home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 7

– Это был всего лишь фоторобот, Джилиано. Это не фотография.

– Знаю. Но у него необычное лицо.

Я его лицо четко представляла. Хотя вообще эти фотороботы были, как ни странно, какие-то безликие. По ним очень трудно опознать человека в толпе.

Четыре года назад был составлен портрет насильника на основании рассказов его жертв. Все они признали, что изображение вышло похожим. Почти ангельское выражение, нежные пухлые щеки. Глаза как будто тонули в них, отчего создавалось впечатление, что он косит. Тонкая полоска усов над верхней губой была незаметна на темном лице. Но некоторые из женщин упоминали ощущение от соприкосновения кожи с жесткой щетиной.

– Когда это было? – спросил Майк.

У Джилиано была неплохая память. Он редко забывал лица посетителей, даже если после первого посещения они появлялись спустя несколько недель. Едва взглянув на гостя, он понимал, усадить его на привилегированные места в центре, отправить на выселки ближе к кухне или предложить столик у комнаты отдыха.

– Дня два-три назад, – стал припоминать Джилиано. – Поздно, ближе к двенадцати ночи.

– Так два или три? – переспросила я. Если два, то он напал на Аннику Джелт сразу же после вечера, проведенного здесь.

– Фентон! – крикнул Джилиано, поднимаясь из-за стола.

Подойдя к бармену, он стал что-то расспрашивать вполголоса. Тот подумал немного, затем пожал плечами.

– Он уверен, что позавчера он тоже запомнил этого типа, а накануне у него был выходной, – объявил Джилиано, возвращаясь.

– А с кем он приходил?

– Их было трое, – стал рассказывать Джилиано. – Похожи на работников инвестиционного банка. Я эту породу знаю. Двое не переставая трещали по телефону о рынках, сделках и капиталах. Ни слова о бабах. Зато шелестели наличными.

Джилиано не только описал их манеры и одежду, но и вспомнил, какой марки были их золотые часы.

– Все довольно странные, – заключил он. – Может, Фентон знает, кто это.

Джилиано подозвал рукой бармена, и тот подошел к столу. Фентон тоже ни с кем из них не был знаком.

– Точно ни с одним? – допытывалась я. – И никого из них раньше не видели? Может, кто-то расплатился кредиткой?

– Двое из них положили на стойку по сотне. Я сам их проверил.

– Джилиано, к тебе не заходят по дороге, – сказал Майк. – Сюда приезжают специально. И определенная публика. Политики, знаменитости, звезды спорта и просто денежные люди. Они сидят здесь и гудят ночи напролет, а вы говорите, что о посетителях вам ничего не известно. Стаканчик виски самое малое стоит здесь восемь долларов. Так кто же эти люди, Фентон? Ты слышал их разговор?

– Немного, – ответил тот. – Парень, который расплатился первым, видимо, француз. Говорил в основном он. По-моему, они просто завернули к нам с какой-то вечеринки, прежде чем разойтись.

– Среди них был один черный?

– Да.

– А он что делал?

– В основном пил. Не помню, чтобы он разговаривал.

Майк взглянул на меня.

– Возьмете меня в команду? – пошутил Джилиано. – Только оставьте меня здесь же, в «Примоле». Это будет мой наблюдательный пункт. Надеюсь, смогу внести свой вклад.

– Договорились, Джилиано, – сказала я. – Хотя, как видишь, в этом деле пока ничего не ясно. Обещай, что позвонишь 911, как только заметишь того человека.

– У тебя еще есть какие-то сомнения? – удивился Майк. – Ты же сама говорила, что Шелковый Чулок живет или работает где-то рядом. Распространяла информацию по школам, собирала жильцов окрестных кварталов.

Да, это была сложная и неблагодарная задача, которую выпало решать нам с Мерсером. Рядовой преступник обычно атакует при первой возможности. Неважно, кто ему подвернется. Хоть пятнадцатилетняя, хоть семнадцатилетняя. Он нападает, стоит ей оказаться одной в неудачном месте и в неудачное время. Однако на этот раз все было по-другому. Этот охотился на женщин определенного типа: высокого роста, стройные, за двадцать. До сих пор он не изменял своим вкусам. Нам регулярно поступали запросы на проведение встреч с жителями кварталов, в которых орудовал Шелковый Чулок: мы рассказывали, какого поведения придерживаться, чтобы максимально обезопасить себя от его нападения. Но на встречи приходили в основном дамы старше шестидесяти, которым ничто, в сущности, не грозило.

– Будьте всегда начеку, – напоминала я. – Обращайте внимание на мужчин, которых вы встречаете в гастрономе. Когда приходите в ресторан на углу, приглядывайтесь к посудомойщикам, которые работают до часу ночи, потому что он нападает в начале второго. К швейцару, ответственному по подъезду, к мужчине, который оказался рядом с вами на платформе метро.

– Он вполне мог появиться и в твоем любимом ресторане, Куп, – проговорил Майк.

– Да, конечно. Ресторан находится в зоне, где он промышляет, – ответила я и обратилась к Джилиано: – В следующий раз проследи за тем, чтобы его стакан не попал к посудомойщику. Нам нужен образец его слюны для сравнения ДНК. – Потом сказала: – Пора, Майк. Я ног не чувствую.

Мы вышли на улицу. Майк усадил меня в машину, подвез до дома и дождался, пока швейцар не впустит меня внутрь и не проводит до лифта.

Я включила свет, сняла пальто. Повесила его в шкаф. Прошла в спальню, захватив пачку писем, которые оставила на тумбочке домработница. Сигнал автоответчика не мигал. Очередная примета моей новой одинокой жизни. Джейк Тайлер умудрялся дозваниваться мне, где бы он ни находился. И оставлял сообщения, в которых говорил о любви. Я приходила домой на ночь глядя, сгибаясь под страшным грузом насилия и беды, с которыми мне приходилось сталкиваться на работе. Эти сообщения возвращали меня к жизни.

Я включила местный канал новостей. С трудом разделась, умылась и наконец рухнула в постель. Вначале был репортаж о неисправностях на городской атомной станции, потом – об автомобильной аварии на Таймс-сквер, в которой погибли трое туристов. После этого показали заявление начальника полиции.

Мерсер стоял за его плечом. В заявлении комиссара говорилось, что специальный отдел по расследованию преступлений в Манхэттене идентифицировал нападение в девятнадцатом районе Верхнего Ист-Сайда.

Репортеры, столпившись у подиума, торопливо записывали обстоятельства преступлений. В руках у них были копии фоторобота. Сам фоторобот был вывешен на стенде рядом с Мерсером.

– Этот случай открывает уже третью серию нападений в новом году, – сказал комиссар.

– Каким образом вы скрыли от нас две другие? – выкрикнул Микки Даймонд, ветеран газеты «Пост».

Да, дела обстояли не лучшим образом. Всего лишь последняя неделя января – а в Манхэттене уже объявились три насильника.

– Первый насильник орудует в Чайнатауне, – сказал начальник полиции. – Три случая похищения женщин. Все они в Америке незаконно. Конечно, это никак не влияет на подход к расследованию. Но члены их семей неохотно идут на контакт. Поэтому мы были бы признательны за любую информацию.

Комиссар давал понять, что остальным ничто не грозит: преступник охотится лишь на бедных нелегальных эмигранток, которые боятся обратиться в полицию.

– Второй – в Вашингтон-хайтс, – продолжал он. – С конца прошлого года было пять случаев. Все они произошли в местах, где собираются наркоманы…

– Наркота?! – прервал его Микки. – Наркоманы и проститутки?

– Микки, жертвы принадлежат к маргинальным социальным группам, – осторожно ответил комиссар. – Сейчас они с нами охотно сотрудничают… У нас несколько подозреваемых… Мы существенно продвинулись по этому делу…

Неудивительно, что по поводу первой и второй серии нападений не проводилось никаких пресс-конференций. Над этими случаями круглыми сутками и прилагая все усилия работал наш отдел и специальный отдел по расследованию преступлений в Манхэттене. Но власти считали, что они не касаются большинства жителей Манхэттена. Место расположения. Важно место расположения, как говорят в агентствах по продаже недвижимости. Но то, что происходит в Верхнем Ист-Сайде, всегда привлекает внимание и часто попадает в газеты.

Начальник полиции продолжал доклад.

– Двадцать первого января в три часа ночи было совершено нападение на двадцатидвухлетнюю женщину. Она направлялась домой, заходила в подъезд особняка – 337, Шестьдесят шестая улица, между Первой и Второй авеню.

Он подробно описал действия преступника. Нападение с ножом всегда привлекает больше внимания, вызывает больше тревоги, чем обычное изнасилование. По непростительному легкомыслию многие считают, что изнасилования происходят по вине жертвы в той же степени, что и по вине преступника. Людям нравится думать, что с ними-то ничего подобного не случится.

Наконец начальник полиции бросил этой своре гончих лакомый кусок:

– Может быть, вы помните серию преступлений четырехлетней давности. Тоже в Девятнадцатом районе. Они так и остались нераскрытыми. Мы считали, что преступник бесследно исчез. Ваша братия тогда дала ему прозвище Шелковый Чулок. Слишком изысканно для этого животного.

Публика зашевелилась.

– Тот самый? – крикнул один из репортеров.

– Серологическая экспертиза подтвердила, что…

– Мы полагали, что новое дело не связано с изнасилованием, – перебил его другой репортер. – Как вам удалось получить ДНК?

– В данный момент мы не вправе сообщить вам, какими вещественными доказательствами располагаем. Скажу одно: анализы продемонстрировали соответствие ДНК преступника и генетического материала, изъятого с места преступления. Это подтвердило нашу уверенность в том, что дела связаны между собой. Создана оперативная группа по расследованию преступления. Сейчас мы расскажем об этом подробнее.

Комиссар предоставил слово начальнику службы детективов.

– Сколько было изнасилований? – спросил юнец из газеты городского управления.

– Пять изнасилований и еще четыре попытки, – ответил начальник службы.

Еще восемь дел лежало у меня в папке. Официально пока не подтвердилось, что они связаны с другими преступлениями Шелкового Чулка. Но слова, которые, по рассказам этих восьми жертв, произносил преступник, его сексуальное поведение безоговорочно свидетельствовали о том, что все эти нападения совершены одним и тем же человеком.

– Как выглядела последняя из жертв?

Подобный вопрос мог задать только Микки Даймонд. Репортеры из новостных газет никогда не интересовались внешностью жертвы. Но бульварная версия должна будоражить воображение и не может без этого обойтись. В ней обязательно фигурирует нимфетка с высветленными волосами или пышногрудая зрелая красавица с голубыми глазами. Эти образы замещают реальных женщин. Правило конфиденциальности запрещает разглашать имена.

– Он еще пользуется шелковыми чулками или перешел на синтетические? – Даймонд явно старался развлечь остальных.

Я выключила телевизор, когда стали призывать граждан к содействию и пообещали вознаграждение за информацию, способствующую аресту преступника.

В семь утра я выглянула, чтобы забрать прессу. Лицо насильника смотрело на меня с первых полос двух бульварных газетенок. В «Таймс», в рубрике «Жизнь города», тоже было помещено его изображение. Я приняла душ, оделась и выехала на своем внедорожнике пораньше, чтобы припарковаться как можно ближе к офису – так не хотелось идти в этот холод по обледенелому асфальту.

Моя секретарша, Лора Уилки, подготовила сводку сообщений, которые поступили на нашу «горячую линию». С утра я просмотрела эту сводку. За небольшое вознаграждение люди готовы были заложить бывших мужей, вероломных любовников, неблагодарных племянников. Вся информация будет передана в отдел расследования для контрольных звонков.

Затем я просмотрела дело Дарры Голдсвит и подготовила список вопросов для дачи показаний на заседании присяжных. А около одиннадцати из приемной, где сидела Лора, послышался голос Чэпмена:

– Доброе утро, Монетка-Конфетка. Поцелуемся?

Теперь я знала, что до конца недели у Лоры будет отличное настроение. Она таяла на глазах, когда Майк начинал слегка флиртовать с ней.

Детектив вошел в кабинет. Запустил пальцы в густую черную шевелюру, спадающую на лоб.

– Тебе привет от Кармина Каппоцелли – поставщика самого чистого и эффективного крысиного яда. Он подтвердил, что в тысяча девятьсот семьдесят восьмом году произвел первую партию.

– Мы уже знаем об этом из этикетки.

– Верно, – согласился Майк. – Но поставлять его начали только в семьдесят девятом. Это корректирует самую раннюю дату появления скелета в шкафу. Видишь, всегда нужен хороший сыщик. Вы, юристы, горазды строить отвлеченные гипотезы. С ними можно год убить на ненужную работу.

– Какие еще полезные звонки ты сделал?

– В отдел нераскрытых преступлений, – ответил Майк. – Говорил со Скотти Тареном. Мы условились встретиться здесь, чтобы вместе съездить в морг. Проверим, как там дела у Дорфмана.

– Останки двадцатипятилетней давности. Интересно, с чего он начнет исследование.

– Мой отец тогда еще патрулировал улицы. Подумать только, он мог расследовать это дело. Нужно представить себя в то время и в том месте. Представить мир, который окружал эту девушку…

– Легко сказать.

– Вспомни, что тогда происходило, Куп. «Крамер против Крамера»[7] получил «Оскара», мать Тереза получила Нобелевскую премию мира, Маргарет Тэтчер стала премьер-министром Великобритании, в Иране свергли шаха, книга «Выбор Софи»[8] стала бестселлером в Америке, саундтрек к «Лихорадке субботним вечером»[9] признали альбомом года. Питсбург выиграл чемпионат по бейсболу, в Уимблдоне Мартина обыграла Крисси. Кроме того, лошадь Спектакьюлар Вид выиграла на скачках в Кентукки, умерли Джон Уэйн и Нельсон Рокфеллер. Только один из них при этом оказался на коне – причем не тот, кто должен был. Ты еще слушаешь?

– В общем, да.

– В Нью-Йорке было совершено 854 убийства, двести шестьдесят три человека пропало без вести. Наша малышка в их числе. Скотти останется только опознать ее. Думаю, к пятнице это будет сделано. А где Мерсер?

– Он должен приехать в час.

– Я с твоим коллегой Педро де Хесусом с прошлого лета готовлю к суду дело о перестрелке.

– Ну и дурак. Если поторопиться, к весне, может, успеем.

В дверях Майк столкнулся с Микки Даймондом. Наверняка тот пришел с целью вытащить из меня все, что знаю о насильнике.

– Я тебе должен, Чэпмен. Пообедаем за мой счет у Форлини?

– В другой раз, приятель, – ответил Майк, обходя Даймонда.

– Он вам не рассказывал? – начал Микки. – Мы поспорили, что в День святого Валентина вы будете одна. Я, признаться, думал, что у вас с Джейком все серьезно…

Неудивительно, что Майк вдруг собрался уйти.

– Делаете ставки на моей личной жизни? – Мне стало так горько. – Ты, наверное, дни считал до того, как Джейк меня бросит? Вы настоящий друг, детектив Чэпмен. Старая дева, одна… спасибо за участие.

Я распахнула окно у себя за спиной и зачерпнула пригоршню снега, который скопился на крышке кондиционера. Майк сбивчиво извинялся, в то же время пытаясь остановить Даймонда.

– Атекс, можешь подкинуть пару сенсационных подробностей дела в Ист-Сайде? – переменил тему Микки. – Для завтрашней первой полосы?

– Нет у меня ничего! – не выдержала я. – Сделай одолжение, отвали! Новости будут в начале недели! Проваливай вместе с Чэпменом и держись от меня подальше!

Я скатала снежок и залепила им Майку прямо в макушку.

– И не вздумай писать мне валентинки, негодяй! Я всегда успею разместить объявление в «Пост».

– Хуже, чем в прошлый раз, уже не будет, – пробормотал Майк, отряхивая снег.

Несколько лет назад – тогда я только что стала работать в отделе – Даймонд, испытывая недостаток в материале, нацарапал опус под названием «Дама-юрист не ответит на любовный свист». Он не переставал твердить о том, что выбор профессии юриста был моей большой ошибкой. Ни один мужчина в здравом уме не станет встречаться с женщиной, которая может принять его ухаживания за преступные поползновения.

– Маркс Гарпо, он еще жив? Он немой. Идеально тебе подходит, – пробурчал Майк. – Может, и для Микки кого-нибудь подыщу. – Выходя с Даймондом из кабинета, он обратился к нему: – Ты не представляешь, на что мы вчера наткнулись!

– Майк!

Я пыталась его остановить, но он уже вышел. Не хватало только, чтобы Чэпмен проговорился о скелете, пока я не увиделась с окружным прокурором. Эта встреча, возможно, не принесет никаких результатов. Но Батталья с меня шкуру спустит, если тревога окажется ложной.


Глава 6 | Заживо погребенные | Глава 8