home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



К свободе из плена добра

– Очнись! – гремел голос, сопровождаемый звоном цепей. – Просыпайся, дружочек, или мне придется разбудить тебя пинками.

Голос вырывал Гефорга из объятий тяжелого забытья. Пробуждение было не из приятных. Все тело ломило, а голова сильно кружилась. Хорошо, что желудок юноши был абсолютно пуст, иначе его неминуемо вырвало бы сразу же после пробуждения. По всему чувствовалось, что во время стычки у ворот Ливинкрона ему здорово наподдавали.

– Давай, вставай! А то дождешься – палач тебя будить придет!

Гефорг с трудом разлепил глаза, со стоном приподнимаясь на локте.

Осмотр окружающего пространства не принес утешения. Он лежал в небольшой, лишенной окон камере. Недалеко от Нарлинга, привалившись спиной к каменной стене, сидел гном. Руки Регнара были скованы кандалами, и он постоянно гремел цепями, надеясь вырвать их из стены. Однако как ни силен был гном, но вделанные в камень проушины не поддавались.

Гефорг поднял руки к глазам и с удивлением обнаружил на них точно такие же цепи. Как и следовало ожидать, ни оружия, ни какихто других личных вещей при них не оставили.

От подступившего ужаса желудок прыгнул к горлу, и Нарлинг согнулся от спазмов. Мало того что их задержала городская стража и бросила в застенки городской тюрьмы. Гораздо хуже было то, что, когда на них напали, их обвинили в ереси – поклонении богам Черного Трона. А это открывало им прямой путь в пыточные подвалы Инквизиции, и выход оттуда был только на пылающий костер, призванный очистить запятнанную Мраком душу, отправив ее на суд Денмиса.

В голове у Гефорга забилась паническая мысль о том, что он не знает, чем все закончилось у городских ворот. Слишком рано он потерял сознание от тяжелого удара в голову. А вдруг успел беснующийся Регнар зарубить парудругую стражников?

– Совсем плохи наши дела, – простонал Нарлинг, подобно гному усаживаясь и опираясь спиной о холодную стену.

– Ты даже не представляешь насколько! – зарычал гном. – Если бы ты не понес полнейшую чушь про спасение девчонки, которую ты и знатьто не знаешь, мы бы уже сидели в лучшей таверне города! И где теперь эта девчонка, и где мы?

– А помоему, это ты влез со своей чушью про посла из Туманных Вершин! – возразил Гефорг, пытаясь устроиться поудобнее, но, так и не найдя комфортного положения, с кряхтеньем и стенаниями поднялся на ноги. – Ты думал только о таверне и вине – и совершенно позабыл об осторожности! Хорошо еще, что прямо на месте не прикончили после такого бреда. Если бы мы смогли нормально объяснить стражникам, в чем дело, то не оказались бы здесь!

Услышав такие слова, Регнар вскочил и в ярости бросился на Гефорга. Однако длины цепи не хватило, и гном, выбрав всю длину и до звона натянув металл, вынужден был остановиться. Некоторое время они молча стояли друг напротив друга. Гном, свирепо выпучив глаза, не мог найти слов в ответ. А Нарлинг, разглядывая друга, лишь задумчиво улыбался.

– Если ты не возьмешь свои слова обратно, клянусь, я разорву тебя голыми руками, щенок! – зайдя в своих размышлениях в тупик, возопил Регнар. – Я делаю скидку только на то, что тебя сильно ударили по голове. Иначе за такие слова ты уже расплатился бы своими зубами, ожерелье из которых украсило бы мою шею! Извинись или я устрою тебе такую трепку, что подвалы Инквизиции покажутся тебе отдыхом на лужайке!

Гефорг отлично помнил вспыльчивый нрав гнома и ни на миг не сомневался, что это не пустые слова. Но он и рассчитывал именно на врожденную неуемную ярость друга в том плане, который вдруг родился в его болящей голове.

– А может, ты сам подойдешь сюда? – усмехнулся молодой Нарлинг и, презрительно сплюнув на каменный пол, сел обратно к стене. – Или тебя чтото держит на расстоянии? Наверное, у тебя ноги слишком коротки!

Ответом ему были бесконечные потоки отборной брани и непрерывный звон цепей, из которых пытался вырваться взбешенный гном. Вряд ли даже дикий зверь, посаженный на цепь, мог выплеснуть столько животной силы, пытаясь добраться до поймавших его охотников. От шума, издаваемого Регнаром, казалось, тряслось все здание.

– Эй, вы! А нука заткнитесь, пока я вам ребра не пересчитал! – прикрикнул через дверь подошедший на шум тюремщик.

– Сам заткнись! – брызгал слюной гном. – Заткнись и сними с меня цепи. Я научу этого сопляка уважать старших! Я вобью ему в глотку все неучтивые слова!

– Если не заткнешься, гнусный карлик, все же отведаешь моей дубины, – пообещал тюремщик, обиженный таким ответом. – Бери пример со своего дружка. Он лежит спокойно и никому не мешает. Тупой гном. Даже сидя, как собака, на цепи, ищет неприятностей.

На несколько мгновений от злости Регнар совершенно потерял дар речи. Жилы на его шее и открытых руках вздулись, взгляд, казалось, мог прожечь сейчас окованную железом дверь. Набрав полную грудь воздуха, он взревел, словно ужаленный шершнем бык:

– Чтооооо?! Ты кого назвал «гнусным карликом»?! Ты, гнилая тюремная крыса! Иди сюда! Я и тебя поучу умуразуму, жирная грязная свинья!

Повторять приглашение не пришлось – загремели ключи, лязгнул отпирающийся замок, дверь в камеру распахнулась, и в проеме остановился огромный, как медведь, тюремщик. Увесистая дубина в его лапах выглядела детской игрушкой.

– Ну что ты разорался, карлик? Ты разве не знаешь, что на нашем постоялом дворе надо вести себя культурно? – довольно оскалился он. – Теперь придется преподать тебе урок хороших манер.

С этими словами стражник шагнул в камеру, поднимая деревянную дубину над плечом для короткого тяжелого удара. Гном продолжал бесноваться на цепи, поэтому огромный детина шагнул чуть в сторону, получше примеряясь – куда бы ударить. Совершенно пренебрегая сломленным на вид юношей, он размышлял, сумеет или нет завалить крепкого гнома с одного удара.

– Как же я люблю, когда вы даете повод, – оскалился стражник. – Единственное, почему я еще служу у этого кретина АйГенса, – это возможность хорошенько намять бока такому отребью, как ты! Жаль, мой напарничек уснул, а то бы вместе повеселились…

И тут произошло совершенно неожиданное, спутавшее все планы громилы. Юноша, терпеливо дождавшись, когда стражник окажется в загаданном им месте, стремительно вскочил на ноги, распрямляясь, как пружина, и со всех сил толкая тюремщика в плечо. Если бы не эффект полной неожиданности, скованному кандалами Нарлингу вряд ли удалось столкнуть с места такого громилу. Но момент юноша улучил верный, и поэтому дюжий охранник от такого толчка не удержал равновесия и буквально вбежал в объятия беснующегося гнома. Расстановка сил мгновенно изменилась. Только что здоровенный детина, лениво замахиваясь крепкой дубиной, собирался размять мускулы, дубася скованного по рукам и ногам безоружного пленника. Но в следующий миг тюремщик, словно муха в лапах паука, оказался один на один с силой, которая не шла ни в какое сравнение со всей его молодецкой куражливой удалью.

Даже не поняв, что именно произошло, Регнар среагировал молниеносно. Он рывком направил пытающегося найти равновесие охранника в стену, к которой был прикован, а едва тот с гулким стуком врезался лбом в необработанный камень кладки, выверенным коротким ударом огромного кулака сломал тюремщику позвоночник у самого основания черепа. Так и не издав ни звука, громила бесформенным мешком сполз по стене.

Не торопясь, но и не медля, Регнар отстегнул связку ключей от пояса тюремщика и, определив нужный ключ на глаз, отомкнул замки на своих цепях. Сбросив цепи и разминая мускулы, он двинулся к Нарлингу со взглядом мясника, прикидывающего, как лучше разделать очередную тушу.

– А ты молодец, – нервно усмехнулся Гефорг, вдруг испугавшись того, что увидел в Регнаре. – Я боялся, что ты не сумеешь справиться с таким здоровяком. Да и топор твой невесть где сейчас…

Тяжелый удар похожего на кузнечный молот кулака буквально снес Гефорга с ног, отозвавшись болью во всем теле. Если бы гном так ударил в голову, то мозги Нарлинга вполне могли уже стекать с каменной стены. Но, видимо, понимая силу своих ударов, гном влепил кулак в грудь юноши. Впрочем, и этого хватило, чтобы ребра затрещали, а в глазах Гефорга помутилось и он едва не потерял сознание.

– Это тебе задаток, дружочек, – пообещал гном совершенно спокойным голосом. – Остальное получишь с процентами, если еще раз позволишь себе так неуважительно со мной разговаривать. Семья Нарлингов стала для меня родной. Но ты – не Вердис, и я по праву друга отца всегда могу тебе вправить мозги. И не притворяйся. Я не так сильно ударил, как ты заслуживаешь. Вставай. Нам надо выбираться отсюда.

Когда туман боли рассеялся, Нарлинг попытался встать, опираясь на холодные каменные стены. С трудом выровняв дыхание, он подошел к открытой двери.

– Следовало бы задать тебе хорошую трепку, чтобы ты вспомнил, как родители учили тебя уважать старших, – тихо прорычал Регнар и, медленно высунувшись из дверей, внимательно осмотрел коридор. – Нам повезло – нас посадили не в самую дальнюю камеру и не в самый глубокий подвал.

Коридор, разбегающийся от их камеры в две стороны, в одной из них заканчивался видимым тупиком. Второй конец коридора раздавался неким подобием овальной комнаты, из которой вверх поднималась каменная лестница. В этой же комнате, привалившись плечом к стене, дремал на грубой лавке второй тюремщик. Стены коридора на всем его протяжении зияли зарешеченными проемами окон в дверях, ведущих в соседние камеры. Гном, удовлетворившись осмотром, убрал голову назад, в камеру.

– Может, это оттого, что у стражников нет в планах долго держать нас тут, – ответил Гефорг. – Скорее всего, в самое ближайшее время нас отправили бы на костер.

– Они не посмели бы отправить на костер гнома, тем более посла Туманных Вершин! – рявкнул гном.

– Ну и что теперь? – спросил Гефорг, чувствуя, как предательская волна липкого страха вдруг проявилась бегущими по спине струйками пота и дрожащими руками.

– Ничего теперь. Просто возьмем и уйдем отсюда. Мне не нравится этот город и то, как тут встречают послов, – ответил Регнар, осматривая камеру в поисках чегонибудь похожего на оружие. – Мы должны забрать наши вещи. Грамота, которую мне дал этот тупой идиот Баргнер, изза тебя осталась в дорожном мешке на том постоялом дворе. Но мой шлем с волосами из бороды моего славного предка и мой боевой топор не достанутся никому! И если эти поганцы утащили их из тюрьмы кудато в другое место, я разнесу по камням весь этот город.

На глаза гнома попалась дубинка, валяющаяся рядом с трупом тюремщика. Гном подобрал ее и задумчиво взвесил в руке. Сделав пару взмахов, он покачал головой, но дубинки не выкинул, а вернулся к двери.

– Послушай, Регнар, ты не объяснишь мне, за что ты так не любишь своего короля? – задал вдруг не к месту вопрос Нарлинг.

Гном зло сверкнул глазами, посмотрев на молодого человека взглядом, не сулившим ничего хорошего.

– Ладно, ладно. Не хочешь говорить – не надо, – пошел на попятную Гефорг, вдруг явно вспомнив недавний удар, которым Регнар едва не вышиб из него дух.

– Хватит болтать. Арраг любит не тех, кто на заднице мозоли натирает, а тех, кто от усилий жилы надрывает, – глухо прорычал гном и выметнулся прочь из камеры.

Скорее всего, Регнар пытался бежать тихо, но удавалось ему это плохо. Гефорг неотрывно следовал за гномом и внутренне буквально сжимался от мысли, что от грохота шагов Регнара сюда сбегутся все стражники тюрьмы. Но то ли у страха не только глаза велики, но и уши, то ли тюремщик в комнате в конце коридора спал особенно крепким сном, только гном успел добежать до этой комнаты, прежде чем гореохранник проснулся, почуяв неладное.

– Просыпайся, – рявкнул Регнар, повергая в шок Гефорга.

Охранник продрал глаза и с удивлением обнаружил над собой разъяренного гнома. Рука стражника потянулась и схватила валяющуюся рядом с лавкой алебарду. Но реакция толстого охранника была слишком медленной.

Дубинка свистнула, рассекая воздух, раздался перемешанный с хрустом удар, и тюремщик, едва начавший подниматься с лавки, с проломленным черепом рухнул обратно, забрызгав кровью каменные стены.

– Любители избивать закованных в цепи! – рявкнул Регнар. – А как насчет честной схватки?!

Кроме лавки и штабеля подготовленных факелов, в комнате ничего не было. Поэтому Регнар, не задерживаясь, устремился по лестнице вверх.

Выбежав с лестницы на новую площадку, Регнар нос к носу столкнулся с двумя мирно болтающими стражниками. Мгновенно сориентировавшись, гном взмахнул дубинкой, и один охранник без чувств покатился вниз по ступеням. Не успел первый охранник скатиться с лестницы, как второй стражник, оглушенный, рухнул на пол.

Нарлинг, чуть отставший на крутых ступенях, удивленно вытаращился на лежащие у ног гнома неподвижные тела.

– Ты всех на нашем пути убить решил? – предположил Гефорг. – Чтобы у нас действительно не было никакого шанса уйти от правосудия?

– Ты предлагаешь заболтать их до смерти? – язвительно поинтересовался гном. – О каком правосудии ты тут толкуешь? Кто нас судил? Или ты думаешь, что прежде чем поджарить нас на костре, они удостоят тебя честного суда? Да они уже для себя решили, что ты приспешник Мрака. И никакая твоя болтовня не переубедит их в этом.

Гном вздернул за воротник оглушенного стражника и, хорошенько встряхнув, попытался привести его в чувство.

– Тем более что этих двоих я не убивал, – ворчливо заметил гном. – Пара сломанных ребер для той туши, что покатилась вниз по ступеням, не смертельно.

Охранник с трудом пришел в себя.

– Скажи мне, человек, куда вы дели все наши вещи, после того как нагло, словно крысы, стащили их с наших беспомощных тел?

Стражник забился в руках Регнара, вытаращив глаза так, словно увидел какогото жуткого монстра. Вместо ответа на поставленный вопрос из его глотки вырывалось только бессмысленное мычание.

– Где наши вещи? – рявкнул Регнар, поднося огромный кулак к самому лицу стражника.

– Нет! Не бей! – взмолился тюремщик, обретя наконец дар речи и стараясь говорить быстрее, чтобы упредить очередной тяжелый удар. – Я немного знаю. Почти все, что у вас было, сейчас в большой караулке наверху в шкафу. Вон по той лестнице, за дверью, прямо туда и попадете. Только там не все ваши вещи. Чтото унес сам командор АйГенс. Скорее всего, чтото ценное, что он собрался показать его превосходительству магистрату Туккару. Точно я не знаю, потому что сам не видел. Но ребята говорили. А остальное все в целости и сохранности в караулке, как я и доложил. Не убивай…

На стражнике лица не было от страха. Хотя странно ли – ведь бугрящийся мускулами гном со старыми и свежими брызгами крови на одежде и яростью в глазах вполне мог внушить ужас и куда более серьезному противнику. И не беда, что тюремщик не видел Регнара в бою. Вряд ли его можно было испугать еще сильнее.

– А печать? Печать в шкафу? Сколько в караулке солдат?! – выкрикивал гном вопросы, не выпуская из стальных пальцев воротник стражника.

– Да, верно, – заблеял тот, едва не теряя сознание от ужаса. – Про какуюто печать тоже говорили. Вроде как господин командор, когда печать эту отыскали в ваших вещах, даже засомневался, тех ли схватили. И унес эту неведомую печать, чтобы не то проверить, настоящая ли она, не то посоветоваться с кемто. Верно, опять же с магистратом…

– Где искать вашего магистрата? – рыкнул Регнар, перебив охранника.

– В двух кварталах от тюрьмы. Тут недалеко, вы сразу увидите его дом. Он большой. АйГенс иногда ходит к нему, но не часто…

Гном оборвал бессвязный лепет тюремщика, коротким ударом в челюсть отправив его в глубокое небытие.

– Посмотрим в караулке, а там видно будет, куда Арраг направит нас дальше, – подытожил результат беседы со стражником Регнар.

Не говоря больше ни слова, он стремительно ринулся по единственной ведущей вверх лестнице. Нарлинг, как ни старался, не мог даже держаться следом, отставая от невысокого гнома с каждым пролетом все больше. Будто гном бежал, а Гефорг плелся, едва переставляя ноги.

Не притормаживая перед дубовой дверью, Регнар просто вынес ее плечом. По словам стражника, караулка была как раз за дверью, а прислушиваться, в надежде понять ситуацию, не имело смысла, так как добротная толстая дверь глушила все звуки.

Дверь с грохотом рухнула на пол, приведя единственного находящегося в комнате за ней стражника в замешательство. Выйти из него он так и не успел, потому что огромный кулак гнома мгновенно вышиб из его головы все мысли и чувства.

– Жалкие насекомые! – сплюнул гном на каменный пол. – Если бы в наших домах водились тараканы, они дали бы более серьезный отпор! И этих недомерков поставили сторожить меня, Витязя Аррага?! Одним только этим они наносят мне оскорбление!

Окинув свирепым взглядом комнату, Регнар решительно направился к двум огромным шкафам, способным вместить, казалось, полдома вместе с хозяевами. Решительно ухватив за грубые ручки, он так рванул их на себя, что створки, не выдержав напора, слетели с петель, а все содержимое шкафов вывалилось на пол, наполовину погребя под собой распластанного стражника.

Гном расшвырял ненужный хлам и вытащил из кучи вещей свой топор. Еще мгновение спустя отыскался и шлем с волосами предка, и меч Гефорга. Пинками Регнар разбросал все содержимое шкафов по караулке и вскоре нашел даже свою трубку, хоть сейчас меньше всего думал о ней.

– Что ты так долго копаешься? – спросил Нарлинг, опасающийся, что уж теперьто, когда они были на первом этаже тюрьмы, на шум непременно сбегутся все, кто мог держать оружие.

А как бы хорош гном ни был в бою и сколько бы улыбок Армалия им ни раздавала, а со всеми солдатами городской стражи им ни за что не справиться.

– Я ищу свою печать, дружочек, – ответил Регнар.

– Сдалась тебе какаято печать, – попытался приободрить Гефорг друга.

– Сдалась ли мне Печать Посла? – удивленно переспросил гном. – Печать Посла королевства Туманных Вершин. Ты из какой семьи, дружочек? Твой отец был мудрым человеком. Я уже сомневаюсь, что они Эйдиса усыновили, а не тебя!

Гефорг покраснел от злобы, однако обвинения гнома были справедливы. Печатью Посла можно развязывать войны и заключать союзы.

Нарлингу пришло вдруг в голову, что выше Печати Посла в делах между королевствами – лишь печать самого короля. Тут же череда мыслей вновь возникла в голове Гефорга. Почему гном не стремился попасть быстрее в Эртию, где ждало его столь почетное место? Почему не спешил исполнить возложенную владыкой королевства Туманных Вершин обязанность? Много еще разных «почему» рождались в голове юного Нарлинга, но, как и всегда, они не находили ответа. А расспрашивать гнома сейчас, памятуя о том, что и в лучшие времена он не жаждал обсуждать свое прошлое, было бы еще глупее, чем позабыть о дорогой для Регнара печати.

Он начал вместе с Регнаром отчаянно перерывать весь хлам, вывалившийся из шкафа. Гефоргу попалось лишь несколько невесть как затерявшихся в этом хламе медяков. Юноша, мгновение борясь с глухо ворчащей совестью, сгреб медяки в пригоршню и ссыпал в карман. Однако печати, которую надеялись отыскать беглецы, нигде не было. Видно, не соврал стражник, рассказав, что капитан унес ее невесть куда.

– Ну что, дружочек, похоже, здесь искать больше нечего, – сообщил гном, закончив копаться в раскиданных по всей комнате вещах. – Печати здесь точно нет. Значит, нам все же придется навестить магистрата этого жалкого городишки. Как раз будет случай обсудить с ним ошибочность его взглядов на гостеприимство.

Еще заканчивая свою витиеватую фразу, Регнар шагнул ко входной двери и решительно толкнул незапертую створку широкой ладонью. Дверь с грохотом распахнулась, и гном шагнул через порог прежде, чем Нарлинг успел попытаться предостеречь друга от необдуманных торопливых поступков. Однако оставаться в караулке было еще опаснее, и Гефорг торопливо бросился следом за гномом.

Оказавшись на улице, Нарлинг с изумлением увидел недалеко от себя распахнутую калитку, возле которой валялось тело стражника. Но помимо открытой калитки, его взору открылось еще коечто, что порадовать никак не могло. От ворот уходил между внешней стеной казарм и стенами здания тюрьмы покрытый брусчаткой плац, имеющий в длину не менее ста шагов. Как раз там, в дальнем конце плаца, командор городской стражи выстроил около двух десятков солдат. Грохот распахнувшейся двери не остался незамеченным – сейчас на щурящихся от солнечного света друзей удивленно смотрел целый отряд вооруженных стражников в начищенных до блеска медных нагрудниках.

– Задница Таллара! Я вас всех отправлю на свидание к вашим праотцам! – воскликнул гном, поняв, что все стражники смотрят только на них, и более тихим тоном быстро добавил: – Но вначале нам надо вернуть Печать Посла, так что давайка, дружочек, разомнем ноги.

– Бежим! – с готовностью согласился Нарлинг, первым устремляясь к калитке.

Гном, воинственно потрясая боевым топором, обогнал Гефорга.

Словно выйдя из спячки, стражники наперебой закричали проклятия.

– Командор АйГенс, что делать? – возопил один из капитанов, обращаясь к командиру.

– Закрыть ворота! – заорал АйГенс во все горло, понимая, что команда уже слишком запоздала. – Поймать беглецов!


Все зло, обращенное в прах | Рождение героев | Смертельная жажда справедливости