home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



17

Пока Которн расспрашивал работников, Бэрден и Уэксфорд ждали на крыльце. Дождь ослабевал, небо прояснялось. Над Кингзмаркхемом уже появлялись чистые участки небосвода, почти зеленые, разделенные грядами туч.

— Кингзмаркхем, Хай-стрит, сто восемьдесят шесть, — сообщил Которн, подбегая к крыльцу и забиваясь под навес. — Там его логово. По крайней мере, было.

— Сто восемьдесят шесть, — быстро повторил Бэрден, загибая пальцы. — Это за новыми многоэтажками, аптекой, цветочным магазином… Ого, да ведь там…

— Да, это лавка Гровера, — Которн ничуть не удивился. — Они сдают одну из комнат в мансарде. Двое моих парней раньше снимали там, и, когда Энсти выгнали из его первой квартиры, кто-то посоветовал ему обратиться к Гроверу. Но он прожил там всего месяц.

— Прямо у нас под носом! — сердито фыркнул Уэксфорд, когда они сели в машину. — Этот дом виден из окон участка. До чего же много проку в нашем наблюдательном пункте!

— Все знают, что Гровер пускает жильцов, сэр, — извиняющимся тоном произнес Бэрден и, словно оправдываясь, добавил: — Кажется, все мы видели молодого темноволосого парня, который приходил и уходил. Но у нас не было причин связывать его с этим делом. Мало ли низкорослых брюнетов в одном только Кингзмаркхеме?

Уэксфорд сердито сказал:

— Ему не понадобилось далеко ходить, чтобы увидеть объявление Руби. И за ножом не надо было ехать за много миль. Ну, как там ваша автомобильная версия? У Энсти не было ни одной машины. Какая уж тут замена черной на зеленую.

— У Аниты было пятьсот фунтов, когда они шли к Руби. Миссис Пенистан говорила, что она великодушна. Может, девушка подарила ему машину.

Они остановились во дворе полицейского участка. Бэрден повернулся, чтобы взглянуть на мужчину, выходившего из лавки Гровера с вечерней газетой в руках. Пока они поднимались под белый навес, капавшая с него вода текла им за шиворот.

— Может, она купила ему машину, — повторил Бэрден. — За пять сотен фунтов можно приобрести очень приличный подержанный автомобиль.

— Нам говорили, что она щедра, — сказал Уэксфорд на ступенях. — Но нам говорили также, что она прижимиста и бережно тратит деньги. Анита — не старуха, содержащая жиголо. Молодые девушки не покупают машины своим любовникам.

В кабинете Уэксфорда было тепло и тихо. Стулья отодвинуты к стене, бумаги на столе из розового дерева аккуратно сложены. Ничто не напоминало о тягостной сцене, недавно разыгравшейся здесь. Бэрден снял плащ и расправил его перед решеткой калорифера.

— Кэркпатрик видел её в двадцать минут восьмого, — сказал он. — У Руби она была в восемь. У неё оставалось сорок минут, чтобы сменить пальто, добраться до Гровера, оставить ему свой «альпин» и доехать до Стауэртона. Она вполне успевала.

— Когда Кэркпатрик видел Аниту, она была в этой оцелотовой шубейке. Естественно предположить, что дома она переоделась в плащ. Но шуба лежала на пассажирском сиденье её машины. Эта мелочь может оказаться очень важной. Вернемся к вопросу о времени. Ваша версия оправданна, только если у Аниты и Энсти уже была зеленая машина. Возможно, она и была. Мы это выясним. Но если им пришлось брать машину напрокат, версия рассыпается.

— Не рассыпается, если они взяли машину Марголиса.

Вошли Дрейтон и Мартин, и совещание возобновилось. Все четверо сидели за столом Уэксфорда, и он знакомил вновь прибывших с положением дел, когда вдруг заметил, что лицо Дрейтона окаменело, а взгляд сделался неподвижным, стоило ему упомянуть лавку Гровера.

— Ну, ладно, — сказал Уэксфорд, глядя на часы, — подождем, пока они закроются, и отправимся туда. Гровер сейчас прикован к постели, так ведь? — Он устремил на Дрейтона пронзительный взгляд.

— Он снова встал, сэр.

— Понятно, — кивнув, сказал Уэксфорд. — А при чем тут машина Марголиса? — спросил он Бэрдена. — Ведь Марголис был в Лондоне.

— Он оставил свою машину на вокзале в Кингзмаркхеме. Машина зеленая. Неужели Анита не могла пройти пару сотен ярдов по Йорк-стрит до вокзала и взять машину брата? Чтобы потом поставить обратно.

— Не забывайте, они думали, что машина понадобится Марголису в девять часов, а не в одиннадцать. Никто не знал, что он будет обедать с этим управляющим галереей.

— Ну и что? — Бэрден пожал плечами. — Марголис и его сестра — беспечная и беззаботная парочка. Если бы его машины не оказалось на месте, он бы подумал, что не оставлял её там, или её угнали. И ничего не предпринял бы, пока не увидел Аниту. Энсти избавился от тела, вернул машину на вокзальную стоянку и, когда все уснули, наполнил радиатор «альпина», прихватил с собой банку воды и покатил обратно к коттеджу «Под айвой».

Он ожидал увидеть на лице Уэксфорда довольную одобрительную улыбку, как накануне вечером в «Оливе и голубе». Все начало увязываться, и это его, Бэрдена, заслуга. Почему же губы Уэксфорда сжаты? Почему на лице его начертаны сомнение и неудовлетворенность? Бэрден думал, что с ним согласятся, по крайней мере, допустят возможность его правоты. Но старший инспектор тихо сказал:

— Боюсь, я другого мнения.

Лавка была закрыта. Лужи в переулке отражали зеленоватый свет фонарей. Перед воротами гаража стояли два мусорных бака. Кошка обнюхала их, оставив мокрые следы на выброшенной газете.

Дрейтон не хотел входить вместе с остальными. Теперь он знал, кто такой Рэй Энсти. Человек, с которым Линда целовалась под мостом. Человек, снимавший у них комнату и возивший Линду на прогулки в хозяйской машине. Может, в той самой, в которой она ездила с ним, Дрейтоном, в Черитонский лес. Энсти обманывал Линду с Анитой Марголис, а Линда его — с молодым полицейским.

Дрейтону не хотелось входить внутрь. Там его не ждет ничего хорошего. Линду начнут расспрашивать, и она, чего доброго, заговорит о любви, которую он предпочел бы забыть. Когда Бэрден постучал по стеклу, Дрейтон стоял сзади и ждал. Внезапно он почувствовал, что ему безразлично, позовут его внутрь или нет. В конце концов, при любых других обстоятельствах он все равно пришел бы сюда.

Им открыл сам Гровер. Дрейтон ожидал, что тот будет злиться, но лавочник заискивающе приветствовал их, и это подобострастие было противнее любой открытой враждебности. Гладкие черные волосы, зачесанные с таким расчетом, чтобы прикрыть плешь, благоухали фиалковым маслом. Держась одной рукой за поясницу, Гровер пригласил их в лавку и включил свет.

— Рэй жил здесь месяц, — ответил он на вопрос Уэксфорда. — В субботу Которн дал ему пинка, и во вторник он съехал отсюда. По крайней мере, так сказали Лин и жена. Сам я его не видел, потому что лежал больной.

— Полагаю, он занимал одну из комнат в мансарде?

Гровер кивнул. Он был ещё далеко не стар, но одевался как пережиток древности. Дрейтон постарался сохранить невозмутимость при виде расстегнутой фуфайки, выцветшей рубахи, ни разу не стиранных и не глаженных штанов.

— Его комната убрана, — поспешно сказал торговец. — Лин привела её в порядок. Он ничего на оставил, так что и смотреть незачем.

— И все же мы посмотрим, — беспечно ответил Бэрден. — Для порядка.

Его холодный взгляд скользнул по журналам, и Бэрден направился в темный угол, где была библиотечка. Прихрамывая, Гровер последовал за ним.

— Мне нечего вам сказать, мистер Бэрден, — заявил лавочник. — Он не оставил своего нового адреса и заплатил вперед за следующий месяц. Прошло три недели.

Бэрден взял с полки книгу, раскрыл её на середине. Выражение его лица не изменилось.

— Расскажите мне о вечере вторника, — попросил он.

— Что рассказать? Ничего не было. Лин весь день то сидела дома, то выходила. Нам нужна была еда, а здесь все рано закрываются по вторникам, кроме нас, конечно. Она съездила в Стауэртон. Около половины седьмого жена уехала играть в вист, и Лин куда-то ушла. В прачечную, что ли.

Он умолк и с невинным видом уставился на них. Дрейтон почувствовал злость и замешательство. Злость — потому, что Гровер использовал Линду как прислугу для всех работ. Причин замешательства он объяснить не мог. Разве что неблагодарность отца по отношению к дочери, совершенно непостижимая его уму.

— Я не видел Рэя весь день, — продолжал Гровер. — Понимаете, я был в постели. Вы, наверное, думаете, будто он зашел попрощаться и сказать «спасибо» за все, что я для него сделал?

— Что, например? — спросил Бэрден. — Снабдили его опасным холодным оружием?

— Я не давал ему ножа. Когда Энсти вселился, у него уже был нож.

— Продолжайте.

— Что продолжать, мистер Бэрден? — Гровер схватился за поясницу, осторожно ощупал её. — Говорю вам, с понедельника я не видел Рэя. Прежде чем жена уехала, пришел врач и велел мне оставаться в постели.

— Еще кто-нибудь приходил в течение вечера?

— Только та девушка, — сказал Гровер.

Бэрден сдул пыль с книги и водворил её на полку. Потом подошел к Гроверу.

— Какая девушка? Что стряслось?

— Понимаете, я лежал, когда кто-то постучал в дверь лавки, — торговец сердито покосился на Уэксфорда. — Я думал, это ваши парни. Врачу-то хорошо говорить: лежи. Да как тут улежать, когда кто-то барабанит в дверь, словно хочет вломиться? Это оказалась одна из его клиенток. Я её уже видел. Рослая, красивая, чуть постарше моей дочери. Хотите знать, как она выглядела?

— Конечно. Мы же не просто поболтать зашли.

Стоявший возле витрины с книгами Дрейтон чувствовал позывы к рвоте. Грозный тон Бэрдена нимало не смутил Гровера, который лишь льстиво ухмыльнулся, не разжимая губ и прищурив один глаз. Эта смешная рожица казалась бледной тенью улыбки Линды. Боже, и это — её отец! Дрейтон ощутил комок в горле.

— Она выглядела шикарно, — сказал Гровер, снова подмигивая. — Белая кожа, темные волосы двумя полумесяцами. — Он облизал губы. — В черных брюках и пятнистом полушубке. «Чего это вы колотите? — спросил я её. — Не видите, что ли, у нас закрыто!» «Где Рэй? — спросила она. — Если он в своей комнате, я поднимусь и вытащу его». «Черта с два, — сказал я. — Тем более, что его нет». Похоже, это её здорово разозлило, и я спросил, чего она от него хочет. Не знаю, то ли ей не понравились мои расспросы, то ли она придумывала какую-нибудь отговорку. «Я еду в гости, — сказала она, — и чертовски опаздываю, а тут ещё радиатор потек». Понимаете, я не видел никакой машины. А она ещё норовила подняться в комнату Рэя. Ведь он — жених моей Линды.

Дрейтон закашлялся. В наступившей тишине этот кашель прозвучал как стон. Уэксфорд холодно посмотрел на констебля.

Помолчав, Гровер продолжал:

— «В таком случае, вам лучше обратиться в гараж», — сказал я ей и вышел на улицу как был, в халате. Там стояла эта её спортивная тачка, а под ней лужа воды. «Я боюсь ехать. Вдруг она взорвется», — сказала девица.

— Она уехала? — спросил Бэрден, сдерживая ликование.

— Думаю, да, но я не видел. Я запер дверь и лег в постель.

— И больше вы ничего не слышали?

— Ничего, пока не пришла моя жена. Помню, я беспокоился, удастся ли девушке отогнать свою белую машину, чтобы Линда смогла поставить в гараж мою. Но я заснул, и помню только, как вернулась жена. Она подошла к постели и сказала, что Линда приехала полчаса назад. Вы хотите осмотреть комнату Энсти?

Слегка нахмурившись, Бэрден вышел из своего темного угла и стал под лампой, освещавшей прилавок. Он заглянул в коридор, ведший к боковой двери, которая выходила в переулок. На миг Дрейтону показалось, что он видит, как кто-то приближается к лавке, возможно, сама Линда. Он собрался с силами, чтобы побороть потрясение, вызванное её появлением, но тут Бэрден повернулся к Гроверу и спросил:

— Где он ремонтировал машину?

— В моем гараже, — ответил лавочник. — Видите ли, у меня их два. В одном стоит моя собственная машина, а другой я сдаю, но съемщик уехал, и, когда Рэй сказал, что ему нужен гараж, я согласился сдать, накинув за это всего пять шиллингов в неделю. Знаете, у него была уйма клиентов. Когда он жил на своей прежней квартире, занимался тем же, я так думаю.

— Я хотел бы осмотреть оба гаража, — сказал Бэрден. — Ключи?

— У жены, — Гровер вошел в коридорчик и снял с крюка на стене старое пальто. — Или у Линды, я не знаю. Я не брал машину почти полмесяца, так болела поясница. — Грмасничая и морщась, он с трудом натянул пальто.

— Ключи, Дрейтон, — отрывисто бросил Уэксфорд.

Поднимаясь наверх, Дрейтон встретил на лестнице миссис Гровер. Она безразлично посмотрела на него и молча пошла дальше.

— Вы не дадите мне ключи от гаража, миссис Гровер? — спросил констебль.

Линда вполне могла рассказать о нем матери.

— На кухне, — ответила та. — Лин оставила их на столе, — Она близоруко посмотрела на него серыми глазами, такими же, как у дочери, но совершенно пустыми. Если они когда-нибудь и наполнялись слезами, это было очень давно. — Ведь вы — её парень, я не ошибаюсь?

Видимо, Линда не сообщила матери, где он служит.

— Она сказала, что вам сегодня вечером понадобится машина, — миссис Гровер передернула плечами. — Пожалуйста, берите, только чтобы отец не узнал.

— Тогда я поднимусь.

Миссис Гровер безразлично кивнула. Дрейтон смотрел, как она спускается по лестнице и выходит в переулок. Дверь кухни была открыта, и он переступил порог. Дурнота прошла, но сердце колотилось и болело. Ключи лежали на столе — два от гаражей и один — от замка зажигания. Кроме них, тут валялась груда неглаженого белья. Увидев его, Дрейтон почувствовал замешательство, такое же, какое испытал в лавке. Он спрятал ключи в карман и дошел до лестницы, когда дверь рядом отворилась, и появилась Линда.

Он впервые увидел её с распущенными волосами, яркой светлой пелериной лежавшими на плечах. Она улыбнулась ему тепло и робко, безо всякого кокетства.

— Ты рано, — сказала Линда, как в тот день, когда он пришел, чтобы отвести её к Уэксфорду. — Я ещё не готова.

Он понял: она, как и её мать, не знает, почему он здесь, не знает, что внизу ещё двое полицейских. Может, оно и к лучшему. Пусть подольше остается в неведении относительно содержимого одного из гаражей.

— Подожди меня в лавке, — сказала Линда. — Я скоро.

— Я зайду попозже, — ответил Дрейтон. Он думал, что сможет спуститься к коллегам, так и не дотронувшись до Линды, но продолжал стоять на месте, зачарованный её тусклой судорожной улыбкой и золотым блеском волос.

— Марк, — выдохнула она и, дрожа, подошла к нему. — Марк, ты поможешь мне выпутаться?

Белье на столе, лавка, хозяйство. Он кивнул, беря на себя новые непонятные обязательства. Спасти ее? Жениться на ней?

— Ты действительно любишь меня?

Он обнял Линду и прижал к себе, коснулся губами её волос.

— Я люблю тебя. Я бы сделал для тебя все, — сказал он и, отпустив её, сбежал вниз.

Облупившаяся зеленая краска лохмотьями висела на воротах гаражей, с крыш лилась вода, вокруг мусорных баков стояли пенные лужи. В переулке Дрейтон дал волю чувствам. Его руки дрожали и из-за того, что произошло наверху, и потому, что именно здесь, в нескольких ярдах от места, где сейчас стояли Гровер и полицейские, он впервые поцеловал её. Дрейтон накинул капюшон, спасаясь от дождя, и протянул ключи Уэксфорду.

— Что-то вы долго.

— Мы искали ключи, — прошептал Дрейтон. Он не понял, то ли это его «мы», то ли неумелая ложь стала причиной доселе неведомого ему ледяного взгляда Уэксфорда. Констебль подошел к мусорным бакам и принялся отодвигать их с дороги.

— Прежде чем мы откроем двери, — сказал Уэксфорд, — я бы хотел выяснить ещё кое-что.

Было тепло, но Гровер начал потирать руки и притопывать. Он раздраженно и сердито посмотрел на старшего инспектора.

— Инспектор Бэрден собирался спросить вас, в котором часу заходила мисс Марголис, владелица белой машины.

— Попробуем вспомнить, — поспешно сказал Бэрден. — С половины восьмого до восьми, так? Скорее всего, в половине восьмого.

Сгорбленная трясущаяся фигура внезапно пробудилась к жизни.

— Полвосьмого? — недоверчиво переспросил Гровер. — Вы шутите. Я говорил вам, что жена и Линда пришли сразу же после этой девицы. Полвосьмого? Господи, да было не меньше десяти!

— В десять мисс Марголис была мертва! — в отчаянии воскликнул Бэрден и с мольбой повернулся к Уэксфорду, который спокойно и невозмутимо стоял поодаль, размышляя о чем-то. — Она была мертва! Вы ошиблись, вы перепутали время.

— Давайте откроем ворота, — предложил Уэксфорд.

Дрейтон открыл первый гараж. Тот оказался пуст. На бетонном полу чернело масляное пятно.

— Этим гаражом пользовался Энсти?

Гровер кивнул, подозрительно оглядывая голый пол.

— В другом толко моя машина.

— Все равно давайте посмотрим.

Створку заело, и Дрейтону пришлось толкать её плечом. Когда она подалась, Бэрден включил свой фонарик и осветил оливково-зеленый «мини».

Уэксфорд сам открыл незапертый багажник и извлек из него два чемоданчика и холщовую сумку с инструментом. Невнятно бормоча, Гровер принялся ощупывать сумку, но Бэрден грубо оттолкнул его руки. Сквозь заднее стекло он увидел на сиденье какой-то застывший ком и свисающий рукав плаща, а потом разглядел блеклые черные волосы.

Старший инспектор протиснул свои грузные телеса между машиной и стеной гаража, надавил большим пальцем на кнопку и открыл дверцу, насколько это было возможно в такой тесноте. Прижав ладонь ко рту, чтобы не блевануть, Дрейтон заглянул в машину через плечо Уэксфорда.

Перед ними лежало скрюченное тело. Спереди на плаще виднелось пятно запекшейся крови. Кровью был покрыт и нож, который кто-то положил на колени покойника.

Это был труп миловидного молодого человека. Даже смерть не смогла исказить и изуродовать его черты. И уж совершенно очевидно, что он никогда не был женщиной.

— Энсти, — бросил Уэксфорд.

В уголке рта мертвеца запеклась струйка крови. Дрейтон прижал к лицу носовой платок и, спотыкаясь, вышел из гаража.

Из боковой двери выбежала Линда. Ее волосы по-прежнему не были уложены и колыхались на слабом ветру. Голые руки покрылись мурашками, грубыми и белыми, как при ознобе. Не верилось, что её губы когда-то умели улыбаться и дарить поцелуи.

Увидев её, Дрейтон остановился. Омываемый дождем и овеваемый ветром, перед ним предстал череп мертвеца с натянутой кожей, и это было ещё страшнее, чем зрелище, увиденное им в машине. Линда разомкнула губы, которые прежде улыбались ему и были его фетишем, и закричала от страха.

— Ты обещал спасти меня! Любить меня! Все сделать для меня!

Дрейтон вытянул руки, но не для того, чтобы обнять её, а чтобы оттолкнуть.

— Я была с тобой, потому что ты обещал спасти меня! — выкрикнула она, бросаясь к Дрейтону и раздирая ему щеки обгрызанными ногтями, не оставлявшими царапин. Что-то холодное задело его подбородок. Это была серебряная цепочка, которую Энсти стащил у своей жены.

Бэрден оттащил её прочь и крепко держал. Линда рыдала и вырывалась. Дрейтон закрыл глаза. Он не разбирал её возгласов и ругани. Он понимал только одно: она никогда не любила его. Это было страшное открытие. Слова звенели в ушах, и казалось, будто барабанные перепонки скребут ножами. Дрейтон отвернулся от устремленных на него настороженных взглядов, выбрался из переулка на какой-то задний двор, привалился к стене, и его вырвало.


предыдущая глава | Волка - убить | cледующая глава