home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 33

Стоявшие перед камином люди почувствовали гнев Налатана.

Повернув голову, Сайла бросила мимолетный взгляд в толпу, собравшуюся в Зале приемов. Она помнила день, когда в этой огромной комнате просила у короля Алтанара разрешения совершить миссионерский поход к Людям Собаки. Теперь на том же подиуме восседал человек из этого племени, ожидая, пока утихнет толпа, чтобы начать свое обращение. Его одежды из серой шерсти заметно уступали по красоте великолепному костюму Алтанара. И лишь кинжал, роскошно инкрустированный драгоценными камнями по рукояти и ножнам, словно пылал в свете факелов.

Свет от факелов и растопленных каминов не добирался до дальних стен, и там сохранялся неприветливый полумрак. Так же и в душе Налатана, где за бушующим пламенем притаилась холодная ясность. Он стоял рядом с Тейт, готовый дерзко отстаивать свое мнение или даже оскорбить, что было совсем ему несвойственно. Как воин-монах, он умел наносить молниеносные удары. И такое его настроение пугало. Сайла надеялась, что Тейт сумеет успокоить его.

Неожиданно Ланта перебила ее мысли. Едва шевеля губами, маленькая провидица прошептала:

— Посмотри на них. Я вижу в толпе слишком много баронов Алтанара. Они, как койоты, выслеживающие хромого оленя.

— Да нет, сестра, — Сайла попыталась успокоить подругу. — Они знают, что кончат жизнь в рабстве, если весной Гэн будет разбит.

— При условии, что сами не помогут этому. — На миниатюрном личике Ланты появилась тревожная гримаска. — Ни одному из них я не верю.

С треском обрушиваясь, в камине перегорело толстое полено, подняв множество медных искр, мгновенно уносимых в темноту дымохода. Тихим мелодичным голосом Сайла продолжила разговор:

— Сестра-Мать объявила меня ведьмой. Но это не так. Я воспитываю новых Учителей, создаю новую Церковь. Это входит в обязанности Жрицы. Скажи, могу ли я прибегнуть к твоим Видениям? Может ли Церковь воспользоваться этим даром?

— Сомневаюсь, Сайла. Я бы согласилась, а вдруг это грех?

— Церковь определяет, что есть грех. Если я — Церковь, я и отпущу этот грех.

— Только Вездесущий может это определить. — Сомкнув губы, Ланта пристально посмотрела на подругу.

Вспыхнув от стыда, почувствовав сухость во рту и спазмы в горле, Сайла едва выдавила из себя:

— Всегда будь рядом со мной. Всегда. Ты — моя совесть. Как я могла такое сказать? Бедная моя настоятельница, она бы умерла от стыда, услышав это.

Ланта смягчилась, но слова ее были безжалостны:

— Тебе захотелось власти. Ты решила, что она дает свободу. Так знай: власть закабаляет.

— Что же мне делать?

— Делай то, для чего родилась, для чего тебя воспитывала старая настоятельница Ирисов. Ты — Цветок, несущий семена новой Церкви.

— Я ведь могла стать такой, как настоятельница Фиалок, как Жнея. — Охваченная ужасом, Сайла замолчала.

— Что бы ни пришло, это должно исходить из твоей внутренней сути.

— Ты поможешь мне?

— Чем смогу, — ответила Ланта, неожиданно печально добавив: — Мы обе — изгнанницы. И если нам не удастся воспитать новых Учителей, по крайней мере станем самыми учеными Жрицами в преисподней.

У Сайлы от неожиданности округлились глаза. На какой-то момент она потеряла дар речи, затем вдруг хихикнула. И, понимая трагикомичность такой реакции, обе женщины разразились веселым смехом.

Реплика Джалиты застала их врасплох:

— Ну хоть кто-то в этой толпе не забыл, как веселиться.

Повернувшись, они увидели на лице девушки озорную улыбку. Глядя в сторону Налатана, она с усмешкой произнесла, словно приглашая их к обсуждению:

— Ручной тигр Тейт недовольно ворчит, словно от застрявшей колючки. Даже Гэн ходит вокруг него на цыпочках. Можно подумать, Тейт собирается покинуть его навсегда.

Жрицы закивали, а Сайла добавила:

— Он предан ей, а путешествие полно опасностей.

Уже более серьезно Джалита спросила:

— Интересно, почему они едут вдвоем? То есть я хочу сказать, если это — священный долг, то почему только для Тейт и Конвея? А остальные женщины и Леклерк?

Переглянувшись с Лантой, Сайла с тревогой подумала про себя, что должна уделять больше внимания юной Джалите. Но сейчас она просто сказала:

— Путешествие, видимо, как-то связано с военным делом, в котором Тейт и Конвей разбираются лучше всех.

— Я уже слышала такое мнение, — Джалита недовольно фыркнула. — Мне нравится Тейт. Она симпатичная. Но сражаться с мужчинами и побеждать их? Это ненормально.

— Они очень разные. — Ланта решила сменить тему разговора: — Луис Леклерк уже многое тут изменил. Он говорит, что ничего не понимает в кузнечном ремесле. Однако построил печь, превращающую уголь в вещество, которое он называет коксом. При его сгорании получается столько тепла, что можно ковать самую прочную сталь.

— Хотела бы я узнать, какие еще секреты ему известны.

Джалита так смотрела на Леклерка, что обе Жрицы переглянулись, а Сайла хитро заметила:

— Если он что-то знает, то обязательно поделится секретом с Гэном Мондэрком.

— Замечательно, — Джалита одобрительно кивнула. — Надеюсь, он знает много способов, как разбить Скэнов.

Снова обменявшись взглядом со своей подругой, Сайла подумала о красоте этой молоденькой девушки, резко выделявшейся среди остальных женщин. Длинная, едва не касающаяся пола, желто-кремовая мантия Джалиты была стянута у шеи и на поясе. Одежда подчеркивала ее стройную фигуру, придавая движениям легкость и невесомость. В отсветах пылавших факелов ткань переливалась мириадами оттенков, игравших отраженным светом на ее волосах. Сайла поймала себя на мысли, что некая толика зависти примешивается к ее оценке Джалиты, всегда умеющей преподнести себя.

Звуки труб прервали беседу. Все посмотрели налево, в сторону небольшого возвышения перед подиумом, выступавшим из стены. Он заметно выделялся, ярко освещенный факелами. Лишь только утихло эхо, вступили горнисты. Трубы были сделаны из меди и латуни. Изгибаясь в два полных кольца, они постепенно сужались, оканчиваясь металлическим мундштуком. Музыканты надевали свой инструмент через левое плечо, придерживая его руками на уровне груди. Слегка выдаваясь вперед, выходное расширение трубы находилось как раз над головой. Своды помещения содрогались, словно от ударов грома, издаваемые трубами звуки заставляли дрожать огромные колонны и трепетать сердца.

Потом ударили барабаны. Они были меньше полковых барабанов Волков, но размер их все же впечатлял. Их речитатив напоминал пение гор, и, когда люди наклонились, словно не выдержав натиска этого звукового шторма, трубы зазвучали еще громче.

Затем все резко стихло. Подняв руки, Гэн начал свою речь:

— Трем Территориям грозит разорение. — Сделав несколько шагов вперед, он опустил руки, словно обращаясь к каждому лично. — Ходят слухи, что я хочу выторговать себе королевство. Даже говорят, что я заплатил бы золотом и рабами за право управлять Тремя Территориями. Послушайте настоящую правду. Если бы можно было без кровопролития договориться с нашими врагами, я пошел бы на это без промедления. Но наши враги неумолимы. Скэнам и Летучей Орде нужны мы в качестве рабов и наши земли, чтобы править на них. Весной нас ожидает гибель.

Он сделал несколько шагов взад и вперед, как бы давая возможность словам лучше отложиться в сознании толпы.

— Я знаю, что Три Территории раздирают разногласия. Есть и желающие моего свержения. Это может произойти. Но пусть каждый запомнит: обративший свой меч против Трех Территорий будет сразу же выдан Скэнам и Летучей Орде. Думаю, едва ли можно выжить без своего рода и племени, рассчитывая только на милость врагов. Для нас же предатель перестанет существовать.

Оживившись, люди напряженно зашушукались. В этом мире, где жизнь строилась на тесных взаимоотношениях друг с другом, такой приговор был страшнее смерти. Сайла едва подавила в себе дрожь, подумав, что даже раб, принадлежащий своему хозяину, не одинок. Гэн же не допускал и такого конца. Застывшая в ожесточении, Нила старалась не смотреть на мужа, боясь смутить его охватившим ее ужасом.

Сайла пристально рассматривала чужаков. Ей не терпелось увидеть их реакцию на речь Гэна. Однако лица их сохраняли равнодушное выражение. Она не могла понять, как можно спокойно стоять и слушать такие слова. Или чужаки умели лучше остальных скрывать свои подлинные чувства, или с ними было не все в порядке.

Гэн продолжал:

— Завтра утром всадники отправятся во все концы Территорий с приказом всем мужчинам от шестнадцати до пятидесяти лет собраться у своих баронов. Эмсо с офицерами из Волков займется подготовкой новобранцев. Остальные совершат набег на Летучую Орду и их союзников из племени Людей Реки. — Окинув взглядом толпу, Гэн окликнул человека из дальнего ряда: — Барон Фир, представитель северных земель, ты видишь глупцов в этом зале?

В ожидании ответа все посмотрели на Фира. Он замешкался, но затем на лице его появилась ехидная ухмылка.

— Ни одного, готового признаться в этом.

Веселое оживление прокатилось по залу. Указав на другого человека, Гэн крикнул ему:

— Отто Саут, храбрый воин из Одиннадцатого Западного баронства. Что скажешь ты? Есть глупцы в этом зале?

— Нет, Мурдат, — проворчал в ответ тощий, как хлыст, долговязый Отто Саут.

— Теперь вот что я вам скажу. Только дурак, разговаривающий с дураками, может обещать уверенную победу в этой войне. И если я погибну, то умру свободным человеком, ведя за собой свободных людей. Мурдат не оставляет раненых на поле боя, Мурдат не предает друзей ради личной выгоды. И тому, кто готов стать рядом с моими Волками, я могу обещать только одно: честь.

Раздались одобрительные возгласы и боевые кличи. Музыканты заиграли веселую музыку.

Бароны и знать бывшего королевства Олы держались намного сдержаннее. Сайле сразу же бросилась в глаза путающая двуличность, скрывавшаяся за их вороватыми улыбками.

Стоя на цыпочках, Ланта заставила Сайлу наклониться, положив ей на плечо руку:

— Ты видела? Как улыбается барон Ондрат?

— Видела. — Сайла оборвала ее на полуслове, указывая взглядом на Джалиту. И привлекая внимание девушки, громко сказала: — Мне тоже кажется, что он замечательно говорил. Мы разобьем Скэнов и Летучую Орду.

— Мы должны разбить их, — уточнила Джалита. — Или они расправятся с народом Трех Территорий, как ласка с сонной курицей.

— Они не смогут, — Ланта вся ощетинилась. — Очень быстро они поймут, что имеют дело с орлами.

— Интересно было бы проверить на прочность союз Скэнов и Летучей Орды. Думаю, что при любом исходе войны они постараются избегать друг друга.

В ответ на это высказывание Сайлы Джалита слегка пожала плечами.

— Нас должно волновать не это. Если они проиграют, мы получим удовольствие, наблюдая, как они разорвут друг друга. Если же победят, то, конечно, тоже примутся друг за друга, но только покончив с нами.

— Разве у тебя нет среди них друзей?

Сайла сочувственно коснулась ладонью руки Джалиты.

Джалита мгновенно вскипела. Лицо, шея, уши вспыхнули сильнее, чем от тепла горящих факелов. Губы напряженно сомкнулись, глаза сузились, и в них зажглась неистовая ярость. Сайла поразилась, как быстро эта красивая девушка на миг превратилась в нечто омерзительное. Но Джалита так же быстро взяла себя в руки. Гнев сменил злобу, и вскоре холодный рассудок контролировал ее эмоции. Сайла и Ланта следили за происходящим, как за тонко разыгранным спектаклем.

— У меня осталась там только мать.

Ложь. Учащенный пульс на запястье под пальцами Сайлы и расширенные зрачки подтверждали это.

Вопросов было больше, чем ответов. Могла ли какая-то неизвестная связь Джалиты с человеком из ее племени помочь им?

Прерывая мысли Сайлы, появился Луис Леклерк с нехарактерной для него широкой улыбкой на лице. Он остановился рядом с Джалитой:

— Должен сказать, меня радует твое хорошее настроение. Твое появление всех так взволновало. Тебе многое пришлось пережить. Сегодня же ты просто великолепна.

Потупив взгляд, она смущенно поблагодарила его за комплимент.

Повернувшись так, чтобы Джалита не услышала ее слов, Ланта прошептала Сайле:

— Она вообще на него не смотрит, словно ищет в толпе кого-то другого.

Однако, занятая своими мыслями, Сайла пропустила ее слова мимо ушей. Как только Налатан и Тейт попрощались с Эмсо, Джалита вновь ожила, больше обращая внимание на приближающуюся к ним пару, чем на Леклерка.

Обменявшись приветствиями с подошедшими, Леклерк сделал еще один комплимент Джалите, вызвав очередную благодарную улыбку. Тейт оценивающе взглянула на него.

Налатан сохранял угрюмое выражение лица, говорил мало и зло. Умоляюще глядя на собеседников, Тейт молча просила у них прощения за дурное настроение своего спутника.

— Твоя работа идет хорошо? Ты сделаешь еще что-нибудь, чтобы Гэн смог разбить Скэнов?

Джалита сопроводила свой вопрос улыбкой, однако Леклерк ответил серьезно:

— Как сказал Гэн, победу нельзя гарантировать, но я припас пару идей по новому оружию.

— Оружие не воюет само по себе, — Налатан сердито посмотрел на всех. — Доннаси как раз и отправляется в Горы Дьявола за оружием, которое спасет Гэна Мондэрка. Мне это известно. Я уже устал от секретов и от мысли, что моя жена рискует жизнью ради какого-то королевства.

Прямота этих слов выплеснулась на слушавших ушатом холодной воды.

— Я тебя люблю, — Тейт сжала его ладони.

Суровый, ледяной взгляд монаха начал постепенно оттаивать. Он даже почти улыбнулся:

— Наконец-то мне удалось выставить себя дураком.

Подняв голову, Тейт прижалась к нему:

— Именно за это я тебя и люблю. Это мой нелегкий крест.

Ее слова заставили Налатана по-настоящему улыбнуться.

Взяв Тейт за руку и забыв про остальных, он повел ее за собой. Обернувшись, она лишь помахала друзьям на прощание, смиренно пожав плечами.

Все засмеялись, и напряжение исчезло. Леклерк пригласил Джалиту заглянуть завтра утром в его мастерскую. Оживленно беседуя, они тоже удалились. Постояв немного, Сайла и Ланта последовали за ними. Все постепенно расходились. У двери, ведущей наружу, Джалита обернулась.

Сайла оттолкнула подругу в сторону, прячась вместе с ней под покровом мрака. Ланта моментально все поняла, и обе стали наблюдать за парой.

Стоя спиной к лучезарно улыбающемуся Леклерку, девушка бегло окинула взглядом оставшихся в зале людей. Словно ястреб, высматривающий сонную птицу. Эмсо о чем-то разговаривал с Гэном; у одного из каминов расположилась группа баронов. Она проследила, как Налатан и Тейт вышли через другую дверь. На лице Джалиты появилась чуть заметная улыбка. Ленивым движением кончика языка, сверкнувшим, как бриллиант, она провела по губам, и они покрылись сияющим глянцем. Засмеявшись, Джалита повернулась к Леклерку и, оставляя за собой отблески серебристых огоньков, постепенно растворилась с ним в темноте.


Глава 32 | Ведьма | Глава 34