home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



21

Казалось, людей на торфяниках охватила какая-то суровая решимость. «Мы найдем его!» Эти слова Гарри слышал сегодня уже не один раз. «Мы не можем потерять еще одного!»

Он не мог винить полицию в неэффективности действий. Детектив-констебль Энди Джеффрис взял с собой на самую высокую точку над городом тридцать наиболее крепких мужчин и юношей постарше. Выйдя на верхнюю дорогу, они растянулись в цепь и начали спускаться вниз по торфяникам. Им было сказано обращать внимание на все необычное: одежду, игрушки, обувь — все, что могло указывать на то, что здесь прошел Джо Флетчер. Дойдя до долины, они повернули на запад и проделали то же самое, на этот раз вверх по склонам.

Небо было затянуто. Гарри не хотелось думать, что это к снегу, но каждый раз, когда он смотрел вверх, на душе становилось все тяжелее и тяжелее. Около восьми часов желтое сияние на востоке подсказало ему, что солнце пытается как-то прорваться сквозь тучи. Но усилия эти были тщетны, Гарри это видел. К счастью, хотя бы ветер был слабым, но воздух, похоже, с каждым часом становился все холоднее.

До сих пор поиски были безуспешными. Тридцать сердец учащенно забились, когда одна из овчарок Реншоу залаяла возле нагромождения камней. Но оттуда была извлечена разлагающаяся задняя часть туши овцы.

Они были на торфяниках уже два часа и холод успел пробраться даже через самую толстую теплую одежду, когда послышался ровный шум винтов. Вертолета не было видно за облаками, но шум, который становился то громче, то глуше, говорил им, когда он приближается, а когда улетает. Через пять минут Гарри уже сомневался, что сможет долго выдерживать это издевательство над своими ушами. Через десять у него было уже такое чувство, что этот шум звучал у него в голове всегда. Через пятнадцать минут после прилета вертолета констебль Джеффрис дунул в свисток.

— Босс созывает всех вниз. — Ему пришлось перекрикивать монотонное гудение вертолета. — На торфяниках слишком многолюден. — Он показал наверх. — Тепловизионное оборудование не имеет шансов, — объяснил он. — Мы должны уйти отсюда.

Группа развернулась и направилась к городу.


— Я не знаю, что говорить, — сказала Элис. — Просто ничего не приходит в голову.

— Скажите то, что у вас на душе, — посоветовала офицер по связям с прессой, женщина в штатском, которая занималась семьей Флетчеров с момента их приезда в штаб управления полиции. — Люди должны почувствовать, что вы испытываете. Необходимо, чтобы об исчезновении Джо знало как можно больше народу. Мы хотим, чтобы его искали буквально все. Как ты, Том?

Том поднял на нее глаза.

— Нормально, — машинально ответил он.

Женщина склонилась к нему. От нее пахло апельсином и зубной пастой, а ее зеленый костюм был слишком облегающим.

— Если тебе что-нибудь придет в голову, Том, можешь спокойно сказать об этом, — продолжала она. — Например, если у тебя есть личное обращение к Джо. Может быть, он будет смотреть это.

— Что, честно? — Том повернулся к маме. — Он и правда может увидеть это?

Мама кивнула, и Том почувствовал, как защипало в носу.

— Еще не пора? — спросил Гарет.

Том глубоко дышал. Он не должен расплакаться. Только не по телевизору, где это может увидеть Джейк Ноулс. Хотя нет, Джейк сейчас на торфяниках с отцом и братьями. Том разглядел их в церкви, а потом видел, как они выходили на дорогу. Джейк Ноулс сейчас там, ищет его брата.

— Здесь Эви, — сказала Элис.

Обернувшись, Том увидел, что к ним в кресле-каталке подъезжает Эви. Странно, Том всегда считал, что она красивая, почти такая же красивая, как его мама. Но теперь она красивой уже не казалась.

— Ви-ви! — воскликнула Милли, сидевшая на руках у отца.

— Эви, спасибо, что пришли, — сказала Элис. — Вы не могли бы взять Милли? Думаю, с вами она будет вести себя спокойно.

Эви протянула руки, и Гарет осторожно отдал ей дочь. Малышка тут же схватила Эви за волосы и начала подпрыгивать у нее на коленях.

— Пора, — сказал старший суперинтендант полиции Раштон. Когда он успел прийти? Он ведь был на торфяниках вместе с полицейскими. Том видел, как он положил руку на плечо Элис.

— Вы готовы, красавица?

Они прошли в большую комнату. Там напротив длинного стола сидело много народу. Когда Том и его родители усаживались по местам, защелкали вспышки фотокамер.


Ризница превратилась в кафетерий. Минни Хауторн и банда старух… то есть компания славных и добрых пожилых дам буквально преобразили ее. Постоянно закипало полдюжины электрочайников. Все время готовились и раздавались бутерброды. Немного стесняясь своей немощи, женщины сказали Гарри, что они слишком стары, чтобы ходить по торфяникам, зато могут кормить тех, кто может это делать. И еще они будут молиться за того парнишку.

Если бы Гарри остался с ними еще хоть немного, он бы прослезился.

Перед алтарем инспектор Нисден объяснял всем, почему они временно вынуждены прекратить поиски. Зная, что, когда Нисден закончит, люди ждут от него новых молитв, Гарри понял, что в здании больше находиться не может.

Снаружи по-прежнему кружил вертолет. Немного в стороне, ближе к фасаду здания, старший суперинтендант Раштон разговаривал с Синклером и Тобиасом Реншоу. Если Раштон вернулся, значит, пресс-конференция уже закончилась. Заметив викария, Раштон оставил Реншоу и направился к нему. Внезапно силы оставили Гарри и он тяжело осел на могильную плиту. Раштон подошел и сел рядом. В руке у него дымилась сигарета.

Гарри повернулся, чтобы получше рассмотреть Раштона. На офицере полиции было толстое пальто, теплые перчатки и зеленый шерстяной шарф. Похоже, спал он еще меньше, чем Гарри.

— Есть что-то? — спросил Гарри, зная, каков будет ответ, но не в силах удержаться от вопроса.

Раштон глубоко затянулся.

— Пока нет, молодой человек, — ответил он, выпуская дым, который тут же окутал его лицо. — Пресс-конференция прошла хорошо. Юный Том стал настоящей звездой, заставив зал разрыдаться, когда сказал брату, что специально аккуратно сложил всех его солдатиков в коробку.

Гарри опустил голову на руки.

— Как раз то, что нам было нужно, — сказал Раштон. — Теперь весь Ланкашир заговорил о Джо Флетчере.

Гарри вынул из кармана мобильный. Эви еще не звонила. О чем она только думает?


— Простите, что заставил вас ждать, — сказал мужчина в твидовом пиджаке и желтом галстуке. — Утренний субботний прием всегда очень насыщенный.

Эви заставила губы изогнугься в полуулыбке. Она на всех парах примчалась сюда после пресс-конференции и теперь сидела в приемной, наблюдая за белками, гонявшими в саду за окном, и все больше раздражаясь, когда перед ней проходил очередной пациент с каким-нибудь абсолютно несрочным пустяком вроде кашля или вросшего ногтя.

— Я вынужден вас поторопить. — Он взглянул на часы. — В двенадцать у нас начинается гольф.

На столе у него лежала открытая книга. Он закрыл ее и положил на подоконник у себя за спиной. Потом с нетерпением взглянул на Эви.

— Где-то в этом районе живет женщина с врожденным гипотиреозом, — сказала Эви. — Мне необходимо ее разыскать. Я думаю, она может иметь отношение к похищению Джо Флетчера.

Доктор Уоррингтон положил авторучку и потянулся к кнопке выключения компьютера.

— Простите, мисс Оливер, — сказал он, — но вы же знаете наши правила.


— А что там наверху? — спросил Гарри, чувствуя, как дым сигареты Раштона жжет его легкие.

— Ну, проводники со своими собаками не останавливаясь пронеслись по всей церкви. — ответил Раштон. — Дважды. Обошли подвалы и церковный двор. Пару раз нам показалось, что они за что-то зацепились, но это никуда не привело.

— Мальчики приходят в церковь довольно часто, — сказал Гарри. — Они были здесь на службе в прошлое воскресенье.

— Тогда это кое-что объясняет. Чуть больше повезло с записями систем видеонаблюдения из Блекберна. Мне только что звонили оттуда.

— Правда?

— Да. У меня еще не было возможности сообщить родителям, так что держите язык за зубами, но парочку, замеченную в Кинг-Джордж-холле, видели садящейся в автобус, следовавший в направлении Уиттон-парка. Мы разговаривали с водителем чуть больше часа назад.

— Он запомнил их?

— Смутно. Он считает, что они могли выйти где-то на Престон-Нью-роуд, потому что, когда он подъезжал к парку, в автобусе их уже точно не было. К этому моменту он был уже практически пустым.

— А после этого есть какие-нибудь их следы?

— Нет. И вряд ли обнаружатся. На этой дороге у них могла быть где-то припаркована машина. Но важно то, что эта парочка нигде не засветилась. Несмотря на то что их фотография вчера вечером появилась в новостях, а сегодня утром и днем — в «Телеграф». Ни одного сообщения.

— Выходит, их можно смело исключать?

— Как раз наоборот. Нам удалось увеличить изображение настолько, что мы смогли рассмотреть наклейку на каблуке ботинка у ребенка. Том говорил, что на кроссовках у Джо были наклейки с Человеком-пауком. Нам также удалось зацепиться за одежду, в которую они были одеты. Помните, оба были в бейсболках? И на обоих были большие для них пальто.

— Помню, — сказал Гарри.

— Точно такую же одежду можно найти в магазине «Бритиш Хоум Сторс» в полумиле от Кинг-Джордж-холла. Мы проверили там все чеки и обнаружили один на покупку четырех этих вещей, сделанную примерно за час до того, как в последний раз видели Джо.

— Одежда, купленная специально для похищения, — сказал Гарри.

— Как ни печально, покупка сделана за наличные, так что нет возможности проследить кредитную карточку, но зато теперь мы совершенно уверены, что парочка, снятая камерой, — это Джо со своим похитителем, — сказал Раштон. — Наши люди продолжают работать над изображением, смотрят, нельзя ли увеличить его еще, но мы на это особо не надеемся. Невысокий мужчина, высокая женщина — может быть и то и другое.

— И след от ноги, который вы нашли в доме Флетчеров в ночь похищения Милли, тоже мог принадлежать невысокому мужчине или высокой женщине, — заметил Гарри.

— Верно, мог. И еще: судя по тому, что на записи не видно, чтобы Джо как-то сопротивлялся, вероятнее всего, он ушел с человеком, которого знал.

— Значит, в конечном итоге, он может быть где-то здесь?

— Ну да, может. И я был бы очень рад ошибиться, если нам удастся найти его вовремя. Моя команда выполняет сейчас обход домов. Мы спрашиваем у людей разрешение завести к ним наших собак. Понятное дело, мы не можем никого принудить, но до сих пор все, кого мы об этом просили, шли нам навстречу.

— Сколько времени уйдет на то, чтобы обойти в Гептонклафе каждый дом?

Раштон вздохнул, погасил сигарету о могильную плиту и бросил окурок в траву.

— За сегодня нам не управиться, — сказал он. — Но я собираюсь на ночь поставить машины на обе дороги, ведущие из города. Всех выезжающих будут останавливать и допрашивать. Мы будем просить, чтобы нам разрешили заглянуть в багажники.

— А люди согласятся на это?

— Если они не согласятся, мне бы очень хотелось знать почему.


Нет, так просто все это закончиться не может.

— Да, правила я знаю, — сказала Эви, сдерживаясь и стараясь не переходить на резкий тон. — За последние двадцать четыре часа я перечитала их трижды, доктор Уоррингтон, так что можете не отсылать меня к ним.

Его рука зависла над кнопкой выключения. Она не должна давать ему шанс возразить!

— И мне кажется, что в ситуациях, когда третьей стороне может быть нанесен серьезный урон, — продолжала давить Эви, — доктор не просто может предоставить нужную информацию, он обязан это сделать.

Уоррингтон повернулся в ее сторону и оперся подбородком на сплетенные пальцы.

— Это касается предоставления информации полиции, — отрезал он. — Приведите ко мне офицера, который ведет это дело, и я посмотрю, что можно сделать. — Он наклонился, чтобы взять свой портфель.

— На это сейчас нет времени, — сказала Эви. — Послушайте, я понимаю, что ошарашила вас и прошу за это прощения, но я работала над этим полночи.

Он открыл было рот, но Эви не дала ему ответить.

— У меня нет ни времени, ни сил на то, чтобы быть вежливой, так что давайте подведем черту, — поспешно сказала она. — Если вы мне не поможете и Джо Флетчер погибнет, я сделаю так, чтобы все — полиция, Генеральный медицинский совет, средства массовой информации, абсолютно все — узнали об этом разговоре и о том, что вы ставите правила — не говоря уже о гольфе! — превыше жизни ребенка.

В комнате повисла тишина. Эви била дрожь. На секунду ей показалось, что это не сработает, что Уоррингтон выпроводит ее из комнаты и направит официальную жалобу в Генеральный медицинский совет еще до начала своего гольфа в полдень. Но он протянул руку и включил компьютер.

— Хорошо, — сказал он, избегая смотреть ей в глаза. — Что конкретно мы ищем?

— Спасибо вам, — сказала она. — Мне необходимо найти пациента, вероятнее всего в возрасте до тридцати лет, страдающего врожденным гипотиреозом.


У Раштона зазвонил телефон. Он встал и, прижимая трубку к правому уху, отошел от Гарри. Потом выключил мобильный и вернулся назад.

— У нас есть сообщение об опознании в Грейт Харвуде, — сказал он. — Проводите меня до машины, Гарри.

Они быстро шли по церковной дорожке, ловя на себе любопытные взгляды окружающих.

— Парень, по описанию похожий на Джо, был замечен, когда заходил в один дом, — продолжал Раштон. — Детей там нет, а владельцем является некто, за кем мы уже некоторое время наблюдаем. Мы уверены, что он — совратитель малолетних, но не можем этого доказать. Он очень умный.

— И вы думаете, что Джо у него? — в смятении спросил Гарри.

— Надеюсь, что это так. Очень надеюсь, черт возьми! Потому что этот звонок был сделан меньше часа назад. Если это Джо, он все еще жив.

— Вы расскажете об этом Гарету и Элис?

— Нет, пока мы не будем знать что-то наверняка. Наша машина будет там через десять минут. Они не будут дожидаться, пока я приеду.

Они подошли к машине Раштона. Ожидавшие там журналисты, заметив старшего суперинтенданта и его озабоченный вид, бросились к ним. Раштон поспешно уселся в свою машину, а потом повернулся к Гарри.

— На вашем месте, молодой человек, — сказал он, — я бы вернулся в церковь и занялся тем, что делаю лучше всего.

Машина тронулась с места и, свернув за угол, набрала скорость. Понимая, что с журналистами ему не справиться, Гарри развернулся и зашагал вниз с холма. Из церкви начали выходить люди, и он вдруг сообразил, что уже несколько минут не слышит гула вертолета.

Когда Гарри и Раштон выходили с территории церкви, за ними вышли Синклер и Тобиас Реншоу, оба тепло одетые. Чуть позади них, то поглядывая на Гарри, то снова опуская глаза в землю, стояла Джиллиан.

— Есть какие-то новости, викарий? — спросил Синклер, когда Гарри подошел ближе.

Гарри отрицательно покачал головой.

— Пока нет, — сказал он.

Неужели Джо провел эту ночь с педофилом? В каком он сейчас состоянии, даже если и жив? Нет, он просто не может позволить себе думать об этом!

Перед ним появилась Элис с Милли. Рядом с ними шла Дженни Пикап.

— Как вы, Элис, держитесь? — спросил Синклер голосом, который удивил Гарри прозвучавшим в нем участием.

Элис посмотрела так, словно он обратился к ней на непонятном языке.

— Кто-нибудь видел Гарета и Тома? — спросила она.

— Примерно полчаса назад они были на Лоуэр-бэнк-роуд, — сказала Джиллиан, подходя ближе. — Они шли по старой железнодорожной ветке со мной и еще несколькими людьми. Мы хотели проверить туннель Коллингуэй.

— Но они должны были вернуться, когда там начал поиски вертолет, — заметил Тобиас. — Элис, я бы хотел, чтобы вы зашли к нам в дом и отдохнули. Сейчас слишком холодно, чтобы малышка так долго оставалась на улице.

— Правда, Элис, так и следует сделать, — сказала Дженни, делая шаг к своему дедушке. — Или, по крайней мере, оставьте там Милли. Папина экономка присмотрит за ней. Нельзя же целый день таскать ее за собой.

Взгляд Элис скользнул в сторону.

— Спасибо, — сказала она ближайшему фонарному столбу. — Я должна держать ее при себе. А сейчас мне нужно найти Гарета.

Она отвернулась. Из церкви выходили люди. Поиски возобновились.


— Сожалею, но, боюсь, мы уже все перепробовали.

Думая над тем, где взять силы, чтобы подняться со стула, Эви кивнула ему.

— Я понимаю, — согласилась она.

Через час после того как Уоррингтон согласился помочь ей в поисках таинственной Эббы, они вынуждены были сдаться. Они запускали поиск по базе данных о пациентах по всем параметрам, какие только могли придумать. Компьютеризованы были записи только за последние тридцать лет, но Уоррингтон спустился в цокольный этаж больницы и принес оттуда еще несколько коробок с более старыми медицинскими картами. Они просмотрели записи за сорок лет, понимая, что вероятность того, что Эбба еще старше, практически нулевая. И хотя они нашли несколько человек, страдавших от такого заболевания, все они уже умерли. За последние тридцать четыре года не было зарегистрировано ни одного пациента не только с врожденным гипотиреозом, но даже с зобом. Они напряглись, пытаясь выявить похожие заболевания, и провели еще несколько поисков. Но в конце концов вынуждены были признать свое поражение.

— А вы уверены, что она живет в этом районе? — спросил Уоррингтон.

— Должна жить где-то здесь, — сказала Эви. — Человек с таким недугом не может водить машину.

— Я об этом не подумал, — согласился доктор.

— Как мог такой человек оказаться нигде не зарегистрированным? — спросила Эви, которую едва не трясло от разочарования. — Почему ее не продиагностировали еще ребенком? Почему ее никто не лечил? И почему, учитывая необходимость оказания ей медицинской помощи, никто из местных докторов ничего о ней не знает?

Уоррингтон не ответил, и Эви рывком поднялась.

— Я и так отняла у вас много времени, — сказала она. — Мне очень жаль, что вы пропустили игру.

— Я позвоню домой нашей сотруднице из регистратуры, — предложил он. — И еще паре докторов, уже вышедших на пенсию. Может, они что-то вспомнят или подскажут. Если у меня что-то появится, я дам вам знать.


— У меня не осталось сил, Гарри, — сказала Элис.

Когда они дошли до угла церковного двора, она вдруг споткнулась. Он едва успел подскочить и поддержать ее, чтобы она вместе с Милли не упала на землю.

— Вы держитесь просто здорово! — сказал Гарри, обнял ее за плечи и повел к стене. Дыхание ее было учащенным. — Вы спокойны, вы действуете и заботитесь о двух других детях, — продолжил он. — Я не представляю, каких это требует сил.

— Это самое жуткое чувство на свете, — сказала Элис, — не знать, где находится твой ребенок. С ним никто не сможет долго оставаться в здравом уме.

— Вы сможете, — сказал Гарри, хотя на самом деле уверенности в этом не было. Ему очень не нравилось это состояние Элис, которая не могла ни на чем сосредоточиться.

— Я скажу вам, на что это похоже, — сказала Элис, наклоняясь к нему так близко, что это стало даже неудобно. — Это как будто Джо никогда в реальности не существовало, как будто я просто выдумала его себе. А теперь мне необходимо увидеть Гарета и Тома, потому что у меня такое чувство, что и они куда-то пропали. А потом я оглянусь, и Милли тоже исчезнет. Как будто кто-то стирает нас резинкой, одного за другим.

— Милли спит у вас на плече, — быстро сказал Гарри, чувствуя, что, если остановится, то может заплакать. — Том и Гарет неподалеку, они ищут Джо. Элис, посмотрите на меня.

Она подняла голову. Он подумал, что, возможно, мог бы влюбиться в эти светло-бирюзовые глаза, если бы уже не был влюблен.

— Мы найдем Джо, — сказал он. — Мы найдем его, и очень скоро. Я бы хотел пообещать, что мы найдем его целым и невредимым, но вы сами понимаете, что этого я сделать не могу. Но, так или иначе, мы все равно найдем его. И вы сможете снова ясно мыслить, сможете печалиться, если потребуется, и сможете жить дальше. Вы никогда не останетесь одна.

— Гарри, я…

Бирюзовые глаза наполнились слезами. Но теперь за ним следила еще одна пара глаз. Милли проснулась и внимательно смотрела на Гарри, словно понимая каждое их слово.

— Вы невероятно сильная, — сказал он. — Ваша семья все переживет, потому что должна это сделать. Вы — ее сердце. Вы — ее душа.

— Теперь я понимаю, почему вы стали священником, — сказала Элис, прикасаясь к его руке. — Но это ведь не по-настоящему, верно?

Он подумал, что, наверное, на глазах у него в конце концов все-таки тоже появились слезы.

— Что вы имеете в виду? — спросил он, хотя все понимал.

— В данный момент вы не закрепощены верой, — сказала Элис. — У вас нет прямой связи с Тем, который наверху. Сейчас вы — это просто вы, верно?

— Идемте, — сказал Гарри. — Давайте пойдем в помещение.


предыдущая глава | Кровавая жатва | cледующая глава