home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ЧЕРТ


Русская народная мифология

Черт, держащий в руках человека. Рисунок из рукописи XVI в.

Черт вездесущ, хитер и многолик. Что только ни делает, какие только личины на себя ни надевает, чтобы только погубить человека и заполучить себе его бессмертную душу. Человеческая душа — вот главная цель черта. Ради нее он готов на все — обманывать, изворачиваться, притворяться, угождать, даже служить человеку всю жизнь, лишь бы в конце этой жизни забрать себе его душу. А какой он артист! — даст фору самым талантливым актерам всех прославленных столичных театров. Как никто другой, он умеет перевоплощаться, лишь бы ввести в заблуждение человека. Обман и притворство — его главное оружие. Охотнику он покажется подбитой уткой, которая, кажется, сама идет в руки. Но не пытайся такую утку поймать — измучаешься и потратишь уйму времени, а утка ускользнет у тебя из рук и рассмеется человеческим голосом. Солдатом в шинели он сторожит клад. Усталому путнику, бредущему по дороге, он показывается ямщиком на лихой тройке и предлагает подвезти. Плохо придется тому, кто обманется и сядет в эту тройку, — больше не увидит он родимого дома. Женщине, тоскующей об умершем муже, черт является в его облике. И только копыта выдают в нем нечистого. К девушкам на молодежных посиделках он приходит в виде гуляки-парня, щедро угощающего всех пряниками и конфетами. Только сласти эти к утру превращаются в мусор и нечистоты.

Вот и на последних святках собрались девушки на вечёрки в доме, снятом у одной вдовы. Принесли с собой прялки, веретена — как и положено на посиделках, сидят, прядут, перебрасываются шуточками. В окошко поглядывают — поджидают парней. А те, по канонам сельского этикета, всегда приходят позже. Вот на дороге к дому показались парни, только почему-то подошли они не из села, а со стороны леса. Вваливаются шумной гурьбой в избу. Да все они какие-то незнакомые. Видно, из соседнего села. Но девушки только рады — парни веселые, шутят, смеются. И щедрые — вытаскивают из карманов всякую всячину для угощения: леденцы, и орехи, и семечки, и пряники медовые, и засахаренные фрукты. И ну за девушками ухаживать. Гармониста с собой привели, танцы начались. Потом за стол все сели. Одна из девушек привела с собой на вечёрки младшую сестренку — не с кем было дома оставить. Девочка уронила пряник и полезла под стол, чтобы его поднять. Глянула — а у кавалеров-то вместо ног лошадиные копыта и хвосты из-под одежды торчат. Она догадалась, старшей сестре на ухо шепнула. Та сообразила, что это нечистая сила парнями прикинулась. Сказала, что ей с сестренкой на двор надо выйти по нужному делу. И как только они вышли из избы, сразу со всех ног домой побежали. Сначала все было тихо. Потом послышался топот — нагоняет их нечистый. А по дороге чья-то баня, где был разложен лен. Лен-то раньше в банях сушили. Заскочили они скорей в баню, на засов закрылись, двери и окна перекрестили. Слышат, а черт к ним ломится. Но внутрь он попасть не может. Во-первых, все закрещено, а во-вторых, в бане лен лежит. А льна нечистая сила боится, потому что лен — святой. Черт никогда не пойдет туда, где есть лен. Так и просидели сестры до утра в холодной бане. Зато живые и здоровые оттуда вышли. Тогда они и узнали, что их подруг, которые на посиделках остались, утром мертвыми нашли. Это их черти задушили.

Черт — самый загадочный из всех русских мифологических существ. У других мифологических существ есть свои места обитания. Домовой живет в доме, водяной — в водоеме, полевой — в поле. И только черт везде окружает человека. Он может проникать и появляться повсюду — в лесу, в овраге, в болоте, на дороге, в бане. Особенно черти любят толочься на перекрестках дорог, на границах селений, на полевых межах — в пространстве, которое считается пограничным между «тем» и этим миром. Поэтому они с удовольствием селятся в заброшенных и развалившихся домах и устраивают там пляски. Даже собственное жилье человека не свободно от присутствия черта. Ему ничего не стоит пробраться в дом через печную трубу или через окно, которое забыли закрестить. Тогда хозяину придется забыть о спокойной жизни — черти будут по ночам топать по потолку, стучать в стены, плевать в воду, которую на ночь оставили открытой.

В народных поверьях черт — это самостоятельный персонаж, не имеющий ничего общего с дьяволом, или сатаной. Этот персонаж пришел в славянскую культуру из библейских текстов вместе с христианством. Дьявол, или сатана, в традиции связан с довольно узким кругом христианских легенд о сотворении мира и природы. Со временем эти легенды стали частью традиционной культуры. Зато черт — персонаж собственно славянский и, как полагают исследователи, возникший еще до принятия христианства. Потом его образ несколько изменился под влиянием христианских представлений о бесе.

Бесами в древнерусской литературе назывались злые духи, демоны и, прежде всего, языческие боги, идолы. Строительство храмов на месте языческих капищ воспринималось книжниками как очищение нечистого места и изгнание оттуда бесов. Бес — исключительно книжный персонаж. Впервые он встречается в древнерусских житиях святых и нравоучительной литературе. Обычно бес искушает святых и пустынников, уговаривая их совершить грех. Но это искушение всегда кончается победой святого, поруганием и изгнанием беса. В древнерусских повестях бесы вызывают болезни и подбивают людей на грехи и пороки. Все эти мотивы сближают беса, как героя древнерусской литературы, с народным образом черта.

Русская народная мифология

Искушение старца-пустынника бесом. Миниатюра XVII в.

Черта в народной культуре представляют по-разному. Он может принимать облик любого человека, животного или предмета. Чаще всего он принимает вид человека с хвостом и конскими копытами или куриными лапами, которые старательно прячет. На голове у него шляпа, чтобы скрыть от посторонних глаз рожки. Любит он одеваться в черный кафтан с блестящими пуговицами или в солдатский мундир. Особенно часто он принимает вид знакомого или родственника того человека, с которым вступает в контакт. Из животных он особенно любит оборачиваться черной кошкой или черной собакой, свиньей, бараном, вороном или филином. Но не всегда его образ имеет конкретную форму: одно из наиболее любимых воплощений черта — вихрь. В виде вихрей черти летают, танцуют, женятся. Чтобы увидеть в мчащемся вихре черта, нужно, нагнувшись, посмотреть на него между ног, через рукав рубашки или плюнуть три раза и сказать: «Черт, черт, покажи хвост!» Тогда в вихре можно увидеть чертей с куриными лапами вместо ног. Если бросить в вихрь освященный нож, то он окровавленный упадет на землю, ранив черта.

***

Мы когда пацанами были, нас бабки пугали: смерч, вихрь — бегите, бойтесь! Это свадьба черта. Черт, дескать, женится на утопленнице. Мы с ребятами решили проверить. И как не проверишь?! Взяли нож. Когда вихрь поднялся, мы бросили прямо в середку этот нож. Все исчезло. Нож взяли в руки — он в камельках крови. Как это было? (Восточная Сибирь, Зиновьев 1987, 107)

***

Черт всегда делает только зло. В отличие от других мифологических существ, он принципиально не способен помочь человеку. Например, леший может завести человека в чащу, но он же может и помочь набрать ягод, найти дорогу домой. Водяной, несмотря на все его коварство, может нагнать рыбы в сети рыбаков или помочь мельнику следить за мельницей. Даже злобный и агрессивный банник, если вежливо его попросить, даст человеку возможность переночевать в бане и защитит от других банников. У черта одна задача — как можно быстрее погубить человека, довести его до смерти и забрать его душу. Черт является олицетворением абсолютного зла.

Еще одно отличие черта от других персонажей заключается в том, что у него нет характерных только для него функций. Он легко может принимать на себя функции других персонажей, часто дублируя их. Например, он сбивает человека с дороги, как леший. Обменивает детей, как банник. Топит человека в реке, как водяной. Все эти действия лишь проявления его основной и универсальной функции — творить зло и глумиться над человеком. Но есть некоторые действия, которые в традиции закреплены только за чертом. Только он может вселиться в человека, в результате чего человек становится бесноватым, кликушей. Только черт толкает человека на самоубийство. И к нему поступает душа погибшего. Только черт поступает к человеку в качестве слуги, чтобы потом забрать его душу.

Непосредственно с чертями общаются ведьмы и колдуны, к которым нечистая сила по договору поступает в услужение. У таких людей черт живет постоянно в виде работника, помогающего по хозяйству. Тот, кто занимается колдовством, может сам вывести себе такого черта, который в виде змея будет приносить ему богатство. Выводят такого змея из петушиного яйца, которое якобы сносит петух, когда достигает семи лет. Найдя такое яйцо, человек должен спрятать его под левую мышку и носить семь, девять или сорок дней. После чего из яйца вылупится маленький чертик или маленький змееныш, который и будет служить человеку. Человек, задумавший вывести себе черта-слугу, должен отречься от Бога, он не должен посещать церковь, молиться, креститься, мыться, стричься, обстригать ногти и расчесываться. На протяжение всего процесса выведения черта он должен сохранять молчание. Место, где высиживают черта-слугу, символизирует потустороннее пространство — это пустой дом, место за печью, иногда это место, где не слышно звона колоколов.

Представления о том, что петух может снести яйцо, которое пригодно для различных магических целей, были в Европе достаточно давно. В сочинении средневекового европейского ученого Теофила Персверита (конец XI — начало XII в.) содержится описание выведения из петушиного яйца василиска — мифического существа с туловищем петуха и змеиным хвостом. У славян представления о петушином яйце известны довольно широко. Обычно считается, что снести яйцо может старый петух, достигший трех, пяти, семи или девяти лет. Хорваты верили, что для этой цели пригоден петух, вылупившийся в день святого Бенедикта. На Западной Украине полагали, что черный петух, доживший до семи лет, сам превращается в черта.

Черт, выведенный из яйца, живет в доме и принадлежит обычно одному из членов семьи. Но эта подчиненность только кажущаяся, и носит она временный характер: человек, имеющий черта-слугу, не знает покоя — черт все время требует работы. Черт, не занятый работой, может убить своего хозяина или кого-либо из домашних. Избавиться от такого демона достаточно трудно. Ведь он старается довести до смерти своего хозяина и заполучить его душу. Поэтому черта-слугу заставляли делать невыполнимую работу, например считать песок или иголки на ели, собирать рассыпанную крупу.

***

На другой улице жили Демины. У них был старик. И вот он ляжет на печку и кричит кому-то: «Ну, ребята, давайте, влезайте на полати». А невестке: «Авдотья, принеси соломы побольше». Эта Авдотья рассказывала. Вот он лежит, а я, говорит, слышу, как они просят работы. А он ревет: «Ну, какую вам, ребята, работу дать? Молотите солому-то!» И вот они начнут! Мужик спит, а у меня, говорит, с ребятишками волосы дыбом. А они и начинают молотить! И он в потемках к ним сядет и разговаривает. А потом спрашивает: «Ну, что ребята, наработались? Бегите на покой и мне покою дайте». Утром встану — мякина одна. «Дедушка, ты что сегодня дурел-то? — Девка, ведь не дают покоя, работы просят» (Восточная Сибирь, Зиновьев 1987, 113).

***

Ведьмы и колдуны специально обзаводятся помощниками-чертями. А обычные люди из-за своего неправильного поведения, сами того не подозревая, могут оказаться в лапах у черта. Черти чаще всего подкарауливают людей на дорогах и перекрестках. Там под видом случайных прохожих, путников или солдат, идущих на побывку домой, пристают к человеку, уговаривают его выпить, а потом заводят в непроходимую чащу, на обрыв или в болото. Если человек вовремя перекрестится или вспомнит о Боге, черт оставляет такого человека, в противном случае того ждет смерть. Прикидываются они и возницами, любезно предлагающими подвезти человека. Но в такую повозку лучше не садиться. Черт увезет человека за тридевять земель. И возвращаться домой придется очень долго.

***

У меня дедушку раз увезли недобрые. Вот там около Медведкова озера. И вот [дедушка] погостил в Вязовке, пошел домой вечерком — это мне бабушка рассказывала моя. И вот я ходила к ней часто, пришла, а она рассказывает: «Дедушка у меня вчера чуть было не утонул». — «Как утонул?» — «Вот шел-шел, идет и говорит: „Господи, да что это как долго я не дойду". И слышит, за ним лошади едут. Останавливают: „Дед, далеко идешь?" — „Вот туда-то". — „Садись, мы тебя подвезем". И он сел. Сел, едут, едут, едут, едут… „Да что это, — говорит, — так долго-то". Потом говорит: „Господи, да что это так долго-то". И он в это время ух — и в воду. И они его вот… Господа-то Бога они не признают, боятся эти нечистые-то духи, и они его ухнули в это озеро. <…> Пришел, и полна обувь у него воды, брюки-то, штаны, все мокры» (Нижегородская обл., Корепова 2007, 125).

***

Очень любит черт проделывать шутки с музыкантами, которые возвращаются с деревенской свадьбы. Их он заводит в лес и заставляет играть на поляне для ведьм и своих товарищей — чертей.

***

Там был дедка Проня, скрипач. А раньше, знаешь, где свадьба, музыкант — первая фигура. Так вот в Глинкине свадьба была, его увезли на эту свадьбу. Ну вот, он там свадьбу отыграл, а утром хватились: дедки Порни нету. Что такое? Куда делся старик? Где-нибудь бы не замерз. Пошли. А пороша пала утром, и на след напали: ага, пошел старик. И вот семнадцать километров прошел, и там его нашли в лесу. Сидит на пне и наяривает, на скрипке играет. «Дедка Проня, что ты тут?» — «Не мешайте, видите, ребята только растанцевались!» Это черти, наверно. «Крестись. Что ты тут? Что с тобой?» — «Они меня за руки держат!» Ну, насилу его уговорили. Все же взяли этого деда Проню. Он после-то рассказывал: «Незнакомые какие-то ребята нарядные: „Пойдем, нам поиграй." Вот я только пришел, только устроился, они танцуют, я играю» (Восточная Сибирь, Зиновьев 1987,114).

***


Русская народная мифология

Сказка, как портной с чертями распоряжался, по-свойски с ними дрался. Лубок.

Часто черт глумится над человеком, встречаясь с ним на дороге в виде какого-либо животного, чаще всего ягненка или барана. При попытках его поймать и взвалить на телегу мнимый ягненок разражается хохотом и исчезает.

***

Дед Иван ставил сети рыбачить. Ехал домой вечером. А за ним ягненок увязался. Бежит и бежит. «Наверное, отстал», — подумал дед. Положил на телегу, пологом прикрыл. Смотрит: а лошадь-то вся в иене! «Что ж это такое? Неужели ты так тяжело везешь пустую телегу? Бог с тобой!» А ягненок как соскочит да захохочет! И побежал вперед, в речку упал. А деду речку переезжать надо. Пока ехал, все молитвы вспомнил. Сильно испугался (Восточная Сибирь, Зиновьев 1987, 104–105).

***

Черт не любит креста, молитвы, святой воды и упоминания имени Божьего. Поэтому он не может находиться в доме, где все окна и двери закрещены, а стены окроплены святой водой, — черта жжет, и он стремится убежать из такого помещения. Но если по неосторожности выругаться «черным» словом или упомянуть черта — он уже тут как тут. Поэтому нельзя ругаться, поминая черта, — он это все слышит и может прийти, чтобы потребовать «свою» вещь. Однажды черт пришел к старику за лаптем, который тот под горячую руку ему пообещал.

***

Мама рассказывала. Раньше в лаптях-то ходили, бедно народ жил. Ну и старик сидит, заплетает лапоть. И пришел сосед-старик: «Ты кому это такой большой лапоть заплетаешь?» — «Черту», — говорит. Ну и засиделся до двенадцати. Двенадцать часов уже подходит. Подъезжает на сивой лошади человек. Высокий, прямо под окно, и говорит: «Ну-ка, дедушка, ты мне пообещал лапти сплести. Так давай!» А он уже у последнего лаптя концы обрезает. «Сейчас, — говорит, — готов будет второй лапоть». Закончил, обрезал концы, связал парой и в окошко подал. Тот забрал и поехал. Слышно было, как конь топает ногами. Это, говорят, сущая правда. Черт! Он его помянул, тот и приехал (Восточная Сибирь, Зиновьев 1987, 112–113).

***

Чем только черти не занимаются! Бродят по свету, подбивают людей на плохие дела, глумятся над людьми и пугают их, подменяют маленьких детей и даже работают по ночам в кузнице. Есть у них еще одно важное дело — они охраняют цветок папоротника, чтобы он не достался человеку. «Какой еще цветок папоротника? — спросит недоверчивый читатель. — Всем известно из школьного учебника ботаники, что папоротник никогда не цветет!» В учебнике написано, что папоротник никогда не цветет. А вот в народной традиции издавна рассказывается о цветущем папоротнике. И многие свято уверены, что так оно и есть. И немногие счастливцы даже уверяют, что видели его цветение собственными глазами. И даже чуть было не сорвали этот волшебный цветок. Но охраняющие его черти помешали это сделать.

Русская народная мифология

А.Н. Бенуа. Эскиз занавеса к опере И.Ф. Стравинского "Петрушка". 1911 г.

Говорят, что цветок папоротника обладает чудесными свойствами. Тот, кто сумеет его сорвать, должен разрезать ладонь и зашить его себе под кожу. Тогда он станет великим волшебником. Он начнет понимать язык всех зверей, птиц и трав. Каждая трава расскажет ему, от какой болезни она помогает. Поэтому он сможет лечить людей. Но главное — он обретет неслыханное богатство, ведь он будет способен видеть все спрятанные клады, даже если они зарыты глубоко в землю.

Многие пытались добыть цветок папоротника, но почти никому это не удавалось. Потому что сделать это очень трудно. Папоротник цветет раз в году — в ночь на Ивана Купал у (24.06/7.07). Цветок раскрывается всего на одно мгновение и тут же пропадает. Цветет он в глухой чаще леса, и не всякий смельчак решится пойти ночью в лес на поиски папоротника. Но самая большая трудность в том, что черти, стерегущие папоротник, сделают все, чтобы не дать человеку завладеть его цветком. Тот, кто все же решил его добыть, должен быть готов к любым трудностям. Он должен в ночь на Ивана Купалу заранее прийти в чащу леса и найти там папоротник. Уже на пути через лес человеку будут мерещиться всевозможные ужасы — ему будут слышаться дикий хохот, жалобный плач младенцев, завывания, душераздирающие крики. Его будет кто-то окликать по имени голосами родных, звать с собой, хватать за руки, сбивать с пути — это черти будут пугать человека, чтобы заставить его вернуться назад. Но отвечать на эти призывы и оглядываться нельзя ни в коем случае. Нужно молчать и идти вперед, что бы ни мерещилось. Придя к папоротнику, нужно ножом очертить вокруг себя круг — за этот охранительный круг не сможет переступить нечистая сила. Разумеется, такой человек должен быть с крестом — это главное оружие против всевозможных чертей. Некоторые предусмотрительно надевают даже два креста — один на грудь, другой на спину, чтобы защитить себя со всех сторон.

Русская народная мифология

И.Я. Билибин. Петух, несущий яйца. 1911 г.

Человек должен сидеть в очерченном им кругу и терпеливо ждать полуночи — тогда на одно мгновение вспыхнет на кусте папоротника ослепительно яркий цветок. В тот же миг нужно успеть схватить его и со всех ног бежать домой, потому что всевозможная нечисть ополчится на человека и будет преследовать его. Но донести цветок до дома почти никому не удается. Не сумев напугать человека, черти обычно действуют хитростью. Они выманивают этот цветок, прикинувшись женой этого человека или кем-то из близких. Так и остается человек ни с чем.

***

Не было счастья в жизни: то лошади пропадали, то коровы. Мужику никак не зажить. Он и говорит:

— Ой, до чего же я несчастный, живу, тружусь я, а ни себе, ни на себе. Хоть с голоду умирай.

А этот, кум, и говорит:

— Знаешь что, на Ивановскую ночь не спи. Да там черна папороть-то расцветет, вот ты не зевай, цветок ты этот сорви. И принеси его. И храни его за пазухой. И будет тебе счастье валиться, куда ты ни пойдешь и ни поедешь. Все везде тебе будет хорошо!

Он пошел за черной папоротью ночью. Ну, там пришел в лес. <…> Себя очертил и сел. Так ему чего-чего черт-то не подкидывал! Не хотел, чтобы он дождался цветка! За черту-то его кидают, и по рукам, и гадов-то подпускают, вот змей этих! Но я, говорит, все сидел. Уж пусть — а высижу я! Досидел до двенадцати часов. А в двенадцать часов уж эта черная папороть расцветает. И такой, говорят, цветок — глаз не оторвешь! Ну, вот он дождался. Расцвел. Это чудеса все: и покойники всякие тут, и привидения, и что только не было, чем-чем его не соблазняли! Расцвела черная папороть, он сорвал этот цветок, завязал его в платочек и едет домой. А черт — там не сумел он его напугать ничем, не соблазнил… Тут он подходит к деревне. И вдруг кум попадается ему навстречу. В точности кум да кум.

— Ну как, кум, дела?

А это черт-то, вот там он его не сумел, упустил цветок этот, дак пришел в деревню, ему навстречу попал в деревне. Мужик ему говорит:

— Все в порядке!

— А покажи, никогда не видывал, что за цветок!

Он взял, развернул цветочек так ему. А он — раз с платком! И ветер вздунулся! Он захлопал в ладоши, захохотал — и улетел этот черт. А мужик остался стоять у деревни, счастья не получил (Новгородская обл., Традиционный фольклор, 295–296).


ШУЛИКУН | Русская народная мифология | cледующая глава