home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



9

Дирк Линго вежливо улыбнулся Кору.

— Это вряд ли, — ответил он. — Если только вы не сгораете от желания умереть вместе с нами. Вы и ваш Совет Мудрости.

— О чем это вы, гад? Совет Мудрости покрывает собой многие квадратные мили. Чтобы его уничтожить, потребовалась бы бомба с огромным термоядерным зарядом.

— Совершенно с вами согласен. Уж не думаете ли вы, что, отправляясь сюда, мы не знали об этом. Макс! — Он сделал жест Бергстрему. Тот кивнул головой и подошел к самому подножию трона.

Подняв лицо к сидящему Кору, Макс устремил на него, казалось бы, полностью лишенный какого бы то ни было выражения, взгляд. И в ту же секунду его губы зашевелились. Высоким монотонным голосом Макс стал произносить какие-то непонятные слова и совершенно не вообразимые для человеческого языка звуковые сочетания. Палмеру приходилось несколько раз слышать образцы дугларианской речи, и теперь он с удивлением узнал в том, что исторгал из себя Макс, язык этих “собак”. Приходилось лишь удивляться, как Максу удавалось так долго артикулировать мышцами губ, носоглотки и языка и не вызвать их судороги.

Судя по всему, произношение Макса если и не было идеальным, то, по крайней мере, вполне приемлемым и понятным для дуглариан, так как уши Кора бешено задергались на голове.

— Откуда вы можете знать об этом, гад? Вы что, читаете мои мысли?

Линго снова кивнул головой, и Макс, повернувшись спиной к Кору, неторопливо занял свое прежнее место среди друзей.

— А вы гораздо хитрее, чем кажетесь с виду, — насмешливо заметил Линго, вновь обращаясь к Кору. — Вы совершенно правы: Макс — телепат. Действительно, сейчас он вам продемонстрировал чтение мыслей. Так как вы думали на дуглаари, а Макс, смею вас заверить, совершенно не знает вашего языка, он лишь зарегистрировал и воспроизвел звуки, для него совершенно лишенные смысла. Ни он сам, как, впрочем, и никто из нас, совершенно не поняли того, что он сейчас вам сказал. Но, конечно, с кем-нибудь другим, говорящим по-английски, например с другим телепатом, он может поддерживать настоящую двустороннюю связь на достаточно большом расстоянии.

— Очень интересно, гад. Благодарю за новые сведения о себе и вашей расе. Они будут введены в наши компьютеры до вашей казни. А теперь…

— Еще минутку! — прервал его Линго. — Я подхожу к самому интересному моменту. Если вы запросите дополнительную информацию у Хаарара Кориса, вы, несомненно, узнаете, что перед вами не все члены экипажа. Один из нас остался на борту корабля. Женщина по имени Линда Дортин. Так вот, она — второй телепат нашей группы, и сейчас находится в контакте с Максом, оставаясь в курсе всего, что здесь происходит.

— Ну и что? Что это вам дает, гад? Вы думаете, ей удастся ускользнуть? Что же, пусть попытается! Лазерные пушки астропорта превратят ваш корабль в пар прежде, чем он оторвется от земли и…

— О, у нее нет ни малейшего желания взлетать сейчас, — с той же иронической улыбкой на губах продолжил Линго. — Более того, она терпеливо будет дожидаться нашего возвращения, после чего мы рассчитываем взлететь с планеты, отдав должное вашему удивительному гостеприимству, — он коротко рассмеялся, отвесив легкий насмешливый поклон в сторону Кора. — Думаю, вы будете только счастливы избавиться от нас, и чем раньше, тем лучше. Видите ли, на нашем корабле имеется термоядерный заряд, компактный, но достаточно мощный, чтобы уничтожить Совет Мудрости на всей территории, которую он занимает. Стоит Максу передать ей мой приказ, или, если она узнает, что мы убиты… — Линго медленно поднял правую руку и провел ладонью поперек горла. Жест был достаточно красноречив и интернационален, чтобы дугларианин понял его.

— Вы блефуете! — Кор с бесстрастным выражением на лице откинулся на спинку кресла. — Вы принимаете меня за полного идиота, гад? Неужели вы действительно думаете, что мы позволили бы приблизиться вашей посудине не то, что к планете, а даже к окрестностям всей системы Дугла, не обследовав заранее ваш корабль с целью выявления радиоактивного излучения? Я точно знаю, что на нем нет ни крупинки, способной к излучению каких бы то ни было частиц…

— Как знать, как знать, — лукаво ответил Линго. — И все-таки, будь я на вашем месте, услышав подобное заявление, я не стал бы рисковать понапрасну и проверил все еще раз самым тщательным образом.

— Я вижу, вы готовы пойти на все и заявлять невесть что, лишь бы продлить мгновения вашей гнусной жизни, гад. Не так ли? Ну, ладно! Дабы быть полностью уверенным, я прикажу провести повторное обследование. Но не рассчитывайте на больший выигрыш времени гады! Во всех экипажах, окруживших ваш корабль, имеются детекторы радиоактивного излучения.

Кор пролаял несколько слов на дуглаари в микрофон и уставился на экраны табло, расположенные перед ним.

Внезапно спокойствие покинуло его. Широко растопыренные уши поникли, а красные, налитые кровью, глаза бешено завертелись в глазницах. Сжатая в кулак рука грохнула по подлокотнику кресла.

— Чушь какая-то! Этого просто не может быть! Детекторы указывают на сильный источник радиоактивного излучения на вашем корабле, — прорычал он. — Как вам удалось обмануть наши детекторы при посадке? Это невозможно!

— Невозможно для вас, — невозмутимо ответил Динго, — но в этом нет ничего удивительного, вы всего лишь один из дуглариан. Ну ладно, мой мохнатый друг, я думаю, ситуация вполне ясна и не! требует дополнительных разъяснений. Предоставьте нам возможность спокойно взлететь, и вы останетесь живы и невредимы, как, впрочем, ваш Совет Мудрости. Убейте нас, и вы умрете тоже. И ко всему, еще на нескольких сотнях квадратных миль, в центре которых мы находимся, все превратиться в пыль. Маленький такой бу-у-м! У вас есть выбор!

Рыкающим голосом Кор вновь отдал какой-то приказ техникам, сразу засуетившимся перед панелями компьютеров.

— Я передал ваше предложение Совету Мудрости, — сказал он. — Теперь нам остается дождаться его решения.

Через несколько минут томительного ожидания Кор оторвал взгляд от экранов и взглянул на людей. Уши его вновь воинственно топорщились на голом черепе.

— Решение принято, — объявил он. — Совет Мудрости изменил свое прежнее постановление. Вы свободны и можете покинуть планету.

— Это очень мудрое решение, — медленно растягивая слова, произнес Линго. Он не сводил внимательного взгляда с лица Кора. — Но, если бы я был на вашем месте, я не останавливался бы на середине пути. А потому не буду столь наивен и не поверю, что вы позволите нам взлететь, чтобы затем не попытаться взорвать наш корабль, как только расстояние до планеты станет достаточно большим, чтобы не причинить ей вреда. Исходя из этого я вынужден вас предупредить. При любом маневре ваших кораблей, которые, безусловно, будут сопровождать нас с момента взлета, предполагающем их враждебные намерения к нам, мне достаточно будет активизировать генератор Статического Поля, и Дугл превратится в Новую.

Уши императора вновь затрепетали от сдерживаемой ярости.

— Очень интересно! Вы считаете себя самыми умными на свете, а нас держите за дураков? Итак, вы догадались о результате ответа Совета Мудрости, но, боюсь, тут вы перехитрили самих себя, потому что слабое звено вашего плана так и бросается в глаза. Скажите-ка мне, что вам помешает включить генератор Статического Поля как только вы покинете поверхность планеты, вне зависимости от того, будете ли вы атакованы или нет, и тем самым уничтожить всю систему Дугла?

— Это повлекло бы за собой наше немедленное самоуничтожение, — пожал плечами Линго. — А мы не собираемся погибать.

— Почему же мы должны верить? Вам прекрасно известно, что системы, дублирующие работу того или иного отдела Совета Мудрости, рассредоточены в разных местах Империи и находится в состоянии консервации. Для того, чтобы их активизировать и запрограммировать, понадобится много времени, что отодвинет дату окончательного уничтожения Крепости Сол на несколько месяцев. Как я могу быть уверен, что вы не решились пожертвовать своими жизнями, чтобы дать своим соплеменникам больше времени для подготовки к обороне против нашего вторжения?

Линго улыбнулся.

— Тут я с вами согласен. Никакой уверенности. Вы можете рассчитывать только на мое слово.

— А почему я должен ему верить? — возразил Кор. — Если только и вы не примете в залог мое слово. Я обещаю, что ваш корабль может спокойно покинуть планетную систему Дугла, но в плотном окружении кораблей нашего флота, вплоть до той точки пространства, где включение вашего генератора Статического Поля станет безопасно для звезды. Флот будет занимать такую позицию, чтобы быть готовым раздавить вас внутри вашего силового поля в течение той минуты, которая необходима для разогревания Генератора. Как вы знаете, уловить волны включенного Статического Поля очень просто, тем более на том коротком расстоянии, на котором будут находиться наши корабли. Поэтому у них окажется достаточно времени для того, чтобы вас уничтожить прежде, чем интенсивность поля возрастет до опасной величины. Но, я даю вам слово, что мы к этому прибегнем лишь в случае угрозы с вашей стороны взорвать себя и нашу звезду.

— А как я должен знать, не собираетесь ли вы уничтожить нас таким способом, не дожидаясь включения нашего генератора?

Уши императора конвульсивно сжались.

— Никак. Вы должны поверить мне на слово.

Линго нахмурил брови. Палмер впервые почувствовал, что соларианин заколебался, прежде чем сделать следующий ход, и это ощущение доставило ему неожиданное удовольствие. Он улыбнулся про себя. Было вполне очевидно, что никто из собеседников не доверяет друг другу. Линго попался в собственную ловушку. Палмер внезапно подумал о том, что он совершает одну ошибку за другой в протекающих переговорах. Кор не поверил в неприступность Крепости Сол, и теперь “собаки” ускорят свои приготовления, чтобы обрушить на нее всю ужасающую мощь своего флота. Вот к чему привело высокомерие и хвастовство Линго. Теперь он сам оказался в положении канатоходца, внезапно потерявшего баланс и страшащегося сделать следующий шаг, грозящий ему неминуемым падением.

Палмер почти забыл, что от исхода этих переговоров напрямую зависит, останется он в живых или нет.

— Один момент, Дирк, — в разговор внезапно вмешался Рауль Ортега. — Разреши мне продолжить за тебя.

Он повернулся к императору.

— Совет Мудрости имеет прямую коммуникацию с этим залом? — спросил он. — Я хотел бы предложить его вниманию несколько довольно сложных расчетов.

— Да, у нас прямая связь, — ответил Кор.

— Отлично. Мы с вами находимся в сложной ситуации. Прежде всего хочу вам напомнить, что мы можем уничтожить Совет Мудрости, если решимся умереть сами. Вы также можете нас уничтожить, если согласитесь умереть и разрушить ваш Совет Мудрости. Но, по-моему, разумнее было, бы предположить, что вы хотите остаться в живых и иметь Совет целым и невредимым, так же. как и мы хотели бы сохранить свои жизни. С другой стороны, вы предпочли бы выкинуть нас с планеты, если бы могли иметь гарантии, что мы не спровоцируем возникновение Новой внутри системы Дугл.

— Естественно, — заметил Кор. — Что стоит смерть каких-то семерых людей по сравнению с разрушением Совета Мудрости. Тем более, что Крепости Сол все равно не избежать своей участи, и она в любом случае будет уничтожена.

— Таким образом, — Ортега облизнул кончиком языка пересохшие губы, — перед нами встает вопрос доверия. Мы оба, вы и я, предпочитаем взаимную безопасность взаимному уничтожению. Мы, по крайней мере, очень хотели бы этого. Главное препятствие в том, что вы не можете полагаться на наше обещание не входить досрочно в Статическое Пространство, уничтожая при этом ценой наших жизней систему звезды Дугл. Что касается нас, то ничто не сможет нас убедить, что вы не попытаетесь уничтожить нас силами вашего флота при первой же подвернувшейся возможности.

Другими словами, если флот будет находиться достаточно близко, чтобы уничтожить нас прежде, чем нам удастся проникнуть в Статическое Пространство, мы должны полагаться на ваше слово; если это расстояние будет большим — вы должны довериться нам. В любой из этих двух ситуаций кто-то из нас находится в более выигрышной позиции.

— Вы абсолютно точно сформулировали дилемму, гад.

— Ага! — воскликнул Ортега. — Но существует еще одна возможная ситуация, способная удовлетворить обе стороны. Ситуация, которая обяжет каждую из сторон доверять друг другу. Я предлагаю следующее: пусть Совет Мудрости рассчитает курс нашего корабля, флота сопровождения и расстояние между ними таким образом, чтобы вашим кораблям для того, чтобы уничтожить нас, понадобилось времени ровно столько, сколько его было бы необходимо для разогревания Генератора Статического Поля на нашем корабле, что немедленно превратит ваше солнце Дугл в Новую. Таким образом у каждой из сторон будет равное количество шансов как на выигрыш, так и на проигрыш: пятьдесят на пятьдесят. Риск, что наш корабль будет уничтожен прежде, чем выйдет в Статическое Пространство, будет равен вашему риску увидеть, как Дугл превращается в Новую, ценой, естественно, наших жизней. Мы проверим, конечно, все расчеты компьютера, чтобы исключить малейшую возможность мошенничества. Поставленные в такие условия, никто из нас не сможет ничего добиться, пытаясь первым нарушить равновесие, так как его шансы достичь успеха были бы абсолютно равны возможности проиграть.

Палмер почувствовал головокружение. Сколько сил было вовлечено в эту отчаянную схватку… Следя за ходом рассуждений Ортеги, он все время чувствовал, что тот что-то упустил, не придал значения какой-то, едва ощутимой, но очень важной детали вопроса… “Нет, с меня достаточно. И так уже голова кругом идет”, — подумал Джей.

Судя по всему, так думал не только он. Красные глаза императора покраснели еще больше. Он шумно дышал, с хрипом выталкивая из себя воздух. Огромные уши бешено сотрясали воздух над головой, помогая, вероятно, дыханию и остужая голову одновременно. Как ни трагичен был момент, Палмер едва не рассмеялся, настолько голова старого дугларианина походила в этот момент на огромную нелепую летучую мышь.

Но Кору, в отличие от Палмера, не было необходимости ломать себе голову в поисках противоречий в предложенном Ортегой плане. К его услугам была вся невообразимая мощь гигантского вычислительного центра. Он сделал повелительный жест рукой с зажатым в ней микрофоном в сторону техников, обслуживающих компьютер, и что-то произнес на дуглаари.

Вновь у панелей, куда вводились новые данные для компьютера, закипела лихорадочная деятельность.

Потекли долгие минуты томительного ожидания. В сумрачном зале царила полная тишина, прерываемая лишь пощелкиванием реле и приглушенным гудением, выдававшим работу “Совета Мудрости”. Палмер напряженно вглядывался в игру огоньков, пробегающих по панелям гигантского компьютера. Он знал, что от расчетов, которыми был сейчас занят этот электронный монстр, зависит его жизнь или смерть. Но теперь, после вероломного обмана солариан, это уже не имело большого значения для него лично, когда вся человеческая раса была обречена. Какая-то часть его сознания кричала о жажде жизни, но другая желала провала замыслов солариан. И это желание было гораздо сильнее самой жажды жизни. Отмщение является, конечно, слабым утешением, когда оно подразумевает собственную смерть, но это все-таки лучше, чем ничего.

И было еще что-то, чего Ортега не учел в своих рассуждениях. Палмер никак не мог ухватиться за ускользающий кончик предчувствия, которое никак не хотело воплотиться в законченную мысль. Он лишь чувствовал холодок тревоги где-то в районе солнечного сплетения. Впрочем, неважно, каким образом, но он знал, что Ортега упустил какую-то крошечную, но очень важную деталь…

Наконец, когда протекли, казалось, целые столетия ожидания. Кор зашевелился, впившись глазами в ряд чисел, появившихся на экране компьютера. Прошло еще несколько минут. Наконец он поднял голову и взглянул на “послов”. Лицо его было спокойно и непроницаемо. Уши ленивыми складками обвисли по бокам головы.

— Совет Мудрости закончил свои расчеты, гад, — произнес император. — Он принимает ваше предложение при условии, что малейшее отклонение от заданного им курса повлечет за собой ваше немедленное уничтожение.

— Согласен, — ответил Ортега, — также при условии, что если один из ваших кораблей постарается незаметно приблизиться к нам, мы тотчас же включим генератор Статического Поля.

— Договорились, гад. Сейчас вы немедленно вернетесь на свой корабль. Стража проведет вас самым коротким путем.

Император вновь прохрипел что-то, и десять стоящих ближе всего к экипажу солдат вышли вперед, окружив людей плотным кольцом. Солариане небрежно повернулись спиной к Кору и спокойно пошли в направлении движущейся дорожки, ведущей прочь из зала. Перед ними встало еще пять солдат, которые возглавили процессию.

К Палмеру тоже подошли двое дуглариан, крепко схватили за руки и заставили встать на колени. Трое других направили на него свои термические ружья.

Линго внезапно остановился и резко развернулся на каблуках. В его огромных глазах мелькнул и пропал зеленый льдистый отблеск.

— Что это значит? — отрывисто спросил он.

— Это означает, что офицер Конфедерации, который сопровождал вас, сейчас будет казнен, — насмешливо ответил Кор. — Ничего больше. Вы можете спокойно возвращаться к себе на корабль.

— Минуточку! — Линго протянул руку к Палмеру, указывая на него пальцем, словно на неодушевленный предмет. — Он пойдет с нами.

— Вы только что заявили, что люди Конфедерации больше не находятся под протекторатом Крепости Сол, — возразил ему Кор. — Следовательно, этот офицер не может больше рассчитывать на вашу защиту. И, как всякий пленник, он будет немедленно казнен

— Не так быстро. Мы предлагали снять наш протекторат над Конфедерацией при условии, что вы согласитесь с нашими требованиями. Вы их не приняли, поэтому договор теряет силу. Или я вас плохо понял? Значит ли это, что вы согласны теперь отдать нам четыре тысячи кораблей? Если так, то…

— Достаточно, гад! Прекратите! — уши Кора вновь пришли в хаотическое трепыхание. — Вам и так позволили убраться отсюда живыми. Не пытайтесь ставить новые условия. Возвращайтесь на корабль, пока мы не передумали!

— Приказывай своим подчиненным, “собака”! — покраснел от гнева Линго. — Этот офицер пришел сюда в составе общей делегации, и я несу за него такую же ответственность, как и за любого другого члена моего экипажа. Клянусь самой паршивой дворнягой в мире, он уйдет отсюда вместе с нами! Или я немедленно прикажу взорвать бомбу, находящуюся у меня на корабле!

Уши Кора забились еще сильнее, но логика мысли и поступков для дуглариан были превыше всего.

— Ну хорошо, — вздохнул император. — Мы не смеем подвергать опасности наш Совет Мудрости из-за идиотской сложности человеческих поступков. Забирайте своего конфедерата, и убирайтесь прочь!

Палмера рывком поставили на ноги и потащили к движущейся дорожке, к соларианам. По дороге он не удержался и бросил на Линго полный отвращения взгляд. Соларианин спас ему жизнь, да, но лишь для того, чтобы еще раз продемонстрировать Кору свое превосходство. Странно, но сейчас Палмер испытывал гораздо больше симпатии к “собаке”, который хотел его убить, чем к человеку, спасшему ему жизнь.

— Я очень сожалею, Джей, — сказал Дирк Линго, — но сейчас будет работы выше головы и мне не хотелось бы ждать от вас какого-либо импульсивного поступка. Он был бы, впрочем, совершенно бессмысленен и неосуществим, должен вас предупредить.

Палмер в который раз напряг мышцы, пытаясь разорвать путы, приковавшие его к одному из кресел зала контроля корабля солариан. Тщетно. Как и все предшествующие попытки.

— Поберегите свои извинения для себя, грязный предатель! Вам еще придется сожалеть о вещах куда более важных.

Линго щелкам тумблерами, готовясь к взлету. Фран Шаннон уже сидела в своем кресле у экрана контроля. Ортега занимал кресло с другой стороны.

— Вещи и события не всегда выглядят тем, чем они являются на самом деле, Джей, — сказал Линго, приводя в действие большой полусферический экран.

— О, да! Вот тут вы, безусловно, правы! — выкрикнул вне себя Палмер. — По всем внешним признакам вы — люди, достойные гордо называть себя так, покровители, друзья… больше, чем друзья. А я развесил уши, когда вы приняли меня к себе, сделали членом своей Группы. Наслушался ваших рассуждений о благородной миссии Крепости Сол по спасению всего человечества. Чего они стоят! И кем же вы оказались в действительности! Трепачами! Мало того — предателями!

Линго внимательно вглядывался в низко нависшее над ним небо, покрытое толстым слоем серых облаков, и демонстративно игнорировал присутствие Палмера.

— Они должны появиться с минуты на минуту, — прошептал он про себя.

Палмер не унимался:

— Если бы у вас было хоть чуть-чуть соображения, — продолжал он кричать, — вы должны были бы взорвать вашу бомбу, как только вернулись на корабль. По крайней мере, уничтожили бы этот проклятый Совет Мудрости. А теперь вы бежите, трусливо поджав хвост.

— Бомбу? Какую бомбу? — рассмеялся Ортега. Линго и Фран переглянулись и присоединились к Ортеге. — Разве вы не слышали, что сказал Кор? Невозможно обмануть детекторы радиоактивности и незаметно провезти сюда малейший источник ядерного распада. На корабле нет никакой бомбы.

— Что? Но… ведь детекторы при повторной проверке установили мощный источник излучения…

— Когда же вы научитесь трезво думать? — с досадой воскликнул Линго. — Вспомните: когда мы все были там, во дворце, на корабле оставалась Линда, наш второй телепат. А мозговые волны являются разновидностью электромагнитных колебаний и достаточно мощными, чтобы быть обнаруженными детекторами, настроенными на мельчайшие изменения электромагнитного поля. Если телепаты могут подчинить себе мозг другого существа и заставить его выполнять свои команды, неужели вы думаете, что им будет трудно воздействовать на такие чувствительные инструменты, как детекторы, создав иллюзию появления радиоактивности там, где ее нет на самом деле?

— Вы хотите сказать, что все это было телепатическим трюком? Как и все остальное?

— Вот, вот. Вы точно заметили, Палмер! — ответил Линго. — И бомба явилась таким же трюком, как и все остальное. Как и все остальное.

— Вот они! — воскликнул в этот момент Ортега, протянув руку к низко нависшим тучам.

Военные корабли дуглариан вынырнули из облачного покрова и стали быстро снижаться. Десять… двадцать… пятьдесят… сто. Более двухсот боевых кораблей образовали гигантский зонтик над посадочной площадкой, зависнув в воздухе на высоте около двух миль.

— Корабль солариан — командующему дугларианским флотом… Корабль Крепости Сол — дугларианам… — начал вызывать противника Линго. — Мы готовы к взлету. Направление и скорость — как было договорено.

— Сообщение получено. Взлет разрешен, — раздалось в динамиках.

Линго тронул рукоять управления Силовым Полем. Корабль легко и плавно оторвался от поверхности астропорта и стал медленно набирать высоту. Армада дугларианских кораблей над ним пришла в движение и так же медленно стала уходить вверх, сохраняя между собой и кораблем солариан постоянное расстояние в две тысячи футов. Покинув атмосферу и развив достаточную скорость, флот дуглариан произвел перестроение, приняв форму огромной вогнутой полусферы, обращенной своей вогнутостью вперед, Корабль солариан занял позицию точно по оси центра сферы, несколько впереди от воображаемой плоскости сечения. Такая позиция обеспечивала ему мгновенный отрыв от флота противника даже при незначительном ускорении, В то же время малейшее замедление скорости полета ставило корабль солариан под немедленный удар силового поля дугларианского флота. Постепенно наращивая ускорение, корабль все дальше и дальше уходил от планеты в сопровождении внушительного эскорта, строго соблюдавшего расстояние.

Глядя на экраны внешнего обзора, Палмер увидел удручающую картину, так знакомую ему по недавним сражениям с неприятелем. Экраны всех направлений, кроме одного, были заполнены изображениями вражеских кораблей. Ему подумалось, что он видит силу в ее самом чистом виде. Силу, сулящую смерть.

“Как бы храбры и ловки ни были солариане, на этот раз нам не выкрутиться”, — с горечью подумал он. Его охватило чувство глубокого сожаления. Он вспомнил ощущение дружеской поддержки и товарищества, ту атмосферу полного и безграничного доверия друг к другу, воцарившуюся на корабле во время их полета к Дуглаари. Ему доставило болезненное удовлетворение думать о тех днях, как о канувших в безвременную Лету, мысленно прочесть им эпитафию. Его ощущение сейчас было схоже с тем, что испытывает подросток, внезапно открывший для себя, что его отец, до этого бывший для него образцом верности и непогрешимости во всем, оказался таким же, как и многие другие вокруг него.

Внезапно Джей понял, что уже давно прокручивает в голове последнюю фразу Линго: “… бомба была хитростью, трюком, как и все остальное. Как и остальное.”

Все, что Линго сказал Кору, являлось блефом, ложью или преувеличением; бомба, непобедимость Крепости Сол… Вероятно, и все сверхоружие, о котором он тогда говорил, тоже вряд ли существует!

Учитывая обстоятельства, в которых они находились, их утверждение о наличии такового звучало не более убедительно, чем пропаганда Конфедерации на ту же тему… Но… но тогда почему Линго предупредил Кора об оружии, которое Крепость готова создать в ближайшие годы?

Зачем он хвастал, заявляя, что понадобится не менее восьми тысяч боевых кораблей, чтобы сокрушить всю мощь Крепости Сол, хотя, по логике вещей, было вполне достаточно четырех тысяч, чтобы сделать любое сопротивление бессмысленным?

Как солариане могли хоть на мгновение поверить в то, что Совет Мудрости позволит себя одурачить столь дурацким заявлением? Скорее всего, за всем этим был запрятан какой-то секретный план, который солариане не захотели открыть ему. И уж тем более “собакам”! И, если это не более, чем уловка, быть может, Линго продолжает хитрить, предлагая отдать Конфедерацию в полную власть дуглариан? Впрочем, Кор не клюнул на это предложение… На самом деле, вдруг осознал внезапно Джей, предложение это было высказано в столь вызывающем тоне и такими словами, что конечная цель его была вызвать, скорее, отказ, чем согласие. Да, Линго, без сомнения, рассчитывал именно на такой эффект, и поэтому его предложение было ни чем иным, как очередной хитростью.

Палмер понял, что сейчас, когда их корабль на полной скорости удаляется от Дуглаари, балансируя на том кратчайшем расстоянии, отделявшим его от вражеского Силового Поля, как канатоходец над бездной, он понял, насколько велико его желание вновь довериться соларианам. Без этого доверия весь полет терял смысл, становился безумным, безнадежным предприятием. Пусть они спасут свои жизни или погибнут, но миф о непобедимости Крепости Сол вот уже три столетия поддерживает Конфедерацию в ее борьбе против Империи. И если откроется, что это не более, чем миф и обман, с человечеством будет покончено, и параноидальный кошмар, заключенный в Империи дуглариан, охватит всю Галактику.

Просто погибнуть было само по себе не слишком весело. Но еще больше Палмер боялся погибнуть бесцельно, одиноким и преданным, с ужасным предчувствием, что вскоре его участь разделит все человечество.

Единственной надеждой на то, что каким-то образом можно еще избегнуть столь жуткого конца, являлась его вера в эту шестерку загадочных существ, которые, если судить по их последним поступкам, были величайшими предателями Человечества за всю историю его существования…

Джей отчаянно пытался заставить себя поверить им и хорошо знал, почему он хочет этого. Но было очень непросто убедить себя в их правоте.

— Не нравится мне все это, — прошептал Ортега, не сводя взгляда с гигантской амебы неприятельского флота.

— Что-то здесь не так. Кор уж чересчур быстро согласился с нашим предложением. Какой смысл, в самом деле, разрешить нам покинуть планету, не добившись для себя ничего существенного? Нет, что-то не так. Боюсь, он все-таки в чем-то нас подловит…

— Да будет тебе, Рауль, — отозвался Линго. — Не ломай себе голову. — Надо больше доверять своему таланту. Ты их обвел вокруг пальца, вот и все. Для них более логично дать нам возможность унести ноги и не подвергать опасности Дугл, чем попытаться нас уничтожить, рискуя превратить свое светило в Новую.

— Логичнее всего было бы уничтожить нас без риска потерять Дугл, — ответил Ортега. Чувствовалось, как он взволнован. — Именно под таким углом зрения Совет Мудрости должен был рассматривать эту проблему. Будь я на их месте, я бы прикинул эту возможность и…

— Да, но каким образом? Вот в чем вся соль, Рауль. Смотри, если они постараются нас окружить, у нас есть шанс, пятьдесят на пятьдесят, успеть включить генератор Статического Поля прежде, чем они будут в состоянии раздавить нас своим Силовым Полем. Мы же все рассчитали именно с таким условием, не так ли? Как только мы минуем точку полета, начиная с которой мы сможем войти целыми и невредимыми в Статическое Пространство без риска превратить Дугл в Новую…

Лицо Линго вытянулось. Он побледнел.

— О, нет! — воскликнул Ортега. — Вот оно! Ну, конечно! Как же я мог так ошибаться!? Зачем рисковать, уничтожая нас, пока существует возможность превратить Дугл в Новую? Но почему же, дьявол меня забери, не попытаться окружить нас, как только минует эта опасность и включение нашего Генератора уже не будет угрожать их солнцу? Готов побиться об заклад, Совет Мудрости уже высчитал ту самую микросекунду полета, когда будет достигнута эта точка траектории! Они начнут окружать нас в тот самый момент, когда почувствуют себя в безопасности. Если маневр им удастся, мы погибнем: если мы их опередим и включим Генератор, они, во всяком случае, ничем не рискуют. Их шансы на успех останутся все теми же — пятьдесят на пятьдесят, но уже без угрозы для их светила и всей системе.

— Черт! И мы ничего не можем изменить? — тихо спросил Линго.

— Неужто лиса попалась в собственную ловушку, а, предатели? — возбужденно спросил Палмер. — Если бы вы, чертовы солариане, сражались бок о бок с нами, вместо того чтобы изолироваться, вы знали бы, что дуглариане — превосходные тактики. Вы знали бы, что они не сделают ни малейшего маневра, пока не просчитают все варианты и не выберут тот, который даст им наибольший перевес. Вот, например, в моем последнем сражении с ними, мы…

“Ну, конечно! — подумал он вдруг. — Конечно, это именно тот способ, который может помочь нам. Солариане, безусловно, блестящие стратеги, но они не сражались вот так, лицом к лицу, уже многие столетия. Иначе они сразу догадались бы об этом. Это же обычная уловка, применяемая кораблями Конфедерации, и не слишком сложная. Просто ее надо чуть-чуть подправить, учитывая данную ситуацию, но…”

Он горько улыбнулся. Если армия Конфедерации чему-то и научилась в этой воине, так это искусству отступления.

— Что происходит, Джей? — спросил Ортега, который повернулся к Палмеру и не сводил внимательного взгляда с его лица.

— Почему бы вам самому не ответить на этот вопрос, стратег игры? — вернул ему вопрос Палмер. — Любой мало-мальски мыслящий командующий Конфедерации знал бы на вашем месте, как поступить. Обычная тактика. Самый банальный из маневров. Быть может, это как раз слишком просто для ваших изворотливых мозгов. Ах, какая жалость!

— Бросьте валять дурака, Джей! — прервал его Линго. — Не забывайте, что и вы находитесь на этом корабле, вам угрожает такая же опасность, как и всем нам. Если вы знаете выход из создавшейся ситуации, то ничего не выигрываете, пряча его от нас!

— Ничего, кроме отмщения, Линго, — ответил Палмер.

— Лишь сумасшедший может отказаться от жизни ради возможности отомстить. Это лишено всякого смысла. И потом, я не считаю вас сумасшедшим, Джей.

Это был хороший довод. Зачем ему бессмысленная гибель, особенно сейчас, когда не знаешь, повлечет ли она за собой смерть твоих врагов или уничтожит… Друзей.

— О’кей, Линго, — сказал он. — Вы, как всегда, выиграли.

Корабль продолжал мчаться к периферии планетной системы Дугла, преследуемый по пятам неприятельским флотом. Он уже пересек орбиту Дугла-V и, все наращивая скорость, устремился к орбите последней из планет системы — Дуглу-VI, к границе сферы, внутри которой пуск в действие генератора Статического Поля корабля солариан мог превратить светило этой системы в Новую. Для экипажа корабля эта орбита была границей безопасного полета.

— Точное расстояние до орбиты, Фран? — спросил Линго, нервно следя за стеной вражеских кораблей, неподвижно застывшей на экранах заднего обзора.

— Мы находимся в десяти минутах полета от орбиты Дугла-VI при сохранении постоянной скорости.

— Момент настал, Линго, — произнес Палмер. — Теперь или никогда. Но помните, вы должны делать это очень-очень плавно.

— Вы уверены, что это возможно? Они не могут засечь наш маневр?

— Я ни в чем не уверен, — сухо ответил Джей. — Но, думаю, они вряд ли обратят на это внимание. Я бы сказал, что суммарная масса кораблей их флота превышает массу нашего судна минимум раз в триста. Поэтому наша абсолютная скорость уменьшится всего лишь на треть процента. А если мы растянем это торможение на десять минут, то она не будет превышать одной тридцатой процента. Я не думаю, чтобы они смогли заметить столь незначительное изменение в скорости, а если и заметят, то в течение целой минуты оно будет настолько минимальным, что не вызовет подозрений. То есть сейчас мы поступим как раз обратно тому, чего они опасаются.

— Отлично, Джей, — сказал Линго. — Ставки сделаны, господа!

С тщательно выверенной скоростью Линго начал постепенно уменьшать мощность Силового Поля. Корабль едва заметно сбавлял скорость, и расстояние, отделяющее его от дугларианского флота, чуть-чуть сократилось — едва ли на сотню ярдов. Расстояние, которым можно было пренебречь в сравнении с планетарными масштабами.

Но этого крошечного изменения позиции корабля относительно неприятельского флота было достаточно, чтобы на него стала действовать сила мощного объединенного Силового Поля дугларианских кораблей.

— Есть контакт с их Полем, — объявил Линго. — И, кажется, они ничего не заметили.

— Пока все идет как надо, — заметил Палмер. — Теперь продолжайте уменьшать мощность нашего Поля, очень плавно, потихоньку, но постоянно. Вы должны так рассчитать маневр, чтобы наше Силовое Поле упало до нуля как раз в момент пересечения нами орбиты Дугла-VI.

Невольно напрягшись всем телом, Палмер следил за тем, как Линго осторожно манипулирует на пульте управления кораблем, все больше и больше уменьшая мощность их собственного Силового Поля.

“Все должно получиться, — думал он. — Их масса настолько больше нашей, что они никогда не догадаются, что мы движемся уже не за счет силы собственного поля, а они сами толкают нас своим полем, как поршнем, вперед. И как только мы пересечем орбиту Дугла-VI…”

— Мощность — восемьдесят процентов от исходной, — объявил Линго. — Семьдесят… шестьдесят… тридцать… двадцать… десять… — Он снял руку с пульта и облегченно перевел дух.

— Получилось! Наше Силовое Поле на нуле, и теперь они сами несут нас на себе. И думаю, они этого не подозревают.

— Отлично. Теперь все зависит от хронометража, — заметил Палмер. — Вы должны включить Поле на максимум мощности за десять секунд до того, как мы пересечем внешнюю орбиту, и перейти в Статическое Пространство ровно через десять секунд после этого. Если вы включите генератор Статического Поля слишком рано — все пропало! А если опоздаете, “собаки”, с их более мощным Силовым Полем, смогут догнать корабль несмотря на наше добавочное ускорение и окружить. Все зависит от точности хронометража. И от внезапности маневра.

— О хронометраже можете не беспокоиться, — ответил Линго, — будем надеяться, что наш маневр застигнет их врасплох. В противном случае…

— Даже не думай об этом! — вступил в разговор Ортега.

— Фран, — сказал Линго, — я хочу, чтобы ты дала мне два отсчета времени от десяти до нуля. Первый, обратный, в десяти секундах от орбиты Дугла-VI, второй, как только мы начнем двигаться собственным ходом.

— Поняла, Дирк.

Снаружи ничего не менялось. Строй “конвоя” соблюдал прежнее построение.

“Мы готовы к выполнению маневра, — подумал Палмер. — Но мы здесь не одни. Хотел бы я знать, о чем сейчас думает командующий дуглариан…”

— Мы почти у цели, Дирк, — сказала в этот момент Фран, прервав ход мыслей Джея. — Двадцать секунд до нужной нам точки… пятнадцать… десять!

Линго положил правую руку на рычаг управления Силовым Полем. Указательный палец его левой руки навис над кнопкой включения Генератора Статического Поля.

— Девять, восемь… пять… четыре… три… два… включай!

Линго резко рванул рычаг на себя. Силовое Поле включилось на полную мощность.

До этого момента корабль солариан несся в пространстве с той же скоростью, что и дугларианский флот, толкаемый вперед его суммарным Силовым Полем. Теперь собственное внезапно включенное Силовое Поле придало его скорости дополнительный мощный толчок, способный разогнать корабль почти до скорости света. Специальные поля гасили инерцию внезапных ускорений и торможений, без чего ни одно живое существо не смогло бы остаться в живых внутри корабля.

Как пущенный из пращи камень, корабль солариан рванулся вперед в немыслимом ускорении, мгновенно оторвавшись от Силового Поля дуглариан. Фран Шаннон начала новый отсчет времени.

— Один… два… три… четыре…

Палмер не отрывал взгляда от вогнутой поверхности дугларианского построения, быстро уменьшающейся в размерах на экранах заднего обзора. Но вот сфера, сотканная из множества точек, вздрогнула… и перестала уменьшаться!

Командующий дуглариан пришел в себя от неожиданного маневра солариан Его флот начал ускорение. Но Палмер надеялся, что их неожиданный бросок вперед все же дал им достаточно времени, прежде чем неприятель сможет догнать их…

— шесть… семь… восемь…

“Собаки” стали медленно приближаться. Благодаря огромной суммарной мощности их Силового Поля военные корабли противника могли развить гораздо большее ускорение, чем одиночный корабль солариан. Выигранное расстояние сокращалось.

— девять… десять… время!

Линго левой рукой нажал на кнопку. Нескончаемая минута начала перебирать четки своих шестидесяти секунд, пока разогревался Генератор Статического Поля. Тем временем дугларианский флот, как гигантская амеба, все ближе и ближе протягивал свои щупальца, стремясь заключить корабль солариан в смертельные объятия.

Секунда… еще секунда… и все вдруг прекратилось. Вражеские корабли, Дугл и остальные звезды небесной сферы внезапно исчезли за Мальстремом цветов и красок: корабль нырнул в Статическое Пространство.

Линго шумно перевел дыхание.

— Наконец! А теперь — в путь! — с облегчением сказал он.

— В путь — куда? — едко спросил Палмер.

— А куда бы вы хотели, Джей? К Крепости Сол, конечно!


предыдущая глава | Звездные войны XVII | cледующая глава