home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement





Центральная Атлантика. 9 С.Ш., 30 З.Д.

Ночной океан для человека за бортом превращается в нечто наподобие подземного царства Аида из античной мифологии. Темнота, только усугубляемая светом звезд, который создает неясные блики и тени на волнах. Окружающее пространство может показаться огромным черным водяным мешком, объединяющим и воду, и небо, а сознание того, что внизу – тысячи метров тьмы, населенной подводными монстрами, способными закусить человеком, как шоколадным батончиком, никак не добавляет оптимизма. Ужас – паника – апатия. Такова обычная последовательность состояний, которые проходит индивид, оказавшийся в такой неприятной ситуации.

Все сказанное выше относится к стандартному индивиду, или даже не индивиду, а массовому продукту урбанистической культуры условно-западного образца, или к продукту другой массовой культуры, воспринимающей природную среду (особенно океанскую и особенно в темное время суток), как имманентно-враждебную. Но если индивид порожден натуралистически-ориентированной культурой или (как вариант) переориентирован на объективное отношение к природе, тогда другое дело.

Хавер де Гамбоа, Папа Климент XV (в прошлом – офицер спецназа военной разведки Бразилии, имевший опыт боевых действиях в джунглях, в болотах и в прибрежной акватории) относился как раз к последней категории индивидов. Он объективно и конструктивно оценивал ситуацию, и (как грамотный боевой офицер) не забывал о необходимости «морально поддерживать личный состав» (см. памятку командиру, выполняющему автономную боевую операцию). Если бы не чёткие приказы Папы, «Личный состав» (пилот Грего Аркандэ и штурман Бенито Сантено) перешел бы в категорию «необратимые потери» примерно три часа назад, когда «Embraer-Ferry» дернулся в воздухе, а через пару мгновений стало ясно, что правый движок разбит вдребезги. До перехода полета в падение было несколько десятков секунд. С одной стороны – очень мало, а с другой – гораздо больше, чем предусмотрено нормативом: «Действия спецподразделения при аварии воздушного транспортного средства на оперативном маршруте». Накинуть надувной жилет, надеть парашютный ранец и сваливать на хрен – вот и все действия. Казалось бы, ничего сложного, но в реальной ситуации далеко не все способны выполнить это без предварительной тренировки. Аркандэ и Сантено, в недавнем прошлом служащие военно-транспортной авиации, умели выполнять этот норматив, но растерялись от неожиданности. Только вовремя отданный приказ в сочетании с крепким подзатыльником подтолкнул их к нужным действиям. В результате они не превратились в куски свежего мяса среди обломков самолета, а стали живыми организмами, плавающими в океане в компании Папы.

Итак, в данный момент Хавер де Гамбоа «морально поддерживал личный состав».

– Вы, мальчики, – произнес он лежа на спине так, что над водой иногда торчало его оранжевое пузо, точнее, пузо спасжилета, – …не понимаете, как вам обоим повезло. Господь лично для вас совершил чудо. Снаряд, направленный в наше транспортное средство, не привел к немедленному разрушению, и вы не получили даже царапин.

– Но почему Господь не мог устроить, чтобы снаряд вообще прошел мимо? – Робко спросил Аркандэ, сплевывая соленую воду.

– Ты совсем обнаглел, Грего? – Поинтересовался Папа. – Ты думаешь, Бог должен обслуживать тебя, как VIP-клиента? Подавать тебе авто к дверям, смешивать тебе коктейли, разбираться с твоими женщинами, к которым ты, кстати, относишься по-свински? Ты так думаешь, засранец? Отвечай, когда я спрашиваю!

– Простите, дон Хавер, я ничего такого не имел в виду. А на счет женщин, я тут не виноват. Откуда я знал, что эта дурочка Лита залетит? И какого черта она ничего не сказала мне, а вместо этого позвонила Белли? Белли не то, чтобы очень ревнивая, но услышать такое по телефону… А потом я прихожу домой и получаю по лбу этой бутылкой. Хорошо, что вскользь, а то бы я не отделался синяком на фасаде…

Пилот замолчал – очередная волна плеснула ему в лицо и вынудила отплевываться. Климент XV ткнул его пальцем в плечо и сообщил:

– Во-первых, ты неправильно надел спасжилет. Распредели его по телу и застегни на поясе, тогда тебя не будет болтать, как дерьмо в сортире, а когда ты снова раскроешь пасть, тебе туда не забросит полпинты воды. Во-вторых, ты закономерно получил бутылкой по морде. Если ты завел любовницу, что, кстати, грех, то ты должен был сделать так, чтобы она не познакомилась с твоей женой, или же познакомить их сам, чтобы это не произошло в неудачный для тебя момент.

– А я тебе говорил: не заводи постоянных любовниц, – вмешался Сантено, – я вот не завожу постоянных, и моя Камилла ничего не знает. Очень даже замечательно.

– Балбес! – Сказал ему Папа. – Будь у твоей жены побольше логики, ты бы уже сто раз попался. Но твоя жена просто золото. Веселая, симпатичная, хорошо готовит, любит детей и совершенно не умеет логически мыслить. Зачем ты вообще ей изменяешь?

– Ну, не знаю… – Произнес штурман. – Оно как-то само получается. И потом, все так делают… Дон Хавер, а я вдруг подумал: что, если я дам обет?

– Это какой ещё обет? – Удивился Климент XV.

– Ну, такой, что если мы выберемся из этой передряги, то я больше не буду изменять своей жене. Может, Бог услышит и пошлет какой-нибудь корабль, как вы думаете?

Папа немного покачался на воде и попробовал, в порядке тренировки, разглядеть появляющиеся над волнами пальцы ног (ботинки и носки, разумеется, были давно сброшены). Добившись в этом успеха, он ответил на вопрос штурмана.

– Бенито, ты балбес, как я уже сказал. Какой толк в обетах, которые ты даешь, когда находишься объективно в жопе и мечтаешь, чтобы Господь тебя оттуда вытащил? Никакого толка. Вот если, по возвращении домой, сидя в вечернем клубе и глядя на симпатичных девчонок, которые крутят попками и сиськами, ты вдруг поймешь, что клеиться к ним будет нечестно по отношению к Камилле, тогда другое дело.

– С чего это я в вечернем клубе вдруг такое пойму? – Совершенно искренне удивился Сантено, – вот если бы вообще не ходить в этот клуб… Но куда тогда ходить?

– А ты попробуй пойти в вечерний клуб с Камиллой, – предложил Папа.

– Ну вы и скажете, дон Хавер! Кто же в такой клуб ходит с женой?

– На ней не написано, что она твоя жена. Иди с ней в клуб, как если бы ты её склеил.

– А потом? – Растерянно спросил штурман.

– Потом в парк, или на пляж, или на чердак, я не знаю, как у вас теперь принято. Вот увидишь, Бенито, какой получится интересный эффект.

Сантено замолчал, сосредоточенно пытаясь вообразить себе действия с собственной женой, рекомендованные Климентом XV, а пилот Аркандэ вздохнул и спросил:

– Мне-то что теперь делать, дон Хавер? В смысле, с Белли и Литой?

– По-моему, – сказал Папа, – ты на данный момент сделал все, что мог. Лучше пока ничего больше не делай, а то снова получишь по лбу, но не вскользь, а фронтально.

– Как? Совсем ничего не делать? – Уточнил Аркандэ.

– Совсем, – твердо сказал Климент XV. – Тебе, болвану, повезло, что тебя любят две толковые женщины, и что они сами решили между собой договориться. Но если ты начнешь встревать в это, то тебе так разукрасят физиономию, что ты сможешь идти работать в Голливуд играть инопланетных монстров без грима. Когда ты вернешься домой после того, что сегодня произошло… Я не буду сейчас читать тебе лекции по женской психологии. Когда мы доберемся до телефона, ты сам поймешь.

На поясе у Папы висел отличный спутниковый телефон, но именно сегодня связь временно отсутствовала по причине войны между Альянсом и Нуэва-Гранада.

– Дон Хавер, а нас правда найдут? – С надеждой спросил Сантено.

– Мальчики, вы уже двадцатый раз об этом спрашиваете, – проворчал Климент XV и, подняв правую кисть, посмотрел на светящийся циферблат часов. – Я двадцатый раз объясняю: найдут, если мы все сделаем правильно и вовремя. Вовремя это в данном случае значит: через четверть часа.



15 января. Stringer online. Теракт в Риме. | Драйв Астарты | Через четверть часа, тремя милями севернее.