home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 11

Усилием воли Рид заставил себя на секунду остановиться, вопреки мучительному желанию броситься вперёд. Он вскинул винтовку, готовый навести прицел хоть на белку, посмей она шевельнуться. В паузах между судорожными вздохами он напряжённо прислушивался, не раздастся ли какой-нибудь звук, хоть самый незначительный. С кем бы там ни встретился Миллз, это существо было не единственным. Искажённый помехами голос Пита орал в наушнике:

— Миллз! Просто стреляйте! Берите на прицел и стреляйте!

— Я его не вижу! — Потом послышался испуганный вскрик. И ещё один выстрел.

Рид снова двигался вперёд, с широко раскрытыми глазами, с винтовкой наготове. Он подошёл к прогалине, окинул её взглядом и рванул на другую сторону.

— Миллз? — позвал Пит. — Миллз! Макс, ты видишь его? Макс не ответил. Снова ныряя в заросли, Рид взглянул на GPS-ресивер. Миллз двигался на север, очевидно, бегом. Движение точки, обозначавшей местоположение Макса, застопорилось.

— Макс, шериф Миллз находится к северо-востоку от тебя. Двигайся на северо-восток.

Макс наконец ответил:

— Отсюда мне никак. Мне надо обойти…

Они услышали вопль, сначала пронзительный, потом хриплый, потом приглушённый…

Потом он оборвался. Тишина.

Раздался следующий вопль. Женщина — та самая призрачная плакальщица с ручья Лост-Крик — вопила так, словно её резали. Эхо криков металось между голых скал, многократно повторяясь. Рид оцепенел от ужаса, прижимаясь спиной к дереву, стреляя по сторонам глазами, едва не роняя винтовку из рук.

Ночной кошмар вернулся при свете дня. Легион демонов отвечал женщине из своих пристанищ и укрытий гортанными завываниями, протяжными и тоскливыми, как стоны сирен, которые следовали одно за другим, набирая силу, стихая, перекрывая друг друга, рассыпаясь эхом, эхом, эхом.

Рации молчали, поскольку все охотники лишились дара речи. Рид, окаменевший от ужаса, страстно желал слиться с деревом за спиной.

Они не были незнакомцами. Эту леденящую душу погребальную песнь он уже слышал раньше, но от этого она не казалась менее жуткой.

— Не в силах вывернуться из железной хватки Рахили, Бек зажала уши ладонями и съёжилась, когда сасквотч, высоко вскинув голову и широко раскрыв рот, завыл с мощью пароходной сирены. Она опасливо скользила взглядом по сплетённым ветвям над головой, словно там таилась смерть.

«Я слышала выстрелы, — подумала Бек. Но женщина продолжала пронзительно кричать. — Что происходит?»

Прямо у кустов, где они прятались, Лия сидела на корточках в подлеске и выла всё так же громко и тревожно, призывая своего сына.

Рувим выскочил из-за деревьев с развевающимися за спиной обрывками туалетной бумаги. Лия сгребла его в объятия. Он прижался к ней, словно испуганный ребёнок, и Лия мгновенно метнулась в бузинные заросли, едва не растоптав в спешке Рахиль и Бек.

— Миллз? Шериф Миллз, вы слышите меня? — спросил Пит.

Никакого ответа.

Рид взглянул на GPS-ресивер. Макс и Пит снова двигались. Макс дойдёт до Миллза первым. Но точка Миллза не двигалась.

— Синг, у тебя есть связь с шерифом Миллзом? — спросил Рид.

Голос Синг звенел от волнения.

— Его GPS-ресивер по-прежнему работает, и я получаю радиосигналы, но Миллз не двигается. И не отвечает.

Рид определил своё местоположение, вытер руки о куртку и бросился вперёд на подкашивающихся ногах.

— Эй, это Рид. Кто-нибудь, отзовитесь. Отозвался Пит:

— Мы приближаемся к Миллзу. Смотрите в оба. Эта тварь всё ещё где-то поблизости.

Рид смотрел в оба, всё в порядке. Лес был полон теней и тёмных уголков, где удобно прятаться. Он переводил ствол винтовки туда, куда переводил взгляд. Ворона взлетела с сухой ветки над ним, и он едва не пальнул в неё.

Синг вышла на связь:

— Макс? У тебя всё в порядке? Можешь говорить со мной?

Макс не ответил. Рид посмотрел на монитор. Макс двигался, значит, он жив. Он приближался к месту, где находился Миллз.

Рид продолжал продираться сквозь кустарник, перелезать через валуны и брёвна, опасливо озираясь по сторонам и чувствуя холодное дыхание смерти.

Пит доложил:

— Я нагоняю Макса. Он в порядке. — Шум движения. Треск веток. Тяжёлое дыхание Пита и шаги. — Макс, я не вижу твою винтовку. Подними её повыше, приятель, покажи мне, ладно? О'кей. Хорошо. Теперь так и держи, ладно? Я приближаюсь сзади. Ты меня видишь, Макс? Посмотри через правое плечо. Всё в порядке, это я.

Теперь Рид слышал звуки движения впереди.

— Пит? Я нахожусь чуть выше по склону, спускаюсь к вам.

— Я слышу вас, Рид.

— Что там у вас?

— Не подходите пока. Я хочу выяснить, что с Максом. Он…

Тишина.

Риду не нравилась тишина, сейчас не нравилась.

— Пит?

— Гм…

Рид видел маленький разрыв в листве прямо впереди. Сквозь него струился свет. Ещё несколько шагов через подлесок и он увидел Пита, смотревшего в его сторону.

Пит помахал рукой, сначала слабо, потом настойчиво.

— Выходите, Рид. У нас несчастный случай.

Чего никто из них не хотел слышать, так именно эти слова. Рид в несколько осторожных прыжков спустился по откосу и выскочил на прогалину.

Макс неловко сидел на земле, покачиваясь и дрожа всем телом, как при параличе, блуждая по сторонам бессмысленным взором. Рид решил, что у парня серьёзная травма — может даже, огнестрельное ранение — и болевой шок.

Пит стоял возле Макса, напряжённо осматриваясь по сторонам, держа винтовку наготове. Он знаком велел Риду приблизиться. Рид быстро подошёл и стал рядом, спиной к спине с Питом.

Вопрос едва успел возникнуть в уме Рида, когда он получил страшный ответ на него, взглянув на другую сторону поляны. Он пошатнулся и торопливо отвёл глаза, охваченный ужасом и отвращением.

— Извините, — хриплым шёпотом сказал Пит. — Мне … следовало предупредить вас.

Усилием воли Рид заставил себя посмотреть ещё раз.

Тело шерифа Миллза, с силой брошенное в дерево, теперь лежало на земле под ним, нелепо изогнувшись вокруг ствола, похожее на жестоко изуродованную куклу. Наушник валялся в траве, всё ещё соединённый проводком с GPS-приёмником, пристёгнутым к левой руке. Винтовка Миллза с отломанным ложем лежала неподалёку. Если не считать нескольких сухожилий и сочащихся кровью артерий, голова была практически оторвана от тела.

Парализованный ужасом, Рид утратил всякую способность соображать, но лишь на несколько мгновений. Почти бессознательно он взял оружие наизготовку и сосредоточил всё своё внимание на окружающем лесе.

Около минуты Рид и Пит с напряжёнными до предела мышцами и покрытыми испариной лбами медленно кружились на месте вокруг общего центра, спиной к спине, еле дыша, отчаянно напрягая зрение и слух, наставив винтовки на тёмный зловещий лес, обступающий их со всех сторон.

Макс повалился на землю, скуля и корчась в рвотных спазмах.

— Макс, т-ш-ш, — прошептал Пит.

Макс постарался закончить по возможности тише. Синг вышла на связь. В её голосе слышались истерические нотки.

— Пит? Рид? Пожалуйста, доложите обстановку.

Не сводя взгляда с леса и не снимая пальца со спускового крючка, Рид ответил негромко, медленно и сдержанно, как ответил бы шериф Миллз:

— Синг, возьми себя в руки. Шериф Миллз погиб так же, как Аллен Арнольд и Рэнди Томпсон. — Ему померещилось еле слышное «о нет», но потом наступило молчание. — Синг? Подтверди получение сообщения.

Голос Синг звучал ровно:

— Я здесь. Шериф Миллз погиб.

— Позвони помощнику шерифа Сондерсу. Пусть он срочно отзовёт поисковые команды, все до единой. И пусть свяжется со службой охраны леса. Никакие гражданские лица, ни отдыхающие, ни туристы, никто пусть не суётся в лес — это приказ… гм… мой приказ. Полагаю, пока обязанности окружного шерифа исполняю я.

— Что ты собираешься делать?

Рид продолжал говорить спокойным голосом:

— Свяжись с Джимми. Скажи, что он и все его охотники нужны нам здесь, а если он сможет набрать ещё ребят из службы охраны леса, они нам тоже пригодятся.

— Рид, вы будете в безопасности до прибытия помощи?

— Пришли сюда команду медиков, кого-нибудь, чтобы забрать тело шерифа Миллза.

— Рид!

Он добавил металла в голос:

— Синг, ты записываешь?

Она пыталась. Рука у неё тряслась так сильно, что написанное едва поддавалось прочтению. «Дэйв Сондерс: отозвать поисковые команды. Джимми Кларк: перебросить охотников. Отправить медиков за телом…» Слёзы подступили к горлу.

Голос Рида звучал так ровно, что казался почти механическим.

— Оставайся на месте, чтобы встретить их. Я оставлю GPS-ресивер шерифа Миллза на теле, чтобы ты смогла направить медиков сюда.

— Всё понятно. — Несколько секунд она прислушивалась к молчащей рации и наконец спросила: — Рид, что ты собираешься делать?

Рид переглянулся с Питом, который еле заметно, но решительно кивнул.

— Сейчас у нас больше шансов найти Бек, чем когда-либо.

— С нами будет всё в порядке, — подтвердил Пит.

— Что с Максом? — спросила Синг. Макс лежал на земле, приходя в себя после потрясения

, и приступа рвоты. Незаметно для Макса Пит присел и осмотрел подошвы его ботинок, быстро сверившись с голубыми карточками, извлечёнными из кармана куртки. Бросив } взгляд на Рида и чуть заметно помотав головой, он ответил Синг:

— Макс может идти с нами, если хочет.

Макс с трудом сел и несколько раз глубоко вздохнул. Он кивнул Питу и Риду, а потом медленно поднялся на ноги.

— Я с вами. — Он всё ещё дрожал и держался спиной к телу Миллза.

Рид и Макс стояли на страже, пока Пит быстро отыскивал следы: взрытую землю, примятую траву, сломанные веточки, один неотчётливый отпечаток ноги и несколько капель крови.

— Он снова направился на юг, вверх по склону. Если нам удастся оттеснить его к скалам, полдела будет сделано.

Рид спросил:

— Синг, ты видишь нас на экране?

— Да, отлично, — ответила она.

— Пит, я посмотрю там, — сказал Рид. Он показал Питу на мониторе GPS-приёмника отметку, где был недавно, и сообщил про туалетную бумагу.

Пит изумлённо потряс головой.

— Там была либо Бек, либо кто-то, с кем у неё вышла стычка. Конечно, представляется разумным начать поиски оттуда, вы правы. — Потом он предложил: — Но на вашем месте я бы спустился на ровную местность, где можно двигаться быстрее, и направился бы на юг оттуда. Потом вы снова подниметесь по склону, чтобы нагнать их, а возможно, даже перерезать им путь. Макс, ты двинешься отсюда параллельно скалам и сделаешь всё возможное, чтобы удержать их наверху. — Пит кивнул в сторону изуродованного тела Миллза. — Для того, чтобы сотворить такое, понадобился лишь один из них, так что стреляй без промедления. Я попытаюсь преградить им дорогу с севера. И, Рид…

Рид знал, что Пит собирается сказать. Пит устремил взгляд на скалистые вершины.

— Те следы внизу поведали нам, как обстоят дела, и я думал, мы поняли всё правильно. Но это… — Он невольно взглянул на тело Миллза. — Это свидетельствует об истинном положении дел. Здесь не может быть ошибки.

Рид высказался более прямо:

— Вы говорите, что Бек мертва?

Пит на мгновение отвёл глаза, подбирая слова.

— Вполне возможно, мы отправляемся скорее на охоту, чем на поиски.

Рид обдумал слова Пита, потом ответил:

— Так не пропустите их.

— И вы тоже, — сказал Пит.

На данный момент этого было достаточно.

Кэп обдумывал, только обдумывал свой следующий шаг, когда позвонила Синг и сообщила о смерти шерифа Миллза. Её последними словами перед «я люблю тебя» были: «Кэп, нам очень нужно знать, что это такое. Прошу тебя».

Это утвердило Кэпа в принятом намерении и исполнило решимости. Быстро скатавшись домой, чтобы переодеться в приличную одежду — чёрные слаксы, светло-коричневая рубашка, строгий галстук, тёмно-синяя спортивная куртка, — он вернулся обратно в университет и направился прямо к зданию Центра бионаук. На сей раз он воспользовался передней дверью и смело прошёл по коридору к офису доктора Филиппа Мерилла, декана биологического факультета, бывшего заведующего кафедрой молекулярной биологии, ледяной статуе в костюме и бывшему начальнику Кэпа.

— У вас назначена встреча с доктором Мериллом? — спросила секретарша.

Кэп пристально посмотрел на Джуди Уэйн, ту самую леди, с которой он здоровался по утрам и у которой таскал пончики на протяжении всех шести лет своей работы здесь.

— Джуди. Вы знаете, что я пришёл не по официальному делу. Мне нужно поговорить с Филом.

Она склонила голову набок со снисходительным видом.

— Если вы насчёт вашего выходного пособия, вам следует обратиться в бухгалтерию.

— А если бы я сказал вам, что это вопрос жизни и смерти?

— Я бы вам не поверила.

— Он здесь?

— Уверена, он занят.

— Можете сказать ему, что пытались остановить меня. — Кэп обогнул стол и направился к двери Мерилла. Разумеется, Джуди бросилась за ним, протестуя, цитируя правила и боясь потерять работу.

Кэп легко постучал, потом повернул медную шарообразную ручку и открыл дверь.

Мерилл оставался всё тем же Мериллом: гладко зачёсанные назад волосы, аккуратно повешенный на деревянную вешалку в углу пиджак, классический галстук, туго затянутый под кадыком. Письменный стол что надраенный до блеска линейный корабль, а он — адмирал. Кэпу повезло: Мерилл говорил по телефону и потому не имел возможности дать волю языку при виде вошедшего. Глаза у него стали ледяными, но он усилием воли сдержался и негромко произнёс, прикрыв ладонью трубку:

— Кэп, вы должны понимать, что я вас не приму!

— Я пыталась остановить его! — пискнула Джуди. Кэп показал два пальца.

— Две минуты. Пожалуйста.

Несколько долгих мгновений Мерилл сверлил его взглядом, потом сказал в трубку:

— Гм… у меня тут бардак в офисе. Я могу вам перезвонить?

Он повесил трубку.

— Позвать охрану? — спросила Джуди.

Кэп недоверчиво вытаращился на неё, но сказал Мериллу:

— Фил, дело касается вас, а не меня. Это в ваших интересах.

Мерилл обработал поступившую информацию, потом знаком отослал Джуди прочь.

— Пока не надо. Оставьте нас одних на две минуты. Джуди вышла.

— И закройте дверь. Она закрыла дверь.

Мерилл откинулся на спинку кресла и спросил взглядом: «Итак?»

Кэп потратил несколько драгоценных секунд, чтобы усесться на модный кожаный диван. Разговор предстоял нелёгкий — но какого чёрта? — он всё равно уже уволен.

— Я подумал, вам будет интересно узнать, что шериф округа Уиткомб только что найден в лесном заповеднике с переломанными костями и практически оторванной головой, как и бригадир лесорубов из Три-Риверз, который погиб точно таким же образом в понедельник утром.

Мерилл и бровью не повёл. Он просто спросил:

— А с чего вы взяли, что мне это надо знать?

— Пропал проводник туристов и одна женщина, жена моего друга, помощника шерифа. Мы с Синг пытались помочь выследить зверя, виновного в случившемся.

Мерилл сложил ладони домиком под подбородком.

— Мне показалось, вы сказали, что дело касается меня.

— Я исследовал образцы экскрементов, слюны и шерсти зверя. Я обнаружил ДНК шимпанзе вместе с ДНК человека.

— Хм. Загрязнение. Прискорбно.

— Человеческая ДНК была внесена с аденовирусом. Мерилл снова «проглотил» информацию, а потом попытался рассмеяться.

— Не может быть, чтобы вы клонили к тому, к чему, мне кажется, вы клоните.

— Я просто подумал, что вам это будет интересно.

— И рассчитывали получить какую-то реакцию, полагаю.

— Если учесть, над чем работал Адам Буркхард все последние годы и… кстати, знаете что? Его здесь нет. Я заглянул к нему в офис, но он в отпуске… опять. Как он может зарабатывать деньги для университета, если никогда здесь не бывает?

Мерилл смотрел на него насмешливо.

— Получая результаты, Кэп. Он получает результаты. Кэп кивнул.

— Вот почему факультет финансируется всеми этими крупными корпорациями… Евроатлантическая нефть, фонд Карлайла…

— Я вижу, вы подготовились.

— Американский географический телеканал и канал общественного вещания тоже здесь замешаны. Вы на нём здорово наживаетесь, верно? Если подумать, вы перед ним в большом долгу за повышение.

— Завидуете?

— Беспокоюсь, всё по тем же причинам: финансирование происходит не по результатам работы а по требуемым результатам. Дайте спонсорам, что им нужно, и они вышлют деньги. Спросите, что им нужно, и…

— Им нужна наука, Кэп. Я никогда не мог объяснить вам это.

— Но наука всегда гордилась своей способностью к автокоррекции.

Мерилл взглянул на часы.

— Я жду, когда вы выскажетесь по существу. Кэп подался вперёд.

— А что если произошёл какой-то сбой? Что если расчёты Буркхарда неверны? Что если страдают люди? Что если они погибают?

— Я должен предупредить вас, что если намереваетесь нарушить договор о конфиденциальности…

— Как вы думаете, что произойдёт с финансированием или с вашей работой?

Последние слова задели Мерилла за живое наконец-то. В глазах у него появилось прежнее холодное выражение.

— Как вы догадываетесь, я не намерен выслушивать ваши предположения и не удостою вас ответа.

Кэп давно знал Мерилла и хорошо изучил его манеру лгать. Он встал с дивана и низко наклонился над столом.

— Автокоррекция. Я сообщил вам факты, несомненно представляющие огромный интерес, если вы учёный.

Кэп получил то, за чем пришёл. Он вышел из кабинета, оставив дверь широко открытой.

Через несколько секунд Мерилл подошёл к двери и проводил взглядом Кэпа, направляющегося по коридору к выходу из здания. Декан казался не таким невозмутимым, как прежде.

Джуди подняла взгляд.

— Всё в порядке?

— Он уходит.

Мерилл вернулся в кабинет, походил взад-вперёд за своим большим столом, машинально пригладил волосы, словно убеждая себя, что его мир по-прежнему устойчив, предсказуем и подконтролен.

В следующий миг взгляд декана привлекла пустота, появившаяся среди аккуратно расставленных на столе календаре, телефоне, стаканчике для карандашей и подставке для ручек. На ныне пустующем месте он всегда держал…

Он вихрем вылетел из кабинета.

— Свяжитесь со службой охраны! Джуди схватила трубку.

Мерилл трясся от негодования, оглядывая коридор.

— Этот мерзавец украл мои мастер-ключи!

Безжизненные глаза шерифа Миллза уставились в небо в последний раз, когда фельдшер положил ковбойскую шляпу Миллза на его грудь и застегнул молнию на чёрном пластиковом мешке.

Джимми Кларк почтительно снял собственную шляпу, когда двое фельдшеров понесли тело с прогалины. Уайли Кейн сделал то же самое, явив взорам присутствующих белую гриву длинных волос. Стив Торн, по обыкновению похожий на крутого морпеха, мрачно наблюдал за происходящим, не снимая камуфляжной фуражки. Молодой фанат морской пехоты Сэм Марлоу пытался сосредоточить всё своё внимание на GPS-приёмнике. Дженсон (никто никогда не интересовался его именем) предпочёл вовсе не смотреть. Ни один мужчина не выпускал из рук винтовки.

Джимми уже пристегнул к руке GPS-приёмник Миллза — в высшей степени прискорбная необходимость. Он тщательно смыл кровь с наушника, смочив носовой платок водой из фляги, а потом вставил наушник в ухо и нажал на кнопку связи.

— Синг, это Джимми. Как меня слышите?

— Чётко и ясно.

Синг сидела за своим компьютером в передвижной лаборатории, наблюдая за теми же сигналами GPS-ресиверов на мониторе, расположенными в новом порядке: Рид находился к югу от места, где нашёл туалетную бумагу, и возвращался назад по собственным следам; Пит задержался севернее в ожидании сообщения от Рида. Макс находился примерно посередине между ними и четвертью мили ниже скалистой стены. Они располагались по вершинам огромного треугольника, и каждый человек казался там жалким и бесконечно одиноким. Джимми, теперь представленный на мониторе сигналом GPS-приёмника Миллза, всё ещё оставался на поляне, где погиб шериф, но это ненадолго, надо надеяться.

В деревушку Уайттейл понаехало много народа. Вокруг лаборатории Синг теперь теснилось два автофургона службы охраны леса, пикап службы охраны природы, санитарная машина и два частных автомобиля. Взятый в лес арсенал огнестрельного оружия давал серьёзные основания рассчитывать, что какого-нибудь зверя да пристрелят. Синг чувствовала надежду и страх одновременно.

На мониторе появилась ещё одна точка, рядом с Джимми. В наушнике протрещал голос:

— Синг, это Торн. «Давно пора!»

— Вижу вас на экране, слышу ясно и чётко.

Стив Торн остался доволен проведённой работой. Он разместил GPS-приёмник на внутренней стороне левого предплечья, чтобы видеть монитор, держа винтовку, и был готов.

Сэм Марлоу просто последовал примеру Торна и тоже был готов.

— Синг? Это Сэм Марлоу.

— О'кей, — ответила она. — Вы шестой номер, вижу вас 4 на экране, слышу ясно и чётко.

Джимми поприветствовал четырёх вооружённых лесников, а потом доложил в микрофон головного телефона:

— Рид? Пит? Мы готовы.

Рид торопливо поднимался по склону, прокладывая путь через густой подлесок, определяя своё местоположение по GPS-приёмнику, напрягая зрение и слух. В данных обстоятельствах он был рад слышать голос Джимми.

Пит вышел на связь:

— Давайте выстроимся кругом, ребята, и поскорее. Думаю, мы сможем работать в радиусе четверти мили, мы находимся на таком расстоянии.

С мрачной решимостью командира взвода, ведущего людей в бой, Джимми разделил своих охотников на три команды, которые возглавляли он сам, Стив Торн и Сэм Марлоу.

— Сэм, ты и твои ребята держитесь вокруг Пита. Стив, твои ребята растягиваются цепью по западной стороне и помогают Максу. Моя команда возьмёт южную сторону и постарается помочь Риду. У нас нет GPS-приёмников на всех, поэтому все остальные держатся на расстоянии слышимости от своего командира. Ну, вперёд. — Когда они рассредоточились по лесу, он доложил: — Синг, мы выступили.

Один раз Бек попыталась пошевелиться — просто поднять голову, чтобы выглянуть из зарослей, — но Рахиль удержала её сильной рукой, прижала к груди, как ребёнка, и заставила сидеть смирно. Бек на время угомонилась и превратилась — как Рахиль, Лия и Рувим, — в тёмную расплывчатую тень в бузинных кустах, скрытую за частой сетью стволов, ветвей и листвы. Так Бек ещё никогда не пряталась: точно неподвижный, безмолвный и растворившийся во мраке дикий зверь. Подобно обитающим в сумрачном подземном мире великанам-людоедам, они обратились в некие неодушевлённые предметы, в то время как лес над ними жил, шевелился и без умолку трещал и щебетал разными голосами.

«Я слышала выстрелы».

Бек повела глазами по сторонам, пытаясь встретиться взглядом с кем-нибудь из её компании. Никто не посмотрел на неё, но она видела, что они понимают: происходит что-то страшное, что-то ужасное для них.

И благоприятное для неё.

Возможно, Иаков как раз совершал очередное зверское убийство, когда столкнулся с чем-то совершенно неожиданным: с охотниками. С людьми. Со здоровыми крепкими парнями в камуфляже, ищущими пропавшую в лесу женщину, по описанию похожую на неё, вооружёнными винтовками и готовыми пристрелить любое косматое чудовище, которое станет приставать к ним.

Возможно, кто-то обнаружил её следы и сумел разобраться с телефонным номером Рида. Возможно, Рид жив и возглавляет поиски. Возможно, правила наконец-то меняются в её пользу! Она должна знать.

С трудом сдерживая дрожь волнения, Бек попыталась неподвижно замереть на месте по примеру своих похитителей и услышать то, что слышат они. Лес над головой по-прежнему разговаривал на свой обычный манер на незнакомом ей языке. Встревожены ли чем-то птицы или же они просто сплетничают? Что там шуршит — пробегающее мимо животное, ветер в ветвях деревьев или крадущийся охотник? Потом она заметила — и почувствовала — некую перемену. Сердцебиение и тихое дыхание Рахили участились. Впервые за всё время Рахиль повернула голову. Двое других сделали то же самое. Бек последовала их примеру.

Птицы вспорхнули с дерева с тревожным криком. Послышались шаги: кто-то пробирался к ним через подлесок — на двух ногах, а не на четырёх, — потом тихо басовито хрюкнул и прошёл дальше, не останавливаясь.

По обыкновению резко, без всякого предупреждения Рахиль поднялась на ноги и вылетела из кустов, перекинув Бек через плечо. Лия с Рувимом на закорках следовала за ней по пятам. Бек обхватила рукой шею Рахили и переползла с плеча на спину, чтобы устроиться поудобнее. Она оглядывалась назад и озиралась по сторонам, напряжённо всматриваясь в заросли. Есть ли там охотники?

Рахиль и Лия побежали на юг почти по прямой, словно точно знали, куда направляются, а потом с ними вдруг опять оказался Иаков, словно выросший из-под земли и возглавивший движение. Он шёл быстрым осторожным шагом, ощетинив шерсть. Запах страха тянулся за ним подобием паровозного дыма. Он постоянно оглядывался через плечо, растеряв всю свою прежнюю самоуверенность важной шишки.

Бек боялась заходить слишком далеко в своих предположениях и надеждах, но, судя по всему, за ними была погоня. Иаков возглавлял бегство.

Кэп знал, что времени у него мало, и, не теряя ни минуты, спустился по стальной лестнице в подземный мир, расположенный под зданием Центра бионаук. Главный коридор был узким. По потолку тянулись кабели, водопроводные трубы и воздуховоды. Унылое однообразие голых серых стен лишь изредка нарушали красные таблички на массивных дверях, предостерегавшие: «Опасно для жизни! Высокое напряжение», «Открывать дверь категорически запрещается», «Посторонним вход воспрещён». Кэп дошёл до таблички, гласящей: «Проход открыт только для лиц с допуском секретности». Он продолжал идти, стуча каблуками по голому бетонному полу. Синий бейджик, удостоверяющий наличие допуска секретности, унего забрали вместе со всем прочим, но, может, никто не заметит, даже если он встретит кого-нибудь. Пока весь этаж казался до странности пустынным.

Кэп испытывал угрызения совести, словно он был шпионом или даже взломщиком, но говорил себе, что он здесь, поскольку (а) он учёный, (б) у него есть гипотеза и (в) имеется подтверждение гипотезы, полученное экспериментальным путём в результате эмпирического наблюдения.

Направленный в нужную сторону «вопросом» Баумгартнера и повторной вылазкой в Интернет, он применил метод контроля флуоресцентными лучами для проверки представленной в образцах человеческой ДНК на наличие аденовируса и — бац! Зная, что искать, он нашёл аденовирус повсюду.

Аденовирус часто использовался для сплайсинга, поскольку, будучи вирусом, он естественным образом встраивал свою ДНК в ДНК заражённой клетки, превращая ту в идеальное средство доставки. Требовалось лишь использовать некий энзим, чтобы вырезать участок ДНК из донорской клетки, поместить в вирус, а потом инфицировать вирусом клетку-реципиент. Оказавшись в клетке-реципиенте, вирус встраивал донорскую ДНК в ДНК реципиента вместе со своей собственной, обеспечивая таким образом требуемое дополнение, но также оставляя поддающиеся обнаружению цепочки своих нуклеотидов.

В случае с ДНК, представленной в экскрементах и слюне, факт перестановки комплементарных пар оснований нуклеиновых кислот с помощью сайт-специфического мутагенеза представлялся очевидным, но данный процесс протекал бы слишком медленно для рабочего графика любого генного инженера. Последний, кто бы это ни был, обратился к вирусному переносу, использовав аденовирус для переноса и сращивания человеческой ДНК с ДНК шимпанзе, перемещая целые участки за раз — процесс гораздо более быстрый, но непредсказуемый в части результатов. При сайт-специфическом мутагенезе генный инженер контролировал, какие комплементарные пары видоизменяются, переставляются и перемещаются. При вирусном переносе всё решал вирус, в подавляющем большинстве случаев принося больше вреда, чем пользы.

Таким образом у Кэпа появилась гипотеза, объясняющая странные цепочки нуклеотидов, обнаруженные в лаборатории Джуди; человеческие, обезьяньи и гибридные в одном животном, переплетённые с цепочками аденовируса, за счёт которого главным образом и произошёл сплайсинг. Это не случайность и не загрязнение. Человеческая ДНК здесь привнесена намеренно.

Но конечно, это оставалось только гипотезой, вдобавок незаконченной. Кэп знал что и как, но должен был выяснить кто, а поскольку вероятный ответ представлялся очевидным, его требовалось проверить посредством эмпирического наблюдения.

Означенное наблюдение должно было начаться по другую сторону ничем не выдающейся двери, помеченной номером 102.

Кэп вытащил из кармана куртки изящную шкатулочку кедрового дерева — очаровательный подарок, полученный Мериллом от Американского географического общества за большой вклад в эволюционную биологию. На крышке шкатулочки красовалось его имя и логотип общества, вырезанные лазером. Кэп вынул из неё мастер-ключи Мерилла от всех лабораторий и учебных аудиторий.

Третий по счёту ключ открыл замок. Бросив быстрый взгляд в один и другой конец коридора, — пока по-прежнему пустынного, — Кэп проскользнул внутрь и закрыл за собой дверь.

Он знал, где искать выключатель, поскольку хорошо изучил это место. Здесь находилась лаборатория доктора Адама Буркхарда, невоспетого пионера (открыточного героя, как часто иронически думал Кэп) молекулярной антропологии. В первые годы работы в университете по настойчивому совету Мерилла и других коллег Кэп проводил здесь много времени, работая бок о бок с Буркхардом, по всей видимости, предполагавшим таким образом восстановить веру Кэпа в выгодные мутации и удержать его как профессора биологии на пути истинном. Если кому-нибудь дано доказать, что мутации действительно являются механизмом для выведения новых видов, то несомненно только Буркхарду. Он посвятил всю свою жизнь подобным попыткам и — как постоянно указывал Кэп — во всех терпел неудачу. Разумеется, Буркхард ожидал от него отнюдь не такого умозаключения. После двух лет совместной работы их взгляды разошлись настолько, что они расстались: Буркхард продолжал заниматься своими секретными исследованиями первоочередной важности, а Кэп перешёл на роль факультетского парии, откровенно высказывающего своё мнение и задающего много лишних вопросов. Но сейчас у Кэпа не было времени предаваться неприятным воспоминаниям. Сейчас главным представлялся тот факт, что он имеет при себе украденные ключи и скоро будет пойман, если не поторопится, и что он находится в лаборатории, по всем признакам пустующей. Рабочие столы, некогда заставленные приборами, свидетельствующими о разных предметах и стадиях исследования, теперь пустовали. Только у самой двери стояли в ряд несколько картонных коробок. Со стен исчезли постеры, со стеллажей — склянки с образцами, а из клеток — лабораторные мыши.

Стол Буркхарда тоже пустовал. Кэп поставил на него шкатулку с ключами и выдвинул все ящики, один за другим: ничегошеньки. На доске объявлений над столом висел перекидной календарь, всё ещё открытый на январе, хотя уже был июнь, а также несколько объявлений о давно прошедших событиях и несколько прикнопленных моментальных снимков: симпатичная старшекурсница, делающая инъекцию лабораторной крысе, крысы пёстрой окраски, четверо широко улыбающихся студентов с призом, полученным на региональной университетской выставке научных достижений. Диплом доктора философии Буркхарда исчез со стены, но прямоугольник невыцветшей краски всё ещё указывал на место, где он находился прежде. Пластинка с надписью «Преподаватель года» по-прежнему висела над столом, пыльная и забытая. Кэп помнил, что с течением лет Буркхард постепенно терял интерес к преподавательской работе, и теперь казалось, что Буркхарда не особо волновали ни воспоминания, ни молодые люди, на которых он оказал влияние (раз он оставил здесь их фотографии).

Кэп подошёл к картонным коробкам и открыл первую. Ага, хотя бы один след присутствия Буркхарда. В коробке, завёрнутые в несколько слоёв газеты для сохранности, лежали стеклянные сосуды с образцами. Буркхард всегда гордился своей обширной коллекцией наглядных свидетельств эволюции, некогда занимавшей здесь несколько стеллажей. Он покупал, заимствовал и обменивался с биологами из всех стран мира, чтобы собрать галапагосских вьюрков с клювами разной длины, крапчатых мотыльков, серых и белых, латимерий, которые считаются живыми реликтами, летучих мышей, чьё строение крыльев напоминает строение человеческой кисти, ящериц, предположительно произошедших от змей, удава, произошедшего от ящерицы, — буркхардовская выставка мертвечины. Оставшиеся здесь сосуды, вероятно, были упакованы в последнюю очередь и ждали, когда их увезут, не важно куда.

Кэп извлёк из коробки одну банку и осторожно снял с неё газетную обёртку. Несомненно он уже видел раньше этот экземпляр…

Нет. Не видел. Судя по всему, это что-то новое, решил Кэп. Буркхард не покупал его и не выменивал, а Буркхард сам вывел его.

Это была лабораторная крыса, плавающая в жёлтом консерванте: жалкий зверёк с искривлённым позвоночником и — Кэп пересчитал дважды, чтобы убедиться, — шестью лапами.

Он вытащил и развернул второй сосуд. Другая крыса, на сей раз с пёстрой шерстью и без глаз.

В третьем сосуде находилась безногая крыса. Кровь бросилась Кэпу в лицо, тошнота подкатила к горлу. Он принялся заворачивать банки в газету и класть обратно в коробку, пытаясь внушить себе глупую, напрасную надежду, что Буркхард всё понял и остановился на крысах или, в самом худшем случае, на шимпанзе. В конце концов Буркхард всё-таки учёный. Безусловно он знает, как толковать результаты опытов, особенно на таком высоком уровне…

Внимание Кэпа привлекла одинокая клетка в дальнем конце помещения. Он застыл на месте, держа в одной руке завёрнутый в газету сосуд, а другой придерживая открытую крышку коробки, и несколько мгновений пристально смотрел на неё.

Он не верил своим глазам. Он не был готов к ещё более неприятным находкам.

Клетка напоминала контейнер для транспортировки домашних животных: ящик из прочного пластика с решётчатой дверцей в торцевой стенке. Она явно побывала в крутой переделке. По периметру дверцы прогрызены щели, словно огромная крыСа пыталась вырваться на волю. Гнездо для задвижки почти вырвано, решётчатая дверца, вся в следах зубов, выгнута наружу, словно её толкали изнутри со страшной силой.

Какое бы животное ни держал Буркхард в этой клетке, оно превосходило своими размерами крысу. Очевидно, хочется надеяться, Буркхард нашёл клетку побольше и попрочнее.

— Доктор Капелла!

Он задержался слишком долго. Повернувшись, Кэп увидел входящего в помещение Мерилла, за которым следовали два местных полицейских в серой форме, самые лучшие и сильные в университете.

Мерилл — сильный и самоуверенный в присутствии своей армии из двух человек — протянул руку.

— Мои ключи.

Кэп кивнул в сторону пустого стола Буркхарда.

— Они там. Мерилл взял ключи.

— Кэп, у вас есть выбор: либо вы немедленно покидаете территорию университета и никогда больше не возвращаетесь, либо будете арестованы прямо здесь, прямо сейчас.

Кэп медленно двинулся вперёд, вскинув руки в знак капитуляции.

— Привет, Тим.

Первый полицейский, долговязый парень в очках, сказал: — Привет.

— Кений, как дела?

Второй полицейский, стоявший со скрещёнными на могучей груди руками, кивнул и ответил:

— Нормально.

Кэп обратился к Мериллу:

— Похоже, это не отпуск, а нечто большее. Похоже, Буркхард собрал манатки и съехал навсегда.

— Это не ваше дело.

Кэп кивком указал на повреждённую клетку.

— Что произошло? Зверюшек стало трудновато держать в клетках?

Мерилл самодовольно ухмыльнулся.

— Для умных поясню, доктор Капелла (если это слово что-нибудь для вас значит): мы все здесь учёные, а это означает, что мы имеем дело с фактами. Вы креационист, а теперь ещё правонарушитель и взломщик. Прежде чем вы скажете что-нибудь кому-нибудь, пожалуйста, подумайте хорошенько о том, кто из нас пользуется доверием и имеет возможность уничтожить другого.

Креационист. Мерилл употребил это слово, как оскорбление. Кэп не в первый раз видел подобные проявления самонадеянности и был сыт по горло.

— И это говорит учёный? Мерилл улыбнулся.

— Учёный во всех отношениях, доктор Капелла: в глазах моих коллег и, самое важное, в глазах общественности. У меня есть обязанности, главная из которых заключается в том, чтобы не позволять вредителям вроде вас подрывать основы науки.

— Науки? Не точнее ли будет назвать это единственной доступной кормушкой?

Мерилл повернулся к полицейским:

— Выдворите его отсюда.

Рахиль бежала в полную силу плавным маховым шагом, подавшись всем корпусом вперёд, широко размахивая длинными руками. Бек крепко прижималась к ней, обнимая за шею, наклонив голову, испуганно отшатываясь от веток, пролетавших всего в нескольких дюймах. Она оглянулась через плечо, но не увидела никаких охотников или друзей, а только быстро удаляющиеся деревья и расстояние, увеличивающееся с каждым мощным прыжком. Ни одному пешему охотнику не нагнать их.

Она посмотрела вниз, на стремительно мелькающие ноги Рахили, потом на огромные стволы проносящихся мимо деревьев и попыталась представить (хотя и содрогаясь от страха), как она разжимает руки, взлетает в воздух и приземляется достаточно мягко, чтобы, прокатившись кубарем по земле, остаться в живых и захромать прочь. Что если прыгнуть вон в те заросли молодых елей? Смягчат ли они падение? Поймёт ли Рахиль, что она сбежала? Что если…

Внезапно Рахиль резко остановилась, едва не сбросив с себя Бек.

Иаков пулей вылетел из кустов им навстречу, распространяя вокруг зловоние и тяжело дыша, и они с Рахиль чуть не столкнулись. За ним следовала Лия, испуганная как никогда, с жалобно хнычущим Рувимом на спине. Они меняли курс на противоположный. Рахиль круто развернулась и снова пустилась бегом, последней в цепи. Они направлялись на север, откуда пришли.

Бек оглянулась, но не увидела ничего, кроме леса, но по лицу Иакова поняла: там, позади, он обнаружил что-то или кого-то.

Иаков повернул и двинулся вниз по склону, Лия и Рахиль последовали за ним. Плавный маховой шаг Рахили сменился тряским бегом вприпрыжку, когда она стала скачками спускаться с горы. Желудок Бек мгновенно отреагировал на болтанку, и у неё начала ослабевать хватка. Она снова принялась выискивать взглядом возможную посадочную площадку.

Рахиль оступилась! Неудачно приземлившись после прыжка, она потеряла равновесие, по инерции полетела вперёд и теперь пыталась остановиться, судорожно хватаясь за ветки, которые с треском отламывались. Проскакав несколько ярдов вниз, она наконец обхватила одной рукой ствол дерева и, крутанувшись вокруг него, резко остановилась.

Бек не смогла бы удержаться даже при желании. Она взлетела высоко в воздух спиной вперёд, а потом вполне удачно приземлилась, прокатилась кубарем по поросшему барбарисом участку склона и наконец уцепилась за какойто пень. В следующий миг ей пришло в голову не останавливаться, но продолжать движение вниз. Отпустив пень, она покатилась дальше и после ряда кувырков поднялась на ноги, держась за ствол низкорослой сосенки.

Чуть ниже и правее её Лия карабкалась обратно вверх, за ней на четвереньках полз Рувим. Бек повернула влево и прохромала к следующему, росшему ниже по склону дереву, чтобы выиграть хоть немного времени и отойти подальше от Рахили.

Теперь она видела Иакова, который тоже взбирался в гору, явно охваченный паникой, истекающий слюной и еле живой от усталости. Что-то заставило его снова повернуть.

Бек словно ударило током. Далеко внизу, среди деревьев быстро промелькнуло неясное пятно, но она сразу поняла, что это такое.

Камуфляжная фуражка. Если бы она не двигалась и если бы Бек не видела таких раньше, она бы ничего не заметила, но здесь не могло быть ошибки.

— О-о-о! — вскрикнула она, исполненная надежды, но не в силах поверить в своё близкое спасение.

Рахиль тяжёлыми прыжками неслась к ней, с треском ломая ветки и сбивая с места шаткие камни.

Бек поковыляла вниз к следующему дереву и снова закричала, не стараясь ничего выговорить, а просто производя шум, любой шум погромче.

Издалека донёсся мужской голос:

— Эй? Есть там кто?

Бек уже открыла рот, чтобы ответить, когда Рахиль подхватила её на руки и крепко сжала. У Бек перехватило дыхание, и крик замер у неё на губах. Она принялась извиваться всем телом, пытаясь вырваться. Она завизжала…

Бек не видела ничего, кроме горящих глаз, ощетиненной чёрной шерсти, раздувающихся ноздрей и сверкающих зубов. Иаков никогда не подступал ни к кому так близко, если не имел намерения убить. Его хриплый рёв выключил её сознание, а смрадное дыхание парализовало волю.

— Эй! — крикнул мужчина.

Бек не ответила.

Рид приближался к своему промежуточному месту назначения, двигаясь далеко впереди команды Джимми, когда в наушнике протрещал голос Торна:

— Здесь надо мной кто-то есть! Он поднимается обратно по склону!

— Вы его видели?

— Нет, но я слышал женский крик.

— Команда Макса, стянитесь плотнее! — приказал Пит. — Чтобы мышь не проскочила между вами!

Рид взглянул на GPS-приёмник. Он видел, как Макс и Торн стягивают ряды и медленно поднимаются в гору. Пит двигался на юг вдоль скалистой стены, а Сэм — параллельно, примерно пятьюстами футами ниже. Другие двое занимали позиции между ними.

Рид вышел на связь.

— Внимание, все! Не покупайтесь на крик. Это не женщина! Это мишень! — Молчание, служившее ему ответом, не понравилось Риду. — Джимми, я так понимаю, вы с Сэмом находитесь позади и ниже меня.

— Да, это мы, — ответил Джимми.

— Вы можете поставить кого-нибудь надо мной, между мной и скалами?

— Дайте ему несколько минут.

— Все слышали моё предупреждение насчёт женского крика?

Несколько человек ответили утвердительно. Стив Торн спросил:

— Вы уверены, что это не ваша жена? Нет, он не был уверен, и это убивало его.

— Она сказала что-нибудь?

— Нет, просто вопила.

Охота, а не поиски.

— Не дай обмануть себя. Именно это случилось с Миллзом.

— А на кого, собственно, мы охотимся, чёрт возьми? Вмешался Джимми:

— Я же запретил спрашивать. Рид на мгновение остановился, чтобы глубоко вздохнуть и взять себя в руки. Он взглянул на GPS-приёмник. Он находится уже близко к цели, всего ярдах в сорока. Кольцо охотников стягивалось. Существо, находящееся внутри кольца, страшно разозлится.

Мир Бек превратился в жуткий калейдоскоп расплывчатых образов. Сильные хваткие руки, пролетающие мимо ветви кустов и деревьев, её собственные ноги, молотящие и пинающие воздух, душная темнота мохнатой груди. Переставая время от времени брыкаться и дёргать руками, она видела, что Иаков поднимается по склону первым, впиваясь пальцами ног в землю, отталкиваясь ногами и упорно поднимаясь всё выше и выше.

Рахиль просто была слишком сильной. Рёбра, руки, ноги и повреждённая лодыжка Бек посылали в мозг сигналы: ещё немного и ты что-нибудь сломаешь. Бек жалобно захныкала, уткнувшись лицом в косматую шерсть и прекратила сопротивление, чтобы только прожить ещё хоть минутку.

Восхождение продолжалось. Бек подтянулась немного повыше и посмотрела назад через плечо Рахили. Лесная чаща, непроходимые заросли. Как эти звери с такой лёгкостью смогли проложить путь сквозь них, она не понимала. Ни одному охотнику там не пройти.

Впереди она мельком увидела Иакова, который нырнул в густые заросли жимолости и бузины, образовывавшие живой купол над поваленной осиной. Лия и Рувим последовали за ним, продравшись сквозь частые сплетения ветвей и скатившись в яму под ними. Не сбавляя скорости, Рахиль пригнула голову и влетела в кусты.

Это всё равно, что падать сквозь проломленную крышу в тёмный подвал, но они приземлились удачно: три горячих мохнатых тела смягчили падение. Кто-то из них болезненно хрюкнул при ударе — вероятно, Лия.

Яма была тесной и неудобной: насквозь прошитая ветвями поваленной осины, закрытая со всех сторон перевитыми ползучими растениями и кустами и битком набитая взмыленными обезьянами. Сразу же стало жарко. Пахучие железы Иакова работали сверхурочно.

Они снова прятались: сидели неподвижно, напрягая зрение и сдерживая дыхание. Прислушиваясь. Всматриваясь сквозь мириады крохотных просветов в листве.

Бек стало страшно, словно чудовища затаились где-то снаружи, а не по обеим сторонам от неё.

Сквозь крохотные просветы в частых сплетениях ветвей и ползучих растений она видела кусочки леса снаружи, похожие на фрагменты головоломки. Кроме встревоженных голосов леса она не слышала ничего. Она заметила какое-то движение и невольно ахнула. Подавшись вперёд и прищурившись, Бек посмотрела в вертикальную щёлочку между перевитыми плетями дикого плюща. На ближайшем бузинном кусте болталось что-то белое, лениво покачиваясь на лёгком ветерке.

Они описали полный круг и вернулись к исходной точке. Несносный Рувим уже был здесь.

Конечно, его выходка с туалетной бумагой выйдет сасквотчам боком. Белая лента туалетной бумаги будет висеть здесь, как метка топографа. Кто-нибудь из охотников непременно обнаружит её.

Рид на мгновение остановился, чтобы прислушаться и осмотреться, прежде чем сделать следующий шаг в направлении белой ленты. Теперь он сориентировался на местности. Он узнавал окружение. Он прошептал в микрофон:

— Пит, я вижу туалетную бумагу.

— Мы на подходе к вам, — ответил Пит.

— Мы по-прежнему поднимаемся по склону, — сказал Макс.

— Мой человек находится над вами, — сказал Джимми. Рид не шевелился. Может, сказывалось влияние Пита Хендерсона, а может, он провёл в лесу столько времени, что у него развились новые способности восприятия, но он чувствовал что-то.

Взяв винтовку в правую руку, он несколько раз согнул и разогнул левую, потом повторил процедуру, поменяв руки. — Поиски или охота? Он взглянул на GPS-приёмник, проверяя местонахождение остальных охотников. В данный момент ведутся поиски, но безусловно в ближайшие минуты начнётся охота.

Бек и её похитители как один насторожились, напряглись всем телом, стреляя по сторонам глазами. Услышав второй шаг, они разом повернули головы на юг. Крохотные раздробленные лучики света рассыпались точечными пятнышками по их лицам и отразились в глазах. Бек, прищурившись, посмотрела в один просвет и не увидела ничего, кроме листвы, посмотрела в другой и увидела только лес, посмотрела в третий…

При виде мужа диафрагма у неё непроизвольно подпрыгнула, а из груди вырвался сдавленный крик. Рука Рахили едва не раздавила ей грудную клетку. Иаков метнул на неё свирепый взгляд и предостерегающе зашипел. Глаза Лии яростно сверкнули в темноте. Бек зажала рот ладонью.

Рид сделал ещё шаг по направлению к ним. Бек вытянула шею, чтобы украдкой взглянуть на него сквозь крохотный просвет в листве, зажимая рукой рот ещё крепче прежнего, не в силах совладать с бушующими в душе чувствами.

Рид крадучись продвигался вперёд, шаг за шагом, подныривая под ветки, переступая через сухие сучки, мёртвой хваткой сжимая винтовку. Он вынул наушник из уха, чтобы не слышать других голосов. Он хотел слышать только звуки, раздающиеся здесь и сейчас. Ещё два шага — и он достиг цели. Он стоял рядом с белой лентой туалетной бумаги.

Он находился так близко, что Бек видела только его ноги.

Тело Рахили напряглось и стало твёрдым, как железо.

Ощетиненная шерсть колола лицо и руки Бек, Иаков дышал медленно, но глубоко, собираясь с силами в тишине. Шерсть на нём стояла дыбом, а в глазах горела лютая ярость.

Бек прижала ко рту и другую руку тоже, но продолжала часто и прерывисто дышать носом, не в силах выровнять дыхание.

«Они загнаны в угол. У них детёныши: Рувим — и я. Если я издам хоть звук… если Рид подойдёт хоть на шаг ближе…»

Рид снова стоял неподвижно и насторожённо озирался вокруг, в первую очередь поглощённый мыслью о собственной безопасности, но движимый одним мучительным, непреодолимым желанием: увидеть Бек, услышать её голос, узнать наконец, что она жива. Возможно, появившееся у него чувство объяснялось именно этим желанием; непонятно почему — может, из-за дурацкой туалетной бумаги, — но он чувствовал, что Бек близко.

Рид вспомнил, что в прошлый раз видел здесь другой клочок бумаги, неподалёку от…

Вот он! Лежит в пятнадцати футах от него, на коричневой сосновой хвое, прямо под огромным кустом жимолости, растущим над поваленной осиной. Рид сделал два маленьких, осторожных шага. Сухой лист тихо хрустнул у него под ботинком, и он застыл на месте.

«Спокойно!»

Ещё шаг. Замри. Прислушайся. Ещё шаг.

Запах из пережитого кошмара коснулся его ноздрей, и кровь в нём заледенела. Внезапно первая ужасная ночь перестала быть просто воспоминанием. Он словно снова оказался там, снова слышал отчаянный крик Бек и чувствовал себя беспомощным, таким беспомощным. Существо тоже находилось рядом. Рид не видел его, но чувствовал, что оно затаилось поблизости и наблюдает за ним.

Бек. Он мог думать только о ней и сделал ещё один шаг навстречу смертельной опасности.

Он никогда ещё не заходил так далеко. Ещё шаг назад он умирал от ужаса. Теперь он мог считать себя покойником, но ему было плевать. Руки у него перестали дрожать. Он не испытывал ни малейшего искушения отступить назад. Он хотел быть именно здесь — и не просто поблизости, а там.

— Бек, — прошептал он. — Я здесь, детка. Я рядом.

Он только чуял нюхом существо. Если этот тихий, ровный шипящий звук не мерещился ему, он слышал и его тоже.

«Поиски или охота?» Теперь и первое, и второе. Рид медленно повёл стволом винтовки, провоцируя существо пошевелиться.

Рид стоял прямо над ямой. Бек слышала шипение и бульканье слюны. Зубы Иакова были оскалены, клыки блестели. Он припал к земле, готовясь к прыжку, выжидая момент.

«Рид, уходи отсюда!»

Он не ушёл. Он сделал ещё один шаг по направлению к ним.

«Они убьют его. Господи, они убьют его!»


Глава 10 | Монстр | Глава 12