home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава восьмая

К восьми часам вечера все они были здесь. Мой дом давно не видел такого наплыва гостей. Джейн, Джеральд и Салли расположились в креслах, остальным пришлось довольствоваться принесенными из кухни табуретками. Бэнкстон и Мелани устроились на полу. Влюбленным, как известно, все нипочем.

Робину Крузо я звонить не стала. В конце концов, он был в клубе один-единственный раз. Лимастер Кейн сидел в стороне, ни с кем не заговаривая. Его темное лицо не выражало ровным счетом никаких чувств. Гиффорд Доукс не преминул привести с собой Рейнальдо. Оба с угрюмым выражением лица сидели на ковре, привалившись к стене. Джеральд Райт, похоже, еще ее оправился от шока. По крайней мере, никогда не видела его таким бледным и растерянным. Под глазами у него залегли темные круги. Бенджамин Грир пытался непринужденно болтать с Перри Эллисоном, делая вид, что они закадычные друзья. Салли прилагала героические усилия, чтобы беспрестанно не смотреть на своего злополучного сына и поддерживать разговор с Артуром, который выглядел до смерти усталым. Джон Квинслэнд, галантно склонив седовласую голову, внимал Джейн Ингл, которая что-то рассказывала в полголоса.

В подобной ситуации мне, несомненно, следовало встать и произнести что-нибудь вроде: «Полагаю, друзья, все вы догадываетесь, с какой целью я собрала вас здесь». Но для подобного выступления у меня не хватало пороху. Да и зачем говорить о том, что и без меня всем известно.

Я просительно посмотрела на Джона, надеясь, что он возьмет инициативу в свои руки. Ведь именно он был президентом клуба. Но, судя по его выжидательному взгляду, он предоставлял действовать мне. Что ж, придется собрать в кулак все свое мужество.

— Друзья мои, — донесся до меня собственный писклявый голос.

Тихий шелест разговоров моментально стих. Я молчала, пытаясь привести мысли в порядок.

— Ро, не могли бы вы встать, — попросил Гиффорд. — А то мы вас не видим.

Все прочие закивали, и я была вынуждена подчиниться.

— Прежде всего позвольте мне от лица всех нас выразить сочувствие Джеральду, — произнесла я озирая собравшихся с незначительной высоты собственного роста.

По комнате прокатился одобрительный гул. Джеральд, по-прежнему вялый и апатичный, слегка наклонил голову в знак признательности.

— А теперь, я думаю, нам стоит обсудить события, произошедшие в последние дни, — продолжила я.

Все глаза были неотрывно устремлены на меня. Пролети в комнате муха, это было бы слышно.

— Думаю, вы все уже знаете, что вчера мы с мамой получили по почте коробку… скажем так, с подозрительными конфетами. Пока что я не могу сказать, что конфеты были отравлены, поскольку мы не располагаем результатами экспертизы. Следовательно, я не могу утверждать, что кто-то пытался убить меня и мою мать. Но думаю, дело обстояло именно так.

Я огляделась вокруг. Никто не выразил несогласия. Члены клуба молча ожидали продолжения.

— Разумеется, всем вам также известно, что сумочка Мэми обнаружена в машине Мелани Кларк.

Мелани смущенно потупила голову, длинные темные волосы упали ей на лицо. Бэнкстон незамедлительно обнял ее за плечи и притянул к себе.

— Тот, кто это сделал, похоже, полный идиот, — процедил он. — Неужели он не понимал: никто не поверит, будто Мелани способна на такое.

— Все мы знаем, что Мелани ни в чем не виновата, — поспешно заверила я.

— Разумеется, — подхватила Джейн Инга.

— Я отдаю себе отчет, что двое из нас сегодня вечером оказались в сложном положении, — продолжала я, тщательно подбирая слова. — Я имею в виду Салли и Артура. У Салли может возникнуть естественное для журналиста желание поместить в газету сообщение о нашей встрече. Артур, в качестве сотрудника полиции, должен сообщить об этой встрече своему начальству. Я понимаю, речь идет о профессиональном долге. Но надеюсь, Салли согласится со мной: то, о чем мы будем говорить сегодня, до поры до времени не стоит придавать гласности.

Теперь все взгляды устремились на Салли. В отличие от Мелани, она ничуть не смутилась и, эффектно откинув бронзово-рыжую голову, обвела собравшихся взглядом.

— Полиция потребовала, чтобы в репортаже об убийстве Мэми не проводилось никаких параллелей с делом Уоллисов, — сердито бросила она. — Но, как говорится, правда всегда выйдет наружу. Члены клуба все равно рассказали об этом всем, кто имел желание их слушать. А я потеряла отличный сюжет, о котором любой журналист может только мечтать. Теперь вы просите меня на один вечер позабыть о том, что я работаю в газете. Но это невозможно. Артур ведь не может позабыть, что он полисмен.

— Значит, завтра весь город узнает о нашей встрече из вашей чертовой газеты? — неожиданно подал голос Гиффорд. — Если это так, я ухожу. У меня нет ни малейшего желания становиться героем прессы. — Он откинул назад длинные волосы и злобно уставился на Салли.

— Так и быть, снова наступлю на горло собственной песне, — сверкнув ореховыми глазами, отчеканила Салли. — Но предупреждаю: это последний раз, когда я соглашаюсь утаить от читателей информацию, связанную с убийством.

По комнате вновь прокатился ропот — не то осуждающий, не то одобрительный.

— Аврора, милая, вы, вероятно, хотите сообщить нам то, что никто из нас не знает? — промурлыкала Джейн Ингл.

Хороший вопрос. Пора брать быка за рога.

— Все мы догадываемся, что убийца — один из нас, верно? — набрав в грудь побольше воздуху, выдохнула я.

Ни один из собравшихся не двинулся с места. Ни один не повернул головы, чтобы взглянуть на сидящего рядом.

В наступившей тишине я особенно остро ощутила, что атмосфера в комнате пронизана страхом. Боялись все. Но никто не хотел этого показать.

— Убийцей вполне может быть враг кого-нибудь из членов клуба, — наконец нарушил молчание Артур.

— У кого из нас есть враги? — спросила я. — Понимаю, этот вопрос звучит по-дурацки. Тем не менее мы должны на него ответить. Иначе события могут принять самый печальный оборот.

— Мне кажется, Ро, вы сгущаете краски, — заметила Мелани.

В объятиях любимого страдалица немного пришла в себя. На губах ее играло слабое подобие улыбки.

— Вы так считаете, Мелани? — резко вскинул голову Перри. — А по-моему, Ро абсолютно ничего не сгущает. Один труп мы уже имеем. И не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться: тот, кто убил Мэми, хотел в точности воспроизвести убийство Джулии Уоллис. Скорее всего, этот убийца — один из нас. И в голове у него тараканы. Все мы проглотили кучу книг и знаем, что самый свирепый маньяк может казаться своим знакомым милым и безобидным, как котенок. До тех пор, пока ему не придет фантазия прикончить кого-нибудь из этих знакомых. Вспомним хотя бы Тэда Банди. [12]

— Но я всего лишь хотела сказать… — растерянно пролепетала Мелани. — Я хотела спросить… Почему вы все так уверены, что убийца как-то связан с нами? Может, мы его совсем не знаем. А он слышал о нашем клубе и решил над нами подшутить… То есть я имела в виду, нас проучить… А может, все эти совпадения — чистая случайность.

— А может, свиньи летают, — подхватил Рейнальдо.

Не слишком удачную остроту своего бойфренда Гиффорд встретил громким хохотом.

Это был неестественный, деланый смех. Казалось, он слился с волнами страха, которые перекатывались по комнате, угрожая накрыть нас всех с головой. Люди уже не могли скрыть, что им не по себе. Пожалуй, я совершила ошибку, пронеслось у меня в голове. Наша встреча не принесет ровным счетом никаких результатов.

— И все же пусть каждый из нас напряжет память, — взмолилась я. — Наверняка у кого-то есть недоброжелатель. Или просто знакомый, который проявлял подозрительный интерес к клубу «Знаменитые убийства». Вспомните, может, кто-то проглядывал ваши записи. Просил у вас почитать книги о громких преступлениях. Расспрашивал о том, как проходят заседания клуба. Попытайтесь ответить на вопрос: есть ли у этого человека причина желать вам зла? — Я перевела дух и отчеканила. — Если мы ничего не придумаем, сегодняшнее заседание «Знаменитых убийств» может оказаться последним.

В воздухе вновь повисло напряженное молчание. Все понимали: это отнюдь не пустые слова.

— Аврора права, — раздался в тишине нежный голосок Джейн Ингл. — Если мы не дадим себе труда раскинуть мозгами, новых смертей не миновать.

— Думай не думай, ясно одно: мы по уши завязли… сами знаете в чем, — угрюмо процедила Салли. — Тот, кто это делает, намерен продолжать. И у нас нет никакой возможности его остановить. Кто-то решил устроить себе кровавую потеху. И, бьюсь об заклад, этот кто-то находится сейчас среди нас. — У меня слишком много дел, чтобы сидеть здесь и выслушивать бессмысленные обвинения, — возмущенно заявил Бенджамин. — К тому же я все равно собирался выйти из клуба. Теперь, когда я занялся политикой, у меня нет времени на подобные забавы. Но прежде чем я отсюда уйду, хочу предупредить: если кто-то намерен меня убить, пусть лучше не пытается. Я сумею за себя постоять.

Гордо вскинув голову, Бенджамин направился к дверям. Его сопровождал удивленный шепот. Не успел он выйти, как Гиффорд во всеуслышание брякнул:

— Зря предупреждал. Вряд ли убийце захочется пачкать руки о такого кретона.

Все закачали головами, осуждая подобную грубость, однако Гиффорду удалось немного разрядить обстановку.

— Ладно, мне остается только попросить извинения за то, что я вас всех побеспокоила, — вновь приступила я к своим обязанностям ведущей ток-шоу. Провального ток-шоу, надо взглянуть правде в глаза. — Я надеялась, что мы сумеем объединить усилия и найти ключ к разгадке этого страшного преступления.

Собравшиеся оживились, точно зрители, с трудом дождавшиеся конца невыносимо скучного спектакля.

К моему удивлению, выяснилось, что Джон Квинслэнд обладает драматургическим чутьем. Он почувствовал, что в финале необходима эффектная реплика.

— Объявляю закрытым последнее заседание клуба «Знаменитые убийства», — торжественно провозгласил он.


Глава седьмая | Клуб знаменитых убийц | Глава девятая