home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement






Несколько позже. Атолл Улиси. Моту-кей Бегеф восточнее моту Асор.

Тбанги вошел в воду и, держа на вытянутых руках котел с рагу, скомандовал:

– Джени! Подставь коробку!

– Готово! – Ответила австралийка, придвинув контейнер на среднем заднем сидении акваглайдера так, чтобы котел оказался точно сверху.

– Уф! – Африканец опустил котел и влез на пластиковый поплавок, – теперь надо это привязать, чтобы не выскочило, да!

– Куда мы едем? – Спросила она.

– Моту Делесаг, – сказал он, махнув рукой на вест-норд-вест, в какую-то точку на невидимом отсюда дальнем полупогруженном барьере, – тут немного, шесть миль, докатимся за десять минут. Я потом по всяким делам, а ты там разберешься.

– А что там такое?

– Наши копы тебе помогут, я их попросил, они сказали «да», – лаконично ответил Тбанги, завязывая последний узел крепежного шнура на контейнере с котлом и занимая место за штурвалом. – Камеру держи крепче, будет немного трясти.

Завертелся пропеллер, быстро переходя от басового гудения к комариному звону, и акваглайдер, описав крутую дугу, ринулся по диагонали через весь северный сектор лагуны, гулко стуча пластиковым дном по слабым волнам.

Делесаг оказался голым выступом рифа, овальным островком метров 200 длиной. С восточной стороны видно было, что барьер уходит вниз, образуя судоходный канал полмили шириной. За каналом наблюдалась цепь островков, уходящая по барьеру на восток. С западной стороны от Делесага по полупогруженному барьеру шел как будто километровый фрагмент автомобильной дороги на сваях поверх мола. На Делесаге у въезда на дорогу стояли башенки наподобие низкорослых маяков, а в конце дорога упиралась в другой миниатюрный островок, но покрытый зеленью.

– Это аэродром, – сообщил Тбанги. – Сейчас я выгружу тут свежие лепешки и котел с хавчиком, а ты отвезешь девчонкам, ОК? Копы тебе помогут.

– ОК, – сказала Дженифер, спрыгивая на мелководье у берега. – А куда поедешь ты?

– На Лосиеп, – сказал африканец, и махнул рукой на юго-восток. – Надо отвезти тете Ми морской салат и морские фрукты для мелких. Типа, свежие детские витамины. Да.

После того, как Тбанги умчался на акваглайдере, австралийка недолго оставалась в одиночестве (а точнее, в компании котла с рагу и мешка с лепешками). Со стороны миниатюрного зеленого островка по взлетно-посадочной полосе резво подкатил квадроцикл, за рулем которого сидела девушка очень похожая на Хва, но года на три старше, одетая в синие шорты и майку с желтой надписью «Ulithi Foa Police» слева на груди и вооруженная коротким ружьем, привычно-небрежно заброшенным за спину.

– Aloha, glo! Ты – Джени Арчер, а я – Пак Хики, кузина Хва. Поехали на Паелленг.

– Aloha, – ответила австралийка. – А ты не поможешь мне… Э…

Договаривать не пришлось. Кореянка с удивительной легкостью подняла контейнер с котлом и водрузила на багажник квадроцикла. Дженифер оставалось только залезть на сидение, бросив рядом мешок с лепешками.

– Тбанги классный мужчина, – сказала Хики, разворачивая компактную машину почти на месте, – девчонкам с ним повезло. Но они тоже молодцы: умеют хватать удачу за хвост.

– Да, я заметила, – Дженифер кивнула и улыбнулась. – А Паелленг это зеленый островок?

– Точно. Там контрольный пост, там мы и будем арестовывать самураев – недолетчиков.

– Кого – кого?

– Экипаж японского «Фантома – Хамелеона», – пояснила кореянка.

– А откуда они тут? – Удивилась австралийка, глядя то на убегающие назад столбики ограждения взлетно-посадочной полосы, то на зеленую шапку над островком впереди.

– Они ещё не тут, но, по ходу, через полчаса будут. Комитет по встрече уже собрался. Ребята из MFRR и один офицер из нашего Гестапо. Ну ты поняла, ага?

Дженифер Арчер знала, что аббревиатура MFRR означает «Mar Forza Reaccion Rapida» (Морские силы быстрого реагирования), а «нашим Гестапо» в Меганезии, с некоторым юмором, называют военную разведку INDEMI. Компания, увиденная минутой позже на островке Паелленг, более-менее соответствовала образу, который австралийка заранее нарисовала в своем воображении.

Несколько молодых парней и девушек. Одни – экипированы так же, как Хики (и они, очевидно, из «Ulithi Foa Police»). Другие одеты в комбинезоны «коала»: что-то вроде жилеток-разгрузок в сочетании с шортами-килтом. На жилетке эмблема «MFRR», из длинного правого бокового кармана торчит рукоятка короткоствольного автомата. И офицер (точнее, обер-лейтенант) Ив Козак – крепкий 30-летний мужчина в полевой тропической униформе болотного цвета и в зеркальных очках – «тонтон-макутах». Выбритый наголо череп, жутковатый шрам на щеке и рыжие усы придавали офицеру брутальный вид, но с первых же слов стало ясно: канак как канак.

– Aloha, мисс Арчер. Я признателен вам, как представителю прессы…

– Можно просто: Джени, – перебила она.

– Прикинь, обер-лейт, Джени наш человек, – добавила Пак Хики.

– Тогда просто… – Обер-лейтенант обаятельно улыбнулся. – Ты со своим TV и ваши морские туристы здесь очень кстати. Когда придурки из «Красного креста» начнут кричать, что мы зверски обращаемся с японскими военнопленными…

– А они начнут? – Снова перебила австралийка.

– Начнут-начнут, – уверенно сказал Ив Козак. – А сейчас я представляю тебе первую группу захвата… Первая спецгруппа! Подойдите сюда для телерепортажа!

– Если есть первая, то, видимо, есть и вторая? – Предположила Дженифер.

– Вторая группа, – ответил он, – уже вылетела на точку, где манчжурская субмарина.

Дженифер удивленно тряхнула головой.

– Манчжурская субмарина? Манчжуры это ведь Цин-Чао, не так ли?

– Совершенно верно. Там ты тоже сможешь поучаствовать и снять репортаж. Вот эти ребята, капралы MFRR Екен Яау и Лэсси Чинкл тебя добросят.

Парочка старшего студенческого возраста: атлетически сложенный очень темнокожий фиджиец и относительно светлокожая креолка, похожая на спортивную танцовщицу, синхронно улыбнулись и коротко кивнули.

– Лэсси Чинкл? – Переспросила австралийка. – А математик Кватро Чинкл, это…?

– …Мой старший брат, – договорила «танцовщица».

– …Вот это… – Продолжил Козак, – звено прикрытия: Атсо Маёми и Атсо Наоми из локальной полиции и Атсо Рензо, капрал MFRR.

Трое очень загорелых японцев: две очень похожие друг на друга девушки и парень одновременно и совершенно одинаково подмигнули австралийке.

– Они всегда так делают, – сообщила Хики, – хотя, между прочим, близняшки только девчонки, а Рензо на полтора года младше.

– А обязательно открывать наши семейные тайны? – Спросила Наоми, делая вид, что обижена таким нетактичным заявлением.

– Это для прессы, прикинь? – Ответила кореянка. – Тут все должно быть четко. Джени, можешь черкнуть: их маме, Атсо Куми, в 16-м году филиппинский президент вручил «медаль заслуг» за спасательную операцию в проливе Балинтанг, это около Лусона.

– О! Действительно интересно! Потом расскажете?

– Ага, – лаконично подтвердил Атсо Рензо.

– …И звено авангарда, – объявил Ив Козак, – Пак Хики и Ким Вйо, локальная полиция, Ким Хвен, капрал MFRR и Квэк Таури, сержант MFRR. Таури! Внимание!

– Слушаю, шеф.

– Репортер Джени Арчер на твоей ответственности. Инструктаж и все такое.



Инструктаж состоялся на северном берегу миниатюрного островка, на узком пляже, выходящем на внешнее мелководное плато рифового барьера, которое, в 200 метрах севернее, обрывалось в открытый океан. Там волны вспухали пушистыми брызгами, и катились к пляжу, уже потеряв большую часть силы, но увеличив высоту. То, что надо любителям поплавать в условиях легкого экстрима. Именно такими любителями были полдюжины австралийских туристов, которые сейчас кувыркались в этих волнах.

– Типа, они будут наши понятые, – пояснил Квэк Таури. – Шеф пообещал дать им час времени, чтоб по-всякому снять клипы на память на реальном японском истребителе-бомбардировщике 7-го поколения.

– На американском, – поправила Лэсси Чинкл, – машинка F-4-Phantom II «Chameleon» разработана группой «McDonnell Douglas» в штате Миссури, а выпускается концерном «Boeing», в штате Вашингтон. Правда есть данные, что основные цеха перемещены в Малайзию… Хэх! А кому вкусных яблок с Понпеи? Утром они ещё росли на дереве!

– Ставь всю корзину в центр! – Потребовал сержант Квэк. – И не сбивай меня с темы!

Продолжение инструктажа сопровождалось громким хрустом пожираемых яблок.

– Уточняю, – сказал сержант. – Сделанный в Малайзии, но, как бы, в Америке, самолет японских «коку дзиэйтай», что в переводе значит «воздушные силы самообороны». В Японии, как вы знаете, официально, по конституции, нет ни армии, ни ВМФ, ни ВВС. Однако, по факту всё есть. В частности, этот самолет-невидимка.

– Типа, «F-117 Night Hawk»? – спросила Ким Вйо.

– Темная ты, сестричка, – ответил капрал Ким Хвен, похлопав её по шее. – Технология «Stealth» это уже древняя история. Сейчас в Америке рулит технология «Tip-skip».

– Пижон, – буркнула она, пихнула его в бок, и сообщила всем. – Мой братик с детства выпендривается. Мама его избаловала, вот что. Типа, первый ребенок, ах-ах.

– Короче! – Рявкнул Квэк Таури, звонко хлопнув ладонью по колену. – В отличие от малозаметных самолетов первых поколений, «Фантом-Хамелеон» почти невидим не только на радарах, но и оптически. Как инопланетянин в старом фильме «Хищник».

– А сколько эта машинка стоит в деньгах? – Поинтересовался Екен Яау.

– В «Нихон Симбун» была info, что 200 миллионов долларов, – ответил Атсо Рензо.

– Охереть… – Выдохнула Маёми.

– Меня бы жаба задушила за такие деньги, – честно призналась Наоми.

– Это специальная цена, – сказала Лэсси, – оффи так пилят национальный бюджет.

Пак Хики задумчиво и сосредоточенно поскребла макушку обеими руками.

– Теоретически понятно. Но, блин, 200 мегабаксов за штуку!.. Какая богатая страна Америка, если она выдерживает такое экономическое цунами.

– Уже не выдерживает, – возразила Ким Вйо, – уже надо сливать эти штуки в Токио.

– Так! – Прервал эту дискуссию Квэк Таури, – у нас мало времени. Как только наш акустический датчик и интерференционный радар покажут дистанцию 20 миль, мы выдвигаемся на позицию. Джени, ты сразу надеваешь вот этот броник и эту каску и идешь за мной, пять шагов позади и два шага справа. Если я крикну «ложись!», то ты падаешь на землю. Ничего не переспрашиваешь, просто падаешь и лежишь, пока я не скажу «можно встать». И не поднимай голову. Это очень важно, понимаешь?.. Кстати, Рензо, твоя задача, чтобы понятые не высовывались раньше времени. Они будут без броников и касок, так что, пока есть вероятность, пусть остаются в укрытии.

– Ясно, сержант, – отозвался тот.

– Вероятность стрельбы? – уточнила Дженифер.

Квэк Таури неопределенно пожал плечами.

– Прикинь, гло. Арестовывать японских японцев будут наши этнические корейцы. По историческим причинам это может шокировать. Мало ли…

– А почему бы не поручить это вашим этническим японцам? – Спросила австралийка, бросая взгляд на тройку Рензо – Маёми – Наоми.

– Потому, – ответил сержант, – что нам поставлена задача: немного шокировать.

– Хм… – Произнесла Дженифер, – а, кстати, ты кореец или японец?

– Я кореец. В смысле, моя мама кореянка. А папа – японец. Редкий случай.

– Значит, есть некоторое… – Австралийка слегка замялась… – Предубеждение?

– Непримиримая религиозная вражда, – трагическим тоном произнесла Пак Хики, – я, корейская девушка, почитающая Цзо-оан, духа Созвездия Ковша, не смогу полюбить японца, поклоняющегося Аматэрасу, богине Солнца. Это же очевидно!

Возникла пауза. Все участники группы захвата нахмурились… И хором заржали.

– Прикинь, Джени, – продолжила кореянка, – наши мамы, приехав в Меганезию, очень боялись раствориться здесь и искали парней той же крови и языка. Так что в нашем поколении почти все дети – моноэтники. Но мы родились здесь, мы говорим на лифра, пиджин и фую, и в нашем поколении дети часто полиэтники по крови. Все просто.

– Понятно… – Дженифер кивнула, – а что такое «фую»?

– Типа, тайваньский эсперанто. Продвинутый римейк древнего языка Рюкю.

– В Цин-Чао этот язык объявлен обще-манчжурским, – добавил капрал Ким Хвен.

– Кстати, – сообщила Лэсси, – мой братик Кватро был в группе соавторов фую. Это его первая международная работа, ему тогда исполнилось 16 лет. Он так гордился! Это он предложил взять за платформу для «Fuyu» не «Esperanto», придуманный в 1887-м и страдающий еврокультурой, а универсальный и культурно-независимый «Toki pona», придуманный в 2001-м. Эксперты пишут, что это была классная стартовая идея!

– Значит, «фую» придуман 13 лет назад? – Уточнил Екен Яау.

– Ага. Кватро же показывал тебе фото-альбом. Там 11-й год Хартии.

– Да… Точно… Хэх… Тринадцать лет они к этому готовились, и…

– Кто они? – Удивилась Лэсси.

Екен Яау собрался ответить, но в этот момент раздалась заунывная сирена.

– К бою! – Скомандовал сержант Квэк, и началось…

…Сначала казалось, что к островку приближаются два дрона-рэптора, похожие на серебристые ромбики. Они летели параллельно с интервалом около ста метров, и колеблющееся марево между ними казалось каким-то аэродинамическим эффектом. Только когда дроны разошлись в стороны, а марево осталось и начало заходить на лэндинг с востока, со стороны моту Делесаг, Дженифер сообразила, что это и есть «Фантом-Хамелеон». Ну, точно, как инопланетянин в костюме-невидимке в старом фантастического боевике «Хищник»… Оглянувшись, она увидела, что семейка Атсо, вооружившись снайперскими винтовками, уже заняла позиции для стрельбы на трех бамбуковых площадках, подвешенных на манер гамаков на кокосовых пальмах. Что касается Екена и Лэсси, то они с винтовками устроились прямо на пальмах.

Шасси «Хамелеона» чиркнули по ВПП, он прокатился примерно километр и застыл примерно в ста метрах от зеленой шапки моту Паелленг. Сержант Квэк Таури поднял небольшой мегафон и чётко произнес.

– Экипажу выйти из самолета на полосу.

– Они не слышат, турбины ещё не остановились, – заметил Ким Хвен.

– Логично, – согласился сержант, подождал, пока гудение (кажущееся отсюда совсем негромким) окончательно стихнет, снова поднял мегафон и повторил приказ.

Сейчас самолет выглядел, как огромная стеклянная линза причудливо-сглаженной дельтаобразной формы, стоящая на трех серебристых опорах с черными колесами.

– Какая красивая игрушка, – прошептала Ким Вйо.

– ещё бы она была некрасивая, за 200 мегабаксов, – отозвалась Пак Хики.

В верхней выпуклости линзы возникла четкая овальная трещина, и часть гладкой поверхности отошла назад. Из открывшейся кабины на плоскость правого крыла неуверенно выползли две человеческие фигуры в тускло-серебристых шлемах и в мешковатых крапчатых комбинезонах.

– Трапа нет, – сказал Квэк в мегафон, – так что не торопитесь, слезайте аккуратно.

– А если кто-нибудь из них упадет? – Взволнованно спросила Дженифер, снимая этот эпизод на TV-камеру.

– Не страшно, – буркнул Ким Хвен, – от крыла до грунта чуть больше двух метров.

Японским пилотам удалось справиться с несложным акробатическим упражнением и теперь они стояли около правого воздухозаборника.

– Десять шагов вперед, – приказал сержант.

Пилоты послушно прошагали эти десять шагов.

– Шлемы, личное оружие, ремни и все карманные вещи – на полосу.

Короткая суета, и на полосе образовалось две кучки разнородных предметов.

– Двадцать шагов вперед, – последовал новый приказ.

Пилоты переглянулись, с опасением глядя на рубиновые маркеры лазерных прицелов, мерцающие у каждого из них на бедре и в середине туловища.

– Двадцать шагов вперед, – спокойно повторил Квэк. – В случае неисполнения приказа будет применена сила… Так… Теперь руки за голову, и замрите. Не бойтесь, никто не собирается стрелять в вас. Проводится обычная процедура безопасного задержания.

Сержант положил мегафон, вынул из кармана пистолет-пулемет и сказал: «Пошли». Дженифер, чувствуя себя неуютно в непривычном бронежилете и каске и ещё более неуютно от участия в этом достаточно жестоком мероприятии, двинулась вслед за сержантом, стараясь держаться на пять шагов сзади, на два шага справа. Камерой она фиксировала по очереди то идущего впереди и слева капрала Ким Хвена, то девушек, двигавшихся по краям полосы, то неподвижно замерших японских пилотов… Когда дистанция сократилась так, что они могли рассмотреть группу захвата, на их лицах отразился ужас. Похоже, их действительно шокировали полисмены-корейцы.

А ещё через четверть минуты, Пак Хики и Ким Вйо ловко защелкнули на запястьях пленников наручники. Сержант Квэк помахал ладонью над головой, давая знак, что понятые с представителем INDEMI могут подойти и начать осмотр. Австралийские туристы, кажется, были в восторге – такой спектакль! Они на ходу окружили обер-лейтенанта Козака и забросали его вопросами, как гида в каком-нибудь музее.

– Ив, а почему такая процедура захвата?

– Это стандартные действия при задержании потенциальных террористов.

– А что сделали эти японские парни?

– Они выстрелили торпедой по неустановленной пока цели в нашей акватории.

– Они стреляли по военному судну или по гражданскому?

– Как я уже сказал, мы не знаем точно, в кого они стреляли. Возможно, это субмарина флота Цин-Чао, а возможно – какой-то другой объект. Но это, по-любому, бандитизм. Представьте, что у вас на Большом барьерном рифе какой-то субъект стал летать и бросать торпеды с центнером взрывчатки. В воде, между прочим, могут быть туристы, рыбаки… И не забудем о морских животных, которые становятся первыми жертвами подобных военно-бандитских безобразий. Вы уже успели немного посмотреть атолл Улиси, и вы, наверное заметили, какая здесь богатая подводная фауна…

Австралийцы одобрительно зашумели. Теперь им начинало казаться, что локальная полиция обходится адекватно с этими двумя воздушными бандитами, но некоторые сомнения ещё оставались. И обер-лейтенант Козак поспешил их развеять.

– Как я понимаю, вы опасаетесь, что с этими японскими парнями будут обращаться негуманно. Но вы можете выступить социальными контролерами. Великая Хартия предоставляет право контроля только нашим гражданам, но не запрещает офицеру, проводящему дознание, согласиться с контролем любых нейтральных лиц.

– Вот это, я понимаю, демократия! – Произнес один из австралийцев.

– А уже можно фотографироваться на истребителе? – Спросила его подружка.



Параллельные события в океанском треугольнике Окинотори – Улиси – Палау. | Драйв Астарты | Островок Паелленг, через час.