселка Рошаля (Корпиково, Пролетарская слобода), где к тому времени обстановка серьезно обострилась. 1 тд оставила по техническим неисправностям в Алакуртти 2 KB, 23 БТ-7,10 Т-26 и в Кандалакше 30 танков БТ. За время боев безвозвратные потери 1 тд составили 33 БТ, 1 Т-26, 3 БА-10 и гусеничный тягач «Коминтерн».

К 19 августа германское командование закончило подготовку нового наступления. 36-й армейский корпус нанес удары по флангам дивизий 42-го стрелкового корпуса и 21 августа создал угрозу их окружения. Дивизионные и корпусные резервы были израсходованы. Армейских резервов на этом направлении также не было. Командующий армией приказал командиру 94 42-го стрелкового корпуса отвести войска на рубеж реки Тунтса-Йоки. Отход был проведен организованно.

В этот период советские войска поддерживали боевые машины отдельного танкового батальона 42-го стрелкового корпуса. На эти танки и была вся надежда. 20 августа командир батальона получил устный приказ командира 104 сд: поддержать огнем пехоту для уничтожения противника, перерезавшего шоссе Алакуртти — Салла. Сначала из роты старшего лейтенанта Горскина в бой были брошены 2 легких танка БТ, которые вскоре были подбиты артиллерией противника. Тогда на передний фланг был выдвинут тяжелый танк КВ-2, который в гордом одиночестве «ездил» по вражеским позициям, пока не подорвался на фугасе. После этого попытки подобных танковых атак были прекращены. Батальон вместе с пехотой отражал атаки противника и подбил 2 немецких танка.

3 сентября 36-й армейский корпус вермахта, усиленный 9-м моторизованным полком СС, атаковал нашу оборону на реке Тунтса-Йоки, к 10 сентября противнику удалось выйти в тыл 42-го стрелкового корпуса. Командующий армией приказал командиру корпуса отойти на заранее подготовленный рубеж по озерам и рекам Средний и Нижний Верман.

На этом рубеже соединения 42-го стрелкового корпуса 20 сентября окончательно остановили наступление врага. Понеся большие потери, соединения 36-го армейского корпуса немцев оказались не в состоянии сломить сопротивление 104-й и 122-й стрелковых дивизий и после безуспешных атак в конце сентября перешли к обороне[35].

На кестеньгском направлении 242-й стрелковый полк 104-й стрелковой дивизии занимал оборону в межозерном дефиле на удалении 60 км от границы. Такое удаление объясняется тем, что ближе к границе не было выгодных для обороны рубежей. Государственную границу на участке 100 км прикрывал 72-й погранотряд войск НКВД.

1 июля 1941 года части 3-й пехотной дивизии финнов атаковали заставы 72-го погранотряда. Основные усилия противник сосредоточивал вдоль единственной лесной дороги Куусам, Лоухи. Пограничники с тяжелыми боями отходили на восток.

К исходу 20 июля враг подошел к основному оборонительному рубежу 242-го стрелкового полка, продвинувшись за 20 дней на 60 км. Полк в течение десяти дней сдерживал натиск противника.

Для усиления своей группировки на кестеньгском направлении и развития достигнутого успеха германское командование перебросило сюда с кандалакшского направления вначале часть, а затем всю 6-ю горнопехотную дивизию СС «Норд».

31 июля после перегруппировки противник вновь перешел в наступление. Ему удалось рассечь оборону полка и окружить его некоторые подразделения. Полк понес большие потери. По приказу командующего армией этот полк 5 августа отошел сначала в район Кестеньга, а затем на рубеж 20 км восточнее. На его усиление был переброшен из Мурманска 1087-й стрелковый полк. Но и с прибытием этого полка остановить наступление врага не удалось. В целях повышения оперативности управления войсками все части на кестеньгском направлении 9 августа были объединены в 5-ю стрелковую бригаду.

При отходе 242-го стрелкового полка железнодорожная ветка Кестеньга, Лоухи оказалась неприкрытой, и противник силами до полка 11 августа вышел к ней в районе 34-го км. 5-я стрелковая бригада оказалась в окружении. Враг получил реальную возможность прорваться на станцию Лоухи и перерезать Кировскую железную дорогу. В этот критический момент Ставка Верховного главнокомандования усилила 14-ю армию 88-й стрелковой дивизией, находившейся в районе Архангельска.

За двое суток 88-я стрелковая дивизия по недостроенной железной дороге была переброшена на станцию Лоухи и 15 августа с ходу вступила в бой. Противник был остановлен. Наступательными действиями в течение сентября 88-я стрелковая дивизия и 5-я стрелковая бригада отбросили вражеские войска на 12–16 км. 23 сентября обе стороны перешли к обороне.

Боевые машины отдельного танкового батальона РККА, действовавшего на кандалакшском и кестеньгском направлениях, также очень активно поддерживали контратаки советских войск, тем более что у немцев были в основном только легкие и средние танки, не выдерживавшие никакой конкуренции с трехбашенными Т-28 и мощными КВ.

С 20 августа по 2 сентября отб (1 мсп) активных боевых действий не вел, восстанавливая материальную часть. 2 сентября один Т-28 и три БТ-7 поддерживали советскую пехоту, контратакующую позиции врага. На трехбашенном танке Т-28 был сосредоточен весь огонь противотанковой артиллерии противника, и он, получив пять прямых попаданий, сгорел. В этой ситуации БТ-7 прорвались на немецкую батарею и раздавили ее. Позиции противника были взяты, а 2 противотанковые пушки достались нашим войскам. Впоследствии танкистами были захвачены 2 исправных немецких танка Pz.Kpfw.I Ausf.В, которые были переданы в разведбатальон 88 сд. На 7 сентября 1941 года батальон имел в своем составе: 18 БТ-7, 6 Т-26 и один Т-28. Взвод танков БТ-7 вместе с мотострелковым полком находился в засаде на склонах горы Войта, на кестеньгском направлении 3 танка БТ-7 и один Т-28 охраняли КП 5 сбр. Приказом командира 42 ск одновременно разрешалось выводить для ремонта не более трех танков. 20 сентября в составе 107 отб (так стали именовать отдельный танковый батальон) было 16 БТ-7 и 4 огнеметных танка на базе Т-26. 4 БТ-7, 3 Т-28 и один огнеметный танк находились в ремонте.

С третьей декады сентября, когда на участке 14-й армии Карельского фронта начались позиционные бои, танковые силы 14 А действовали на мурманском и кандалакшском направлениях, занимаясь в основном ремонтом техники и охраной коммуникаций.

На мурманском направлении действовал танковый взвод старшего лейтенанта Анисимова (в составе четырех Т-26), который охранял и прикрывал КП 14-й стрелковой дивизии. В середине октября 1941 года танков Т-26 во взводе стало 5, также 2 машины из состава береговой обороны Северного флота получил 23-й укрепленный район. 26 октября 1941 года в связи с изменением штатов стрелковых дивизий был сформирован бронеотряд капитана Лепехина в составе 5 танков Т-26 (рота Анисимова), 11 легких танков Т-37/38 (62 орб 52 сд) и 12 бронемашин. Это подразделение находилось в распоряжении командующего оперативной группой мурманского направления. Бронеотряд белил и маскировал свою технику, а также ремонтировал неисправную материальную часть — 2 танка Т-37/38 и 5 бронемашин. В середине ноября кроме бронеотряда Лепехина на мурманском направлении действовал танковый отряд Северного флота из 5 танков Т-26.

На кандалакшском направлении действовал 107-й отдельный танковый батальон Красной армии. Вообще в этот период существовало два 107-х танковых батальона (второй в подчинении 115-й стрелковой дивизии Ленинградского фронта) Красной армии.

Вероятно, это было вызвано непостижимым дроблением 1-й танковой дивизии, в течение лета «путешествующей» по всему Северному фронту.

107-й отдельный танковый батальон с 20 по 30 сентября 1941 года в боях не участвовал. С отходом наших частей на реку Нижний Верман рота старшего лейтенанта Горскина в количестве шести БТ-7 и четырех ЛХТ-133 на основании боевого приказа штадива 122 от 12 сентября 1941 года вместе с 420 сп составляли ударную группу, которая занимала оборону на высоте 324,0 с задачей контратаковать противника в случае продвижения последнего по дороге Кандалакша — Алакуртти. 24 сентября, согласно распоряжению комфронтом — рота старшего лейтенанта Нетрусова (9 БТ-7 и 1 Т-26) убыла в Петрозаводск. Остальные танки батальона были переподчинены 104 сд с той же задачей. На 30.09.1941 года 107 отб имел: 3 Т-28 (все в ремонте), 11 БТ-7 (2 в ремонте), 5 Т-26 (из них в ремонте 1).

В течение октября 107 отб боевых действий не вел. Со 104 сд находилась рота старшего лейтенанта Мельникова (6 БТ-7, 4 ЛХТ-133). Штаб батальона и другая часть танков (5 БТ-7, 5 ЛХТ-133) располагались на 71 км дороги Кандалакша — Алакуртти. Только что полностью отремонтированные танки Т-28 во время движения с 310-го ремонтного завода в Кандалакше по пути в батальон опять сломались («сгорело ферродо»). Однако в конце месяца эти танки были отремонтированы (данные о 107 отб на 31.10.1941 года: 12 БТ-7, 5 ЛХТ-133, 3 Т-28). Кроме ремонта в батальоне шла активная подготовка к зиме: танки побелили, заправили антифризом систему охлаждения, все боевые машины были зарыты в землю, а под ними сделаны печи, посредством которых производилось подогревание масла до 35–40 °C. Вместо 3-й роты в батальоне создан бронеотряд на основе техники, переданной из 122 и 104 сд в количестве: 6 Т-38, 14 бронемашин. В ноябре особых изменений не произошло. Численность 107 отб составляла 20 танков: 12 БТ-7, 3 Т-28 и 5 ЛХТ-133. Бронеотряд из 10 БА и 6 Т-38 использовался для охраны коммуникаций[36].

При изучении отчетных докладов начальника АБТВ 14 А становится ясно, что самые большие трудности были связаны с ремонтом автомобильной и автотракторной техники. Так, в конце октября 1941 года в ожидании ремонта находилось 336 единиц техники, а ожидалось, что эта цифра возрастет до 410 единиц. Судя по требованиям на запчасти, основными автомобилями 14 А были ГАЗ-А, ГАЗ М-1, ГАЗ-АА, ЗиС-5, а тракторами — СТЗ-5 НАТИ и ЧТЗ-60.

В целях повышения устойчивости управления все войска, действовавшие на кестеньгском, ухтинском и ребольском направлениях, были объединены в Кемскую оперативную группу фронтового подчинения. Оборона кестеньгского направления была возложена на 88-ю стрелковую дивизию. 242-й стрелковый полк в конце сентября был возвращен в свою 104-ю стрелковую дивизию на кандалакшское направление, а 5-я стрелковая бригада выводилась в резерв 14-й армии на переформирование.

Новое наступление немецко-финских войск на кестеньгском направлении началось 1 ноября. Части 88-й стрелковой дивизии оказали противнику ожесточенное сопротивление. В течение двенадцати суток противнику удалось лишь на правом фланге дивизии вклиниться в ее оборону на глубину 2–3 км. 12 ноября наступление врага было остановлено. В середине ноября с мурманского направления на кестеньгское была переброшена 186-я стрелковая дивизия, а также часть сил с ухтинского и других направлений. Части Кемской оперативной группы на кестеньгском направлении 23 ноября перешли в наступление и к 27 ноября отбросили противника на позиции, с которых он начал наступление 1 ноября. На этом рубеже фронт стабилизировался.

Противник выдохся и не мог больше наступать. Немецкое командование объясняло это тяжелыми условиями местности, отсутствием дорог и непрерывным усилением советских войск в Карелии и на Крайнем Севере (директива № 36 от 22 сентября 1941 года). В действительности главной причиной удачной обороны была самоотверженность опытных (еще по Советско-финской войне) и подготовленных частей Красной армии, а также местного населения (преимущественно русского), которое не жалело своих сил и имущества для победы над врагом. Еще в сентябре 1941 года, когда над Мурманском нависла реальная угроза захвата, более 10 тыс. ополченцев и несколько тысяч человек из истребительных отрядов Мурманска и Мурманской области вошли в состав формируемой тогда 186-й (полярной) дивизии. К концу 1941 года в системе Всеобуча занимались уже 15 512 мурманчан.

Еще в июле 1941 года началось строительство оборонительных сооружений на мурманском и кандалакшском направлениях. В сентябре 1941 года была создана организация «Оборонстрой» с общим количеством 8373 человека. К декабрю 1941 года строители отрыли 1142 окопа, подготовили 739 ДОТов и ДЗОТов, 1013 землянок, 33 007 погонных метров ходов сообщений, 81 км проволочных заграждений, 130 блокгаузов и командных пунктов, 80 км завалов и засек, 209 км дорог.

Столкнувшись с таким организованным сопротивлением, германское командование поставило армии «Норвегия» следующую задачу: «Удержать захваченную территорию, обеспечить безопасность области Петсамо с ее никелевыми рудниками от нападения с суши, воздуха и моря и провести все подготовительные мероприятия, с тем чтобы, начав боевые действия еще этой зимой, в следующем году окончательно овладеть Мурманском, полуостровом Рыбачий и Мурманской железной дорогой». Но эти планы так и не сбылись.

Таким образом, в оборонительном сражении, длившемся в течение трех месяцев, 14-я армия при поддержке частей, кораблей и авиации Северного флота отразила наступление противника, сорвала его замыслы по захвату Мурманска, Кольского полуострова и Кировской железной дороги. Немецко-финские войска ценой огромных потерь продвинулись на мурманском направлении на глубину 25–30 км, на кандалакшском — 70–75 км, на кестеньгском — 80–90 км, не достигнув ни одной из поставленных целей. Вследствие огромных потерь немецко-финские войска оказались не в состоянии продолжать наступление и вынуждены были перейти к обороне.

Оборонительное сражение 14-й армии является примером успешного ведения армейской оборонительной операции в суровых условиях Заполярья.

Основные усилия армии сосредоточивались на трех разобщенных сотнями километров важнейших направлениях. Опыт оборонительного сражения 14-й армии показал, что группировки войск, создаваемые для обороны таких направлений, должны были обладать полной самостоятельностью. Их состав должен был обеспечивать отражение наступления противника на прикрываемом направлении своими силами, поскольку изменить созданную группировку войск в ходе сражения оказалось очень трудно, а в ряде случаев просто невозможно.

Построение обороны было разнообразным, при этом очень искусно использовалась местность. Так, на мурманском и кестеньгском направлениях создавалась полоса обеспечения глубиной 8–10 и 60 км соответственно, оборонявшаяся силами от батальона до полка. На кандалакшском направлении полоса обеспечения не создавалась, но готовились три полосы обороны на удалении 1–3, 25 и 60 км от государственной границы. Разобщенность направлений и наличие открытых флангов вызывали необходимость создания круговой обороны и выделения резервов в соединениях и частях.

В оборонительных боях личный состав 14-й армии проявил исключительное упорство. Длительное удержание занимаемых позиций при выходе противника на фланги и в тыл, а также ведение боя в полном окружении были обычными явлениями. Обошедшие или прорвавшиеся в глубину обороны группировки врага поражались огнем и уничтожались решительными контратаками резервов или подразделений, снятых с неатакованных и второстепенных направлений. Важное значение имели морские десанты, высаживаемые в тыл наступавшим группировкам противника на мурманском направлении.

Большую роль в срыве сентябрьского наступления на мурманском и августовского на кестеньгском направлении сыграли контрудары резервных дивизий ВГК, переданных в состав армии в ходе оборонительного сражения.

Исключительно важную роль в отражении наступления противника имело твердое и непрерывное управление войсками. Командующий армией, командиры соединений и частей на протяжении всей оборонительной операции умело управляли подчиненными войсками, направляя их усилия на успешное выполнение боевых задач. Лишь в первый день боевых действий имелись случаи потери управления в некоторых соединениях на мурманском направлении. Усилиями штаба армии управление было быстро восстановлено и в последующем не нарушалось.

Командующий армией осуществлял управление соединениями и частями с командного пункта, оборудованного в районе города Мурманск и хорошо защищенного от ударов авиации противника.

Устойчивая связь поддерживалась главным образом проводными средствами, при этом широко использовались местные линии, в том числе и Министерства путей сообщения.

В течение 1942–1943 годов на этом участке советско-германского фронта шли позиционные бои, где ни одна из противоборствующих сторон не добилась заметного успеха. Зато оргштатные изменения в германской и советской армиях не заставили себя ждать. Так, в январе 1942 года германская армия «Норвегия» была переименована в армию «Лапландия», а с 21 июня 1942 года — в 20-ю горную армию. В декабре 1942 года горнопехотный корпус «Норвегия» был преобразован в 19-й горнопехотный корпус. Кандалакшская оперативная группа Красной армии с апреля 1942 года стала 19-й армией, а Кемская оперативная группа — 26-й армией.


Запад - Восток

Оборонительная операция 14-й армии в Заполярье (июнь — ноябрь 1941 года)


Источники и литература | Запад - Восток | Разгром Квантунской армии