home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



2

Джек Хеллоуэй опустил манипулятор перед группкой сборных хижин. Мгновение он сидел неподвижно, осознав свою усталость, затем выбрался из кабины управления, прошел по траве к двери главной жилой хижины, открыл дверь и, потянувшись, повернул выключатель. Затем, поколебавшись, он посмотрел на Дариус.

Вокруг него виднелось широкое кольцо, и Джек вспомнил о замеченных им клочках перистых облаков, в полдень собравшихся над его головой. Может быть, вечером пойдет дождь. Эта засуха не может продолжаться вечно. В последнее время он оставлял манипулятор открытым на всю ночь. Теперь он решил загнать его в ангар. Джек пошел и открыл дверь под навес, затем вернулся к машине и отвел ее в ангар. Когда он вернулся к жилой хижине, он увидел, что оставил дверь широко открытой.

— Вот ведь проклятый дурак! — упрекнул он себя. — Туда же могли забраться креветки!

Он быстро осмотрел жилую комнату — под сборной конторкой и под письменным столом, под оружейной пирамидой, под стульями, за экраном связи и видеоэкраном, за металлическим шкафчиком библиотеки микрофильмов — и ничего не нашел. Затем он повесил свою шляпу, взял пояс с пистолетом, положил пистолет на стол и пошел в ванную комнату вымыть руки.

Как только он включил свет, кто-то внутри душевой сказал испуганным голосом:

— Уиииик!

Джек быстро повернулся и увидел два больших глаза, таращившихся на него из клубочка золотистого меха. Что бы это ни было, у него была круглая голова, большие уши и лицо, похожее на человеческое. При этом оно было ростом около фута. У него были две крошечные ручки с широко отставленными большими пальцами. Чтобы получше рассмотреть это существо, Джек присел на корточки.

— Привет, парниша, — сказал он. — Раньше я не видел ничего подобного. Во всяком случае, кто же вы такой?

Маленькое существо серьезно посмотрело на него и робким голосом произнесло:

— Уиик.

— Ну, точно: вы Маленький Пушистик, вот вы кто.

Он осторожно придвинулся, чтобы не напугать его резкими движениями, продолжая говорить:

— Держу пари, вы проскользнули сюда, когда я оставил дверь открытой. Ну, а если Маленький Пушистик обнаружил открытую дверь, почему бы ему не войти в нее и не осмотреться?

Джек слегка коснулся его. Существо отпрянуло, затем вытянуло маленькую ручку и ощупало материю его рубашки. Джек погладил его и сказал, что у него самый мягкий и шелковистый мех, который он когда-либо видел. Затем он взял его на колени. Существо довольно уикнуло и обхватило ручонками его шею.

— Ну, точно, мы ведь станем хорошими друзьями, не так ли? Может, вы хотите чего-нибудь поесть? Я думаю, мы с вами можем что-нибудь найти.

Джек посадил его на руку, поддерживая как младенца — по крайней мере, ему казалось, что он помнит, как надо держать младенцев. Детишки были теми существами, которых он не мог обмануть и которым он помогал, если чем-то мог им помочь. Он выпрямился. Вес существа был около пятнадцати — двадцати фунтов. Сначала существо начало в панике отбиваться, потом затихло и, казалось, начало даже наслаждаться тем, что его носят на руках. В жилой комнате Джек сел в кресло, стоявшее возле торшера, и стал разглядывать своего нового знакомого.

Это было млекопитающее — у него были довольно развитые молочные железы для Заратуштры — и это поставило Джека в тупик. Существо не было приматом в земном смысле этого слова. Оно не было похоже ни на что земное и даже ни на одно существо, обитающее на Заратуштре. Двуногое существо, основывающее на мой планете свой собственный класс. Это был Маленький Пушистик, и это было все, чем Джек мог охарактеризовать его.

Этот вид был самым лучшим из всех обитателей планеты класса 3. На планетах класса 3, на таких, как Локи, Шише или Тори, давать названия было очень простым делом. Вы указываете на что-то и спрашиваете туземца, и тот выплескивает на вас целый поток звуков, которые могут означать: «Пра каво эта вы спрашиваете?», а вы берете фонетический алфавит, и имярек получает имя. Но на Заратуштре не у кого спрашивать. Значит, его имя будет Маленький Пушистик.

— Чего бы вам хотелось поесть, Маленький Пушистик? — спросил Джек. Откройте ваш ротик и позвольте посмотреть папочке Джеку, чем это вы жуете.

Осмотрев зубы Маленького Пушистика, он признал, что за исключением того, что челюсти его закруглялись, ею зубы были очень похоти на человеческие.

— Вы, вероятно, всеядны. А как вам понравится нечто вкусненькое из Аварийного Запаса Космических Сил, Внеземной Рацион Тип Три? — спросил он.

Маленький Пушистик издал звук, словно выражал согласие попробовать это. Это было сравнительно безопасно. Внеземным Рационом Тип Три могло питаться некоторое количество млекопитающих Заратуштры без всяких вредных для них последствий. Он принес Маленького Пушистика на кухню и поставил его на пол, затем достал консервную банку с полевым рационом, открыл ее, отломил маленький кусочек и передал его гостю, Пушистик взял кусок золотисто-коричневого кекса, понюхал его, восторженно уикнул и засунул в рот сразу весь кусок.

— Это уж точно. Вам в жизни никогда не приходилось пробовать ничего подобного!

Он разделил кекс пополам, разломив одну половину на небольшие кусочки и положил их на блюдце. Может быть, Маленький Пушистик к тому же еще и хотел пить. Джек начал наливать воду в миску, в какую он налил бы ее для собаки, потом посмотрел на сидевшего на корточках и евшего обеими руками гостя и изменил свое решение. Он сполоснул пластиковый стаканчик-колпачок от пустой бутылки из-под виски и поставил его перед глубокой чашкой с водой. Малюсенький Пушистик хотел пить, и ему не надо было показывать, для чего служит стаканчик.

Было уже поздно готовить себе что-нибудь существенное. Он обнаружил в холодильнике какие-то остатки и смешал их с тушенкой. Пока все это разогревалось, он сел за кухонный стол и закурил трубку. Язычок пламени, вырвавшийся из зажигалки, отразился в глазах Маленького Пушистика, но что по-настоящему испугало его, так это папочка Джек, дышащий дымом. Он сидел, наблюдая за этим до тех пор, пока через несколько минут не разогрелась тушенка, а трубка не была отложена в сторону. Затем Маленький Пушистик начал доедать свой Внеземной-Три.

Внезапно он нетерпеливо уикнул и убежал в жилую комнату. Через несколько секунд он вернулся назад с чем-то длинным и металлическим. Он положил это на пол возле себя.

— Что вы там взяли, Маленький Пушистик? Позвольте взглянуть на это папочке Джеку.

Он осмотрел этот предмет и узнал в нем свой собственный однодюймовый резец по дереву. Он вспомнил, что оставил его снаружи после какой-то работы неделю назад, но не смог найти его, когда вернулся, чтобы его подобрать. Это обеспокоило его: люди, небрежно относящиеся к своему снаряжению, не живут долго в дикой местности. Кончив есть, он отнес посуду в раковину и присел на корточки рядом со своим новым другом.

— Позвольте папочке Джеку взглянуть на это, Маленький Пушистик, сказал он. — О, я не отберу это у вас. Я хочу только посмотреть.

Лезвие было тупым и зазубренным; резец использовался для того, для чего он не был приспособлен. В качестве лопаты, рычага и тому подобного, а также в качестве оружия. Это был универсальный инструмент, как раз подходящий по размерам для Маленького Пушистика. Он положил его на пол, откуда взял, и занялся мытьем посуды.

Некоторое время Маленький Пушистик с интересом наблюдал за ним, а затем занялся исследованием кухни. Некоторые вещи, которые он хотел рассмотреть, Джек убрал от него. Сначала это сердило гостя, но затем он понял, что эти вещи ему не нужны. Наконец, вся посуда была перемыта.

В жилой комнате также было много вещей для исследования. Одной из них была корзина для бумаг. Маленький Пушистик обнаружил, что она может разгружаться, и быстро опорожнил ее, вытащив оттуда все, что не вывалилось само. Он оторвал кусочек бумаги, пожевал его и с отвращением выплюнул. Затем он обнаружил, что измятая бумага может быть расправлена, и расправил несколько листков, затем он обнаружил, что она может еще и складываться. Затем, весело уикая, он запутался в использованной магнитной ленте. В конце концов он потерял к этому интерес и отошел. Джек поднял его на руки и отнес обратно.

— Нет, Маленький Пушистик, — сказал он, — нельзя опорожнить корзину, а потом уйти от нее. Вы уберете все это назад. — Он коснулся корзины и сказал медленно и отчетливо: — Корзина… для… бумаг. — Затем он повернул ее так, чтобы Маленький Пушистик мог помогать ему, и, подняв кусочек бумаги, подбросил его на высоту плеч Маленького Пушистика. Затем подал его Маленькому Пушистику и повторил: — Корзина… для… бумаг…

Маленький Пушистик посмотрел на него и сказал что-то, что могло быть фразой: «Что с вами, папочка, вы сошли с ума или еще что-нибудь?» Тем не менее, после нескольких попыток он взял бумажку и бросил ее в корзину. В течение нескольких секунд он собрал все, за исключением коробки из-под патронов, сделанной из яркого пластика, и широкогорлой бутылки с винтовой нарезкой. Он выставил их и спросил:

— Уиик?

— Да, можно их взять. Идите сюда; позвольте папочке Джеку кое-что показать вам.

Он показал Маленькому Пушистику, как можно открывать и закрывать коробку. Затем, положив так, чтобы было видно, он взял бутылку, отвернул пробку и снова завернул.

— Ну, а сейчас попробуйте сделать то же самое.

Маленький Пушистик вопросительно взглянул на него, затем взял бутылку и зажал ее коленями. Неудачно. Он попытался вертеть пробку в противоположную сторону и только еще туже завернул ее. Он заунывно уикнул.

— Нет, продолжайте. Вы сможете это сделать.

Маленький Пушистик снова взглянул на бутылку. Затем он попытался повернуть пробку в другую сторону и ослабил ее. Он уикнул, что не могло означать ничего другого, кроме как «Эврика!», и, быстро сняв ее, поднял вверх. Выслушав похвалу, он осмотрел бутылку и пробку, ощупал резьбу, а затем снова завернул пробку.

— Знаете, Маленький Пушистик, вы не лишены остроумия, — потребовалось всего несколько секунд, чтобы понять, насколько он умен. Маленький Пушистик хотел знать, почему вы вращали пробку в одну сторону, когда закрывали ее, и в другую, когда открывали, и он узнал это. По способности к приручению он превосходил всех самых умных животных, которых когда-либо видел Джек. — Я пойду расскажу о вас Бену Рейнсфорду.

Подойдя к экрану связи, он набрал кодовый номер лагеря натуралиста, находившегося в пятидесяти милях вниз по Змеиной Реке, если считать от Холодного Ручья. Экран связи действовал автоматически, он вспыхнул, как только был набран код. Перед объективом на той стороне стояла карточка с надписью: «Ушел в поле. Вернусь к пятнадцати часам. Запись включена».

— Бен, это Джек Хеллоуэй, — сказал он. — Я только что столкнулся кое с чем интересным, — он кратко описал, как все произошло. — Я надеюсь, он останется у меня, пока ты не вернешься. Он вообще не похож ни на что, что я когда-либо видел на этой планете.

Маленький Пушистик был разочарован, когда Джек отключил экран: это заинтересовало его. Джек поднял его и посадил к себе на колени.

— Сейчас, — сказал он, протягивая руку к пульту управления. — Смотри сюда, сейчас мы увидим кое-что красивое.

Он наугад включил экран, на нем появилось изображение множества костров, мерцающих там, где люди Компании сжигали мертвые леса, чтобы исследовать Большие Болота Черной Воды. Маленький Пушистик испуганно вскрикнул, обвил ручками шею папочки Джека и спрятал лицо в складках его рубахи. Да, лесные пожары, иногда начинающиеся от молний, были страшными для Маленького Пушистика. Джек переключил канал, и на экране появилось другое случайное изображение (на этот раз это был вид с верхней части Дома Компании в Мэллори-Порте, расположенном тремя временными поясами западнее) с панорамой расстилающегося внизу города и пылающего солнца, заходящего на западе. Маленький Пушистик изумленно смотрел на это чудо. Это было довольно впечатляющее зрелище для маленького парнишки, который всю свою жизнь провел среди огромных деревьев.

Сначала он увидел космопорт и множество других вещей, однако вид планеты целиком, как она видна с Дариуса, привел его в замешательство. Затем, в середине симфонии, передаваемой из Оперного Театра Мэллори-Порта, он изогнулся, спрыгнул на пол и, схватив свой резец, вскинул его на плечо, словно двуручный меч.

— Какого дьявола… О-хо-хо!

Сухопутная креветка, которая, должно быть, вползла, когда была открыта дверь, пересекала комнату. Маленький Пушистик пробежал мимо нее и опустил лезвие резца на шею креветки, изящно обезглавив ее. Мгновение он смотрел на свою жертву, затем занес над ней резец, дважды плашмя ударил по ее спине и разбил панцирь. Затем он начал выдергивать мертвую креветку из панциря, обрывая кусочки мяса и с удовольствием съедая их. Разделавшись с большим куском, он вырубил из панциря жала креветки и использовал их для того, чтобы вытащить наименее доступные кусочки. Когда Пушистик закончил, он начисто вылизал пальцы и снова взобрался на подлокотник кресла.

— Нет, — Джек указал на остатки панциря. — Корзина для бумаг.

— Уиик?

— Корзина для бумаг.

Маленький Пушистик подобрал остатки панциря креветки, сбросив их туда, где им надлежало быть. Затем он вернулся, взобрался на колени папочки Джека и сел смотреть картины, появляющиеся на экране, до тех пор пока не заснул.

Джек осторожно поднял его и заботливо уложил на теплое сидение кресла, затем пошел на кухню, налил себе выпивки, поставил ее на большой стол, закурил трубку и начал записывать в дневник события, происшедшие в тот день. Через некоторое время Маленький Пушистик проснулся и, обнаружив, что колени, на которых он заснул, исчезли, безутешно уикнул.

Сложенное одеяло в углу спальни было удобной постелью, однако Маленький Пушистик сначала убедился, что там нет насекомых. Он перенес к постели бутылку и пластиковую коробку и положил их на пол рядом с одеялом. Затем он подбежал к выходной двери жилой комнаты и, уикнув, попросился выйти. Отойдя на расстояние около двадцати футов от дома, он, пользуясь резцом, выкопал небольшую ямку и, убедившись, что она подходит для его целей, осторожно заполнил ее и бегом вернулся назад.

Вероятно, в естественных условиях Пушистики жили стаями и имели свои дома-берлоги, гнезда или что-то подобное. Никто не хочет, чтобы в его доме был беспорядок, и когда юные особи устраивают его, родители могут отшлепать их, чтобы научить хорошим манерам. Теперь этот дом был домом Маленького Пушистика, и он знал, как он должен вести себя.

На следующее утро Джек поднялся на рассвете и попытался откопать Маленькою Пушистика из-под одеяла. Помимо того, что он был самым эффективным истребителем сухопутных креветок, он был еще и первоклассным будильником. Но лучше всего было то, что он стал Маленьким Пушистиком папочки Джека. Он захотел выйти; тем временем Джек взял переносную камеру и заснял все происходящее на пленку. Здесь нужна была маленькая дверца с пружиной, чтобы Маленький Пушистик мог действовать самостоятельно. Все было разработано за завтраком. Потребуется всего пара часов, чтобы сделать и установить ее. Маленький Пушистик все понял, как только увидел дверь и сообразил, как пользоваться ею, чтобы выйти.

Джек вернулся в мастерскую, разжег огонь в переносном горне и отковал острое, довольно широкое лезвие в четыре дюйма длиной, а на конце рукоять для этого импровизированного оружия-шпаги в фут длиной и четверть дюйма в диаметре. Когда он кончил, лезвие оказалось тяжелее, и чтобы сбалансировать его, он на другом конце приварил круглую ручку. Маленький Пушистик тотчас же понял, что это такое. Отбежав в сторону, он для практики выкопал пару ямок, а затем стал обшаривать траву в поисках сухопутной креветки.

Джек с камерой последовал за ним и заснял пару сцен убийства креветок, выполненных со спокойствием и поразительной точностью. Маленький Пушистик не мог добиться такой сплоченности движений (удар-шлеп-шлеп) за неделю с тех пор, как он нашел резец по дереву.

Зайдя в сарай, Джек начал искать нечто, даже не представляя себе, как это может выглядеть, и обнаружил это там, куда мог выбросил Маленький Пушистик, когда нашел резец. Это была палка из твердого дерева в фут длиной, обточенная и гладко отшлифованная, вероятно, куском песчаника. На одном ее конце было нечто похожее на весло с достаточно острым лезвием, чтобы обезглавить креветку, другой конец был заострен. Он отнес пашу в хижину и сел за стол исследовать ее через увеличительное стекло. На остром конце налипли кусочки почвы — он использовался как кирка. Веслоподобный конец использовался в качестве лопаты, секиры и дробителя панцирей. Маленький Пушистик точно знал, что ему нужно, когда он изготавливал эту вещь. Он хранил ее до тех пор, пока она была настолько совершенна, насколько это было возможно, и выбросил без сожаления, когда ему попалось нечто более совершенное.

В конце концов Джек убрал все в верхний ящик стола. Он подумал о том, что пришло время ленча, когда Маленький Пушистик ворвался в хилую комнату, схватил свое новое оружие и возмущенно уикнул.

— Что случилось, малыш? У вас неприятности? — Джек поднялся, подошел к оружейной пирамиде, взял винтовку и осмотрел комнату. — Покажите папочке Джеку, что там такое.

Маленький Пушистик проследовал за ним к большой двери, предназначенной для людей, готовый, если возникнет необходимость, броситься назад. Неприятностью оказалась гарпия — нечто по размерам и поведению похожее на земного птеродактиля юрского периода, достаточно большое, чтобы заглотить Маленького Пушистика за один прием. Она, должно быть, уже бросилась на него один раз и готовилась напасть во второй. Напоровшись на пулю, выпущенную из шести-миллиметрового ружья, она перекувыркнулась в воздухе и камнем упала вниз.

Маленький Пушистик, удивленно смотревший на все это, несколько мгновений понаблюдал за мертвой гарпией, а затем отыскал отлетевшую стреляную гильзу. Он схватил ее и выставил вперед, как бы спрашивая, может ли он взять ее. Получив разрешение, он побежал с гильзой в спальню. Когда он вернулся, папочка Джек поднял его, перенес в ангар и усадил в кабину управления манипулятора.

Вибрация генератора антигравитационного поля и ощущение подъема сначала обеспокоили Маленького Пушистика, но когда они подцепили гарпию крюком и подняли ее на высоту пятисот футов, он начал наслаждаться полетом. Они бросили гарпию на пару миль выше по ручью, который на новейших картах значился как Ручей Хеллоуэя, а затем, возвращаясь назад, сделали широкий круг возле гор. Маленький Пушистик считал, что это было развлечение.

После ленча Маленький Пушистик вздремнул на кровати папочки Джека. Джек отвел манипулятор к прииску, произвел пару выстрелов, обнаживших кремень, и нашел еще один солнечный камень. Такое бывало не часто. Он редко находил камни два дня подряд. Когда он вернулся в лагерь, Маленький Пушистик в стороне от хижины долбил еще одну сухопутную креветку.

После обеда — его стряпня тоже нравилась Маленькому Пушистику, если только не была слишком горячей — они пошли в жилую комнату. Джек вспомнил, что в письменном столе, куда он убрал деревянную палку-инструмент, он видел болт с гайкой, и, достав их оттуда, он показал все это Маленькому Пушистику. Тот несколько мгновений рассматривал их, затем сбегал в спальню и принес оттуда бутылку с завинчивающейся пробкой. Он отвернул пробку, завернул ее снова, а затем навернул гайку на болт и показал ее Джеку.

— Видишь, папочка? — уикнул он это или что-то в этом роде. — Теперь все получилось.

Затем он свернул с бутылки пробку, положил туда болт с гайкой и закрыл бутылку снова.

— Уиик, — сказал он с заметным удовольствием.

Причина его удовлетворения была ясна. То, что он делал, было доведено до конца. Бутылочная пробка и гайка принадлежали к общему классу вещей-что-наворачивались-на-другие-предметы. Чтобы снять их, нужно поворачивать их влево, чтобы надеть — вправо, только сначала нужно убедиться, что нарезка зацепилась. Но поскольку он смог понять, в каком случае нужно крутить вправо, в каком — влево, это значило, что он мог размышлять о свойствах предметов, не имея их перед глазами, и это значило, что он обладает абстрактным мышлением. Может быть, это несколько отвлеченное понятие, но…

— Вы знаете, папочка Джек завел у себя очень умного Маленького Пушистика. Вы взрослый Маленький Пушистик или еще Маленький Пушистик-дитя? Держу пари, что вы профессор, доктор Пушистик.

Желал бы он знать, что сделает профессор, если окажется таким, каким он предстал вначале, продолжая работать дальше, и усомнится ли он когда-нибудь в правильности того, что нужно разбирать вещь на части, как он это делал сейчас. Когда-нибудь Джек может вернуться домой и найти что-нибудь важное разобранным или, еще хуже, разобранным и собранным неправильно. В конце концов Джек пошел в чулан и копался там до тех пор, пока не нашел оловянную канистру. Вернувшись, он обнаружил, что Маленький Пушистик взобрался на стул, нашел в пепельнице его трубку и, затянувшись, закашлялся.

— Эй, я не думаю, что это полезно для вас!

Он забрал трубку, вытер ее о рубашку и сунул в рот, затем поставил канистру на пол, а Маленького Пушистика опустил рядом с ней. В канистре было около десяти фунтов камней. Впервые поселившись здесь, он собрал коллекцию минералов, но когда он нашел то, что ему было нужно, он выбросил все, кроме двадцати или тридцати самых лучших образцов. Теперь он был доволен, что сохранил их.

Маленький Пушистик взглянул на канистру, решил, что крышка относится к классу вещей-которые-наворачиваются-на-другие-предметы, и снял ее. Внутри поверхность крышки была зеркально-блестящей, и это позволило ему сделать небольшое открытие: он увидел в ней самого себя. Он удовлетворенно уикнул и заглянул в канистру. Это, решил он, относится к классу вещей, которые-могут-выгружаться, как корзина для бумаг, и он тут же высыпал содержимое на пол. Затем он начал исследовать камни и разбирать их по цветам.

Исключая интерес к красочным картинам на экране, это было первым реальным доказательством, что Пушистики воспринимают и понимают цвета. Он продолжал трудиться и еще увереннее доказал это, раскладывая камни в различные кучки, разбив их по оттенкам, от куска аметистоподобного кварца до темно-красных камней. Ну, может быть, он ввел радугу. Может быть, он жил возле большого водопада, где всегда бывает радуга, когда светит солнце. Или, может быть, для него вполне естественно видеть цвета.

Затем, перебирая все камни, он начал классифицировать их, складывая из них странные круглые и спиральные узоры. Каждый раз, заканчивая узор, он счастливо уикал, привлекая к себе внимание, некоторое время глядел на него, а затем отодвигался и принимался за новый. Пушистик был способен получать удовольствие от творчества. Он делал бесполезную работу, изготовляя узоры и любуясь ими.

Наконец он запихнул камни обратно в канистру и покатил ее в спальню, поместив среди других своих сокровищ. Укладываясь спать, он положил свое новое оружие на одеяло рядом с собой.

На следующее утро Джек раскрошил целую плитку Рациона Три, положил на блюдечко, налил в чашку воды и, убедившись, что не осталось ничего, что бы мог повредить Пушистик или обо что он мог бы пораниться, направил свой манипулятор к шурфам. Он проработал все утро, но, разбив около полутора тонн породы, ничего не нашел. Затем он произвел серию выстрелов, срезав ими верхний слой песчаника и обнажив новый пласт кремня, затем сел под дерево с шарообразной кроной, чтобы съесть свой ленч.

Примерно через полчаса он вернулся к работе, нашел какую-то окаменевшую медузу, которая не потребляла необходимых веществ в необходимых комбинациях, а немного погодя он нашел одну за другой четыре конкреции, и в двух из них были солнечные камни, а сделав еще четыре или пять срезов, он обнаружил третий солнечный камень. Возможно, он наткнулся на легендарное Место Погребения Медуз! Далеко за полдень, когда он перебрал весь кремень, у него уже было девять солнечный камней, включая темно-красного гиганта с дюйм в диаметре. Должно быть, в древнем океане существовало какое-то течение, стянувшее множество медуз в одно место. Он хотел срезать еще несколько футов песчаника, но, решив, что уже поздно, вернулся в лагерь.

— Маленький Пушистик! — позвал он, открыв дверь в жилую комнату. Где вы, Маленький Пушистик? Папочка Джек разбогател! Мы отпразднуем это!

Тишина. Он позвал снова: ни ответа, ни топота ног. Вероятно, подумал Джек, очистив окрестности от креветок, он пошел поохотиться подальше в лес. Стянув с плеча ружье и бросив от на стол, он прошел на кухню. Большая часть Рациона Три исчезла. В спальне он обнаружил, что резец аккуратно лежит по диагонали одеяла, а из камней, высыпанных из канистры, Пушистик сложил узор.

Поставив обед на плиту, Джек вышел и некоторое время звал его, затем смешал себе виски с содовой, принес в гостиную и уселся, чтобы просмотреть сегодняшние находки. Сначала он был довольно недоверчив, но потом все-таки осознал, что добыл камней за день, по крайней мере, на пятьдесят пять тысяч солей. Он сложил их в мешочек и, потягивая виски, предался приятным мечтам, пока колокольчик плиты не сообщил ему, что обед готов.

Он ел в одиночестве — впервые за все эти годы он делал это неохотно, неожиданно еда стала противной — а вечером, перебрав номера своей микрофильмотеки, он обнаружил только книги, которые читал и перечитывал десятки раз, или те; которые держал для справок. Несколько раз ему казалось, что он слышит скрип открываемой маленькой дверцы, но каждый раз он ошибался. И конце концов — лег спать.

Проснувшись, он тут же посмотрел на сложенное одеяло, но резак по-прежнему лежал поперек него. Прежде чем уехать на прииск, он раскрошил еще немного Рациона Три и сменил воду в чашке. В тот день, найдя еще три солнечных камня, он механически и без всякого удовольствия сложил их в мешочек. Закончив работу пораньше, он целый час описывал круги вокруг лагеря, но так ничего и не обнаружил. Рацион Три, раскрошенный на кухне, был не тронут.

Может, малый встретил нечто огромное, оказавшееся ему не по зубам, даже с его прекрасным новым оружием — эльфо-дрозда, лешего или другую гарпию. Или, может быть, ему надоело торчать на одном месте, и он двинулся дальше.

Нет. Ему здесь нравилось. Он веселился и был счастлив. Джек грустно покачал головой. Когда-то он тоже жил в приятном месте, где мог быть счастливым, если бы не помнил о своих обязанностях. И он ушел, оставив там опечаленных людей. Может быть, Маленький Пушистик поступил точно так же. Может быть, он так и не осознал, как много он здесь значил и каким пустым стало без нет это место.

Джек отправился на кухню за выпивкой, но остановился и задумался. Выпьешь из жалости к себе, а потом, пожалев себя, выпьешь еще, а когда обе порции смешаются внутри твоего желудка, ты начнешь пить все подряд, что попадается под руку, и в конце концов впадешь в беспробудный запой. Нет, перед тем как идти спать, он выпьет только одну-единственную порцию виски с содовой, хотя, может быть, это и будет для него совершенно бесполезно.


предыдущая глава | Маленький Пушистик | cледующая глава