home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



12 сентября

Эви нервничала. Кто-то садился в ее кресло и изменил его высоту. Это заставляло ее наклоняться над письменным столом и вызывало дополнительное давление на поврежденный нерв. Она посмотрела на часы. Через тридцать минут ей нужно быть в суде. Кресло она поправит, когда вернется.

Засомневавшись, не пропустила ли чего-то, Эви открыла статью, которую на прошлой неделе скопировала с сайта «Телеграф». Она только что закончила второй сеанс с Джиллиан Ройл, и прогресс, казалось, был налицо. Джиллиан принимала лекарства и уже отметила, что теперь ей удается заснуть. Еще она сходила на первую встречу в общество анонимных алкоголиков. И у нее даже появился аппетит. Целая куча пунктов, по которым можно было ставить галочку. И все же чувствовалось, что что-то идет не совсем хорошо.

Как психиатр Эви работала с пациентами, которые пытались примириться с тяжелой потерей, и помогла нескольким семейным парам, потерявшим детей. Но с Джиллиан Ройл было иначе. В ней чувствовалось нечто большее, чем просто скорбь по дочери. После двух сеансов Эви была в этом твердо уверена. Ее боль была слишком свежей, слишком интенсивной, словно огонь, который постоянно поддерживают. Конечно, жуткое сравнение, учитывая все обстоятельства, но все же что-то мешало выздоровлению Джиллиан, удерживая ее от продвижения вперед.

Ее пытались обмануть много раз, и Эви знала, когда пациенты говорят неправду, как знала, когда они о чем-то умалчивают.

Она снова открыла газетную статью.

Городок Гептонклаф до сих пор в шоке…

Она прочла этот кусочек несколько раз, но ничего нового не заметила.

…Возгорание могло произойти от непогашенной газовой конфорки…

Если Джиллиан оставила печку включенной, формально пожар мог быть ее виной. Возможно, это ее и мучает?

В течение последнего часа, проведенного с Джиллиан, Эви, следуя обычной методике, подводила ее к разговору о детстве. Оно было непростым. Она нащупала некоторое напряжение в отношениях между Джиллиан и ее матерью и подумала, что, возможно, недостаток родительской поддержки внес свой вклад в срыв, который последовал у Джиллиан после смерти Хейли. Джиллиан вкратце упомянула о смерти отца, которого почти не помнила, после чего рассказала, что у нее через несколько лет появился отчим. Эви продолжала пролистывать статью на мониторе.

Последняя трагедия случилась всего через три года после гибели в Гептонклафе еще одного ребенка, Меган…

О Джиллиан и ее семье больше ничего не было. Повествование переходило к другому несчастному случаю, и Эви закрыла окно со статьей.

Чем больше Эви расспрашивала Джиллиан о детстве, тем все более замкнутой та становилась, пока в конце вообще сухо отказалась говорить на эту тему. Это уже само по себе было интересно. С точки зрения Эви, такие критические обстоятельства, как у Джиллиан, редко имеют одну причину. То, что обычно кажется главной причиной, — в данном случае, потеря ребенка, — зачастую оказывается всего лишь толчком, последней каплей в целой цепи других событий и обстоятельств. О Джиллиан следовало узнать гораздо больше.


предыдущая глава | Кровавая жатва | cледующая глава