home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 44

Аппарат сверкал на солнце медными и латунными элементами конструкции. Обутые в железо колеса словно ждали, когда смогут привести машину в движение.

Обступившая аппарат толпа держалась на безопасном расстоянии. Непонимающе пялясь на подозрительный механизм, люди пытались сформировать свое отношение к происходящему. Реакция зрителей была неодинаковой. Некоторых забавлял вид необычного сооружения, большинство же нервно ожидало начала демонстрации. Были и такие, которые торопились поделиться своим мнением с окружающими. Со скрытой враждебностью следя за каждым движением Леклерка, они перемещались в толпе, сея сомнения. Иногда мягкий быстрый разговор вскипал открытой ненавистью, словно лопались на поверхности вонючие пузыри.

Леклерк деловито суетился у своего детища.

Наконец в окружении свиты прибыл Гэн. Они обошли вокруг странного сооружения, с любопытством осматривая его. Недоброжелателей в толпе Гэн или не заметил, или решил не обращать на них внимания. Прикоснувшись к блестящей медной поверхности, он виновато улыбнулся и сразу же вытер полой одеяния след от пальцев.

— Что это такое? — Налатан с интересом протянул руку к одной из рукоятей.

Вместо ответа Леклерк интригующе бросил:

— Увидишь. Я останусь здесь, а ты иди на другой конец. Как только скомандую «дави», ты должен со всей силы потянуть за рукоять вниз. Этот конец балансира пойдет вверх. Видишь, посередине он скреплен осью с дубовой стойкой. И как только твоя рукоять полностью опустится, я потяну за свою, и наоборот. Ясно?

Налатан окинул конструкцию неуверенным взглядом.

— Нужно, чтобы балансир ходил то вверх, то вниз?

— Именно.

— Зачем?

— Я же сказал: сейчас увидишь.

Жестом приказав Налатану занять место на передней платформе, Леклерк подошел к центральной емкости. Зафиксировав шкворень в горизонтальном положении, он сразу же поспешил на другой конец повозки. По его сигналу Налатан нажал на рукоять. Балансир со стороны Леклерка, как чаша весов, пошел вверх. Налегая по очереди каждый на свою рукоять, они привели в движение медные поршни, связанные с балансиром через вертикальные штоки. Поскрипывая кожей герметичных прокладок, поршни заходили вверх-вниз, поочередно то утопая, то снова появляясь из емкостей. Машина тяжело задышала, вздрагивая время от времени. С непонятным глухим бормотанием в больших бочках что-то загромыхало. Средняя емкость задрожала, внезапно кашлянула, словно отхаркиваясь, и выстрелила поверх толпы мощной струей воды.

Ударившись о крепостную стену, струя рассыпалась несметным количеством брызг. С воплями люди бросились врассыпную. Леклерк поспешил к насадке. Задорно смеясь, Налатан продолжал налегать на рукоять. Леклерк приподнял брандспойт, и над стеной образовалась водяная арка.

Оставшаяся сухой часть толпы возбужденно аплодировала. Попавшие под холодный душ реагировали более сдержанно. Промокший Гэн, весело смеясь, похлопал Леклерка по плечу.

— Ты сказал, что этот механизм приводит воду в движение. Но что-то не могу сообразить, как все происходит?

— Это обыкновенный насос, — Леклерка распирало от гордости. — Внутрь больших емкостей вставлены цилиндры, которые называются поршнями. Заставляя их ходить то вверх, то вниз, мы закачиваем воду в третью емкость, а оттуда она поступает в брандспойт. Все дело в силе сжатия. Если качать станут четверо или шестеро человек, струя будет еще мощнее.

— Для чего все это? — протиснулся сквозь толпу весь мокрый и далекий от восхищения Эмсо.

— Бороться с пожарами. Несколько таких машин — и опасность их во время обороны на стенах значительно уменьшится.

— Но если все будут драться, кто же будет у машин? И вообще, вся Ола в основном построена из камня и кирпича. Ты зря неделями напролет отвлекал лучших кузнецов от работы. Они могли бы отливать наконечники для стрел, делать кольчуги.

— Вспомни, ведь я им показал, как можно получать лучшую сталь в коксовой печи. Люди, помогавшие мне с емкостями, многому научились. Они узнали, что такое окружность, диаметр, радиус. И моя машина только первый этап в программе обучения. А за наконечники не волнуйся, ты их получишь.

— Ты их заставил это выучить? — Раздражение Эмсо усилилось. — Что ты сейчас сказал? Ты делаешь с кузнецами то же самое, что и твои друзья с Избранными? Это так? Ответь.

— Да, я учил их. Это слово тебя так шокирует? Я учил их, чтобы помочь всем нам. И даже тебе, — Леклерк не удержался от колкого тона.

Толпа замерла. Эмсо побледнел, пристально глядя на Леклерка. И лишь когда он напряженно засопел, все облегченно вздохнули.

— Только потому, что ты друг Гэна Мондэрка, я не стану произносить вслух слово, которым называют людей, умеющих делать такие штуки. Но запомни одно: никогда не говори, что помогаешь мне. Никогда.

Воин бросил мимолетный взгляд в сторону Гэна, который уже спешил к ним, обеспокоенный возникшим конфликтом.

— Ну что еще случилось, мой старый друг? Леклерк не сделал ничего предосудительного, построив свой… — Он обернулся, беспомощно посмотрев на Леклерка.

— Насос, — Леклерк словно выплюнул слово.

— Свой насос, — продолжил Гэн, вновь обращаясь к Эмсо. — Это против старых традиций, но посмотри, что мы получаем взамен. Пожар — самая страшная беда, которая может случиться с городом или замком. А у нас уже теперь есть возможность успешнее бороться с ним.

— Ты — мой повелитель. — Взгляд Эмсо был непроницаем. — С момента твоего появления по эту сторону Гор Дьявола я всюду следовал за тобой. И что бы ты ни делал, ты всегда был прав.

— Потому что ты всегда был рядом со мной, — Гэн облегченно вздохнул. — А теперь скажи правду: если Леклерк сделает еще что-то новое, ты сможешь проявить большее воодушевление? Если это будет орудие, еще более действенное для спасения людей и их жилищ?

— Существует много способов потерять даже такую большую штуку, как город, — загадочно произнес Эмсо. Его губы шевельнулись в напряженной улыбке. — Но я думаю только о сражении, весне и тех, кто готовится уничтожить тебя.

— Мы встретим их достойно. Даже эта машина может стать оружием.

Окинув толпу испытующим взглядом и покачав головой, Эмсо ушел. Некоторые с нескрываемым одобрением смотрели ему вслед.

Леклерк подпрыгнул, услышав сзади голос Налатана:

— Ты разозлил Эмсо.

— Он всегда не в духе. Ты же знаешь.

— Он сердит на весь мир. Когда такой человек концентрирует на ком-то всю свою злобу, ему сложно противостоять.

— В этом случае оставшимся следует выше меня ценить, — непринужденно заметил Леклерк и пошел отсоединять шланг, надеясь, что Налатан поймет намек и оставит его в покое.

Надежды не оправдались. И Налатан присоединился к нему, помогая укладывать шланг в бухту.

— Эмсо раздирают сомнения. Он придерживается старых взглядов. А ты расшатываешь устои и запреты прошлых поколений.

— Ты как будто бы и сам не возражаешь против этого. — Слова были сказаны быстрее, чем Леклерк понял их подлинный смысл. Он запнулся. — Извини, я не то хотел сказать… Я дал себе слово — как и все, — что ни единым намеком не заставлю тебя думать о… — Леклерк испуганно замолчал.

Но Налатан принял его жалкие извинения.

— Я все понимаю, Луис. Правда. Думаешь, мне неизвестно, что все вокруг только и говорят о Доннаси? Или о Ланте? Неужели ты действительно полагаешь, что я не замечаю этих ухмылок и не слышу сплетен?

— И ты не можешь остановить их? — Леклерк бросил свернутый шланг в пустую повозку. — Почему ты не расправишься с идиотами, думающими, что все это очень забавно?

— С этими презренными? Я бы покрыл себя позором, поступив так с ними, — он горько усмехнулся. Леклерк почувствовал столь глубокое разочарование, спрятанное за этими словами, что у него перехватило горло. Следующие слова Налатана принесли некоторое облегчение. — Оставляя Церковь, чтобы жениться на Доннаси, я изменил себя и надеялся, что она тоже изменится.

Картина страданий, открывшихся под внешней сдержанностью Налатана, вызвала у Леклерка желание схватить Тейт за плечи и хорошенько встряхнуть ее. Никто не имеет права обращаться с человеком так, как она обращается с Налатаном.

Между тем Налатан спокойно продолжал:

— Знаешь, она очень похожа на Эмсо. Он в плену у своих представлений. Доннаси тоже присуща эта черта. Эмсо защищает свои верования. Доннаси ищет свою веру.

— Ты все очень хорошо понимаешь.

В задумчивости Налатан посмотрел на восток.

— Я понимаю Доннаси. Мне безразлично чужое мнение. Каждый раз приказываю себе не обращать внимания на все эти разговоры и сплетни обо мне, о нас. Но иногда приходит вопрос: а если с ней что-нибудь случится? Если в одно прекрасное утро я проснусь и мне будет далеко не наплевать на все эти разговоры? Что тогда скажет Налатан о старых традициях? Что станет с его душой?

Он ушел не оглядываясь, оставив Леклерка гадать: адресовались ли эти слова кому-либо конкретно.

Завершив работу, Леклерк смешался с толпой и вскоре увидел Бернхард, беседующую с Картер и Анспач. Подруги украдкой поглядывали в его сторону. Оставив их, Кейт направилась к Леклерку, который, однако, попытался сделать вид, что ничего не заметил. Его беспокоило отсутствие Джалиты. Но действительно неприятным было бы ее неожиданное появление в момент, когда он останется наедине с Кейт.

Бурлившие в нем сейчас раздражение и чувство вины не давали успокоиться. Кейт Бернхард была другом, соединенным с ним общим происхождением, наиболее близким из всей группы.

Истинность последней мысли только сильнее разозлила Леклерка. Если сейчас вдруг появится Джалита, ему будет еще неприятней необходимость отделаться от Кейт.

Однако он не приглашал Кейт составить ему компанию. И если она обидится, пусть винит только себя.

— У нас мало времени, — Кейт мягко коснулась его руки. — Я лишь хочу сказать, что горжусь тобой. Наш вклад в этот мир никогда еще не был так значителен. Ты стараешься больше всех. Эта античная пожарная машина — пока твоя лучшая идея. Поздравляю, Луис. И спасибо.

Ее лицо светилось восхищением и теплотой. Если бы Джалита увидела это, она и впрямь могла бы подумать какую-нибудь глупость.

— Обыкновенный насос, — пробурчал в ответ Леклерк. — Надеюсь, удастся найти ему и другое применение. В любом случае настоящую работу здесь делаете только вы втроем. Вы воспитываете новое поколение Учителей, а это и есть прогресс. Я же мастерю какие-то игрушки.

Сжав его руку, Кейт легко засмеялась. Леклерк не шелохнулся, весь съежившись от напряжения. Ее прикосновение говорило о близости, разделенных чувствах и взглядах. И еще о многом другом. От нее исходило утешение. Это было так присуще Кейт. Но почему она не может понять, что, возможно, есть другие причины его беспокойного состояния? Леклерк едва расслышал слова прощания.

Он ругал себя за неприветливость и грубость. Ему нравилась компания Кейт, но сейчас он просто хотел быть рядом с Джалитой. Почему Кейт не может этого понять?

Гэн удалился в замок, и люди постепенно стали расходиться. Леклерк запряг лошадей в повозку и отправился домой. Дорога предоставила достаточно времени для раздумий. Как ни странно, его мысли опять вернулись к Налатану. Дело пахло крупным скандалом, когда Тейт так безрассудно отправилась с Конвеем в путь.

Однако в конце концов именно Кейт убедила Сайлу, что религиозным верованиям Ланты ничего не угрожает. Здравые доводы в сочетании с искренним теплом и легкой настойчивостью в конечном счете склонили Сайлу к мысли, что «религиозная» сторона путешествия Тейт и Конвея не повредит маленькой Жрице. Обаяние такой сдержанной женщины, как Кейт, было поистине неотразимым.

— Да ну, какая там опасность.

Леклерк не смог бы объяснить, почему эта фраза возникла у него в голове, но, сказанная вслух, она как-то разрядила гнетущую тишину. На ферме никого не было: все ушли в этот день на рынок. Он заехал с лошадьми в конюшню, распряг их и отвел в стойло. Едва закончив с чисткой животных, он услышал снаружи стук копыт.

Леклерк подумал, что это наконец прискакала Джалита. Ей, конечно, захочется посмотреть насос в работе. Как он наполнит водой повозку? Смогут ли они вдвоем создать нужное давление?

Всадник появился со стороны солнца, и его лицо было затенено. Приглядываясь и сделав несколько шагов навстречу, Леклерк услышал голос Кейт Бернхард:

— Я должна поговорить с тобой, Луис. Я понимаю, что врываюсь не вовремя, но это важно.

Как обычно, она поставила его в тупик. Голос был мягок, но прозвучавший в нем оттенок тревоги и срочности придавал вторжению элемент интриги.

А вдруг появится Джалита?

— У меня много работы, Кейт. Это может обождать до завтра?

На ее щеках появился румянец.

— Не все так просто. Моя новость не обрадует тебя. Но я должна поговорить об этом с тобой. Или отправиться к Гэну.

— Я или Гэн? Ну, это должно быть очень важно.

Леклерку стало противно от собственного неприкрытого сарказма.

Кейт коротко бросила:

— Они хотят убить тебя. И сейчас я пытаюсь понять, зачем все это говорю тебе: или потому, что ты нужен Гэну и Трем Территориям, или потому что мне небезразлично, что с тобой станет. Хотя, думаю, мне уже все равно.

Она натянула уздечку. Вскинув голову, конь встал на дыбы, несколько раз ударив по воздуху копытами. И прежде чем ошеломленный Леклерк смог пошевелиться, Кейт в негодовании с шумом покинула двор.


Глава 43 | Ведьма | Глава 45