home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 5. Послания



Гавин торопливо шёл по коридорам Белой Башни, громко стуча каблуками по тёмно-синему ковру, лежавшему на полу из красных и белых плиток. Свет отражался от зеркальных напольных светильников, выстроившихся, словно часовые, вдоль всего пути.

Рядом с Гавином двигался Слит. Несмотря на яркий свет ламп, лицо Слита казалось наполовину скрытым тенью. Возможно, это из-за двухдневной щетины, что было странно для Стража, или же из-за длинных волос - чистых, но давно не стриженных. Или, может, дело было в его грубоватом лице. Своими резкими чертами, раздвоенным подбородком, крючковатым, когда-то сломанным носом и выдающимися скулами оно напоминало незаконченный рисунок.

В плавных, как и у любого Стража, движениях Слита чувствовалось больше первобытного начала, чем у многих других. Скорее не охотник, пробирающийся через лес, а безмолвный, нападающий из тени хищник, которого жертва не заметит, пока не сверкнут зубы.

Они добрались до пересечения коридоров, обнаружив охраняющих один из них гвардейцев Чубейна. На вооруженных мечами солдатах были белые табарды, украшенные Пламенем Тар Валона. Один из гвардейцев поднял руку, преграждая им путь.

- У меня есть разрешение войти, - сказал Гавин.- Амерлин…

- Сёстры ещё не закончили, - враждебно ответил гвардеец.

Гавин скрипнул зубами, но иного выхода не было. Им со Слитом пришлось отступить и ждать, пока наконец-то из охраняемой комнаты не вышли три выглядевших встревоженными Айз Седай. Они ушли в сопровождении пары солдат, несущих что-то, завёрнутое в белую ткань! Тело.

Наконец гвардейцы неохотно расступились, дав Гавину со Слитом возможность пройти. Те поспешили дальше по коридору и вошли в маленькую читальню. Гавин помедлил у двери и, обернувшись, мельком оглядел коридор. Он заметил нескольких Принятых, украдкой выглядывающих из-за угла и перешёптывающихся.

Убита уже четвёртая сестра. Эгвейн была по уши в заботах, пытаясь не допустить новой вспышки подозрительности между Айя. Она предостерегла всех сестёр быть настороже и посоветовала не ходить поодиночке. Чёрная Айя хорошо знала Белую Башню, её члены жили здесь годами. Используя переходные врата, они могли незаметно проникать в коридоры и совершать убийства.

По крайней мере, таково было официальное объяснение смертей. Гавин же не был в этом так уверен. Он устремился в комнату, Слит за ним.

Чубейн собственной персоной уже находился здесь. Статный мужчина скользнул по Гавину взглядом, уголки его губ поползли вниз.

- Лорд Траканд.

- Капитан, - ответил Гавин, осматривая квадратную комнату примерно три шага в поперечнике с единственным письменным столом, стоящим у дальней стены, и незажжённой жаровней. В углу горел бронзовый напольный светильник, а круглый ковёр покрывал почти весь пол. Под столом ковёр был запятнан тёмной жидкостью.

- Вы и правда считаете, что сможете найти что-нибудь, чего не заметили сёстры, Траканд? - спросил Чубейн, скрестив руки на груди.

- Я ищу кое-что иное, - сказал Гавин, проходя вперёд. Он встал на колени, чтобы осмотреть ковёр.

Чубейн фыркнул и вышел в коридор. Гвардейцы Башни будут охранять это место, пока не придут слуги, чтобы прибраться. У Гавина было несколько минут.

Слит шагнул к одному из гвардейцев, как раз стоящему внутри дверного проёма. К нему они были настроены не столь враждебно, как к Гавину, который до сих пор так и не понял причину.

- Она была одна? - спросил Слит гвардейца своим скрипучим голосом.

- Да, - ответил тот, качая головой. - Не стоило пренебрегать советом Амерлин.

- Кто жертва?

- Катери Нэпвю из Белой Айя. Носила шаль двадцать лет.

Гавин хмыкнул, продолжая ползать по полу и осматривая ковёр. Четыре сестры из разных Айя. Две поддерживали Эгвейн, одна - Элайду, и одна сохраняла нейтралитет и вернулась совсем недавно. Все убиты на разных этажах Башни в разное время суток.

Несомненно, это выглядело как происки Чёрной Айя. Они выбирали не конкретные мишени, а просто удобные. Но он чувствовал, что здесь что-то не так. Почему бы не Переместиться в комнаты сестёр ночью и не убить их во сне? Почему никто не почувствовал, что на месте преступления направляли?

Слит внимательно осмотрел дверь и замок. Когда Эгвейн сказала Гавину, что тот может, если пожелает, осмотреть места преступлений, то он попросил разрешения взять с собой Слита. Когда Гавину прежде случалось пересекаться со Стражем, тот проявлял себя не только дотошным, но и неболтливым.

Гавин продолжил поиски. Эгвейн из-за чего-то нервничала, он был в этом уверен. Она что-то недоговаривала об этих убийствах. Он не нашёл на разрезов на ковре, ни царапин на плитках пола или предметах обстановки тесной комнаты.

Эгвейн утверждала, что убийцы проникали внутрь с помощью переходных врат, но он не нашёл этому подтверждения. Да, он ещё многого не знал о вратах, и, по-видимому, их могли делать висящими над землёй так, что они ничего не разрежут. Но Чёрной Айя какое до этого дело? Более того, эта комнатушка была совсем крошечной, ему казалось, что попасть сюда, не оставив никаких следов, было бы очень сложно.

- Гавин, подойди-ка сюда, - сказал Слит. Он всё ещё стоял на коленях у дверного проема.

Гавин присоединился к нему. Слит пару раз щёлкнул язычком замка.

- Дверь могла быть взломана, - тихо сказал он. - Видишь, царапина на язычке? Замок такого типа можно взломать, если всунуть внутрь тонкую отмычку, отжать ею язычок, а затем надавить на ручку. Это можно сделать очень тихо.

- Зачем бы Чёрным Айя понадобилось взламывать дверь? - спросил Гавин.

- Возможно, они Переместились в коридор, затем шли по нему, пока не увидели свет из-под двери, - ответил Слит.

- Тогда почему бы не открыть врата по другую сторону двери?

- Женщина внутри могла бы насторожиться, почувствуй она, что кто-то направляет, - заметил Слит.

- Это верно, - сказал Гавин. Он посмотрел в сторону кровавого пятна. Стол был поставлен так, что сидящий за ним оказывался спиной к двери. От такого расположения Гавин почувствовал зуд между лопаток. Кто же так ставит стол? Айз Седай, считающая, что она в полной безопасности, и не желающая отвлекаться на внешние раздражители. Иногда казалось, что у Айз Седай, при всём их хитроумии, было на удивление слабо развито чувство самосохранения.

А может они просто не умели думать как солдаты. Это за них делали Стражи.

- У неё был Страж?

- Нет, - ответил Слит. - Я встречался с ней раньше. У неё не было Стража, - он помедлил. - Ни у кого из убитых сестёр не было Стражей.

Гавин приподнял бровь.

- В этом есть смысл, - сказал Слит. - Кто бы ни стоял за этими убийствами, он не хотел встревожить Стражей.

- Но зачем убивать ножом? - спросил Гавин. Все четверо были убиты подобным образом. - Чёрные Айя не обязаны подчиняться Трём Клятвам. Они могли использовать Силу. Куда прямолинейнее и намного проще.

- Но тогда был бы риск насторожить жертву или окружающих, - заметил Слит.

Ещё одно верное замечание. И всё же с этими убийствами что-то не сходилось.

А может он просто притягивает за уши то, чего нет, изо всех сил стараясь найти хоть какой-нибудь повод помочь. Подсознательно он надеялся, что если сумеет оказаться полезным Эгвейн в этом деле, то, может быть, она смягчится и простит его за своё спасение из Башни во время нападения Шончан.

Минутой позже вошёл Чубейн.

- Я надеюсь, что Вашей Светлости хватило времени, - чопорно сказал он. - Пришли слуги, чтобы убраться.

«Несносный человек! - подумал Гавин. - Неужели обязательно относиться ко мне так презрительно? Я должен…»

Нет. Гавин взял себя в руки. Когда-то это давалось намного легче.

Почему Чубейн столь враждебно к нему настроен? Гавин обнаружил, что размышляет о том, как бы с подобным человеком смогла найти общий язык его мать. Юноша не часто думал о ней, потому что это напоминало об ал’Торе. Этому убийце позволили покинуть саму Белую Башню! Он был у Эгвейн в руках, и она его отпустила.

Конечно, ал’Тор был Возрождённым Драконом. Но в глубине души Гавин хотел встретиться с ним с мечом в руке и вонзить в него сталь, Возрождённый он там Дракон или нет.

«Ал’Тор разорвёт тебя на части Единой Силой, Гавин Траканд, - сказал он себе. - Не будь дурнем». В любом случае, его ненависть к ал’Тору не угасла.

Подошёл один из гвардейцев Чубейна, что-то говоря и показывая на дверь. Чубейн выглядел раздражённым оттого, что они не обнаружили взломанный замок. Гвардия Башни не занималась охраной правопорядка и поиском преступников - сёстрам это не требовалось, поскольку они сами более эффективно проводили подобные расследования. Но Гавин не сомневался, что Чубейн страстно желает лично положить конец этим убийствам. Защита Башни и её обитателей была частью его обязанностей.

Значит, они с Гавином тут с одной целью. Но Чубейн вёл себя так, словно между ними было личное состязание. «Однако во время раскола Башни он проиграл Брину, - подумал Гавин. - И, насколько Чубейну известно, я один из любимчиков Брина».

Гавин не был Стражем, но, тем не менее, он был другом Амерлин. Он обедал с Брином. В каком свете всё это видит Чубейн, особенно теперь, когда Гавин получил право расследовать убийства?

«Свет! - подумал Гавин, когда Чубейн бросил на него враждебный взгляд. - Он думает, что я пытаюсь занять его место. Он думает, что я хочу быть Верховным Капитаном Гвардии Башни!»

Сама подобная идея была смехотворной. Гавин мог быть Первым Принцем Меча - должен был быть Первым Принцем Меча - командующим армиями Андора и защитником королевы. Он был сыном Моргейз Траканд, одной из самых влиятельных и могущественных правительниц в истории Андора. Гавин никоим образом не желал должности этого человека.

Для Чубейна же всё это выглядело иначе. Опозоренный вследствие разгромного нападения Шончан, он, должно быть, чувствовал, что его положение под угрозой.

- Капитан, - сказал Гавин, - могу я поговорить с вами наедине?

Чубейн подозрительно посмотрел на Гавина, затем кивнул в сторону коридора. Они вышли вдвоём. Снаружи ждали взволнованные слуги, готовые отчистить кровь.

Чубейн скрестил руки на груди и пристально посмотрел на Гавина.

- Чего же вы от меня хотите, милорд?

Он часто делал особый акцент на титуле. «Успокойся», - подумал Гавин. Ему до сих пор было стыдно за то, как он силой проложил себе путь в лагерь Брина. Он был выше этого. Жизнь с Отроками, то, как он пережил смятение, а затем позор произошедшего во время Раскола Башни, изменили его. Он не мог продолжать этот путь.

- Капитан, - сказал Гавин, - я вам признателен за то, что вы позволили мне осмотреть комнату.

- У меня не было особого выбора.

- Я понимаю. Но, тем не менее, примите мою благодарность. Для меня важно, чтобы Амерлин оценила мою помощь. Если я найду что-то, пропущенное сёстрами, это может многое значить для меня.

- Да, - сказал Чубейн, прищурив глаза. - Полагаю, что так.

- Может быть, она наконец-то сделает меня своим Стражем.

Чубейн моргнул.

- Своим… Стражем?

- Да. Когда-то почти не было сомнений, что она свяжет меня узами, но теперь… ну, если я смогу помочь вам с этим расследованием, быть может, это остудит её гнев, - он поднял руку и сжал плечо Чубейна. - Я запомню вашу помощь. Вы зовёте меня лордом, но мой титул сейчас почти ничего для меня не значит. Всё, чего я хочу - быть Стражем Эгвейн, защищать её.

Чубейн наморщил лоб, затем кивнул и, кажется, расслабился.

- Я слышал ваш разговор. Вы ищете следы Врат. Почему?

- Я не думаю, что это дело рук Чёрной Айя, - ответил Гавин. - По-моему, это может быть Серый Человек или какой-нибудь другой убийца. Возможно, Приспешник Тьмы среди прислуги? Я хочу сказать - посмотрите, как убиты эти женщины. Ножом.

Чубейн кивнул.

- Также были следы борьбы. Это упоминали занимающиеся расследованием сёстры. Книги, упавшие со стола. Они считали, что это сделала бьющаяся в предсмертных судорогах жертва.

- Любопытно, - сказал Гавин. - На месте Чёрной сестры я бы воспользовался Единой Силой, несмотря на то, что её могли почувствовать другие. В Башне всё время направляют. Это не вызвало бы подозрений. Я бы обездвижил свою жертву плетениями, убил её с помощью Силы, а затем сбежал, пока никто ничего не заподозрил. Никакой борьбы.

- Возможно, - произнес Чубейн. - Но Амерлин, кажется, уверена в том, что это работа Чёрных сестер.

- Я поговорю с ней и выясню почему, - сказал Гавин. - А пока, быть может, вам стоит намекнуть тем, кто проводит расследование, что было бы мудро допросить прислугу? Приведя эти доводы?

- Да… думаю, я могу это сделать, - мужчина кивнул; казалось, он расслабился.

Они посторонились, и Чубейн дал слугам знак войти и заняться уборкой. Из комнаты с задумчивым видом вышел Слит. Он показал что-то, зажатое между пальцами.

- Чёрный шёлк, - сказал он. - Нельзя понять, оставил ли это нападавший.

Чубейн взял волокна ткани.

- Странно.

- Маловероятно, чтобы Чёрная сестра выдала себя, надев чёрное, - сказал Гавин. - Однако убийце попроще тёмные цвета могли понадобиться, чтобы стать незаметным.

Чубейн завернул волокна в платок и положил в карман.

- Я передам это Сине Седай.

Он выглядел впечатлённым.

Гавин кивнул Слиту, и они вдвоём ушли.

- Белая Башня сейчас бурлит от возвращающихся сестёр и новых Стражей, - тихо произнес Слит. - Каким образом этот некто, как бы скрытен он ни был, передвигается по верхним этажам в чёрном, не привлекая внимания?

- Считается, что Серые Люди способны оставаться незамеченными, - сказал Гавин. - Я думаю, это ещё одно доказательство. Я имею в виду, странно, что никто на самом деле не видел этих Чёрных сестёр. Мы делаем много допущений.

Слит кивнул, пристально разглядывая троицу послушниц, собравшихся поглазеть на гвардейцев. Они заметили, что Слит на них смотрит и, что-то прощебетав друг дружке, умчались прочь.

- Эгвейн знает больше, чем рассказывает, - произнёс Гавин. - Я поговорю с ней.

- При условии, что она тебя примет, - заметил Слит.

Гавин раздраженно фыркнул. Они спустились по нескольким переходам на этаж, где находился кабинет Амерлин. Слит остался с ним - его Айз Седай, Зелёная по имени Хаттори, редко давала ему поручения. А ещё она положила глаз на Гавина и по-прежнему хотела, чтобы он стал её Стражем. Эгвейн так выводила его из себя, что Гавин подумывал, не позволить ли Хаттори связать себя Узами.

Нет. Совсем нет. Он любил Эгвейн, хоть она и расстраивала его. Было непросто прийти к решению оставить ради неё Андор, не говоря уже об Отроках. Но она всё ещё отказывалась связать его Узами.

Он добрался до её кабинета и подошел к Сильвиане. Хранительница сидела за своим столом в приёмной перед кабинетом Эгвейн. Своё рабочее место женщина поддерживала в образцовом порядке. Она пристально посмотрела на Гавина. За маской Айз Седай невозможно было понять, что кроется в её взгляде. Он подозревал, что не нравится ей.

- Амерлин работает над важным письмом, - сообщила Сильвиана. - Ты можешь подождать.

Гавин открыл рот.

- Она просила, чтобы её не беспокоили, - сказала Сильвиана, возвращаясь к чтению своего документа. - Ты можешь подождать.

Гавин вздохнул, но кивнул. Слит поймал его взгляд и показал жестом, что уходит. Почему он вообще взялся его провожать? Странный он. Гавин помахал ему рукой на прощание, и Слит выскользнул в коридор.

Помещение приёмной было роскошным, с тёмно-красным ковром и деревянными панелями на каменных стенах. По опыту он знал, что ни один из стульев не отличался удобством, но зато было одно-единственное окно. Гавин подошёл к нему подышать воздухом и, положив руку на подоконник, выглянул на территорию Белой Башни. На такой высоте воздух казался более свежим и бодрящим.

Внизу виднелись новые тренировочные площадки Стражей. На месте старых Элайда начала строительство своего дворца. Никто не мог точно сказать, как поступит Эгвейн с этим сооружением.

Тренировочные площадки были забиты людьми: бегунами, кулачными бойцами, фехтовальщиками. Многие из хлынувших в город беженцев, солдат и наёмников считали, что из них выйдут Стражи. Эгвейн открыла площадки для всех желающих тренироваться и показать себя, поскольку собиралась приложить все усилия, чтобы за следующие несколько недель возвысить до принятия шали как можно больше готовых к этому женщин.

Гавин провёл несколько дней за тренировками, но призраки убитых им людей казались там более реальными. Площадки были частью его прежней жизни ещё до того, как всё пошло наперекосяк. Другие Отроки легко - и с радостью - вернулись к прежней жизни. Джисао, Раджар, Даррент и большинство остальных его офицеров уже стали Стражами. Вскоре от их отряда ничего не останется. Кроме самого Гавина.

Щёлкнула внутренняя дверь, затем послышались стихающие голоса. Обернувшись, Гавин обнаружил Эгвейн, одетую в зелёное и жёлтое, которая направлялась переговорить с Сильвианой. Хранительница бросила на него взгляд, и ему показалось, что она чуть заметно хмурится.

Эгвейн увидела его. Она сохранила безмятежное лицо Айз Седай - в этом она навострилась очень быстро - и он обнаружил, что чувствует неловкость.

- Этим утром произошло ещё одно убийство, - тихо сказал он, подходя к ней.

- Строго говоря, - сказала Эгвейн, - прошлой ночью.

- Мне нужно с тобой поговорить, - выпалил Гавин.

Эгвейн переглянулась с Сильвианой.

- Хорошо, - ответила Эгвейн, плавной походкой направившись обратно в свой кабинет.

Гавин последовал за ней, не оглядываясь на Хранительницу. Кабинет Амерлин был одним из самых великолепных залов Башни. Стены были обшиты полосатыми панелями светлого дерева, украшенными причудливой, изумительно детальной резьбой. Камин был мраморным, а пол выложен ромбовидными плитами, вырезанными из тёмно-красного камня. На большом украшенном резьбой столе Эгвейн стояли две лампы. Они были выполнены в форме женщин, поднявших вверх руки, между ладонями каждой горел огонь.

Книги на книжных полках одной из стен были расставлены, казалось, по цвету и размеру, а не по тематике. Это была декорация - их принесли, чтобы украсить кабинет Амерлин, пока Эгвейн не соберёт собственную библиотеку.

- Что же такое важное, по-твоему, нужно обсудить? - спросила Эгвейн, садясь за стол.

- Убийства, - ответил Гавин.

- Что насчёт них?

Гавин захлопнул дверь.

- Чтоб я сгорел, Эгвейн. Обязательно каждый раз, как мы разговариваем, вести себя со мной, как Амерлин? Могу я видеть Эгвейн хотя бы иногда?

- Я веду себя, как Амерлин, - ответила Эгвейн, - потому что ты отказываешься её признавать. Как только ты признаешь, что я - Амерлин, возможно, мы сможем двигаться дальше.

- Свет! Ты даже говорить научилась, как одна из них.

- Это потому что я и есть одна из них, - сказала она. - Твои слова тебя выдают. Амерлин не могут служить те, кто отказывается признать её власть.

- Я признаю, - сказал Гавин. - Я действительно признаю тебя, Эгвейн. Но разве не важнее иметь рядом кого-то, кто знает тебя саму, а не твой титул?

- Если они понимают, что временами от них требуется повиновение, - её лицо смягчилось. - Ты ещё не готов, Гавин. Мне жаль.

Он сжал челюсти. «Не горячись», - сказал он себе.

- Хорошо. Тогда об убийствах. Мы поняли, что ни у одной из убитых женщин не было Стражей.

- Да, мне докладывали об этом, - сказала Эгвейн.

- Неважно, - сказал он, - это навело меня на более важную тему. У нас недостаточно Стражей.

Эгвейн нахмурилась.

- Мы готовимся к Последней Битве, Эгвейн, - продолжил Гавин. - И, тем не менее, у многих сестёр нет Стражей. У многих сестёр. У некоторых когда-то был, но после его смерти они не взяли нового. Другие вообще не хотят иметь Стража. Не думаю, что ты можешь это позволить.

- Чего же ты хочешь от меня? - спросила она, скрестив руки. - Приказать им взять Стражей?

- Да.

Она засмеялась.

- Гавин, у Амерлин нет такой власти.

- Тогда убеди Совет сделать это.

- Ты не понимаешь, о чём говоришь. Выбор Стража - это сугубо индивидуальное и глубоко личное решение. Ни одну женщину нельзя принуждать к этому.

- Верно, - сказал Гавин, отказываясь поддаваться, - но выбор идти на войну - также «сугубо индивидуальный» и «глубоко личный», и, тем не менее, в неё втянуты люди по всему миру. Иногда выживание важнее чувств.

Стражи оберегают жизни сестёр, а каждая Айз Седай скоро будет крайне важна. Будут легионы и легионы троллоков. Каждая сестра на поле боя будет полезнее сотни солдат, и каждая сестра, занимающаяся Исцелением, спасёт десятки жизней. Айз Седай - это ценность, принадлежащая всему человечеству. Ты не можешь позволить себе допустить, чтобы они разгуливали без защиты.

Эгвейн отпрянула - возможно, из-за страстности его слов. Затем, неожиданно, она кивнула.

- Возможно, в твоих словах… есть смысл, Гавин.

- Поставь этот вопрос перед Советом, - сказал Гавин. - Эгвейн, сестра, не связанная узами со Стражем, по сути своей ведёт себя эгоистично. Узы позволяют мужчине сражаться лучше, а нам понадобится каждое преимущество, какое мы сможем найти. К тому же, это поможет предотвратить убийства.

- Я посмотрю, что можно сделать, - сказала Эгвейн.

- Не могла бы ты позволить мне посмотреть доклады сестёр? - спросил Гавин. - Те, что об убийствах, я имею в виду.

- Гавин, - сказала она, - я позволила тебе участвовать в расследовании, потому что посчитала, что будет полезно, если кто-то бросит на него свежий взгляд. Прочтёшь их доклады, и под их влиянием ты просто придёшь к тем же выводам, что и они.

- По крайней мере, ответь, - проговорил он. - Обсуждался ли вопрос о том, что это может не быть делом рук Чёрной Айя? Что убийца может быть Серым Человеком или Приспешником Тьмы?

- Нет, не обсуждался, - сказала Эгвейн, - потому что мы знаем, что наш убийца - не они.

- Но этой ночью дверь была взломана. И женщин убивали ножом, а не Единой Силой. Нет никаких следов переходных врат или…

- Убийца имеет доступ к Единой Силе, - тщательно подбирая слова, сказала Эгвейн. - И, возможно, он не пользуется вратами.

Гавин прищурился. Ответ прозвучал так, словно женщина тщательно подбирала слова, обходя клятву не лгать.

- У тебя есть тайны, - сказал он. - И не только от меня. От всей Башни.

- Иногда тайны нужны, Гавин.

- Ты не можешь доверить их мне? - он помедлил. - Я беспокоюсь, что убийца придёт за тобой, Эгвейн. У тебя нет Стража.

- Несомненно, в конце концов, она придёт за мной, - Эгвейн поигрывала чем-то, лежащим на столе, похожим на потёртый кожаный ремень, что используют для наказания преступников. Странно.

«Она?»

- Эгвейн, пожалуйста, - сказал он. - Что происходит?

Она внимательно посмотрела на него, потом вздохнула.

- Хорошо. Я рассказала это женщинам, проводящим расследование. Возможно, я должна сказать и тебе. Одна из Отрёкшихся в Белой Башне.

Он опустил руку на меч.

- Что? Где?! Ты её пленила?

- Нет, - сказала Эгвейн. - Она - убийца.

- Ты уверена в этом?

- Я уверена, что Месана здесь. У меня был сон, что это правда. Она прячется среди нас. Учтём четыре убитых Айз Седай. Это она, Гавин. Это единственный логичный вывод.

Гавин прикусил чесавшийся от вопросов язык. Он очень мало знал о Сновидении, но знал, что у неё есть этот Талант. Говорили, что он похож на Предсказание.

- Я не открыла этого всей Башне, - продолжила Эгвейн. - Меня беспокоит, что, если станет известно, что одна из живущих здесь сестёр - скрывающаяся под чужой личиной Отрёкшаяся, это снова вызовет раскол, как во времена Элайды. Мы все будем относиться друг к другу с недоверием.

Сейчас они думают - это Чёрные сёстры, Перемещаясь, совершают убийства, что и так плохо, но, по крайней мере, из-за этого они не косятся друг на друга с недоверием. И, возможно, Месана решит, что я о ней не знаю. Ну вот, это и есть тот секрет, который ты просил открыть. Мы охотимся не за Чёрной сестрой, а за Отрёкшейся.

От одной этой мысли становилось страшно - но не больше, чем при мысли о Драконе, разгуливающем по свету. Свет, Отрёкшаяся в Башне казалась правдоподобнее того, что Эгвейн - Престол Амерлин!

- Мы с этим разберёмся, - сказал он куда увереннее, чем чувствовал на самом деле.

- Сёстры изучают прошлое всех в Башне, - сказала Эгвейн. - А другие подмечают подозрительные слова или действия. Мы найдём её. Но я не вижу способа, как повысить безопасность сестёр, не спровоцировав опасную панику.

- Стражи, - решительно сказал Гавин.

- Я подумаю об этом, Гавин. А сейчас мне кое-что от тебя нужно.

- Если это будет в моих силах, Эгвейн, - он шагнул к ней. - Ты же знаешь.

- Разве? - сухо спросила она. - Очень хорошо. Я хочу, чтобы ты перестал сторожить по ночам мою дверь.

- Что? Эгвейн, нет!

Она покачала головой.

- Видишь? Твоя первая реакция - возражение.

- Когда дело касается его Айз Седай, Страж должен возражать ей, когда они наедине!

Его научил этому Хаммар.

- Ты не мой Страж, Гавин.

Гавин застыл как вкопанный.

- К тому же, - сказала Эгвейн, - ты никак не сможешь остановить одну из Отрёкшихся. Этот бой для сестёр, и я очень тщательно установила малых стражей. Я хочу, чтобы моё жилище выглядело заманчиво. Если она попытается атаковать меня, возможно, моя засада застанет её врасплох.

- Использовать себя в качестве приманки? - еле вымолвил Гавин. - Эгвейн, это безумие!

- Нет. Это отчаяние. Гавин, умирают женщины, за которых я несу ответственность. Их убивают ночью, и это в то время, когда, по твоим словам, нам понадобится каждая женщина.

Впервые сквозь её маску показалось изнеможение - усталость в голосе и то, как она немного ссутулилась. Она сложила руки перед собой, внезапно показавшись изнурённой.

- Мои сёстры изучают всё, что можно найти о Месане, - продолжила Эгвейн. - Она не воин, Гавин. Она администратор, организатор. Если я смогу встретиться с ней лицом к лицу, то смогу победить. Но сначала мы должны её найти. Подставиться самой - это только один из моих планов, и ты прав, он опасен. Но я приняла всевозможные меры предосторожности.

- Мне это совсем не нравится.

- Твоё одобрение не требуется, - она пристально посмотрела на него. - Тебе придётся довериться мне.

- Я и так доверяю тебе, - сказал он.

- Всё, о чем я прошу - хоть раз продемонстрировать это на деле.

Гавин стиснул зубы. Затем поклонился ей и покинул кабинет, попытавшись - безуспешно - не слишком сильно хлопнуть дверью. Сильвиана неодобрительно на него взглянула, когда он проходил мимо неё.

Оттуда он направился к тренировочным площадкам, несмотря на то, что они приводили его в уныние. Ему было необходимо потренироваться с мечом.



* * * | Башни полуночи | * * *