home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



5 сентября (девятью неделями ранее)

Семья Флетчеров выстроила свой большой дом на вершине торфяника в городке, о котором, казалось, позабыло время. Они построились на скромном по размеру участке, от которого местная епархия, отчаянно нуждавшаяся в средствах, хотела попросту избавиться. Дом стоял так близко к двум церквям — одна была старой, а вторая очень старой, — что, высунувшись из окна спальни, можно было дотянуться до руин древней башни. А их сад с трех сторон граничил с самыми тихими соседями, каких только можно себе представить, и это было предметом любимой шутки десятилетнего Тома Флетчера: все дело в том, что Флетчеры свой новый дом построили практически посредине церковного кладбища. И им нужно было хорошенько подумать, прежде чем делать это.

Но поначалу Тому и его младшему брату Джо все очень понравилось. В их новом доме были огромные спальни с еще не выветрившимся запахом свежей краски. Снаружи находились владения старой, начавшей уже разрушаться и заросшей ежевикой церкви, где, как мальчикам казалось, их ждали приключения, как в книгах сказок. В доме у них была гостиная, которая сияла всеми оттенками желтого в зависимости оттого, где в этот момент находилось солнце. А снаружи их ждали древние, устремившиеся в небеса своды и зубцы стен, сплошь увитые плющом, таким старым и жестким, что он мог бы расти уже без опоры. Трава здесь была настолько высокой, что шестилетнего Джо в ней почти не было видно.

Дом, впитывая вкусы родителей мальчиков, постепенно приобретал индивидуальность: в нем появились новые краски, роспись на стенах и вырезанные барельефы животных. А церковный двор Том и Джо превратили в свои владения.

В последний день летних каникул Том лежал на могильной плите Джексона Ренолдса (1875–1945), наслаждаясь теплом старого камня. Небо было васильковым — самый любимый цвет их мамы, — а солнце с раннего утра занималось своим делом. Это был солнечный день, как любил говорить Джо.

Том не мог сказать, что изменилось, каким образом его замечательное настроение, приятные размышления о том, сколько лет должно быть человеку, чтобы попытаться пройти отбор для поступления в «Блэкберн Ровере», ощущение тепла и счастья вдруг сменилось… ну… каким-то плохим состоянием. Но только внезапно, буквально за секунду, футбол перестал казаться ему чем-то важным. Ничего, собственно, не произошло, просто ему вдруг захотелось сесть. И осмотреться. Если кто-то…

Глупости. Но он все равно сидел, крутил головой по сторонам и удивлялся, куда умудрился запропаститься этот Джо. Дальше по склону холма кладбище было шириной уже с футбольное поле, и чем ниже, тем склон становился круче. Внизу располагалось несколько рядов домов ленточной застройки, а потом шли поля. За всем этим, на дне долины, находился маленький городок Гудшоу Бридж, куда им с Джо с утра в понедельник предстояло снова отправляться в школу. И еще торфяники. Множество торфяников.

Отец Тома любил повторять, как он любит торфяники, дикую природу, великолепие и полную непредсказуемость Северной Англии. Том соглашался с папой, — а как же иначе, ведь ему всего десять лет! — но про себя иногда думал, что все-таки лучше, если местность предсказуема (он специально смотрел в словаре смысл этого слова, так что знал, что оно означает). Порой Тому казалось, хотя он об этом никогда не говорил вслух, что торфяники вокруг их нового дома немножко более непредсказуемы, чем хотелось бы.

Мысль, конечно, идиотская, это и так понятно.

Но как бы там ни было, только Том всегда замечал то новый обломок скалы, то крошечную лощинку, которой здесь раньше не было, то заросли вереска или группку деревьев, появившихся за ночь. Иногда, когда облака быстро плыли по небу, а их тени скользили по земле, Тому казалось, что по торфяникам пробегает рябь, как это бывает на воде, если что-то плывет близко к поверхности, или что они шевелятся, словно готовое проснуться чудовище. А изредка, когда солнце уходило из долины и начинала опускаться тьма, Том не мог отделаться от ощущения, что торфяники смыкаются вокруг них.

— Том! — заорал Джо с другого конца кладбища, и в кои-то веки Том действительно обрадовался, что слышит этот голос. Камень под ним стал холодным, а над головой сгустились облака.

— Том! — снова позвал Джо, уже под самым его ухом.

Черт возьми, Джо, какой ты шустрый!

Том подскочил и обернулся. Джо нигде не было.

Деревья на краю церковного двора начали подрагивать. Снова поднимался ветер, а когда ветер на торфянике всерьез берется за дело, он пробьется куда угодно, даже в самые укромные уголки. Кусты рядом с Томом зашевелились.

— Джо, — сказал он несколько тише, чем хотел сначала, потому что ему совсем не нравилось, что кто-то, пусть даже и Джо, прячется в зарослях и следит за ним.

Он сидел, пристально глядя на зеленые листья, большие и блестящие, ожидая, пока они шевельнутся снова. Это были кусты лавра, высокие, старые и густые. Ветер определенно крепчал. Теперь Том уже слышал, как он шумит в верхушках деревьев. Ветки лавра перед ним не двигались.

Наверное, это было просто какое-то странное эхо, из-за которого он решил, что Джо совсем рядом. Но у Тома все равно возникло ощущение, какое бывает, когда кто-то следит за тобой в то время, когда ты делаешь что-то такое, чего не должен бы делать, к тому же он ведь почувствовал дыхание Джо у себя на затылке.

— Джо! — снова позвал он.

— Джо! — откликнулся его собственный голос.

Том отступил на два шага назад и едва не наткнулся на надгробие. Опасливо поглядывая по сторонам, нет ли кого поблизости, он присел.

На этом уровне листва лавра была не такой густой, и Том рассмотрел несколько голых веток среди зарослей крапивы. Он увидел там еще что-то. Форму он толком различить не мог, но было понятно, что это не растение. Это было похоже на большую и очень грязную человеческую ногу — если бы «это» сдвинулось с места, он смог бы рассмотреть его получше.

— Том, Том, иди сюда и посмотри на это! — позвал Джо, и в этот раз его голос звучал так, будто он был за много миль отсюда.

Второй раз Тома звать не пришлось. Он вскочил и побежал в сторону, откуда доносился голос. Джо присел у основания стены, отделявшей церковный двор от их сада. Он смотрел на могилу, которая выглядела более ухоженной, чем большинство вокруг. Она была совсем небольшой. В головах стоял надгробный камень с надписью, а около него — каменная фигурка.

— Посмотри, Том, — заговорил Джо еще до того, как Том перестал бежать. — Это девочка. С куклой.

Том наклонился. Статуя изображала крошечную круглолицую девочку в нарядном платье и была высотой сантиметров тридцать. Том протянул руку и снял клочок мха, который успел уже вырасти на ней. Скульптор искусно вырезал из камня детские туфельки и маленькую куклу, которую девочка бережно держала в руках.

— Маленькие девочки, — сказал Джо. — Это могила для маленьких девочек.

Подняв глаза, Том убедился, что Джо прав. Почти. На надгробии было вырезано всего одно слово — Люси. Возможно, там было и еще что-то, но ниже все было увито плющом.

— Только одна маленькая девочка, — сказал он. — Люси.

Том отодвинул плющ. Люси умерла десять лет назад. Ей было всего два года. Надпись гласила: «Любимой дочке от Дженнифер и Майкла Пикап». Больше там ничего не было.

— Просто Люси, — сказал Том. — Идем отсюда.

Он пошел обратно, осторожно ступая в высокой траве, обходя крапиву и отодвигая в стороны ветки ежевики. Он слышал сзади шорох травы, поэтому знал, что Джо идет за ним. Когда он взобрался по склону холма, стали видны руины старого аббатства.

— Том, — сказал Джо, и голос его прозвучал как-то странно. Том остановился. Он слышал шорох травы прямо у себя за спиной, но не оборачивался. Он просто стоял, уставившись невидящим взглядом на развалины церковной башни, и удивлялся, почему вдруг так боится обернуться и встретиться лицом к лицу с братом.

Он повернулся. Его окружали только высокие камни. И никого. Том почувствовал, как крепко сжались его кулаки. Это было совсем уже не смешно. Потом кусты в нескольких метрах от него снова зашевелились, и появился торопливо пробирающийся сквозь высокую траву Джо, раскрасневшийся и запыхавшийся оттого, что старался не отставать. Он подошел поближе и остановился.

— Чего? — сказал Джо.

— Я думаю, за нами кто-то идет, — прошептал в ответ Том.

Джо не спросил, кто идет, почему или как Том узнал об этом, только внимательно посмотрел на него. Том взял брата за руку. Все, они идут домой. И прямо сейчас.

Хотя нет, похоже, уже никто никуда не идет. На стене, которая отделяла участок более старой церкви от тянувшегося вниз по холму кладбища, выстроившись в линию, словно кегли, стояли шесть мальчишек и смотрели на них. Том почувствовал, как сердце учащенно забилось. Шестеро мальчишек на стене, и вероятно, еще один прямо рядом с ними.

В руках у самого большого из них была толстая рогатка. Том не видел полетевшего в него камня, но почувствовал, как рядом с лицом что-то просвистело. Второй мальчишка в это время целился. Джо, у которого реакция была лучше, чем у старшего брата, бросился за большой валун. Том последовал за ним только тогда, когда и второй выстрел не попал в цель.

— Кто это? — прошептал Джо, когда еще один камень пролетел у них над головами.

— Мальчишки из школы, — ответил Том. — Двое из них учатся в моем классе.

— Что им нужно? — И без того бледное лицо Джо было сейчас белее обычного.

— Не знаю, — ответил Том, хоть это было и не так.

Один из них хотел свести с ним счеты. Остальные просто помогали. Очередной камень ударил в край надгробия, и Том увидел, как поднялся столбик пыли.

— В красной футболке Джейк Ноулс, — сообщил он.

— Тот, с которым ты подрался? — спросил Джо. — Тогда, когда тебя вызывали в кабинет директора?

Том пригнулся и выглянул, надеясь, что высокая трава скроет его. Второй мальчик из его класса, Билли Аспин, показывал в сторону зарослей ежевики возле могилы маленькой девочки, которую они с Джо только что нашли. Том обернулся к Джо.

— Они сюда не смотрят, — сказал он. — Нам надо поторопиться. Давай за мной!

Том бросился вперед, в сторону громадного вертикально стоявшего надгробия, одного из самых больших на холме. Джо последовал за ним, и им удалось благополучно добраться туда. Камни свистели в воздухе, но Том и Джо были в безопасности позади этого огромного каменного сооружения с оградой. В ограде была металлическая калитка, а за ней деревянная дверь, которая вела в склеп. Отец говорил им, что это фамильная усыпальница, видимо, очень большая внутри и уходившая глубоко в склон холма, со множеством полок, где должны располагаться гробы многих поколений.

— Они разделились, — послышалось со стены. — Вы двое, давайте за мной!

Том и Джо переглянулись. Как они могли разделиться, если сидят так близко друг к другу, что Том чувствует на лице дыхание брата?

— Они просто тупицы, — сказал Джо.

Том выглянул из-за надгробия. Трое мальчишек шли вдоль стены по направлению к могиле Люси Пикап. Остальные трое продолжали смотреть в их сторону.

— Что там за шум? — спросил Джо.

— Может, ветер? — предположил Том, не особо вслушиваясь. Это была вполне безобидная догадка.

— Нет, это не ветер. Это музыка.

Том прислушался. Джо был прав. Определенно музыка, спокойная, с устойчивым ритмом, под который пел глубокий мужской голос. Она стала громче, теперь и эти балбесы тоже услышали ее. Один из них спрыгнул вниз и побежал в сторону дороги. За ним последовали остальные. Музыка становилась все громче и громче, и теперь Том уже слышал шум автомобильного мотора.

Это был Джон Ли Хукер. У их отца было несколько его альбомов, и он часто включал их, причем очень громко, когда мамы не было дома. Кто-то ехал вверх по холму, слушая Джона Ли Хукера на своей стереосистеме, и это было самое время, чтобы поспешить. Том шагнул в сторону, выйдя из-под прикрытия.

Теперь здесь оставался только Джейк Ноулс. Он обернулся и увидел Тома, который уже не прятался. Оба понимали, что игра закончена. Разве что…

— У него твоя бейсбольная бита, — сказал Джо, который вышел за Томом. — Что он делает?

У Джейка была не только бита Тома, но и его большой и очень тяжелый красный мяч, которым Тому под страхом долгой и мучительной смерти (именно так говорила их мама, когда хотела быть серьезной) запрещалось играть вблизи зданий, особенно зданий, имеющих окна, — она достаточно ясно выражается? Том и Джо перед этим тренировались ловить мяч возле церкви. Они оставили биту и мяч под стеной, и теперь Ноулс забрал их.

— Он просто их спер, — сказал Джо. — Можем звонить в полицию.

— Я так не думаю, — ответил Том.

Джейк тем временем повернулся лицом к церкви. Том видел, как он аккуратно подбросил мяч в воздух, а потом с силой размахнулся битой. Мяч взвился вверх и попал в громадное витражное окно на боковой стене. Синее стекло разлетелось вдребезги. В это время мотор машины затих, музыка выключилась, а Джейк рванул вдогонку за своими друзьями.

— Зачем он это сделал? — спросил Джо. — Он разбил окно. Теперь он точно попал.

— Да нет, не он, — сказал Том. — Попали мы с тобой.

Джо на мгновение с недоумением уставился на брата, но потом все понял. Ему было всего только шесть, и он, конечно, был чертовски надоедливым, но тупым его точно не назовешь.

— Это нечестно! — Лицо его скривилось от негодования. — Мы все расскажем!

— Они нам не поверят, — сказал Том.

В новой школе он всего шесть недель, а его уже три раза оставляли после уроков, плюс два похода в кабинет директора, целая куча серьезных замечаний от учителя — никто ему не поверит. Да и с чего бы им верить, если на стороне Джейка Ноулса полкласса? Они просто из штанов выпрыгивают в своем рвении его поддержать. А те, кто не ходит в приятелях Джейка, слишком напуганы его бандой, чтобы сказать что-то против. Он уже шесть недель расхлебывает то, что начал Джейк Ноулс. Похоже, это как раз Том — тупица.

Он взял Джо за руку, и они со всех ног побежали сквозь высокую траву. Том вскарабкался на стену, оглядел церковный двор и нагнулся, чтобы затянуть брата наверх. Джейка и других мальчишек видно не было, но среди руин старой церкви есть сотни мест, где можно спрятаться.

Старая спортивная машина, бледно-голубая, со множеством серебристых деталей, остановилась прямо у церковных ворот. Мягкая крыша была опущена. Водитель, перегнувшись через пассажирское сиденье, копался в бардачке. Наконец он нашел то, что искал, и выпрямился. На вид ему было лет около тридцати четырех или тридцати пяти, примерно как отцу Тома, но он был выше и более худым.

Кивнув Джо, чтобы тот следовал за ним, Том подобрал бейсбольную биту (нет смысла оставлять улики на виду) и побежал. Наконец они забрались в свое любимое убежище. Они обнаружили его вскоре после переезда сюда: это была прямоугольная каменная могильная плита, огромный камень на четырех каменных опорах. Вокруг росла высокая трава, и когда мальчики залезали под плиту, их совершенно не было видно.

Мужчина из спортивного автомобиля открыл дверцу и вышел наружу. Когда он повернулся лицом к церкви, мальчики увидели, что волосы у него того же цвета, что и у их матери (светлые, рыжеватые, но бледнее, чем имбирь), такие же кудрявые, как у нее, только коротко подстриженные. На нем были шорты до колен, белая футболка и ярко-красные сандалии из мягкого пластика. Он перешел дорогу, остановился и осмотрелся, внимательно разглядывая мощеные улицы, выстроенные в сплошную линию дома, обе церкви, торфяники.

— Он здесь раньше никогда не был, — сказал Джо.

Том кивнул. Незнакомец прошел мимо мальчиков и направился к главной двери церкви. Из кармана он достал ключ. Через мгновение дверь открылась, и он зашел. Как раз в этот момент на входе в церковный двор показался Джейк Ноулс. Том привстал и огляделся. Позади них стоял Билли Аспин. Пока они смотрели друг на друга, из-за надгробий показались и другие члены банды. Братья были окружены со всех сторон.


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Ущербная луна | Кровавая жатва | cледующая глава