home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement




Футуна-и-Алофи, остров Алофи, ферма Карпини. После заката Солнца.

Название «Домик Мао Цзедуна», с легкой руки Люси, приклеилось к произведению «Кооперативной технической школы-фабрики» г. Тулуала (СРТЛ) крепче, чем юная мидия прилипает к облюбованной подводной скале.

– Я думаю вот как, – произнесла Пума, устраиваясь на циновке в середине широкого треугольного балкона мансарды этого домика. – …Я думаю, Флер посмотрела какой-нибудь фильм про инопланетян. Поэтому домик Мао Цзедуна получился такой. Да.

– А что тут неправильно? – С ноткой возмущения в голосе поинтересовалась Люси, решившая отстаивать профессиональную репутацию старшей сестры.

– Тут все правильное, – спокойно ответила Пума, – …но инопланетное.

– Считай это комплиментом, – посоветовал Хаген.

– Это и есть комплимент, – уточнил Рон. – Мы недавно летали на Гавайи. В рекламных брошюрах отелей непременно есть фраза типа: «У нас открылся бар с инопланетным интерьером». Не обязательно бар. Можно бассейн или кинозал, но про инопланетный дизайн обязательно. Как бы, мейнстрим моды.

Пума энергично кивнула головой.

– Это комплимент. Да. Хороший домик на четверых. В меру инопланетный. А янки на Гавайях делают не в меру инопланетное. Все из-за инопланетной карты.

– Что-что? – Переспросила Люси.

– Секретариат АПС издал новую карту мира, – пояснил Рон.

– АПС это Ассоциации Прогрессивных Стран, – добавила Пума. – Когда янки выгнали ООН из Нью-Йорка, остался большой офис. Пришлось сделать АПС, чтобы все это не стояло зря. Теперь АПС нарисовал и напечатал инопланетную карту на пластике. Её можно вешать на стену для хорошего настроения. Она очень прикольная. Мы купили несколько штук. Одну мы подарим Йи, она любит рисованные карты.

Хаген идеально-отточенным движением подбросил пачку, прикурил сигарету, точно выпавшую между его пальцами, и поинтересовался:

– Глянуть-то можно на это чудо полиграфии?

– Мой рюкзак, – произнес Рон, – …лежит в углу у тебя за спиной. Там такие длинные тубусы. Вынимай любой. Они одинаковые.

– Придется освободить центр, – вздохнула Пума, и переместилась на циновку к Рону.

– Люси, включи свет, а? – Попросил Хаген, расстилая шуршащее полотнище посреди балкона, – …Сейчас посмотрим…

На рейке, торчащей из крыши прямо над балконом, зажегся яркий фонарь.

– Гм… – Произнесла Люси, глядя на ярко раскрашенный прямоугольник, занявший значительную часть балкона. – В школе на географии полушарий ровно два. Я точно помню! А здесь их десять. По ходу, я не поняла прикола.

– Это инопланетная карта! – Проникновенно напомнила Пума.

– Ну, инопланетная, и что?

– Я врубился, – сообщил Хаген, – Тут не только Земля. Тут ещё есть Луна… Венера… Марс… И ещё какая-то фигня. Ктулху, что ли?

– Это Церера, – сообщил Рон, – на ней уже есть территориальные притязания и даже столица: Аглулик. Точечная закраска означает, что притязание крайне спорное.

– А кто претендует? – Спросила Люси.

– Вот сноска по цвету. Это мы претендуем. Но наши претензии не очень признают.

– А что за радуга на Венере?

– Это цвета всех участников проекта «Astarta-Ballista». Бразилия, Чили, Меганезия, Аотеароа, Канада и Фриюнион-Папуа.

– Вовсе не радуга, – добавила Пума. – В радуге семь цветов, а тут всего шесть.

Люси вытянула губы трубочкой и покивала головой.

– Огромная разница, ага!… О, Мауи и Пеле! Что они сделали с Марсом?!

– К нему приклеен Фобос, – пояснил Рон. – Типа, Фобос маловат, чтобы рисовать его отдельно. Такой арт-стиль. К Южному полюсу Венеры так же приклеен Лингам.

– Эротично… – оценил Хаген, – А вот Луну разрисовали как-то скучно…

– Зато Землю разрисовали весело, – заметила Люси, перемещая внимание на родную планету, – Мне нравится, что Антарктида разноцветная. На картах ООН раньше её рисовали белую, унылую, а теперь прогресс… Так… А что там рядом с маминой подарочным островом-латифундией?…

– Остров слишком маленький для такой карты, – заметила Пума.

– Это понятно. Я смотрю просто дельту Замбези… Joder! В школе на географии на политических картах все более-менее однотонное, а тут все в полоску, в клетку или в крапинку. Ни фига не понять…

– Раньше было мало спорных территорий, – ответил Рон, – а теперь мало бесспорных. Поэтому в АПС придумали несколько градаций спорности с условной штриховкой.

Пума подошла к карте, присела рядом с Люси на корточки и похлопала её по плечу.

– Сейчас я тебе все объясню. Как гид на экскурсии, да! Ваш остров в Республике Ло-Замбези, так по карте. Она спорная, но не очень, потому что контролируется военно-морским корпусом ZAREMO. Это те же мпулуанцы, никаких проблем. С востока – Мадагаскарский пролив. На другой его стороне бесспорный Мадагаскар, а на севере Коморские острова. На них есть бесспорная Франция, спорная Франция и спорный Мозамбик. Дальше у берега Занзибар, это спорные США. А ещё дальше Сомали, оно белое в черную клеточку. Гуманитарная катастрофа. Лучше не ездить. Если хочется экзотики, то там недалеко остров Сокотра. Это почти бесспорный Китай.

– С чего это Китай – экзотика? – Удивился Хаген.

– С того, что там китайцы-банту. Кажется, из Эфиопии. А бывшее население, которое йеменское, куда-то пропало. Уехало, наверное. По-любому, это направление какое-то мутное. Я тебе лучше расскажу про Великую Африканскую Вилку. Прямо от вашего острова можно подняться по Замбези, повернуть на север, на озерную цепь. А оттуда можно повернуть на запад, в Великое Конго. Там все покрашено, как попало, четыре способа штриховки… Там лучше спрашивать перед тем, как куда-то ехать. Найди там любого офицера-зулу, он тебе объяснит. К северу от Великого Конго – Судан. Южный Судан нормально, Северо-Восточный Судан так сяк, а Северо-Западный Судан очень стремно, лучше не соваться, там все белое в черную клеточку.

– В смысле, гуманитарная катастрофа? – Уточнил Хаген.

– Да. Для нее специальный значок. Я уже говорила.

– Ясно. А управляет там кто?

– Вот гуманитарная катастрофа и управляет, – ответил Рон.

Хаген почесал в затылке.

– Ни хрена себе…

– Просто не надо туда ездить, и все, – оптимистично заключила Пума. – А если тебе хочется на север, то есть Нил. Видишь: по обе стороны от него полоса цвета хаки. Называется: милитаризованная зона безопасности. Она идет из Великого Конго, по спорному Египту и по бесспорному Египту до островов Средиземного моря.

– Мне хочется совсем на север, – сообщила Люси. – Исландия, Гренландия, Канада, Приполярная Скандинавия… Короче, неандертальские территории.

– Пока только Гренландия и Исландия неандертальские, – заметила Пума.

– Ага. Остальные на очереди. Типа, тенденция.

– А я вот смотрю и думаю про нейтральные океаны, – сказал Хаген. – По ходу, скоро придется изобретать для них специальную штриховку или узор в крапинку.

– Это почему? – Спросил Рон.

– Потому. Знаешь, зачем доктор Мо катается на Тетрабублик Хат-Хат?

Экс-коммандос пожал плечами.

– Ничего особенного. Покупает технические новинки сравнительно дешево.

– Нет, бро. Новинки его, конечно, интересуют, но гораздо больше его интересует сам Тетрабублик. Недавно один авторитетный хомбре из Берегового братства за кружкой пальмового пива невзначай у меня спрашивал: может ли штука вроде Тетрабублика использоваться в открытом океане? Я ему популярно объяснил, что может. Он очень обрадовался. И знаешь, сколько заказов на эти штуки получили Шуанг и Торрес?

– И сколько же?

– Полста единиц. Прикинь?

– Прикидываю… – Рон закурил сигарету. – …По ходу, картографам из АПС придется изобретать узор для береговых братьев на плавучих берегах. Но это, в общем, не беда. Никто не заплачет. Но, есть и другой, как бы, строитель. Крупнее по калибру.

– Жерар-рулетка? – Спросила Люси.

Рон Батчер чуть заметно кивнул и негромко произнес:

– Недавно он заскочил к нам на Пелелиу. Как обычно, пообщаться. Мы поездили по полигону и уселись пить какао на ком-пункте. Речь зашла о перехвате ракет нового поколения, и Жерар спросил: а что мы – Сиггэ, Йи, Екико, Ринго, Пума и я – об этом думаем? Он так хитро управлял темой, что слова «патрульная астронавтика» первым произнес Сиггэ. Тогда я сказал Жерару, что он манипулирует и что такой способ постановки задачи не принят между респектабельными рыцарями плаща и кинжала.

– А что? – Спросил Хаген. – Нормальная постановка. Я читал про эти ракеты нового поколения. Они выстреливаются, типа, на эллиптическю орбиты со скоростью до 10 километров в секунду и маневрируют, чтобы в любой момент спрыгнуть и за четверть минуты врезать по цели. Я так понимаю, что для их перехвата надо иметь патрули на орбитах высотой километров пятьсот, чтобы прихлопнуть ракету в начале прыжка.

– По сути всё верно, – согласился Рон. – Я добавлю: патрули на кораблях, способных корректировать орбиту в широких пределах. Летать туда-сюда по космосу, как пчела-растаман по полю ганджубаса. Сейчас ничего подобного просто нет.

– Вашей команде дали подряд на разработку такого корабля? – Предположила Люси.

– Нет, – Рон улыбнулся. – Это было бы слишком. Наша команда получила заказ на отработку тактики таких боевых машин и на определение технических требований, которые будут включены в задание на проектирование. Прототип корабля должен появиться через полгода, а на вооружение они поступят в следующем январе. Мы занимаемся также тренингами патрульных экипажей. Уже занимаемся. Во как…

– Имеете шанс на хороший табаш, – заключил Хаген. – И, как бы, ничего стремного.

Люси протянула руку и почесала ему затылок.

– Хэй! Хаг! Врубись! Рон не зря дважды повторил про тренинги.

– Не зря, – откликнулась Пума. – И они не зря учатся летать с базы типа «Лапуту».

– С аэрофлотирующей платформы, – уточнил Рон. – Четыре тепловых баллона-сферы, сцепленные квадратным каркасом, на котором палубы.

– Auf! – Хаген поймал руку Люси и на несколько секунд застыл, – аэрофлотирующие платформы! Это же из проекта «Astarta»! Поселок «Лапуту» для хабитации Венеры.

– Так, да, – Пума похлопала его по плечу. – На Венере есть зона Аталанта, хорошая, с океаном. её начинают хабитировать через год. Аэрофлотирующая платформы на 200 хабитантов. Откуда появятся эти 200 людей?

– Если бы, – медленно произнес Хаген, – это опять были элаусестерцы, как намекают в открытом описании, ты бы не спросила. Значит на самом деле не они, а кто-то другой.

– Кто-то другой, – отозвалась афро-меганезийка.

– …Кто-то другой, который тоже годится для такого дела.

– …И, – добавила Люси, – кто-то, с кем Жерар-Рулетка уже много-много работал.

– Юниоры из угла Рароиа! – Уверенно сказал Хаген, – фрирайдеры Туамоту.

Рон Батчер утвердительно кивнул.

– Верно. Летучие фрирайдеры. Мифические туземцы Терра-Илои, тихие завоеватели Северного Чагос и Южных Мальдивов, негласные участники проектов «Caravella» и «Taikobao», продукт естественного отбора нескольких поколений хиппи, аккуратно обработанный по методике, специально изобретенной Жераром-Рулеткой.

– И как они в военно-космическом деле? – Поинтересовался Хаген.

– Неплохо, – ответил Рон. – Конечно, на объектах типа «Диогеновых бочек» они бы не смогли заменить элаусестерцев, точнее, вообще не смогли бы там обитать. Им нужен простор, они очень не любят закрытых помещений. Но Венера это как раз то место в космосе, где астронавт может… Точнее, сможет через год… Находиться в свободном положении на открытом воздухе, а не внутри стеклянно-металлической емкости.

– Так, – Хаген кивнул. – Но я что-то не догоняю, при чем тут Венера? Ты ведь начал с околоземных военных игр. С противоракетной защиты.

Пума снова похлопала его по плечу.

– Давай думать логикой. Эти фрирайдеры будут коммандос для Аталанты, так?

– Я поняла! – Вмешалась Люси, – это военный гарнизон, и их отправка через год будет сигналом: если на Венеру полезут чужие колонисты, то Консорциум так врежет…

– Дирекция проекта с первого дня на это намекала, – заметил Хаген.

– Намекать и реально сделать, типа, две большие разницы, – ответила она. – Отправка гарнизона это, как бы, обострение. И кто при таком раскладе ответит за безопасность космических грузоперевозок между Землей и этим венерианским контингентом, а?

– Космическое пиратство и каперство становится реальностью, – пошутил Хаген.

– Галактическая полиция – тоже, – моментально ответила Люси.

Рон переглянулся с Пумой и произнес.

– Люси, у тебя здорово варит мозг!

– У нее гены, да! – Добавила Пума.

– Значит галактическая полиция, – повторила Люси, и повернулась к Хагену. – Прикинь, никто не признается ни в космическом каперстве, ни в патрульной охоте за каперами. В смысле, признаются, но гораздо позже. А сейчас у каждого интересанта своя легенда.

– Типа, я врубился, – он кивнул и добавил. – …А дядя Микки говорил: вот, наверное, следующему поколению выпадет удача жить в мирное время. Ага, щас…

– А Жерар Рулетка, – сообщила Пума, – пошутил: совсем мирная жизнь, это не очень хорошо. Канаки могут разучиться держать ушки на макушке. И, как бы, патрульная астронавтика появляется очень даже вовремя. В каждой шутке есть доля шутки, да!

Летящее темное тело промелькнуло прямо над балконом, на мгновение закрыло свет фонаря, и с глухим шлепком приземлилось на карту мира по версии АПС.

– Joder!

– Y polla!

…Почти одновременно воскликнули Люси и Хаген, отскакивая к стенам. Приблизительно посредине между Марсом и Церерой на карте сидела летучая жаба – факап и с некоторым недоумением рассматривала два направленных на нее ствола.

– У-у, – произнесла Пума, возвращая свой пистолет в боковой карман.

– Хэх, – сказал Рон, делая то же самое. – Вот вам пример того, что может случиться в отсутствии эффективно действующей галактической полиции.


После праздничного обеда-ужина. | Драйв Астарты |