home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА 15

Леопольдина в несколько прыжков одолела лестницу галереи ботаники и торопливо направилась в кабинет профессора Флорю. Его на месте не оказалось, но служащий сказал ей, что видел профессора в зале гербариев. Тогда она спустилась на третий этаж.

Она всегда испытывала своего рода священный трепет перед этими рядами папок — двадцать метров в ширину и более чем сто в длину, — размешенных на четырех ярусах общей высотой в пять метров: самый большой гербарий в мире. Образцы, наверное, всех видов растений, собранные за века, хранились здесь в этих тяжелых картонных папках. Воздух был пропитан запахом пыли и разложения самих экспонатов коллекции, защищенных папиросной бумагой, и это создавало сладкий, с примесью горечи, аромат плесени. После того, что она только что пережила, Леопольдину замутило.

Старого ученого она обнаружила стоящим на приставной лесенке и поглощенным созерцанием какого-то засушенного цветка.

— Профессор! Вы мне нужны! — крикнула она.

Ученый вздрогнул.

— А-а, малышка Леопольдина! И часто вам случается заставать людей врасплох? Мне не двадцать лет, у меня слабое сердце!

— Извините, профессор, но я хочу попросить вас оказать мне услугу. Это очень важно.

— Услугу… Не знаю, смогу ли я… У меня нет ответов на все, я… И потом, я еще не нашел цветок, который искал… Помните, тот, что был на шляпе королевы Англии… Это трудно…

— Это очень важно, профессор! Прошу вас…

— Ладно, согласен… — проворчал профессор Флорю, который ни в чем не мог отказать ей.

Он осторожно положил цветок между двумя листами бумаги и вложил все это в огромную пухлую картонную папку, которую поставил на предназначенное для нее место. Поскольку малейшая неточность в расстановке могла иметь неисчислимые последствия, он проделал это не спеша, размеренно, в то время как Леопольдина сгорала от нетерпения около лесенки.

— Чем я могу служить вам, Леопольдина? — спросил он наконец.

Она уже готова была достать из кармана конверт, как вдруг увидела, что к ним неторопливо и неумолимо, с улыбкой гиппопотама-неврастеника приближается Югетта Монтаньяк. Леопольдина была не в состоянии противостоять сейчас этому океану меланхолии.

— Пойдемте к вам в кабинет, профессор. Там мы сможем поговорить более спокойно, — предложила она.

Она властно взяла его за руку и подвела к лифту. Югетта застыла в раздумье, пытаясь понять, что произошло.


Леопольдина закрыла дверь кабинета профессора Флорю и достала из томика Ньютона конверт с подозрительными листьями:

— Профессор, вы можете сказать, что это за растение?

— Ну-ка… Немного терпения, — сказал профессор, садясь. — Я не машина. Если вы думаете, что это так просто… Покажите-ка их мне.

Она протянула ему листики, он внимательно, вертя в пальцах, осмотрел их через ботаническую лупу.

— Да… Волосяной покров напоминает пасленовые… Можно было говорить о листьях томата… или картофеля… Где вы взяли это, Леопольдина?

— Ну… по правде сказать… мне дал их один приятель. Можно предположить, что это что-то из наркотиков…

Профессор Флорю с озадаченным видом посмотрел на нее:

— Вы предаетесь такому времяпрепровождению?

— Нет, уверяю вас. Я просто хотела бы знать, опасно ли это.

— Во всяком случае, если это растение обладает галлюцинирующими свойствами, то это подтверждает, что оно из семейства пасленовых.

— Тогда вы знаете, что это такое?

— Немного терпения, Леопольдина. Я должен произвести исследование. Завтра я скажу вам немного больше. А пока принесите мне словарь, он вон там.

Леопольдина отодвинула в сторону различные документы, а именно отчеты о развитии и деятельности «Мюзеума» в 1979 году, и положила перед профессором огромный том, который он стал не спеша просматривать. Он так углубился в привычный для него мир ботанических статей и рисунков, что скоро Леопольдине не оставалось ничего другого, как отойти от него.

Кладя на стол словарь, Леопольдина отложила в сторону небольшую папку, не имеющую отношения к делу, которое нас интересует, и достойную того, чтобы сдать ее в архив. Лишь профессор Флорю когда-нибудь узнает о ее содержании все досконально, но упоминание о ней небесполезно. В действительности Леопольдина в рассеянности положила эту небольшую папку на маленький переплетенный в кожу томик Исаака Ньютона. И, покидая кабинет старого профессора, она начисто забыла о нем.

Так в «Мюзеуме» теряются вещи. И эта забывчивость или небрежение будет иметь невообразимые последствия.

Профессор Осмонд и отец Маньяни смотрели на экран компьютера священника с лихорадочным напряжением. Даже если бы небо разверзлось над «Мюзеумом», это наверняка не оторвало бы их от их занятия.

— Я думаю, вы правы, — пробормотал Питер Осмонд. — Во всяком случае, это вполне правдоподобно.

— На мой взгляд, эта гипотеза наиболее вероятна, — добавил священник.

Леопольдина только что вошла в лабораторию. Осмонд радостно шагнул ей навстречу и обнял за плечи.

— Леопольдина! Рад вас видеть! Вы нас сегодня совсем покинули! — сказал он нарочито ворчливым тоном. — Вы… ветреница.

— Извините меня… Сегодня случилось ужасное, и я…

Американец не дал ей закончить. Он был слишком взволнован открытием отца Маньяни.

— Я думаю, что мы определили происхождение метеорита. Это… невероятно!

И прежде чем Леопольдина успела вымолвить хоть слово, она оказалась перед экраном компьютера, на котором в трехмерном изображении был смоделирован возможный полет небесного тела. Указательным пальцем Осмонд проследил красную линию.

— Видите? Метеорит скорее всего произошел от взрыва какой-то кометы, которая родилась примерно шесть миллиардов лет назад.

— Действительно, — подтвердил отец Маньяни, — меры изотопного соотношения очень схожи с изотопными отношениями органических молекул в большом Облаке Ориона.

— Синтез этих молекул мог происходить или в самом начале возникновения Солнечной системы, или в другой области нашей галактики… Возможно, в Туманности Ориона. Туманность Ориона!

Леопольдина в отчаянии глубоко вздохнула. Право, эти двое живут на другой планете. Она сказала как можно более безразличным голосом:

— Это поразительно.

Осмонд поднял голову:

— Что-нибудь не так? Вы не думаете, что этот метеорит родился в Туманности Ориона?

— Он может родиться даже в вашем саду, если это доставит вам удовольствие!

Пораженные Осмонд и отец Маньяни переглянулись. Что на нее нашло? Леопольдина в изнеможении села.

— В то время как вы здесь разглагольствуете о высоких сферах, в зверинце сегодня днем погиб человек.

Оба ученых в потрясении застыли. Первым пришел в себя отец Маньяни.

— Что случилось?

— На одного из служителей напал леопард.

— Леопард? — Осмонд не мог поверить.

— Да, подобное иногда случается на Земле. Вы разве не слышали сирены «скорой помощи»?

Осмонд смутно припомнил, что слышал какую-то сирену, но не придал этому особого значения.

— Это произошло у меня на глазах, — сказала Леопольдина. — Так вот, если вы будете так любезны, я приду закончить свою работу завтра. А сейчас мне необходимо развеяться.

— Да, естественно, Леопольдина, я…

Осмонд не успел договорить: Леопольдина уже схватила свою куртку и покинула зал Теодора Моно.

— Леопард… — пробормотал Питер Осмонд.


Леопольдина прошла через галерею минералогии, где подготовка к выставке алмазов была в самом разгаре, и решительным шагом направилась к выходу на улицу Кювье. Машина ждала ее, большая черная «БМВ», и она властно вклинилась в парижский поток. Дважды нажав на акселератор, она добралась до моста Аустерлиц. Поскольку светофор показывал красный, она повернула налево, вызвав недовольные сигналы клаксонов, и направилась в сторону Лионского вокзала.


ГЛАВА 14 | Знак убийцы | ГЛАВА 16