home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава тринадцатая

«Я спал слишком мало и за последние… — Тони сосчитал по пальцам от субботы до среды. — Да, за последние четыре дня, наверное, потерял добрых десять фунтов веса.

Все в порядке, люди. Дело не только в демонической конвергенции. Это просто план спортивных тренировок. Подпишитесь сейчас, и мы добавим бесплатно диету Сай Маккасих! Все углеводы, какие пожелаете! Но прежде чем съесть, вы должны отобрать их у Владыки арджхов!»«

— Тони! — Судя по злости, сквозящей в голосе, Лия окликает его уже не первый раз.

— Что?

— Мы на месте.

На месте — значит, в Ричмонде, на почти пустой парковке, если не считать допотопного «Бьюика» и двух «смартов».

— Слабое место находиться прямо здесь? — с надеждой спросил Тони.

«Если повезёт, первую дыру из двадцати семи я смогу запросто залатать».

— Оно в здании.

«Вот и надейся, что будет легко!»

— Конечно, именно там.

— Сегодня суббота, — напомнила Лия, открывая дверцу. — Я отвлеку охрану, ты всё подлатаешь. Трах-бабах — и мы движемся дальше.

— Разве это не полагалось говорить в рифму? — пробормотал Тони, вылезая из машины.

У него болели колени, одеревенела спина. Фостер чувствовал себя так, будто ему стукнуло семьдесят пять лет.

— Знаешь, Гэндальфу, наверное, было не больше тридцати. А то, что у него седые волосы и борода, — скорее всего, плата за то, что он волшебник. Так объясняется его брейкданс с Саруманом, — добавил Тони, когда они пошли к передней двери. — Это была подсказка насчет того, сколько им на самом деле лет.

Лия повернулась, озадаченно уставилась на него и спросила:

— О чем ты там лопочешь?

— Об эпизоде с брейк-дансом в фильме. Ладно, предполагалось, что это битва, но, подруга, тот, кто ставил такую сцену, полностью завалил свою работу.

— Ради всего святого, почитай книгу! — Лия возвела глаза к небу.

— А что, разве есть такая?

Здание, где находилось слабое место, принадлежало компании под названием «Сеаникс технолоджи инкорпорейтед».

— Они занимают первое место в Канаде по производству компьютеров, — объявил Тони.

Фостер с Лией вышли из тумана и нырнули под бетонный выступ, окаймляющий спереди одноэтажное здание.

— Ты знаешь это, но не в курсе того, что Питер Джексон поставил «Властелина колец» по книге?

— У меня никогда не хватало времени на просмотр дополнительных материалов, — пожал плечами Тони. — У нас проблема.

— Еще одна, не считая твоего ужасающего невежества во всем, что не касается телевидения и фильмов?

— Охранник — женщина.

— Что? Это тоже значилось на вывеске?

Тони вздохнул и показал.

Высокая блондинка, сидевшая за столом в большом холле, уставилась в мониторы и не замечала их.

— Ты прав. У нас проблема.

— К счастью, я знаю, как ее решить.

— Ты владеешь чарами, которые справятся с той женщиной?

— Не-а. Для этого мне не надо магии.

— Тони, ты же гей, — Лия осторожно похлопала его по плечу.

— Это обстоятельство мне тоже поможет, — сказал он, тихо открывая тяжелую стеклянную дверь. — Но еще важнее то, что я работаю на телевидении.

Их появление привлекло внимание охранницы.

С профессионально-нейтральным выражением липа она наблюдала, как Лия с Тони подходили к ее столу, потом спросила:

— Я могу вам чем-нибудь помочь?

В нейтральный тон этой особы закралась легкая подозрительность.

Тони улыбнулся, вытащил из бумажника визитку, протянул ее и сказал:

— Надеюсь, можете. Босс послал меня найти место для натурных съемок. Не исключаю, что это здание будет идеальным.

— Вы работаете в «Самой темной ночи»!

— Да.

— Ух ты! Мне нравится этот сериал! Ли Николас такой сексуальный! Тот эпизод, где его схватили ведьмы и принесли бы в жертву, если бы Раймонд Дарк, за которым они охотились столетиями, им не сдался! Его привязали к алтарю — это было просто блестяще! А та сцена, где он гнался по улице за безумным ученым, который высасывай кровь из людей, а обвинили в этом вампиров! Он тогда пробежал прямо мимо магазина бывшего мужа лучшей подружки моей матери! — Охранницу охватил такой энтузиазм, что она помолодела лет на пять. — Тут сказано, что вы стажирующийся ассистент режиссера, так?

Тони заговорил чуть-чуть манерно:

— А еще я тот, кто ищет места для натурных съемок и чинит фотокопировальное устройство. К тому же я консультант по декорациям и, время от времени, второй труп справа. — Он наклонился над столом. — Та нога с краю экрана, после резни на контейнеровозе в Вантерме. Она моя.

Чи-Би был стишком прижимист и не хотел заказывать искусственную ногу. В его распоряжении было сколько угодно настоящих, разгуливающих рядом и получающих зарплату.

— Нет.

— Да.

Охранница приподнялась на цыпочки и заглянула через край стола.

— Господи боже, это была ваша нога! Я припоминаю обувь!

Нет, башмаки сейчас были совершенно другими, но Тони не собирался об этом упоминать.

— Послушайте, Донна! — Надпись на ее беджике, который теперь оказался достаточно близко, чтобы прочесть надпись, гласила: «Донна Хардл». — Я знаю, вы не должны покидать свой пост, но, может, мы очень осторожно походим по зданию — ни к чему не прикасаясь, обещаю! — и посмотрим, нет ли тут места, которое разыскивает босс?

— Я не знаю. Сегодня суббота, и…

— И тут не будет множества работающих людей, поэтому мы их не побеспокоим. Мы об этом подумали. Кроме того, мы хотим начать съемки именно в субботу.

— Вот как?

— Угу.

— По субботам здесь дежурю я!

— Эй! — У Тони начали болеть щеки от всех этих сумасшедших улыбок. — Это же здорово! Знаете, Ли любит встречаться со своими фанатами.

— Правда? — Охранница порозовела.

— Еще как.

Донна посмотрела на визитку, потом — на ряд из шести мониторов, прикусила губу и сказала:

— Думаю, все будет в порядке, если вы ничего не станете трогать. Еще мне придется позаботиться о том, чтобы при вас не было фотоаппаратов.

— Справедливо.

«Если бы мы собирались заняться промышленным шпионажем, то наверняка располагали бы аппаратурой, полученной в своей корпорации, да еще и спрятали бы всю эту фигню там, где ее невозможно было бы легко найти!»

Тони вывернул передние карманы джинсов, похлопал по куртке сверху донизу. Он все-таки отдал охраннице должное за то, что та вообще подумала о фотоаппаратах.

Ключи от машины остались у Лии, поэтому у Фостера был только бумажник.

— А вы? — Донна хмуро посмотрела на гостью. — Вы тоже занимаетесь съемками этого фильма?

— Я каскадерша, — коротко ответила та, протягивая свою сумку. — Надо найти место, откуда на выездных съемках можно без риска снять падение. Почему бы вам просто не оставить мою сумку здесь?

— Вы каскадерша? Как круто! — Охранница поставила сумку на свой стол, быстро набрала несколько цифр кодового замка, и в конце вестибюля раздалось гудение. — Проходите. Сегодня там работают двое парней. Не беспокойте их, хорошо?

— Мы будем вести себя тихо, как человек-плесень в девятой серии.

— Это было отлично!

Когда за ними закрылась дверь, Лия фыркнула и заявила:

— Кто-то должен сказать Донне, что от рождения до могилы ей дано ограниченное количество восклицательных знаков и она попусту тратит их.

— Будь милой, — пробормотал Тони, массируя изнутри щеку языком.

— Нет.

Потенциальный вход Сай Маккасих находился в офисе с несколькими столами, с окном, смотрящим на то, что, наверное, было производственным цехом. Там стояли длинные столы с индивидуальными наборами инструментов. Если уж это не производство, тогда Тони вообще не знал, что же такое производство.

— Я не вижу двоих парней, о которых упоминала охранница.

— Они, наверное, в отделе опытно-конструкторских работ, раз уж пашут в выходные, — ответила Лия, стоя на коленях и водя рукой по зеленовато-голубому паласу. — Оно тут, под ковром. Здесь небольшая выпуклость. Думаю, в этом месте снесли стену, чтобы расширить офис.

Фостер, наклонив голову к плечу, сумел разглядеть мерцание и скомандовал:

— Назад!

— Зачем вы там размахивали руками? — спросила Донна, когда Лия с Тони вернулись в вестибюль. — Я видела вас на мониторах слежения, — добавила она, прежде чем они успели спросить, откуда ей это известно.

— Я прикидывал места съемок, — ответил Тони, глядя на нее сквозь пальцы, сложенные квадратом. — Вы же понимаете.

— Конечно! Так здорово! Вы нашли то, что нужно?

— Думаю, да, но теперь мне нужно рассказать об этом боссу. Все окончательные решения принимает он.

— Вы не знаете, в какую именно субботу будете здесь?

— Пока нет.

— Ничего, я запишу вам все свои выходные дни до самого Рождества. Вы сможете быть здесь во время моего дежурства?

Тони взял одной рукой листок бумаги, другую приложил к сердцу и поклялся:

— Сделаю все, что только смогу.

— Как же здорово! — Охранница протянула Лии ее сумку, не сводя глаз с Фостера. — Тони, могу я задать вам вопрос?

Ассистент режиссера заметил, что каскадерша молча напоминала ему кое о чем. «Нам еще нужно закрыть двадцать шесть таких мест. Времени в обрез, поэтому нужно шевелиться!» — было написано у нее на лице. Но он проигнорировал это. Донна сделала им огромное одолжение, и сейчас явно не время было портить свою карму.

— Конечно.

— Я хотела спросить о Раймонде Дарке и Джеймсе Тейлоре Гранте, — Донна понизила голос и посмотрела сперва направо, потом налево, как будто беспокоилась, что ее подслушивают. — Есть ли, знаете, намеренный подтекст в сериале? Почему они всегда стоят так близко друг к другу?

— Простите, это стандартное планирование мизансцен на телевидении, — ответил Тони. — Актерам приходится стоять совсем рядом, чтобы уместиться на маленьком экране телевизора. Тут нет никакого подтекста. Во время съемок они просто придерживаются своих отметок.

— Но они так идеально смотрятся вместе, — Донна явно поверила ему не до конца.

Тони моргнул и постарался как можно лучше изобразить похотливого гомосексуалиста:

— Вы не думаете, что Джеймс Тейлор Грант предпочел бы мужчину помоложе?

— Идите! Мне надо работать! — хихикнула Донна и махнула рукой в сторону выхода.

— Что за подтекст? — недоверчиво спросила Лия, пока они шли к машине. — О чем она толковала?

— Ты не слишком много времени проводишь в Интернете, верно?

— У меня есть реальная жизнь. А что за номер из «Натуралов глазами геев»[110] ты изобразил?

Тони фыркнул, упал на пассажирское сиденье, откинул затылок на подголовник и заявил:

— Я же знаю, каковы в большинстве своем фанатки нашего сериала. Позаботься о том, чтобы по дороге к двадцать шестому номеру проехать через «сервис на ходу»[111].

— Все выглядит очень знакомым, — Тони допил кофе и швырнул пустую чашку на заднее сиденье. — Кажется, отсюда недалеко до…

— Места, где прорвался демон со щупальцам и, который терроризировал кофейню твоей подружки? Да. Это по соседству. Здесь наша следующая остановка.

Лия въехала на парковку у «Четырех пунктов Шератона»[112], едва разминувшись с женщиной средних лет, тащившей внушительную груду багажа.

— А это не просто остаточная энергия от уже взорвавшегося места?

— Нет. Но я бы так подумала, если бы ты не нанес эту точку на карту. Тогда я проехала бы мимо, мы не закрыли бы это место, и оно могло бы изрыгнуть демона, готового уничтожить знакомый нам мир… Не говоря уж обо мне. — Лия выбрала место для парковки на некотором расстоянии от здания. — Наверное, Сай Маккасих того и добивается. Хорошо, что она не знает твоих возможностей.

— Да. Неплохо. — В данный момент Тони не чувствовал себя способным на многое.

— Там многовато мужчин. Я вряд ли смогу отвлечь их всех, не говоря уж о женщинах.

— Да, особенно о них.

— Итак, как мы все разыграем?

Тони вздохнул, расстегнул привязной ремень и ответил:

— Затеряемся в толпе.

— А если слабое место какой-то комнате, в офисе или посреди холла?

— Может, просто пересечем мост, когда подойдем к нему? Кстати, насчет моста… — Стоя у машины, Тони уставился на отель.

— В лучшем случае поверхностное сходство, — хмыкнула Лия. — Пошли. Давай сделаем дело.

Темные брусья удерживали вывеску «Четыре пункта» высоко над главным входом.

Тони уставился на них, заметил кусочек, где отвалилась краска, сжал руку каскадерши и попросил:

— Скажи мне, что слабое место не наверху.

— Оно не там.

— Спасибо! Просто, судя по виду, ему полагается располагаться повыше, — пробормотал Тони, когда они двинулись в здание. — Тут каждый день входят и выходят сотни людей. Мы будем просто парой в толпе.

— Ты уже делал такое раньше?

«Почему бы и нет? Мы лучше сольемся с толпой, если будем разговаривать».

— Большие отели с залами для конференций имеют ванные комнаты в странных, неожиданных уголках. Если ты не такой грязный, чтобы тебя немедленно засекли, то можешь воспользоваться этими удобствами и помыться, но есть шанс нарваться на «белых воротничков», которые отправились помочиться после конференции. Иногда удается разжиться кофе и едой во внешних комнатах, — негромко сказал Тони.

Лия казалась заинтригованной.

Идя мимо передней конторки, она спросила:

— В комнатах отеля?

— И там тоже. Объедки того, что подается в номер, куда лучше тех, что можно нарыть в мусорке, но я имел в виду внешние помещения апартаментов для конференций. Пирожные и всякое такое, хотя бы пригоршня пакетиков со сливками.

— Короче, у тебя была интересная жизнь.

— Да, и с каждым днем она становится все любопытнее.

Слабое место, которое они искали, находилось не в холле, не рядом с бассейном и не в бизнес-центре.

Оно было в танцевальном зале.

Там стояли круглые столики со скатертями персикового цвета, приготовленные для какого-то позднего мероприятия, но людей не оказалось.

— Нам наконец-то везет. Ай да мы!

— Возможно.

— Лия нахмурилась. Она шла, ведя рукой по длинной стене, пока не добралась до узкой двери, оклеенной обоями. За ней располагалась темная пустая каморка.

— Сюда складывают ширмы, — сказал Тони, заглянул через плечо Лии и слегка прищурился, чтобы разглядеть знакомое мерцание. — Знаешь, те, что делят большую комнату на несколько маленьких.

— Думаю, одной не хватает, — Лия жестом предложила парню двинуться вперед и шагнула в сторону, уступая ему дорогу.

— Извините, что вы здесь делаете?

Они повернулись и увидели человека в темно-синем костюме, который подозрительно смотрел на них, стоя за двухстворчатыми дверями. Он носил беджик «Четырех пунктов Шеридана» со своим именем. Легкая выпуклость под пиджаком у талии была рацией… или свидетельством того, что в гостиничном бизнесе Ванкувера наличествовало слишком много конкурентов.

— Я возьму его на себя, — пробормотала Лия и двинулась через комнату.

Первые несколько шагов она была лишь привлекательной женщиной. Потом даже Тони смог заметить, как каскадерша изменилась, пустив в ход свою сверхъестественную привлекательность. Проверяя, как среагировал на это служащий отеля, Тони заметил золотой ободок, поблескивающий на темном пальце.

Парень был женат.

«Черт, просто великолепно!»

Тони на полной скорости начертил первую руну, толкнул ее сквозь мерцание и оглянулся через плечо.

Лия почти добралась до дверей. Полупрозрачный облик Владыки арджхов дрожал вокруг нее.

— Вы менеджер? — услышал Тони мурлыканье обольстительницы. — Именно вы мне и нужны.

Вторая руна.

Лия положила руку на грудь менеджера и улыбнулась.

Третья руна появилась чуть медленней, потому что она давалась Тони труднее остальных.

Он повернулся и увидел, как дверь закрылась.

«Блин!»

Четвертая руна — и он во весь дух побежал через бальный зал, прежде чем мерцание полностью исчезло.

Борясь с накатившим головокружением, парень пролетел через дверь, споткнулся, извинился, отскочил от багажной тележки, проезжавшей мимо, и заметил, что Лия и менеджер входили в комнату для конференций.

«Если дверь захлопнется, то я не смогу остановить эту женщину».

Створка уже начала закрываться, когда Тони пустил в ход призывное заклинание.

Дверь вырвалась из руки каскадерши. Медные петли скрипнули, но выдержали.

Взгляд, который бросила на Фостера Лия сквозь торс Райна Циратана, обещал ему тысячу лет мучений и немедленную порку.

Тони уронил руку и прохрипел:

— Пошли. У нас плотное расписание.

— Время еще есть…

— Нет.

Он говорил непререкаемым тоном.

«Молодец! Я понятия не имел, как поступить, если Лия откажется меня слушать.

К счастью, выяснять это мне не пришлось».

Каскадерша оставила неудовлетворенного и смущенного менеджера в зале для конференций, прошла по коридору, миновала Тони, оказалась в вестибюле и двинулась к выходу. Фостер последовал за ней. Он не удивился бы, если бы ковер задымился под ее ногами.

Ослепленный неожиданным солнечным светом, Тони протанцевал вокруг пригородного автобуса и пары такси, которые соперничали за одно и то же место. К тому времени как он выбрался на свободное пространство, Лия уже стояла у машины.

— Этот менеджер женат, — сказал Тони, прежде чем она успела заговорить.

— И что?

— То, что он женат.

Лия прислонилась к машине, скрестила руки на груди и поинтересовалась:

— То есть ты никогда не садился в машину и не входил в переулок с женатым мужчиной? Почти все наркоманы на заработках не могут позволить себе подобные угрызения совести.

Тони не помнил, чтобы рассказывал ей о том, что раньше добывал деньги на наркоту. Но свояк свояка видит издалека.

— Это другое дело.

— В чем отличие?

— Тот парень, менеджер… У него не было шанса. Ты не дала ему выбора.

— Итак, ты спасал его брак? — Лия недоверчиво распахнула глаза.

— Возможно.

— Ты ничего о нем не знаешь. Вдруг он трахается с половиной уборщиц?

— Я не имею к этому отношения. К тому, что собиралась сделать ты, — да! Если бы он решил изменить жене, это было бы его делом. Но мы не оставили ему выбора.

— Ой.

«Тротуар вдруг стал куда ближе. Я что, стою на коленях?»

— Тони!

Он заморгал, глядя на Лию снизу вверх.

— У тебя не было времени на то, чтобы правильно сфокусироваться, верно? Ты использовал свою внутреннюю силу, чтобы начертить те руны, так?

— Наверное. — Фостер и вправду не помнил — Я слегка торопился, — подсказал он Лии, когда та помогла ему встать. — Ты обычно не нуждаешься в большой прелюдии перед сексуальным актом.

Тони ожидал, что Лия продолжит спор, но она молча открыла дверцу машины и опустила его на сиденье. Фостер не мог разгадать выражение се лица и не доверял молчанию, поэтому схватил Лию за руку, как только она вставила ключ в замок зажигания.

— Что?

К удивлению Тони, она наклонилась, нежно поцеловала его в щеку и сказала:

— Тони Фостер, ты хороший человек, обладающий силой. Не уверена: то ли это весьма обнадеживает, то ли просто пугает.

Лия без усилий высвободила руку из его хватки. Тони осел на сиденье, прислонился к спинке и нахмурился.

— Ага, а на пять долларов девяносто девять центов можно купить хороший обед, — сказал он после минутного молчания, не в силах решить, чувствовать себя польщенным или оскорбленным. — Кстати, это напомнило мне кое о чем. Тебе придется…

— Остановиться у «сервиса на ходу» по дороге к слабому месту номер двадцать пять. Да, я уже сама догадалась.

— Тони, проснись!

Тон Лии, ясно говоривший: «Я больше не собираюсь повторять!», заставил его разлепить глаза. Тони увидел силуэты деревьев на фоне сапфирового неба и заметил:

— Уже почти темно.

— Знаю. Ты поел, потом уснул, и я не могла тебя разбудить.

— Почему я мокрый?

— Я же сказала, что не сумела прервать твой сон! — огрызнулась Лия, швырнула пустой стаканчик на заднее сиденье и завела машину.

Фостер понял, что задал весьма глупый вопрос. Каскадерша откинула сиденье как можно дальше, но после сна в машине он чувствовал себя одеревеневшим. В плохом смысле слова.

— Ох, мне очень нужно помочиться.

— За углом есть заправочная станция.

— Где мы?

— Только что проехали двадцать пятое слабое место, — ответила Лия, подруливая к бензоколонке. — Оно пристроилось на частном доме. Дай мне твою кредитку. За бензин! — добавила она, когда Тони непонимающе уставился на нее.

— А что не так с твоей?

— Бензин будет залит в твою машину.

— Правильно. Прекрасно. Как угодно.

Фостер посетил туалет, магазинчик и вернулся в машину с пакетом вяленой говядины и самым большим тонизирующим напитком. Он почувствовал себя намного лучше и только теперь понял, что сказала Лия.

— На доме? Не в нем?

— Там не хватает куска софита[113]. Ты знаешь, что это такое?

— Конечно. Я волшебник. Нам ведомо многое.

— Нет куска между крышей и стеной.

— Ага.

Лия вывела машину на дорогу, пока Тони жевал кусок говядины.

— Сколько там этажей?

— Два.

Крыльцо, дорожка, вымощенная плиткой, кусты, подрезанные в виде плотных маленьких шаров. В переднем окне темные занавески были опущены поверх тюлевых, но тонкая полоска света говорила о том, что дома кто-то есть.

Фостер остановился на дорожке, выгнул шею и с трудом разглядел мерцание.

— Я могу добраться до него отсюда.

Первая руна ударилась о свес крыши и осыпалась дождем голубых искр. Тони выплеснул остатки своего тонизирующего напитка на тлеющий шарообразный куст.

«Хорошо, что соседям в городе положено интересоваться лишь собственными делами».

— Вот черт! Я не могу достать его под нужным углом. Крыльцо мешает. Мне придется высунуться из окна второго этажа.

— Как ты собираешься до него добраться? — с иронией спросила Лия, вглядываясь в дом.

— Думаю, мы поищем еще одно место для съемок, — ответил Фостер, направляясь обратно к машине.

Каскадерша поймала его за запястье, когда он открывал багажник, и заявила:

— Тони, люди с таким обкромсанным кустарником вряд ли окажутся фанатами «Самой темной ночи».

— Тогда расширим демографический состав наших фанатов.

Он высвободил руку, вытащил свою форменную куртку, надел ее, а джинсовую оставил в багажнике. Эта одежка была пошита из вездесущего черного сатина с кроваво-красным логотипом на спине. Тони носил ее редко. Фостер решил, что за один день они вряд ли встретят других фанаток вроде Донны. Но в этой куртке он выглядел официально. В восьмом часу субботнего вечера это могло сыграть на руку.

— Мы заставим здешних жителей проводить меня в ту комнату, потому что нам надо использовать в сериале вид из ее окна.

— Их это не заинтересует.

— Надо предложить им кучу денег.

— Это может сработать, — отозвалась Лия, посмотрев на кусты. — Но есть одна проблема, — добавила она, идя по дорожке к дому. — У меня такое впечатление, что Чи-Би не согласится.

— Мы ведь не собираемся на самом деле использовать вид из окна, — напомнил ей Тони, поднимаясь по ступенькам на крыльцо.

— И то правда. Но когда ты окажешься в комнате, жильцы не позволят тебе просто взять и высунуться из окна.

— Да, тебе придется их отвлечь. Его, ее или семью Бреди[114]. Не заставляя его, ее или их нарушать какие-либо клятвы.

— Хорошо, мистер Всезнайка. Но если там окажется не «он», то каким образом я смогу отвлечь эту персону?

— Мы будем на втором этаже.

— И что?

Тони вздохнул, нажал на кнопку звонка и продолжил:

— Ты ведь каскадерша, верно? Свались с лестницы.

— Я не понимаю. — Миссис Чин одной рукой вцепилась в свой голубой свитер и перевела тревожный взгляд с визитки Тони на него самого. — На лужайке перед нашим домом будут снимать телесериал?

— Нет, мэм. Нам просто нужно отщелкать… снять сцену из такого окна, как ваше, — поправился он, когда женщина явно испугалась.

— Но зачем?

— Для телевизионного сериала.

— Да, вы уже сказали, но почему?

— Такую картину увидит один персонаж, когда посмотрит в окно, миссис Чин.

— Но актеры даже не войдут в вашу комнату, — быстро добавила Лия. — Мы смонтируем куски фильма у себя в студии.

— Понимаю.

«Или она привирает, или ее смущает что-то другое».

— Вы заплатите мне за это?

Это было почти утверждение, а не вопрос. Деньги определенно ее не смущали.

— Да, мэм.

— Только и слышишь о том, как много на телевидении денег. — Она снова посмотрела на визитку. — Сколько заплатите?

— Не могу сказать точно, мэм. Мне нужно посмотреть, подходит ли это окно, и послать пару фотографий боссу, — Тони вытащил из кармана мобильник.

Дама сощурилась и спросила:

— Вы не будете снимать внутри моего дома?

— Нет, мэм. Только вид из окна.

— Хотите сделать это сейчас?

— Если босс быстро примет решение, то мы сразу же сможем выписать вам чек.

— Но снаружи темно, — запротестовала она и выглянула на улицу, чтобы убедиться в этом.

— Ничего. Это телесериал про вампира. Но про хорошего, — пояснил Тони, когда женщина снова сощурилась. — Он детектив, распутывающий преступления и защищающий людей.

— Звучит знакомо, — медленно кивнула миссис Чин. — Повторите еще разок название сериала.

— «Самая темная ночь», — Фостер чуть повернулся, чтобы она могла увидеть логотип у него на спине. — Мы снимаем здесь, в Барнеби.

— Никогда о вас не слышала, — заявила женщина, но все же сделала шаг назад, чтобы впустить их в дом.

— Господи боже мой! Мисс, вы в порядке?

Тони не видел падения, но, судя по звуку, оно было впечатляющим. Много ударов, треска и в конце концов очень достоверный стон. Когда миссис Чин выбежала из комнаты, Фостер высунулся в окно. К счастью, оно было старомодным, без сетки от насекомых, со створкой, убирающейся вверх. Он извернулся, ухватился за раму, подтянулся и сел на подоконник. Ему пришлось наклониться и протянуть левую руку, чтобы пропихнуть руны через слабое место. Все четыре прошли куда нужно, но Тони не был полностью уверен в том, что дырка залатана. Он высунулся еще немножко дальше, прищурился…

Мир наклонился под интересным углом, но мерцания явно не было видно.

Оконного карниза тоже.

Зато Фостер разглядел сперва крышу крыльца, а потом — куст.

Тот самый, который оказался куда прочнее его самого.

«Черт, просто великолепно! — подумал Тони, скатился с куста на лужайку и постарался дышать часто, неглубоко, сквозь зубы, чтобы не завопить. — Я четыре дня сражался с демонами, и меня победил куст!

Самый лучший вариант — полежать тут, истекая кровью. Но если мы с Лией не хотим иметь дело с множеством вопросов, на которые я не готов отвечать, то мне придется сперва убраться подальше от миссис Чин и лишь потом рухнуть.

Вернее, я должен буду сперва встать, потом смыться от миссис Чин и упасть.

Хорошие новости — у меня не сломано ничего, во всяком случае важного».

Довольный тем, что он, похоже, находился в несколько лучшей форме, чем куст, Тони, шатаясь, взошел на крыльцо и заглянул в переднюю. Лия сидела на деревянном стуле, держась за голову. Миссис Чин нигде не было видно.

Парень открыл дверь, знаком велел каскадерше хранить молчание и как можно быстрее подошел к ней. Миссис Чин вышла из задних комнат со стаканом воды в руке.

— Вот вы где, — резко сказала она, бросила взгляд на второй этаж и протянула Лии стакан.

Она явно подумала, будто Тони только что спустился по лестнице, и так же демонстративно не одобряла его бесчувственного отношения к компаньонке.

— Молодую женщину нужно отвезти в больницу.

«Куда? Ее что, больше не защищают чары?»

— Ты ранена?

— Она упала с лестницы, — мрачно сказала миссис Чин. — У нее может быть любое внутреннее повреждение, и я за это не в ответе. Моя лестница безопасна. Меня не было рядом, когда это случилось. Я принесла ей стакан воды.

— Конечно, вы тут ни при чем.

— Если вы попытаетесь подать на меня в суд, то я так там и скажу.

— Хорошо, конечно.

— Наверное, вы правы насчет больницы. — Лия встала и вернула стакан. — Мы должны ехать.

Тони был полностью «за».

Он плотно прижал к боку левую руку, протянул пострадавшей правую и сказал:

— Я помогу тебе добраться до машины.

Лия каким-то образом ухитрилась принять на себя большую часть его веса и сделать вид, будто это он помогает ей.

«Многие каскадеры являются куда лучшими актерами, чем их считают в телеиндустрии», — признал про себя Тони, вслух благодаря миссис Чин за то, что та уделила им время. Потом они с Лией как можно быстрее направились на улицу.

Носительница демонских врат наклонила голову к Фостеру и спросила:

— Ты выпал из окна?

— Что навело тебя на эту мысль?

— Может, то, что ты был на втором этаже, а потом вошел в переднюю дверь. Или звук, с которым ты ударился о крышу крыльца.

— Миссис Чин?..

— Она была на кухне и, скорее всего, ничего не слышала.

— Эта дама все еще наблюдает за нами?

Лия слегка повернулась, зашуршав одеждой, и подтвердила:

— Да.

— Тогда давай двигаться чуть быстрее, пока она не вышла из дома и не увидела, что я натворил.

— Ты испортил один из ее кустов!

— Он ответил мне тем же.

— Если я тебя отпущу, ты сможешь прислониться к машине, и чуть подождать? Мне придется открыть дверцу.

— Конечно.

«Или нет».

Адреналин испарялся. Теперь Тони не мог сосчитать, в скольких местах у него болело, а мир снова начал крениться.

«Черт! Из-за этого перекоса я и влип во все это. Влепился в чертов куст. Не промахнулся. А ведь он мог бы оказаться… просто грудой мягких гнилушек».

— Давай, Тони! В машину!

Голос Лии как будто доносился откуда-то издалека. Она казалась Фостеру выше, чем раньше. Или он сам стал ниже. Это было паршиво!

— Чтоб тебе, будь все проклято!

Он врезался головой в край крыши машины, что помогло ему сфокусироваться. Потом Фостер рухнул на сиденье и коротко заскулил, когда Лия его пристегнула.

«Знаете, чему недостает ремней безопасности? Чертовым подоконникам!»

— Дело плохо, — сказала женщина.

Она сидела рядом с ним, на водительском месте. Тони не мог припомнить, когда каскадерша обошла вокруг машины. Похоже, он на несколько минут выпал из реальности. Лия смотрела на пятно, темневшее на ее ладони.

— Черт! У тебя кровь течет!

— Нет, Тони, у тебя. Она впиталась в твою куртку, вот почему я раньше не заметила. Ты тяжело ранен?

— Я не чувствую пальцев левой руки.

Фостер поднял руку. В свете уличного фонаря его пальцы смахивали на сардельки.

— Но это даже хорошо, — добавил он. — Потому что прежде они дьявольски болели.

— Дай посмотреть, откуда идет кровь.

— Еще и это? Просто отлично. Генри меня убьет. Он ненавидит, когда я попусту трачу…

Добрая часть мира просто исчезла. Потом то, что осталось, начало гудеть.

Генри остановил свою машину позади автомобиля Тони и вышел из нее, прежде чем заглох двигатель.

— Припасы, которые ты просила, на заднем сиденье, — прорычат он, протолкнулся мимо носительницы демонских врат и рывком распахнул пассажирскую дверцу.

Запах крови, больше не запертый в машине, выплеснулся наружу и почти захлестнул ночь. Он был бы опасен, если бы Фицрой так сильно не злился на обстоятельства.

Он подхватил Тони на руки и пошел в дом впереди Лии.

— Эй, Генри, я как раз думал о вас.

— В самом деле? — Вампир сидел на краю кровати, его холодные пальцы осторожно сжимали челюсть Тони.

— Да. Я думал, что вы…

«Интересно! Когда я хмурюсь, становится очень больно».

— Я не помню. Но вы там были.

Взгляд Фостера скользнул поверх плеча Фицроя. Тони увидел Лию и фыркнул.

— А еще там были ты и волшебник. Ох, постойте. Это же я.

— Больше не пугай меня так, — улыбнулся Генри и разжат пальцы.

— Вы испугались, что я неправильно цитирую «Волшебника страны Оз»?

— Последние два часа ты периодически начинал бредить. Мы как раз обсуждали, надо ли отвезти тебя в больницу.

— Что случилось?

— По-видимому, ты выпал из окна.

Память вернулась к Тони болезненным рывком.

«Окно.

Куст.

Кровь течет.

А как сейчас?»

Тони находился в своей постели, в собственной квартире. Левая рука лежала поверх одеяла, предплечье охватывал эластичный бинт, пальцы были уродливого серовато-фиолетового оттенка и все еще смахивали на колбаски. Правой рукой Фостер ощупал тугую марлевую повязку на торсе. Если он не побывал в больнице…

— Лия отлично тебя перевязала, — ответил Генри на невысказанный вопрос. — Мы не думаем, что запястье сломано, но ты несколько дней не сможешь пользоваться рукой. Что случилось?

«Дайте подумать…»

— Я выпал из окна.

— Он вел себя неосторожно, — пробормотала Лия, удаляясь на кухню.

— Неправда.

«Она в плохом настроении из-за того, что беспокоится обо мне? Может, я недавно не то ляпнул в бреду?»

— Мир сдвинулся.

— Я так и подумал.

Фостер слегка удивился и переключился на Фицроя:

— Вы ожидали чего-то в этом роде? Что? Это часть демонической конвергенции? В следующий раз предупреждайте.

— Я предполагал, что случится нечто подобное, а не конкретно такое вот.

— Очень загадочно. Я думал, вы разозлитесь сильней.

— Ой, он был весьма зол, — Лия появилась с кружкой в руке. — Сердился, вопил, обвинял меня в том, что я пытаюсь тебя убить. Генри, приподними его.

У Тони не было шанса выразить протест. Когда Фицрой его приподнял, то это оказалось не так больно, как он ожидал.

— А теперь выпей.

Вампиру пришлось помочь Фостеру вытащить здоровую руку из-под одеяла. Но стоило Тони взять кружку, и он стиснул ее достаточно крепко. Ассистент режиссера вдохнул запах мясного супа, и у пего потекли слюнки. Ему пришлось сперва сглотнуть, а потом уже приступить к трапезе. Тони сомневался в том, что выживет, если ему в нос попадет еще одна вермишелина в виде буквы, поэтому пил медленно, не дожидаясь соответственного предупреждения.

Все молчали, пока он не опустошил кружку.

— Там есть еще, — сказала Лия.

— Хорошо. — Фостер протянул ей кружку. — Я умираю с голоду.

— В буквальном смысле слова.

Тони снова переключился на Генри:

— Что?

— Ты в буквальном смысле слова умираешь с голоду. Твое тело не в состоянии выполнять то, что ты от него требуешь, да и все мы тоже.

— Вы от него ничего не… — Холодные пальцы легко коснулись шрама на горле Тони, и он счел нужным поправиться: — Ну хорошо, может быть, пару раз.

— Мы заставили лежебоку бежать марафон, — сказала Лия, вновь наполняя кружку. — В последние четыре дня ты почти непрерывно использовал свою силу, хотя и не был в достаточно хорошей форме.

— Спасибо.

— Я серьезно. Мир не кренился, Тони. Ты потерял сознание. Ладно, почти. — Лия смягчила свои слова, отступила от дивана и скрестила руки на груди. — Вот почему ты упал.

— Я потерял сознание?

— Да.

— Как-то не особо мужественно с моей стороны.

— Это не тема для шуток, Тони. — С этими словами Генри прижал ладонь к марлевой повязке. — Тебе нужно отдохнуть, набраться сил, выздороветь.

Фостер посмотрел на руку Фицроя. Осторожное нажатие оставалось за самой границей боли. Обитатель ночи говорил: «Я не хочу, чтобы тебе было больно» — или: «Если ты попытаешься встать, то я сделаю тебе больно!» Тони не знал, что именно.

— Сколько же я, по-вашему, должен отдыхать?

— Столько, сколько потребуется.

— Я не могу…

— У тебя нет выбора, — заметила Лия.

Судя по голосу, такая перспектива радовала ее не больше, чем самого Тони.

— Твое тело сейчас составляет план действий.

— Да, но к нам должны прорваться еще две дюжины демонов.

— Завтра, — сказал Генри, не терпящим возражений тоном. — Лия и Джек поедут, чтобы получить детальную информацию о стольких слабых местах, о скольких смогут.

— Разве Элсону не полагается быть на работе?

— В воскресенье у него выходной. Эми будет здесь, посидит с тобой, позаботится о том, чтобы ты спал, ел и не сотворил ничего глупого.

— Что она сделает? Эта особа напала на демона с подсвечником!

— Вот почему мы решили, что с тобой она управится. Как только ты сможешь снова владеть левой рукой, тебя отвезут к самым легкодоступным слабым местам. Сложные подождут, пока тебе станет лучше. Будем надеяться, к тому времени до них станет легче добраться. Чи-Би решил, что получить доступ к частной собственности, используя как прикрытие поиски мест для выездных съемок, — хорошая идея. Когда мы выясним, где в точности находятся слабые места, он, если придется, сделает несколько звонков с просьбой об одолжении. Ли вызвался использовать свою известность, чтобы отвлекать внимание там, где нет лестниц, с которых могла бы упасть Лия.

— Да у вас все распланировано.

«Если не считать Кевина Гровза».

Но Тони не собирался напоминать Генри о репортере. Он сам мог придумать, как использовать человека, умеющего распознавать ложь, но не хотел, чтобы такая идея пришла на ум Фицрою.

Фостер выпил суп, немного поспал, потом съел тарелку яичницы и жаловался ровно столько, чтобы Генри ничего не заподозрил.

Несколько часов спустя Тони выбрался из кровати и доковылял до туалета почти с закрытыми глазами, а на обратном пути понял, что в квартире пахнет лазаньей и пачулями. Предупреждение оказалось весьма кстати. Фостер не сделал ничего конфузящего, когда Эми поднялась из его единственного кресла, как акула в фильме «Челюсти» из морских глубин. Вот только в кино фигурировала большая белая рыбина, а Эми была вся в розово-черную клетку и…

«Ладно, сравнение не очень хорошее, но ведь я только что проснулся, поэтому сойдет».

— Привет.

Ближе всего оказался один из кухонных стульев, и Тони успел опуститься на него, прежде чем упал.

— И тебе привет.

— Выглядишь дерьмово.

— Смешно.

У Тони ныло запястье, синяков хватало, чтобы напоминать сто второго далматинца[115], а живот, похоже, присосался к спине.

Эми протянула Тони связку бананов, шлепнулась на другой стул и заявила:

— Генри сказал, что тебя надо кормить всякий раз, когда ты проснешься, но лазанья еще не готова, поэтому тебе придется съесть какую-нибудь здоровую пищу. Разве ты можешь сидеть?

— Вместо?..

— Вместо того, чтобы лежать.

— Некоторое время могу и посидеть.

Это был самый лучший банан… нет, два из всех, которые он когда-либо ел.

— Ты не жуешь.

— Это же банан, — запротестовал Тони, поглощая третий. — Ты сделала лазанью?

— Я тебя умоляю! — фыркнула Эми. — Купила замороженную, рассчитанную на целую семью. Ты выпал из окна?

Когда Фостер закончил рассказывать о приключениях волшебника и каскадерши, еда была готова. К тому времени как он закончил есть, глаза его сами собой закрывались.

— Эй, пусть Ли пошлет Донне свою надписанную фотографию на адрес «Сеаникс технолоджи», хорошо?

— В третий и последний раз, — со вздохом сказала Эми, опуская страдальца на диван-кровать. — Хорошо!

Когда Тони проснулся в следующий раз, в квартире пахло цыпленком, а Эми смотрела «Дневники принцессы-3».

Наверное, он издал какой-то звук, потому что гостья, не оборачиваясь, сказала:

— Да, я наслаждаюсь фильмами для девочек-подростков. Прежде чем поднимать из-за этого шум, кое-что вспомни. Ты сейчас так слаб, что я могу надрать тебе задницу.

Тони решил, что для начала ему хватит двух дюжин демонов, и молча поплелся в туалет.

— Сколько я проспал? — спросил он, вернувшись и снова усевшись на кухонный стул.

— Около трех часов. Я как раз собиралась достать из духовки цыпленка. Лия сказала, что на этот раз тебе больше нужна еда, чем сон.

— Ты приготовила цыпленка?

— Можно подумать, это трудно. Всю работу выполнила духовка. Но у тебя нет сковороды, поэтому мне пришлось сделать ее из трех алюминиевых тарелок для пирога, половины рулона фольги и крышки от банки с пикулями.

Тони не очень-то хотел об этом знать.

— Звонил Джек, — сказала Эми, пока он ел. — Они — не он лично, а копы, понимаешь, — нашли ногу того сторожа на Истлейк-драйв, на полпути к студии.

— Всю?

— Большую часть. — Эми положила на его тарелку еще одну ложку пюре быстрого приготовления. — Думаю, демон устал таскать ее с собой. Как ты думаешь, она была для него закуской или оружием?

— Тем или другим. А может, всем сразу.

— Да. Итак, ты не успеешь закрыть все новые слабые места?

— Если буду и дальше лежать здесь, то не успею.

Поскольку добраться до туалета и обратно, не держась за стену. Тони не мог, то лежание в постели казалось ему лучшим вариантом.

— Генри говорит, что если ты не дашь себе времени поправиться, то умрешь. Что тогда приключится со всеми нами? Если ты будешь жив, когда они прорвутся, то у нас появится хоть какой-то шанс. Как думаешь, какими они будут с виду?

— Кто?

— Новые демоны, тупица, — Эми возвела глаза к потолку.

— А какая разница?

— Мне просто любопытно.

— Лия говорит, что чем больше зло похоже на человека, тем оно опаснее.

— Еще страшнее, чем демон, которого мы прогнали из кофейни? Та чертова тварь с щупальцами, когтями и шинами, со ртами в неправильных местах и…

Тони поднял руку, оборвал это перечисление и предположил:

— Наверное, в данном случае это лучше считать метафорой.

— Ничего себе! Вот так метафоры. — Эми поджала губы, накрашенные в цвет бургундского вина. — Кое-кто не хочет всю жизнь пробыть стажирующимся ассистентом…

— Я хочу стать режиссером.

— Не только ты, но и половина Большого Ванкувера. Давай, соня, возвращайся в постель.

Когда Тони снова проснулся, он явно чувствовал себя лучше: хотя все его тело было покрыто синяками и ссадинами и он не мог двигать левой рукой, но стал сильнее. Сквозь повязки на боку просочилось немного крови, но Тони уже ходил, не держась за стены, и вспомнил, как надо жевать.

«Теперь я снова контролирую свое тело, а не оно меня. Но разве повредит делу, если я дам Джеку и Лии день на то, чтобы детально разведать слабые места? Вероятно, это ускорит развязку, когда я снова вернусь к своим обязанностям волшебника».

Пока Эми раскладывала по тарелкам красное желе, Тони позвонил Зеву, потому что хотел поговорить о чем-то нормальном, не относящемся к демонам. Он слишком быстро выяснил, что ему почти нечего сказать.

«Депрессия?

Как вы догадались, Шерлок?»

Когда в квартире стало темно, Фостер понял, что время истекает.

— Мне знаком такой взгляд.

— Какой?

Эми склонила голову к плечу, фыркнула и пояснила:

— Тот самый, который говорит: «Я собираюсь сделать что-то глупое». Генри сказал, чтобы я не давала тебе ноутбук.

«Неважно. Я могу призвать к себе комп, где бы тот ни находился.

Но и это тоже без разницы. Он мне не нужен».

— Я снова лягу.

— И уснешь.

— Конечно.

Тони закрыл глаза и сосредоточился. Двадцать четыре демона, которые вскоре должны были появиться, неплохо помогали это сделать.

Ему нужно было найти квадратную дыру для своего квадратного колышка.

Или круглую для круглого?

Тони не мог вспомнить точно и сомневался в том, что это важно.

«Если боль является обязательным условием того, чтобы я определил свое место в мироздании, то у меня имеются немалые запасы. Запястье ноет. Прибавь это к определению места. Бок болит. Учти! Нос чешется. Какого черта?..

Мироздание начало формироваться вокруг меня.

Там…

Нет.

Там!

Это боль. Это я. Та часть, которая не болит, — не я. А вот так части складываются вместе. Леди и джентльмены, мы — мир.

У меня и вправду мало времени, но если быстренько оглядеться из такого ракурса, то можно получить кое-какие полезные откровения».

Фостер позволил сознанию покинуть тело, миновал Эми и улыбнулся, увидев ее душу, похожую на сияющую башню света. Как будто шесть или семь больших театральных прожекторов направили в одну и ту же точку.

Его защитные чары были мерцающей красной клеткой, окружающей квартиру. Они обещали одновременно и безопасность, и угрозу. Тони надеялся, что так им и полагается выглядеть, но откуда, черт возьми, ему знать? Слишком часто в последнее время он палил наугад.

За защитными чарами еще одна башня сияла так ослепительно, что Тони не нужен был контакт, чтобы разглядеть ее.

«Генри.

Странно, что душа обитателя ночи так ярка.

Вовсе нет, учитывая, кто он такой.

Фицрой.

Черт!

Не осталось времени играть в туриста.

Некогда быть инвалидом».

Тони снова погрузился в свое тело и сделал вдох, желая успокоиться. Он заставил себя расслабиться, вернуться в свое место в мироздании, в свою квадратную и (или) круглую дыру.

Поколебался.

Вспомнил.

Уж лучше бы не вспоминал.»

Пытаясь не сжиматься в ожидании боли, Тони вылечил свое запястье и раны, которые куст оставил в боку. А потом загнал чистейшую боль как можно глубже. Он видел противоречие в использовании магии, лечил раны, которые причинило ее применение. Еще Фостер знал, как это обойти.

Он выгибался до тех пор, пока не стал касаться матраса лишь пятками и головой. Перед тем как потерять сознание, он услышал голос Генри и был рад, что Эми не придется объясняться по поводу воплей, услышанных вампиром.


Глава двенадцатая | Дым и пепел | Глава четырнадцатая