home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Программа «За горизонт!» с Дженифер Арчер.

-----------------------------------------------------------

Привет всем! Мы продолжаем репортаж о неспокойном Хэллоуине, который здесь, в Туамоту, на атолле Фетиамити (называемом также Анти-Мекка), начался сегодня по австралийско-новозеландскому часовому поясу, а завтра продолжится по гавайскому поясу. События в мире складываются так, что мы не можем не говорить о некоторых политических проблемах. Напомню новости последнего часа. Автобус с 48 туристами, австралийцами прибыл в пункт Фарас на границе Судана и Египта. Нескольким из них сейчас оказывают медицинскую помощь. Автобус захватили исламские террористы из Судана прошлой ночью. В ночной перестрелке погиб офицер Пол Бантам из полиции Сиднея, его коллега Алихан Аль-Барик из полиции Абу-Симбела, и ещё двое египтян: водитель автобуса и гид, их имена пока не сообщаются… Террористы освободили австралийских граждан без каких-либо условий только вследствие того, что авиация Шонао начала массированную бомбардировку Хартума, столицы Северного Судана.

Теперь о событиях в Таиланде. Четверо туристов из Новой Зеландии, захваченные исламскими террористами в Паттайе, освобождены диверсионным отрядом Красных кхмеров в ходе жесткой операции, при которой убито почти 200 человек в Паттайе и в Бангкоке. Сейчас эти четверо новозеландцев находятся на острове Ко-Кут, на границе Таиланда и Камбоджи, в зоне контроля Красных кхмеров Кхеолонга. Сообщается, что проблем с возвращением новозеландцев домой нет, они в полевом госпитале и будут переданы на австралийский корвет «Индевер» в присутствии Ананда Четта (принца Таиланда) и Кайемао Хаамеа (мэра-короля Северного Тимора – Атауро).

Эти события, конечно, сказались на отношении к мусульманам в Австралии и Новой Зеландии. Называя все своими именами: речь идет о прямой угрозе погромов, а ряд общественных движений предлагает выдворить всех мусульман. На таком фоне мы общаемся с Логрисом Уайтмидом из «Amnesty International»… Логрис, вам слово.

-----------------------------------------------------------


Уайтмид повернулся в сторону глазка видеокамеры и, после паузы, произнес.

– Я не готовился к выступлению. Все произошло слишком внезапно. Я успел только вылететь из Лондона в Кефлавик, а оттуда – на Фетиамити, где фактически находится источник драмы с заложниками. Я имею в виду «Анти-Каабу», или «Анти-Мекку»…

– Пардон, – перебил Ламек. – Это с чего вы взяли, что источник драмы здесь?

– Мне казалось, что это очевидно, – мягко сказал Уайтмид, – и я попробую объяснить, почему. Смотрите: вы организовали это мероприятие. Вы не будете спорить, что оно предельно оскорбительно для людей мусульманской культуры?

– Если и так, то что? – Спокойно поинтересовался меганезиец.

– Людям, – продолжил Уайтмид. – свойственно протестовать, если их оскорбляют. Но выразить свой протест здесь они не могут. Их просто убьют, не так ли?

– Почему же? – удивился Ламэк. – Вот вы приехали и выражаете протест. Вас кто-то убивает? По-моему, нет. Вас пальцем никто не тронул, верно?

– Да, – британец кивнул. – Но дело в том, что я знаю ваши законы и основные обычаи, поэтому я могу выражать свою позицию тем способом, который допускается в вашей стране. А большинство из тех мусульман, которых вы оскорбили, не обладают этими знаниями. Кроме того, обида возбуждает их эмоции. Вот они не могут выразить свой протест здесь. И они выражают его в нецивилизованной форме у себя на родине. Я не оправдываю их, но ведь их действия индуцированы вашим мероприятием.

Ламэк сделал паузу, оценивая этот аргумент, и чуть заметно улыбнулся.

– Вы, Логрис, пытаетесь тут доказать, что ветер дует потому, что парус надувается. Бандитизм мусульман вызван их кораном и шариатом, а повод всегда найдется.

– Ламэк, вы полагаете, что такой повод надо создавать специально?

– Я повторяю, Логрис, это не имеет значения. У бандита повод всегда найдется.

– Вы считаете ислам плохой религией, – ответил Уайтмид. – Что ж, это ваше право. Но давайте признаем очевидное. В данном случае вы намеренно создали повод. Не было никакой необходимости создавать «Анти-Мекку» и рекламировать это мероприятие.

– Дайте-ка я отвечу, – вмешалась Орлет. – Не знаю кому как, а мне противно потакать террористам и подавлять свои желания в угоду их запретам. Пора вспомнить, что мы свободные люди. Или вы против свободы самовыражения, мистер Уайтмид?

– Нет, я лишь против того, чтобы страдали невинные люди. Сейчас уже есть множество убитых и раненых, включая и австралийцев. Дальше в Австралии могут начаться анти-исламские погромы, на которые последуют ответные погромы в странах ислама. Я за свободу самовыражения, это важное право. Но соразмерна ли та цена, которую другие люди вынуждены будут заплатить за эту конкретную форму самовыражения?

– Идите к мусульманам, – предложила Орлет, – объясните им про права человека и про других людей, которые страдают. Почему вы давите на нормальных людей?

– Я разговариваю с вами потому, – ответил он, – что вы можете воспринять аргументы, обращенные к гуманизму и разуму…

– Для мусульман есть другие аргументы, – мгновенно отреагировала Орлет, – бомбы генерала Ндунти отличное средство убеждения, как оказалось.

Уайтмид поднял руки вверх, как будто сдавался кому-то в плен.

– К сожалению, вы привели именно тот контраргумент, которого я ждал. Вы сейчас не испытываете по отношению к мусульманам ничего, кроме неприязни, и нет никакого смысла рассказывать вам о детях, сгоревших заживо при пожарах в Хартуме…

– …Тогда зачем вы это рассказываете? – резко перебила его Дженифер.

– Я упомянул об этом лишь, чтобы подчеркнуть: вы решили, что все мусульмане это неприятные и подозрительные люди, и на этом основании вы одобряете кассетные бомбардировки их стран и поддерживаете идею выгнать их всех из Австралии. Вы закрываете глаза на тот факт, что из полумиллиона австралийских мусульман лишь несколько тысяч – радикалы. Остальных – за компанию. Так проще всего, верно?

– А что предлагаете вы? – Спросила Орлет, – любоваться, как этот сброд хозяйничает в нашей стране по своему шариату за счёт нашего бюджета? И мне плевать, что не все мусульмане – террористы. Мне достаточно того, что все террористы – мусульмане.

– Не знаю, насколько вы готовы воспринять мое предложение, – со вздохом произнес Уайтмид. – Но я попытаюсь. Я предлагаю действовать по закону, чтобы санкции были применены только к экстремистам. Да, это потребует сил и времени, но это позволит сохранить принцип, на котором построено любое цивилизованное общество: каждый отвечает за свои поступки, а не за поступки любого, кто исповедует ту же религию. И отвечает перед судом, а не перед толпой сердитых вооруженных людей. И не думайте, будто я предлагаю это ради мусульман. На самом деле это нужно всем австралийцам. Достаточно один раз применить репрессии к социальной группе, которая не нравится большинству, и это будет повторяться раз за разом все с большей легкостью. Вслед за мусульманами будут репрессированы ещё какие-нибудь люди, чьи взгляды или образ жизни не нравится большинству. Потом начинается принудительная унификация. У народа должен быть один фюрер. Или одна раса. Или одна религия. Или одна партия.

– …Или одна хартия, – спокойно договорила Орлет.

Представитель «Amnesty International» снова печально вздохнул.

– Этой реплики я тоже ждал. Вы ведь сейчас живете в Меганезии, и у вас тут семья…

– Я австралийка! – Орлет прицелилась в него пальцем. – …В отличие от вас, мистер Уайтмид! Я родились в Австралии, и мои предки живут в Австралии больше двух столетий! Это моя страна, а не ваша! Какого хрена вы лезете со своими советами?!

– Тише, тише, – нежно произнес Ламэк, положив огромную ладонь ей на плечо. – Ты знаешь, что такое «юрист»? Это тот человек, профессия которого: представить свою позицию зрителям в выгодном свете, а оппонента представить неуравновешенным, агрессивным и неумным субъектом. Это написано даже в школьном учебнике…

– Все, я уже успокоилась, – проворчала она, погладив его руку. – Спасибо Ламэк.

– Я все время рядом, мы партнеры, – ответил он и, лучезарно улыбаясь, повернулся к Уайтмиду. – Вы ждали реплики про хартию? Хотите поговорить об этом подробнее?

– Мне жаль, что вы так предубеждены против моей профессии… – начал британец.

Ламэк сделал огромные удивленные глаза и развел в стороны свои мощные лапы.

– Я говорил о вашей профессии, но вы лично внушаете мне огромное уважение! Ваш героический приезд в нашу тоталитарную унифицированную страну, где так жестоко преследуют любое инакомыслие, делает вам честь!

– К чему вы это говорите, Ламэк?

– Просто я ответил на вашу реплику о предубеждении. А теперь, если вы не против, вернемся к вашему предложению, адресованному австралийцам.

– Да, разумеется, – Уайтмид кивнул.

– …Вы предложили, – продолжил меганезиец, – действовать по закону, чтобы санкции были применены только к тем мусульманам, которые являются экстремистами, так?

– Именно так. Цивилизованное общество не должно наказывать невиновных.

– Прекрасные слова! – Воскликнул Ламэк, – Очень хорошо, что вы юрист и можете нам объяснить, какие мусульмане – экстремисты, а какие – нет. Ведь вы можете, так?

– Простите, пожалуйста, но я не могу подменять собой австралийский суд.

– Нет, нет! – Ламэк снова выпучил глаза. – Я не прошу вас решать что-то про какого-то конкретного мусульманина. Я прошу только объяснения: что такое экстремизм?

– Тогда, конечно, я могу ответить. Экстремизм в юридическом смысле – это движение, направленное на присвоение публичной власти без демократических выборов.

Молодой меганезиец мгновенно вытащил из наплечного браслета коммуникатор и привычно потыкал пальцем в экранчик.

– Ага… Публичная власть бывает законодательная, судебная и исполнительная. Для экстремизма надо направляться на присвоение всех трех, или достаточно одной?

– Согласно теории права, – пояснил Уайтмид, – захват любой ветви публичной власти эквивалентен захвату всей власти.

– О! Так, всё, оказывается просто! – Обрадовался Ламэк и повернулся к компании, продолжавшей оживленно болтать около огромной тыквы. – Кэп Виго! Срочно нужна помощь с info! У тебя в коммуникаторе должен быть список австралийских жрецов – мусульман, которые выступают за шариат для всего общества.

– Мусульманские жрецы, – крикнул капитан Виго Рэдо, – бывают разные: факихи, кади, муфтии, муджтахиды, муллы, муэдзины, улемы, имамы и шейхи. В числе имамов есть аятоллы, а в числе шейхов, по теории, есть халифы, но реально все халифы вымерли.

– А можно просто список всех, кто за шариат? – Спросил Ламэк, – ранг не волнует.

– Можно, – подтвердил капитан INDEMI, вынимая свой коммуникатор. – Так. Список формируется. Полминуты… Готово! 2276 фигурантов. Но часть данных про них для служебного пользования. Я могу это тебе показать только по решению судьи.

– А мне лишнего не надо. Если не трудно, скинь на ноутбук Дженифер то, что не для служебного пользования, а для общего. Ага?

– Для общего – легко… Так… Дженифер, info у тебя.

Ламэк помахал капитану ладонью.

– Mauru-uru Vigo!… Ну, вот, Логрин. Теперь мы имеем список экстремистов, которые действуют для захвата власти. Скажи, что ты предлагаешь с этим делать дальше?

– Не у нас есть, – уточнила Дженифер Арчер, щелкая по клавиатуре. – А у всех есть. Я разместила эти данные на сайте Gibb-River TV.

– О, боже! – Произнес Уайтмид, глядя на экран. – Что вы наделали?!

– А что? – Холодно спросила она. – Австралийцы имеют право на info. Разве нет? Мне, кстати, самой интересно почитать. Вот председатель ассоциации исламских общин сказал: «Австралия может и должна стать мусульманской страной, ибо большинство австралийцев разделяют исламские ценности и принципы шариата»…

– Черт! – Буркнула Орлет. – Я надеюсь, есть парни, которые… Это… Объяснят ему.

– Это, по ходу, плагиат, – сообщил Уфти, поискав через свой коммуникатор. – Фраза исходно принадлежит фигуранту, который рулил этой ассоциацией в 2006-м году.

– Джени, – сказал Виго Рэдо. – Я не понял, что вы решили, но, если надо, есть список австралийских шариатских политиков, которые не жрецы, а деятели муниципальных правлений и окружных комитетов. Есть даже три депутата вашего парламента…

– Надо! – Решительно сказала она, и добавила, глядя в камеру. – Я хочу выразить очень серьезную благодарность мистеру Логрину Уайтмиду из «Amnesty International». Это правозащитная организация, аккредитованная при ООН. Мистер Уайтмид, как вы уже заметили, приложил свой дар убеждения, чтобы предотвратить акты насилия против мирных граждан, которые, по каким-то личным или семейным причинам исповедуют ислам. По-моему, если пострадают такие граждане, нам всем будет очень стыдно…

– Послушайте!… – перебил Уайтмид, но…

…Но исландский сценарист Торверк Хникарсон поймал его за рукав.

– Дьявольски здорово, что я встретил юриста, специализирующегося на шариате! Я интересуюсь этими законами в плане своей профессии. Тут у меня список действий, которые наказываются побитием камнями насмерть. Скажите, есть ли какая-нибудь дифференциация размера и типа камней в зависимости от жанра танца…?

– Пожалуйста, – сказал Уайтмид, – не отвлекайте меня на…

– …Но вы же говорили о шариате. Там за танцы побитие камнями по статье 6-2-51. Называется: Хаарам-гайри-зулми. Вы оценили, как я правильно произнес?

– Но, мистер Хникарсон! Я специалист по гуманитарному, а не исламскому праву!

– Как это?! – Удивился исландец. – Ведь ваша организация уже более четверти века занимается юридическим обоснованием джихада. Даже раньше, в 2010 году ваш председатель Клаудио Кордон объявил… Подождите, я процитирую вам прямо из репортажа «Times»…. Вот: «Оборонительный джихад мусульман против неверных является легитимным средством борьбы и не нарушает основных прав человека».

– Минутку, я все объясню…

– Да, да! Это мне очень интересно! – Исландец улыбнулся и закивал головой, будто заведенный. – Это сказал ваш председатель в Эр-Рияде, на конференции по шариату. Поэтому я понял, что у вас настоящие специалисты. В моем новом фильме сцена…

– Может быть, отойдем в сторону? – Быстро предложил Уайтмид. – Понимаете, тут Дженифер Арчер в прямом эфире и не хотелось бы ей мешать!

– Конечно! – С энтузиазмом согласился Хникарсон, – пошли в бар, там есть отличная девчонка, которая смешивает коктейли. Она шимпанзе или вроде того по расе. Вы не расист? Нет? И не мусульманин, вам не запрещен алкоголь? Нет? Ну, тогда пошли, я угощаю, а вы мне подробно расскажете про гуманитарную теорию джихада.



Фетиамити (округ Туамоту, Меганезия) | Драйв Астарты | 14. Красные Кхмеры – это совсем не то, что вы думаете.