home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



31 октября

На Хэллоуин должно быть полнолуние. Это почему-то казалось правильным. Та луна, на которую Том смотрел сейчас и которая поднималась так быстро, что на небе за ней оставался едва заметный серебристый след, не была совсем полной, но все равно выглядела громадной. Она, словно воспетый в стихах корабль-призрак; плыла сейчас над самой высокой из арок разрушенного аббатства.

Хэллоуин в доме Флетчеров всегда был большим событием, возможно, из-за того что их мама была из Америки. Но только не в этом году. Никто в Гептонклафе Хэллоуин не отмечал, все были слишком заняты приготовлениями к празднованию Дня мертвых второго ноября. Поэтому у Флетчеров был всего один фонарь из тыквы, который стоял на подоконнике в гостиной, повернутый лицом в сад, откуда никому, кроме них самих, его видно не было.

Том сидел у окна в своей комнате, прячась за занавеской. Когда он делал так, никто его видеть не мог. В последнее время это оказалось очень полезным способом узнать многие вещи, о которых он не должен был знать.

Например, что его мама изо всех сил добивалась того, чтобы убрать всех этих костяных людей с развалин. Сегодня утром они с Джо насчитали их двадцать четыре, на пять больше, чем было, когда они появились впервые. Его мама ненавидела их до глубины души и всего десять минут назад звонила по этому поводу Гарри. И была очень близка к тому, чтобы рассориться с ним.

Двадцать шесть. Он только что насчитал на развалинах уже двадцать шесть костяных людей. А утром было всего двадцать четыре. Иногда за день их добавлялось два, а то и больше. Замечательно!

Сегодня утром за завтраком Джо спросил, а нельзя ли их семье сделать собственную фигуру. Мама Тома очень твердо сказала: «Нет!» — и нервно посмотрела на Тома, а он, честно говоря, и не возражал бы. Он считал, что они очень крутые и по-своему даже забавные. Среди них была даже в бриджах для верховой езды, старых резиновых сапогах и шапочке наездника. В одной руке у нее была палка, которая должна была изображать хлыст, а под мышкой она держала игрушечную плюшевую лисицу.

Вот блин! О господи… Одна из них только что пошевелилась. Том заморгал, протер глаза и стал всматриваться еще пристальнее. Одно из костяных чучел, сделанное из старой одежды и тряпья, сейчас ползло вдоль стены. Том собрался было вскочить и побежать за родителями, но потом остановился. Все пропало. Может, ему показалось?

Но если и показалось, то продолжало казаться, потому что появилась еще одна фигура, вылезавшая в самое нижнее окно башни. Это было чучело, которое Джо считал самым забавным: на нем было женское платье в цветочек и большая соломенная шляпа. Том четко, почти как при дневном освещении, видел, как шляпа подрагивает на голове странной фигуры. Затем та спрыгнула в тень и исчезла.

Что за чертовщина здесь происходит? Они что, все собираются встать и начать двигаться? Том уже стоял на коленях, не заботясь о том, что его могут увидеть. Собственно, он даже надеялся, что его заметят. Еще движение, наверху внешней стены. Затем еще две фигуры, двигавшиеся вместе, как будто одна тащила другую.

— Папа! — позвал он достаточно громко, но так, чтобы не разбудить Милли, спавшую в комнате по другую сторону коридора. — Папа, иди сюда!

Его коснулась чья-то рука, и он едва не выскочил в окно. Слава богу, здесь есть еще кто-то — кто-то, кто тоже может это увидеть. Он отодвинул занавеску, чтобы посмотреть, кто зашел нему в комнату.

Джо. Том притянул Джо к себе и снова укрылся за занавеской.

— Смотри на аббатство, — шепнул он. — Костяные люди живые.

Джо прижался лицом к стеклу. Мальчики видели, как одно из костяных чучел пробежало через заросшее травой место, где когда-то был главный зал церкви, и скрылось за грудой камней. Том посмотрел на Джо, но тот не выглядел удивленным.

Он почувствовал, как возбуждение вдруг камнем придавило желудок.

— Это она, верно? — шепотом спросил он. — Костяные люди не двигаются сами по себе. Это она передвигает их.

Джо отвернулся и попытался слезть с подоконника. Том остановил его, схватив за руку так крепко, что тому наверняка должно было быть больно. Джо пробормотал что-то, чего старший брат не разобрал.

Том ни о чем не думал. Он просто с силой толкнул его. Джо разбил стекло головой и упал на ковер.

Позже, когда стало ясно, что жизнь Джо вне опасности, когда его пожалели и обласкали, уложили в постель с горячим шоколадом, сказками на ночь и невероятной суетой со стороны мамы, а Тому запретили до конца декады выходить из своей комнаты, он наконец понял, что сказал Джо, перед тем как разбить голову.

— Я не…жен…ворить. — пробормотал он, что в переводе с его языка означало: я не должен говорить.


29 октября | Кровавая жатва | cледующая глава