home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



8 октября

— Эви, это Стив. Не помешал?

Эви взглянула на часы. Она как раз собиралась в детский дом на первую встречу с ребенком, который вот уже десять дней не разговаривает, после того как полиция в рамках Закона о несовершеннолетних использовала свои специальные полномочия, чтобы забрать его. Поездка займет десять минут. Еще по десять минут на то, чтобы сесть в машину и выбраться из нее. Но ее наставник звонит на мобильный, так что она сможет говорить, так сказать, на ходу.

— Все в порядке, — сказала она, забирая со стола блокнот и несколько карандашей. — У меня есть несколько минут. Спасибо, что перезвонили.

— Прошу прощения, что прошло столько времени, но мы были в отъезде. Я появился у себя в офисе только сегодня утром.

— Были где-то в интересном месте?

И почему эти карандаши все время нужно подтачивать? Она наклонилась и принялась рыться в выдвижном ящике.

— На Антигуа. Да, место очень хорошее. Ладно, вернемся к вашему е-мейлу.

— Есть какие-то соображения?

Она наконец нашла точилку, но когда попробовала прижать трубку к уху плечом, чтобы освободить руки, то быстро поняла, что ее спина такого не выдержит.

— Вы говорите, что у вашей пациентки заметен прогресс? — спросил наставник. Она слышала, как он прихлебывает свой обычный крепкий черный кофе.

— На первый взгляд, да, — сказала Эви.

Вот, два карандаша уже заточены, этого должно хватить.

— Ей удается ограничить выпивку, выписанные мною лекарства хорошо работают, она начала заговаривать о будущем.

О'кей, все письменные принадлежности есть, телефон есть, но куда же она сунула ключи от машины, черт побери?

— Так в чем проблема?

— Просто я не могу отделаться от мысли, что она чего-то не договаривает, — сказала Эви.

Ключи от машины оказались в кармане пальто. Они всегда лежат там.

— Она очень неохотно рассказывает о своей юности, о смерти отца, о появлении отчима. Бывают моменты, как будто опускается занавес, — продолжила она. — Запретная тема, вход воспрещен.

— Но вы ведь не так давно ее наблюдаете, правда?

Стив что-то жевал, и Эви могла поспорить, что это явно не яблоко. В свои тридцать девять он уже страдал ожирением.

— Да нет, всего несколько недель, — сказала Эви, размышляя над тем, сможет ли надеть пальто и при этом не упасть на пол. — И я понимаю, что такие вещи требуют времени. Просто дело Меган Коннор поразило меня, поскольку здесь налицо полное совпадение. И я все время думаю, что оно могло оказать свое влияние.

— Вероятно, вы правы. Но я бы подождал, пока она сама заведет этот разговор. Позвольте ей говорить о том, о чем ей самой хочется. Вы только в самом начале лечения, и впереди еще долгий путь.

— Я знаю. Я и сама так думала. Просто хотелось, чтобы вы поддтвердили мои выводы.

Пальто наконец-то надето. Эви повесила сумку на специально приделанный к инвалидному креслу крючок и убедилась, что палка на своем месте, за спинкой. Она опустилась в кресло, продолжая плечом прижимать трубку к уху.

— Это моя девочка, — сказал Стив. — Впрочем, я расскажу вам. Я помню дело Меган очень хорошо.

— Даже так?

Эви толкнула дверь кабинета ногой, и та распахнулась наружу.

— Да, этим случаем очень заинтересовался один мой коллега. Он писал исследование по воздействию катастроф на сознание общины.

— Что имеется в виду? — спросила Эви, выкатываясь в коридор.

— Когда небольшая община переживает какую-то необычную потерю, последствия этого могут ощущаться довольно продолжительное время, — сказал Стив. — Это место в глазах окружающего мира приобретает несколько печальную репутацию, и это может повлиять на то, как люди думают и ведут себя. По этому поводу даже была статья на основе материалов, собранных в таких городках, как Хангерфорд, Данблейн, Локерби, Аберфен. Я попробую раскопать ее для вас.

Эви повернула за угол и чуть не врезалась в группу из трех своих коллег, беседовавших в коридоре. Они отступили в сторону, и она благодарно им кивнула.

— В «Британском медицинском журнале» также была публикация на эту тему, причем не так давно, — продолжал Стив. — После катастрофы до пятидесяти процентов населения может страдать от психических расстройств. Количество легких или умеренных расстройств может удваиваться. Также может увеличиваться число серьезных отклонений, таких как психозы.

— Но вы ведь наверняка говорите сейчас о крупных катастрофах? Землетрясения, падения самолетов, взрывы на химических предприятиях. С многочисленными жертвами.

Эви обогнала идущую по коридору женщину с ребенком и проехала мимо швейцара.

— Верно, и я не утверждаю, что гибель двух детей можно как-то сравнить с катастрофой. Но дело Меган привлекло к себе внимание общественности. И вам имеет смысл допустить, что оно и до сих пор оказывает влияние на психическое здоровье этой общины. Люди там в какой-то степени чувствуют свою ответственность за случившееся. Они ощущают себя запятнанными.

— Получается, что произошедшее может, хотя бы на уровне подсознания, как-то воздействовать на процесс выздоровления моей пациентки?

— Во всяком случае, это не вызвало бы особого удивления. Думаю, вам следовало бы побольше узнать о том, что на самом деле случилось, когда погибла дочь вашей пациентки. Почитать старые газеты, поговорить с врачом, к которому она тогда обращалась. Я дам вам точку отсчета. Вы сможете сравнить то, что говорит она, с известными вам фактами и посмотреть, существуют ли расхождения. Разумеется, вам не следует идти на конфронтацию, но порой мы больше узнаем о пациентах по тому, чего они нам не сказали, чем из того, что они нам говорят. Это понятно? Подумайте над этим.

Эви была уже у главного выхода из больницы, но тут оказалось, что какой-то идиот оставил наверху спуска для инвалидов несколько ящиков.

— Спасибо, Стив. Мне уже пора. Нужно кое-кому здесь вставить мозги.


4 октября | Кровавая жатва | 11 октября