home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4 Побег


Графиня вернулась чуть позднее незадачливой парочки. Ее не искали. Хельга разумно уговорила барона не поднимать шум.

С тросточкой и шляпой в руках довольная графиня появилась в гостиной. В столовой накрывали к ужину. Она не обнаружила свою команду и решила, что они еще не вернулись. В ее комнате хозяйничала Франсин. Эл бросила шляпу на столик и стала сама стаскивать сапоги.

- Фуф, какой длинный денек! - сказала она. - Умыться бы.

- Я приготовила вам ванну.

- Франсин, вы мой ангел-хранитель.

- У вас хорошее настроение.

- Не дурное.

- Господин Ванхоффер знал, что вы собрались стрелять?

- А-а, вот почему вы такая хмурая. Мы с Карлом достигли некоторого предела доверия, за которым такие формальности не нужны. От чего вдруг вы так раздосадованы? Да, я выиграла лошадь. На сей счет будет проведен соответствующий анализ? Не трудитесь. Обо мне напишут в воскресной газете.

Франсин потупилась.

- Александр Константинович будет сердиться.

Эл вгляделась во Франсин.

- Че-го? - протянула она. Эл хохотнула. - Однако! Не слишком ли близко к сердцу, вы стали принимать наши семейные трения? Франсин, вам стоит напомнить кто я?

- Я полагала, в ваши планы не входило, что вы станете стрелять на ярмарке из лука, - сказала Франсин уже менее уверенно.

Эл склонила на бок голову и посмотрела широко открытыми глазами, подняв брови и скривив губы.

- Хм. Кто-то может похвастаться, что знает мои планы? Вот как? Уж не господин ли Ванхоффер? Франсин, я не прочь принимать вашу заботу и участие, помощь в делах, но вам не следует совать свой нос далее некоторых границ. Если я вздумаю завести вас в тупик, вы попадетесь как младенец. Мне вовсе не хочется вас обидеть, но то, что я позволила вам некоторую вольность в отношениях с нами и с Грэгом не делает вас соучастником нашей работы. У вас полно своей.

Франсин покраснела до коней волос, веснушки поблекли на ее личике, она шмыгнула носом.

- Извините, госпожа графиня, - сказала она и присела.

- Извиняю, - ответила Эл. - Где я могу искупаться?

К ужину вернулись все, кроме Рагнара, он остался в Вене. Теодор не спустился, слуга сообщил, что он спит. Баронесса навестила племянника.

- Спит сном младенца, - сообщила она тоном доброй матери. - Много впечатлений на сегодня.

За ужином только и было разговоров о ярмарке и состязании стрелков. Барон фон Лейдендорф с удивлением узнал о таланте графини, стал расспрашивать ее о методе стрельбы.

- К незнакомому оружию еще нужно приноровиться, - сказал он.

- Я тренировалась еще в детстве, - сказала она. - Хотите, я научу стрелять вас или баронессу. Это не так трудно, уверяю вас.

- Нет. Увольте. Я нахожу такое умение несовременным, - отказался барон.

На том разговор перешел на обсуждение достоинств лошади, Хельге пришлось признать, что лошадь хорошо объезжена. Сказала она это из вежливости. Ее больше тревожило, почему Теодор уснул.

После ужина она оттащила Эл в сторону.

- Скажи мне, что было во флаконе? Что ты ему дала? - спросила Ольга с тревогой.

- А что раньше не спросила? Пролицин, - ответила Эл.

- Ты с ума сошла? Мы не знаем, как он действует на местных. Откуда он у тебя?

- Взяла на базе. Мне обычное обезболивающее не требуется, а вот ранозаживляющее общего действия - всегда пригодиться. Стащила после того, как в меня пальнули. Не грусти. До завтра Теодор выспится и будет скакать на той самой ножке. Он высоко оценит твой талант врачевателя, между прочим. Надо было дать ему две капли вместо трех, слабоват твой ухажер. Тебе бы тоже не мешало поспать, у тебя подъем в четыре, в шесть встают слуги, до семи ты должна закончить обследование.

Поскольку Эл была уверена в своих действиях, Ольге пришлось отступить. На всякий случай перед сном она узнала о самочувствии Теодора, проскользнув в его комнату и пощупав пульс. Он спал, она осмотрела его колено, опухоли не нашла. Не смотря на свою многолетнюю врачебную практику, она бы не решилась дать препарат из будущего местным людям. Безрассудство Эл она не одобряла. Препарат свалил Теодора с ног как раз после возвращения, значит, Эл знала дозу.

Она легла спать пораньше. Выспаться ей не удалось. Еще одна ночь в слишком мягкой постели. Заснула она за полночь. Шарлота видимо долго будила ее. Умывание холодной водой привело Олю в чувства, но ум прояснился только, когда она чуть не уронила терминал на пол в коридоре. Испуг разбудил ее.

К половине шестого Ольга сняла метки со всех пустых тайников, вскрыла панель в личной библиотеке барона и обнаружила четыре свитка. Она чуть ли не визжала от восторга. Она возилась со сканированием, потому что не была уверена в том, что делает все верно. Она повторила процедуру раза три, на всякий случай.

Без четверти шесть, когда она решила завершить работу, в доме слышались признаки пробуждения. Она вспомнила о договоре с Теодором. Интересно, что он хотел ей показать? В округе должно быть полно красивейших мест. Она надела простое платье из тонкой шерсти для прогулок, закуталась в шаль, ей показалось, что так будет не холодно. Шарлота удивилась ее намерению гулять. Без четверти семь Оля уже стояла в боковой аллее.

К ней медленно, подъехал экипаж, с противоположной от конюшен стороны. Он был видимо наемный. Из ближайших кустов выскочил Теодор. Он скакал через кочки, как ни в чем, ни бывало.

- Доброе утро. Как ваше колено?

- Замечательно. Хельга, вы пришли. Я едва надеялся. Едем же скорей.

Они уселись в экипаж, и он покатил прочь от усадьбы. Ольга хотела посмотреть в окошко, но Теодор быстро закрыл его занавеской.

- Вам лучше не показываться, - сказал он. - Нас могут опознать.

- Это такой огромный секрет?

В ответ он торжествующе улыбнулся.

- Я счастлив, что вы отнеслись к этому с пониманием. Вы отважная девушка. Мое восхищение вами безгранично!

Они отъехали довольно далеко. Ольге казалось, что прошло не меньше получаса. Теодор глаз с нее не сводил, она уже привыкла к этим взглядам и думала только о ночной находке. Шарлота передаст изображение Эл, как только та проснется. Оля была горда собой, наконец, она сделала что-то стоящее.

Она подняла глаза на Теодора. Он пожирал ее взглядом, его губы кривились в усмешке.

- Вы выглядите таким загадочным и счастливым, Теодор.

- Вы теперь моя, я очень счастлив.

Ольга подняла брови, такое утверждение казалось странным.

- Вы меня удивляете. И все-таки, куда же мы едем?

- В Баден, там мы сменим экипаж и доберемся до Вены. Там сядем на поезд и уедем в Германию. Вы не взяли с собой никаких вещей, понимаю вашу осторожность. Не беспокойтесь, любовь моя, у нас будут средства, - задыхаясь от восторга, сказал Тео. - Я это продам, они бесценны. Дядя рад бы был от них избавиться.

Теодор достал какой-то сверток, довольно большой. Ольга рассмотрела краешек манускрипта и обмерла. Это были свитки.

- Что это? Вы это украли?

Ольга потянула на себя сверток, и барон легко его отдал. Она развязала шнурок и опешила.

- Господи милостивый, это документы вашего дяди?

- Да. Я смогу вас содержать.

- Содержать меня? Где?

- В Берлине у меня не дурные апартаменты. Я выручу много денег, но не здесь. Дайте срок.

Тут Теодор спрыгнул с сидения и упал на колени перед ней. Экипаж качало, казалось, он упадет, Ольга схватила его за плечи, а он вдруг обнял ее колени и принялся целовать их.

- Что вы делаете?! - возмутилась она.

- Припадаю к ногам моей богини. Не пугайся, я не посягаю на твою честь! Я обожаю тебя! Ты станешь моей, когда мы поженимся.

Ольга вскочила, ударилась головой о крышу кареты, помяла шляпку и взвизгнула.

- Теодор! Опомнитесь! Вы с ума сошли! Что вы себе позволяете?! Вы украли документы! Как вы смогли!

- Простите! Простите меня. Умоляю.

Он отпрянул назад и занял свое место напротив. Экипаж подпрыгнул на кочке, она повалилась назад и вжалась в угол.

- Хельга. Я не хотел пугать вас. Я не вор, таковы обстоятельства.

- Остановите лошадей и объясните мне, что твориться? - потребовала она.

- Мы вчера обо всем договорились. Вы были согласны. - Он схватил ее за руки. - А вчера вечером вы приходили ко мне. Я не посмел показать, что не сплю.

- Черт побери! - выкрикнула она.

Теодор сжимал ее кисти и говорил тихо, успокаивающе. Она сжимала свитки, боясь выпустить их из рук, но барон не имел намерения их отнимать.

- Дорогая моя, успокойтесь. Это просто аффект. Я понимаю, ваше смятение. Подумайте о том, что вам больше не грозит это ненужное вам замужество. Вы свободны. Вы станете баронессой. Я дам клятву, я буду ждать, пока вы не полюбите меня так же сильно, как я вас. Нас ждет подлинное счастье.

- Остановите! - крикнула она.

Экипаж дрогнул, кони встали. Ольга попыталась открыть дверцу, но Теодор мешал ей.

- Сядьте же, умоляю. Хельга, у вас истерика. Трогай, что стоишь! - выкрикнул он.

Экипаж снова поехал.

- Отпустите меня! Немедленно! Теодор! Барон! - Она пыталась высвободиться, но его руки снова хватали ее.

Наконец она со всего размаху дала ему оглушительную оплеуху свертком.

- Хельга. Опомнитесь. Вы с ума сошли, - выдохнул он, держась за ушибленную скулу.

- Отпустите и не смейте трогать меня! Я выпрыгну на ходу.

- Да умоляю же вас, успокоиться! Я не отпущу вас. Вы разобьетесь! Вы не в себе, вы не понимаете…

- Это вы не понимаете, - прошипела она. - Вы ввели меня в заблуждение. С чего вы взяли, что я хочу уехать. Как вы посмели их украсть!

- Вы сами вчера об этом говорили. Боже, помоги мне. Хельга, вы спрашивали о свитках. Я понял, на что вы намекаете.

- Я! У меня и в мыслях не было. Я не собиралась их красть! Я не собиралась с вами бежать. Я думала мы поедем кататься. Чудовищное заблуждение. Какая я дура!

- Хельга. Хельга, я люблю вас. Я ни за что не вернусь, и не вам не позволю.

- Я пожалуюсь Рагнару. Он вас утопит! - рыкнула Хельга. - Немедленно отпустите меня, по-хорошему. Граф вас застрелит. А Грэг… Он вас растерзает на куски!

- Я никого не боюсь. Любовь сделала меня бесстрашным. Я буду защищаться. Гони!!!

Экипаж помчался по дороге, подскакивая на ухабах.

Теодор извлек откуда-то револьвер, да такой здоровый, какого Ольга не видела, он, наверное, в два раза был больше револьвера Эл. Ствол был наставлен на нее. Она шарахнулась прочь от двери и замерла.

- Я вас ему не отдам. Он вас не получит, он вас не стоит, - простонал Теодор. - Не покидайте меня.

- Это вы не стоите его! Это я его не стою! - завопила испуганная Ольга. - Уберите оружие, барон. А лучше отдайте мне. Отдайте!

Она хоть и требовала, но боялась прикоснуться к этому смертоносному предмету. Единственное, что пришло ей в голову, это хитрость.

Она бросила свитки на пол, вынула из волос булавку, отшвырнула шляпку в угол, волосы рассыпались по плечам. Оля засопела и стала расстегивать лиф платья. Экипаж качало так, что она не могла найти пуговиц. Она рванула ворот, пуговки отлетели, стало легче дышать. Теодор от неожиданности остолбенел.

- Что вы делаете, Хельга, - прошептал он в недоумении.

Дмитрий много раз учил ее, как отбирать оружие, правда, не револьвер. Будь у барона излучатель, она испугалась бы меньше. Ольга изловчилась, ударила противника ногой в живот, и набросилась на его руку, отведя от себя ствол. Самое верное было - кусаться. Так она и сделала. Теодор завопил. Карета дернулась, но не остановилась. Револьвер оказался в руках у Ольги, и она со всей яростью, на которую была способна в эту минуту, приставила дуло ко лбу барона.

- Немедленно прикажите остановить экипаж! - потребовала она.

- Нет. Лучше убейте меня. Вы разрываете мое сердце. Хельга, вы похожи на Фурию.

- Я выстрелю! Стой! - крикнула она. - Стой или я его убью!

Видимо возница ее не слышал или имел указания не останавливаться. Ольга раздумывала мгновение, а потом подняла ствол и нажала на курок. Раздался такой грохот, что в ушах зазвенело. Она зажмурилась. Экипаж остановился так резко, что она и Теодор оказались на одном сидении. Ольга воспользовалась замешательством и схватив свою шаль, завернула в нее сверток, не выпуская из рук револьвер, метнулась к двери, дернула ручку и выскочила из экипажа, как ошпаренная. Боясь преследования, она бросилась бежать, перепрыгнула придорожную канаву и оказалась на лугу рядом с дорогой. Там она без оглядки побежала туда, где по ее предположению была усадьба Лейдендофов.

Теодор сидел в углу экипажа с остекленевшими глазами, он смотрел на дыру в крыше, грохот выстрела все еще мерещился ему. Экипаж стоял, его никто не тревожил. Потом рядом раздался конский топот. Показался конский бок, нога в сапоге. Всадник склонился и, опираясь на распахнутую дверцу, заглянул внутрь. Теодор с трудом узнал лицо. Это была графиня Шеховская, в мужском платье, по плечам - локоны. Она посмотрела на него совсем беззлобно. Она даже слабо улыбнулась,и перепуганный барон не увидел иронии.

- Барон, вы целы? Вижу, что целы, - сказала она.

Теодор молчал, все происходило будто бы ни с ним.

- Ну, слава Богу, обошлось без жертв, - произнесла графиня и выпрямилась.

Кучер смотрел на нее во все глаза. Слишком много чудного за одно утро. То бешенная девица, которая вопит, как резаная, что вопить, если уже сбежала с любовником. А теперь еще одна в штанах, в мужском седле, как так и надо. Чудеса.

- Милейший, будь любезен, отвези господина в Вену, - сказала она властным тоном.

- Не взыщите. Господин только до Бадена желал.

Она протянула ему несколько монет. Он покосился недоверчиво, потом взял серебро.

- Тут тебе и дырку в крыше заделать хватит. Поезжай не спеша, - сказала наездница.

Она развернула коня и поскакала в ту сторону, куда убежала первая сумасшедшая.

Эл проехалась по краю луга и остановилась у дуба. Привстав на стременах, она наблюдала, как Оля боевым шагом, с шалью подмышкой, размахивая на ходу рукой с револьвером, с видом уверенного в себе человека топает по полю в совершенно правильном направлении.

- Ну, Хельга Карлсон, с боевым вас крещением, - сказала Эл ей в след и расхохоталась с удовольствием.

С вечера она не очень верила, что Оля поедет с Теодором. Ее растолкал Алик.

- Эл, проснись. Ольга нашла часть свитков. Шарлота сказала, что она собралась гулять, ты знаешь куда?

- Она бежит с Теодором, - проворчала сонная Эл.

Алик сначала замер, потом снова стал трясти ее за плечо.

- Эл, куда бежит? Сегодня бал.

- Ну и что. Куда она денется? Поймет, во что ввязалась и вернется, - пробормотала Эл.

- Ты все знаешь, и даже ей не объяснила. Командир, а ну вставай. Ты это допустишь?

- Сама вляпалась, сама пусть и выбирается. Что тут шум поднимать? Опыта наберется.

- Эл. Элька, - Алик силой усадил ее. - Хватит так шутить. Нашла время. Едь за ней.

- Хм. Она наблюдатель, пусть работает. Тебе надо? Поезжай.

- Я? Я - граф, я должен буду вызвать барона на дуэль. Эл. Графиня Шеховская, черт побери, вашу подругу собираются обесчестить.

- Ага. Каким интересно образом?

- Так, кажется, проснулась. Я попрошу Эрика оседлать тебе лошадь. Шуточки у вас, графиня!

- Свитки нашла? Нашла. Пусть развлекается.

- Эл, шевелись, если баронесса узнает…

- Эта женщина лучше любого сканера, она и так все знает.

Алик был неумолим, и ей пришлось ехать. Эл следила за экипажем издали, забеспокоилась, когда прогремел выстрел, оба персонажа в экипаже могли бы так с дуру пальнуть. Ольга вырвалась на свободу, а Эл осталось проверить, жив ли барон. В сущности - ничего интересного и неожиданного.

Алик подождал минут сорок после отъезда супруги, решил пройтись по дому. Баронесса еще не встала, служанка сообщила, что накануне баронесса страдала бессонницей от волнений. Потом он застал в гостиной Игоря, который пил чай и что-то писал.

- Работаешь? - спросил он.

- Хочу закончить работу для Франсин. Доброе утро.

- Только не для тебя. У тебя невесту украли, Грэг Макензи, - Алику вздумалось шутить.

Игорь поднял глаза и встрепенулся.

- Ты шутишь? - спросил он.

Алик кивнул.

- Тео? - Игорь больше ничего не сказал и расхохотался.

- Ты бы хоть недовольство изобразил или оскорбленное самолюбие. Тебя должны жалеть, - обиделся Алик его реакции.

- Это Теодора надо жалеть. - Потом он встрепенулся и подскочил. - Я на конюшню. Хочу на это посмотреть.

Алик властно его остановил.

- Цирк бесплатный? Графиня уже там, она все уладит.

- Ну, интересно же. Она нас этикетом терзала, а сама?

У Игоря начался очередной приступ веселья.

- Где Шарлота? Я придумал.

- Решил позлорадствовать, - укоризненно закивал головой Алик.

- Не без этого. Это событие очень способствует моим планом, дружище. Все бегу.

- Узнаю Димкино влияние, - пробормотал ему в след Алик.

Ольга стояла в начале аллеи, по которой уехала с Теодором. В доме не спят, ее могли хватиться. Она закуталась в шаль, прижала к груди свитки, прикрывая ими оторванные у ворота пуговки. Нечего надеяться, чтобы незаметно попасть в дом. До нее начал доходить смысл происшествия. Она не знала, куда ей податься. Оля свернула с аллеи, прошла по гравиевой дорожке до пруда и там села на скамейку. Ее было должно быть видно с балкона дома. Если она будет упрямо сидеть на месте, к ней кто-нибудь подойдет, друзья, ассистенты, кто-то из слуг Лейдендофов.

Утреннее солнце ушло за тучи стало пасмурно, от воды шел холодок. Будь в доме Дмитрий, он первым пришел бы на помощь. Пруд виден из окна спальни Эл. Оля рассматривала испачканный подол платья. Напрямик дорога была не для прогулок, она изрядно перепачкалась, промочила ноги, без шляпки и с распущенными волосами вид у нее был непрезентабельный. Она сняла шнурок со свитков и перевязала им волосы. От этого она не стала выглядеть лучше. Куда спрятать свою находку, свитки, она не знала.

- С возвращением, - раздался рядом голос, который она менее всего хотела услышать. Она подняла взгляд на Игоря, и произнесла тихо. - Извини.

- За что? - спросил он.

Ольга растерялась. Просить у него помощи? Но больше не у кого.

- Я свитки нашла, - сказала она сдавлено, чтобы хоть как-то оправдаться и потупилась.

Он хмыкнул.

- Я знаю, Франсин сказала.

- Я другие нашла, - прошептала она, не поднимая глаз, и отодвинула край шали.

На ее коленях лежала горка документов. Игорь проглотил комок.

- Где? - спросил он изумленно.

- Отобрала у Теодора. Он их украл.

Игорь присел рядом.

- Так вы с Эл не встретились?

- С Эл. Нет. Она нас догоняла?

- Значит, не встретились. Сиди. Я позову Алика. Сканируй. Разберемся.

Ольга облегченно выдохнула. Он быстро перешел на деловой тон.

Алик вышел на балкон и увидел парочку у пруда. Подглядывать было неприлично, пока он боролся с собой рядом выросла Элизабет, свеженькая, в утреннем наряде с румянцем и огоньком в глазах.

- Ты откуда? Как вернулась?

- Лисьими тропами. Спасибо, что разбудил. Я наблюдала весьма занимательную сцену. Потом расскажу. Достойно пера. Они объясняются? И как это он пошел?

- Он смеялся, представляешь, его это позабавило, - сказал он.

- А что ему делать? Золотой бы дала, чтобы сейчас их подслушать. Как думаешь, они ссорятся или будут целоваться? Нет, на людях Оля не позволит. А кто ее знает? Я теперь ни в чем не уверена, - рассуждала Эл. - Смотри, на корточки присел. Пусть только на колени не встает.

- Эл, прекрати. У них серьезный разговор.

- А когда они собирались вдвоем, чтобы пошутить?

- Графиня, вы жестоки.

- Я вижу, что вы на ее стороне, граф? Вот как?

- Достанешь свой лук и будешь на меня охотиться?

- Ай, расходятся. Не удаются им сцены признаний, - всплеснула руками Эл. - Он ее бросил одну. Как-то не по джентельменски. Это не та сцена. Пошли к ним.

Баронесса фон Лейдендорф заметила четверых гостей из окна столовой. Одеты они были разнообразно. Граф явно не к завтраку, Грэг тоже. Хельга выглядела и того страннее, только графиня, вышагивая своей беззаботной походкой, была свежа и неуместна среди них. Баронесса дождалась, пока все четверо войдет в дом и пошла навстречу.

- Баронесса, у нас тут крайне неприятная ситуация, можем мы уединиться где-нибудь, - сказала серьезно Элизабет.

- Боже мой, Хельга, что с вами? Что стряслось? - удивилась баронесса ее виду. - Бедняжка.

- Попросите слуг нас не беспокоить, - приказал Александр Константинович кому-то из прислуги.

Они вошли в голубую гостиную, и все двери оказались накрепко заперты. Баронесса с испугом посмотрела на молодых людей.

Ее усадили за столик, и Хельга распахнув шаль, продемонстрировав порванное платье, положила перед ней свитки.

- Вот. Это ваше, госпожа баронесса.

- Господи, что стряслось? - взмолилась Матильда фон Лейдендорф.

- Позвольте мне, - оглядывая присутствующих, сказала Хельга. - Это моя вина.

Граф и графиня кивнули, Грэг Макензи нахмурился.

- Все выглядит не так, как может показаться со стороны. - От волнения ее акцент вдруг усилился. Она замолчала и потупилась. Молчание стало затягиваться. Матильда бледнела на глазах.

- Теодор? - выдохнула она. - Хельга, не молчите.

Хельга кивнула. Граф подал баронессе воды.

- Я умоляю меня не проклинать, госпожа баронесса, - продолжала Хельга. - Я вообразить не могла, что его увлечение мною перерастет в столь решительные действия. Я не намеревалась бежать с ним, я полагала, что он хочет показать мне окрестности в утреннем свете. Это было заблуждение с моей стороны, и ошибка - с его.

- У вас слишком милосердное сердце, моя дорогая, - возмутился Грэг Макензи, поморщившись. - Дело в том, госпожа баронесса, что ваш племянник намеревался силой увезти мою невесту.

- О Боже!

- Видимо, эти артефакты могли стать свадебным подарком? - спросил граф, подняв брови.

Баронесса окинула всех взглядом полным ужаса. Граф пришел ей на помощь. Александр Константинович склонился, взял холодную руку графини и сжал ее пальцы.

- Я полагаю барону фон Лейдендорфу не нужно знать о краже и выходке племянника. Я предлагаю самый разумный выход - вернуть документы на место и забыть об этом. Грэг, я призываю тебя к благоразумию. Не будем портить сегодняшний праздник, между собой с фройляйн Карлсон вы объяснитесь позже в приватной обстановке. Позвольте Хельге уйти, она едва стоит на ногах. Элизабет, проводи ее.

Без присутствия графини баронесса ощутила себя совсем потерянной.

- Не вините себя, - обратился к ней Грэг Макензи. - Упаси Боже, мне винить кого-то. Я допустил эту оплошность, оставляя Хельгу одну в незнакомом обществе, в незнакомой культуре. Моя сестра может быть весьма легкомысленной в таких вопросах. Я согласен с графом и готов забыть этот инцидент, как бы неприятно мне не было теперь.

- Иди, Грэг. Я побуду с баронессой.

Грэг Макензи удалился. Граф подошел к столику со свитками, посмотрел и произнес:

- Представить не мог, что увижу их в такой обстановке. Правду говорят, что они приносят несчастья их владельцам. Баронесса, ваше право поступить, как вздумается, но я бы поторопился возвратить их на место.

- Как вышло? Я делала для него что могла, - всхлипнула баронесса.

- Я тому свидетель, вы были для него не хуже матери. Он, в сущности, еще мальчик. Надеюсь, этот случай послужит ему уроком. Хельга поступила очень мужественно и благородно, вы не находите?

- О, да, - согласилась баронесса печально. - Я считала эту девочку менее сильной.

- Госпожа баронесса, я понимаю, какие чувства вы теперь испытываете, но согласитесь, мы все немного виновны в разладе между Хельгой и Грэгом, мы все были немного легкомысленны, не только Элизабет. Вы как женщина более мудрая, чем все мы, могли бы им помочь. А сегодняшний бал может быть очень кстати. Забудьте о Теодоре, хотя бы на сегодня, ему пора жить своей жизнью. Нужно помирить этих двоих. И не думайте, что кто-то из нас всех будет вас винить. Ни в коем случае, честью клянусь.

Баронесса тяжело вздохнула и печально улыбнулась ему.

- Ох, граф, вы просто святой. И умеете найти слова.

- И мое слово, что-то еще значит, - он ей подмигнул. - Обещайте сегодня танцевать со мной.

- Ах, оставьте.

- Я настаиваю. Не время для грустных мыслей. Я должен вас оставить, полагаю, я еще успею сделать кое-что для моего друга.

Граф поднялся и тоже вышел. Баронесса осмотрела пустую гостиную, перевела взгляд на свитки и печально вздохнула.

Алик остановился у дверей спальни Ольги и прислушался. Он тихо постучал, открыла Шарлота.

- Александр Константинович, - сообщила девушка.

Шарлота подала знак, он вошел. Ольга в халате стояла босая посреди комнаты и сама нервно расчесывала волосы. Увидев его, она сделала брови домиком.

- Только не ругайся. Такая глупость, мне стыдно вам в глаза смотреть.

Алик посмотрел на нее, потом на расписной потолок.

- Эл бы назвала это чудовищным везением. Мы и не думали, что свитки в доме, мы думали, что барон их увез и спрятал. Дмитрий, как собака, следит за ним неотступно вторые сутки. Все оказалось до банального просто. Но Теодор каков! Ну-ка расскажи, как это у вас вышло.

Ольга начала рассказывать.

Когда она дошла до сцены борьбы, Алик зажмурил глаза и зашелся смехом. Оля размахивала руками и показывала в лицах то, что происходило в экипаже. Она была напугана, и ей было не до смеха в те минуты. Алик был последним человеком, который стал бы смеяться над ее нелепым положением. Выходки Дмитрия и Эл не приводили его в такое состояние.

- Алик! Неужто так забавно?! - едва сама не улыбнувшись, спросила она и бросила гребешок на постель.

- У меня воображение разыгралось, - сказал он и снова прыснул от смеха.

- Эл поехала за мной, почему мы не встретились?

- Не знаю. Была уверена, что ты сама справишься. Оль не тушуйся, тебе как человеку другой эпохи не мудрено запутаться. В твоем времени девушек не воруют.

- Алик, а что значит "содержать"?

Алик постарался не засмеяться.

- Обеспечивать благополучие, условия жизни.

- Он собирался продать свитки, представляешь?

Ее удивление было таким наивным. Алик уже не испытывал трудностей с пониманием этой среды обитания, и век двадцатый не так далек от этих времен. Другое дело Ольга, с ее взглядом на жизнь мерками будущего, странными в этом времени. Игорь смеялся. Алик представил, что кто-нибудь вот так увез бы Эл. И пусть его возлюбленная непростая добыча, он готов откусить голову обидчику. Алик ощутил себя архаическим существом при сравнении с парой своих более чистых душой друзей.

Он еще раз улыбнулся.

- Тебе бы поспать.

- Я тут, на кушетке. Эта перина - просто пытка, - сказала Ольга устало.

Приготовления к балу заняли все время до обеда и после. Баронесса держала слово, она энергично металась по дому, доводила слуг до изнеможения множественными указаниями. Усадила за рояль Грэга, а Элизабет заставила петь. В присутствии графа ее одолевало смущение, и поэтому Александр Константинович не оказался вовлечен в ее затеи, как и Хельга, которая спала мирным сном. В четвертом часу в стенах дома появился Рагнар со своим ассистентом и сундуком с вещами, ему долго выбирали комнату, он несколько раз сказал, что не останется на ночь, но был водворен в комнаты Теодора. Рассказ о побеге Ольги привела его в истерический восторг. Он так развеселился, что спел дуэтом с Эл романс, они изображали влюбленных, притворно сверкая глазами и делая жеманные жесты. Игорь не смог доиграть до конца партию, и громко ударив по клавишам, заявил, что они глумятся над классикой.

В шесть часов вечера первый этаж был полон гостей.

- Кто сказал, что семейство Лейдендорфов в опале, - сказала Рагнар Гаруди, осматривая с лестницы пеструю толпу.

Он имел возможность молчать, не будучи никому представленным, в толпе гостей он не находил знакомых лиц и менял курс, завидев баронессу. Наконец, он увидел Хельгу и Грэга, которых баронесса взяв под руки, водила от компании к компании и представляла, как жениха и невесту. Хельга с румянцем на лице всем улыбалась, ее жених чинно кивал. Он понял, что церемония займет много времени, обошел все комнаты, люди все пребывали. В огромной зале был накрыт стол не меньше, чем в императорском дворце. Он чуть не присвистнул, глядя на такую роскошь.

Графа и графини он нигде не видел. Не имея желания болтать с гостями, он поднялся этажом выше и вышел на балкон. Вечерней прохладе пахло дымом. Электричества в доме не было, так же как и газовых рожков. Вдоль дороги ведущей к парадному входу горели огни в треножниках. В дальней алле виднелись несколько подъезжающих карет. Он вспомнил утреннее происшествие и сильно зажмурился, чтобы не засмеяться. Оно и к лучшему, что не будет на балу Теодора, ему не хотелось сегодня ни с кем дружить, а пить тем более. Им предстояла решающая ночная вылазка, он не был склонен веселиться, но присутствовать был обязан.

Его уединение было нарушено высыпавшими на балкон гостями, дом скоро распухнет от такого количества посетителей.

Всеобщее веселье вскоре ему понравилось, атмосфера, более непринужденная, отличалась от чинных венских посиделок и ужинов.

Внизу уже звучала музыка, в зале кружились пары. Матильда водила чету Шеховских, представляя их гостям, а значит, он опять может не бояться баронессы.

В боковом от танцевального зала коридоре он столкнулся с бароном.

- Рагнар Гаруди?

- Барон.

- Можно вас на два слова.

И пять минут спустя, он оказался в святая святых - кабинете барона фон Лейдендорфа.

Они сели в кресла и хмурый хозяин дома спросил:

- Это вам интересны свитки, молодой человек?

- Не стану скрывать. Мне. Младший Макензи рассказал, что вы не желали говорить со мной при той вашей встрече, - ответил Рагнар.

- Не желал, а теперь желаю, - ответит барон снисходительно.

- И в чем причина?

- В благородстве ваших друзей. У нас с женой нет тайн друг от друга. Она бы не находила себе места, если бы не рассказала мне о неприятности с фройлян Карлсон. Признаться, я ожидал от моего племянника чего-то подобного. Но, увы, он бестолков на столько, что не смог и этого сделать должным образом.

Барон встал, открыл ключом дверцу шкафчика и достал свитки.

- Можете взглянуть. Я разрешаю. Вы единственный кто их не видел.

Рагнар поднялся и подошел к столу. Его охватило волнение. Он протянул руку, но не посмел коснуться листов. Пожухлые, потертые, свернутые в трубочку перед ним лежали документы, ради которых они больше года мотались по Европе разных времен.

Барон развязал кожаную веревочку и осторожно развернул листы. Они захрустели.

- Осторожно, - выдохнул Дмитрий.

- Я знаю, как с ними обращаться, - сказал барон. Ему понравилось, с каким трепетом смотрит на его сокровища этот выходец с Востока. - Сможете прочесть?

Дмитрий склонился.

- Это фарси, - сказал он. - И это поздний текст.

Он пальцами провел по полю листа. Взгляд выхватывал завитки уже знакомого орнамента. Какая сила заставляла художников из века в век повторять его, обрамляя тексты далекие по смыслу от содержания текста на полях? Что Тиамит вложил в них?

Рагнар перебирал листы один за другим, он уже различал документы позднего периода и совсем древние. Барон следил за ним, не отрываясь, и сделал вывод, что Рагнар Гаруди не в первый раз держит в руках нечто подобное.

- Говорят вы провидец? Какова их судьба? - спросил барон.

- Их судьба предсказать прошлое или будущее одного из нас. Но это случиться еще очень не скоро. И это не все документы. Есть еще.

- Чего ради вы искали их? Скажите откровенно.

- Я знаю, что в них - судьба целого мира. Моя, ваша, моих друзей. Они не ваши, избавьтесь от них и живите спокойно, господин барон.

- Берите.

- Что?

- Берите, господин Гаруди.

Рагнар посмотрел на барона и утвердительно кивнул. Он вспомнил фразу: "Найдете свитки, измените историю". Холодок пошел по спине. Он сделал шаг назад и отошел от стола.

- Одному моему другу оставался шаг до победы, но он повернул назад, потому что продолжение пути показалось ему сомнительным. Как показало время, интуиция не обманула его. Отступив, он выиграл. Я их не возьму, господин барон.

- Почему?

- Слишком просто.

Барон в ответ засмеялся хриплым смехом старика.

- Верите в проклятие?

Рагнар усмехнулся.

- Уже немного, - согласился он. - Ваш знакомый Арнольд Шпитц погиб под колесами экипажа прошлой ночью, так и не завершив свой труд по переводу этих документов.

- Я знаю, очень жаль беднягу, - сказал барон. - Вас тоже интересовала его работа?

- Да. Элберет помогал ему с латынью.

- Мне это известно.

- Я могу уйти?

- Да, я вас не задерживаю. - Рагнар не дошел еще до двери. - Господин Гаруди, будьте осторожны, игра, которую вы затеяли, может выйти вам боком. Господин Берг не любит проигрывать. И не надейтесь получить назад взятку, которую вы ему дали. И еще. Карл Ванхоффер человек чрезвычайно необычный, чудаковатый на вид, но и очень хитрый. Осторожнее.

Рагнар благодарно кивнул и вышел. За дверью он издал вздох облегчения. Трудно сказать, как отреагирует на его действия Эл, только сейчас он был убежден, что поступил как нельзя лучше.

Внизу продолжалось веселье. Он возвратился к праздничной суете с воодушевлением. На душе было легко. Наконец, баронесса вцепилась в него, и он совершил круг по всем гостиным и залам.

Ужин, танцы, игры, шум и суета и так до полуночи. Грохот фейерверка стал знаком окончания бала. После соблюдения церемонии прощания тройка исследователей исчезла с глаз баронессы так стремительно, что она не успела их поблагодарить, за то, что их присутствие украсило ее праздник. Она застала лишь уставшего, довольного Грэга Макензи.

- Все было чудесно, госпожа баронесса, - ответил он вежливо.

- Вы не сердитесь на меня? - спросила она на всякий случай.

- Я обещал графу забыть и уже забыл, - заверил он. - Я буду вспоминать теперь не только Вену и Баден, но и это удивительное место, этот день и вас. Завершение нашего путешествия было столь замечательным, что я его долго буду помнить. Только лучшее. Некоторые встречи сегодня я точно буду помнить всю жизнь.

- Вы о господине Штраусе? Он слышал вашу игру.

- Это ваша хитрость, - он покачал головой. - Вы не предупредили.

Баронесса довольная собой кокетливо улыбнулась.

- А вы, оказывается, можете быть романтичным, - заметила она. - Я полагала, что вы сугубо деловой человек. Как легко можно обмануться. Вот вы назвали вашу сестру легкомысленной сегодня, а я нахожу, что она легкомысленна менее вас всех. Она мудро поступила, позволив Хельге сделать глупость. Сегодня вечером я впервые поверила, что эта девушка вас любит.

Она увидела, как рассвело его лицо.

- Вы так считаете?

- Я видела, как она смотрела на вас сегодня. Отводила глаза, едва вы поворачивались к ней, но когда вы не смотрели на нее, она следила за вами, так словно увидела в вас другого человека. Она очень смущается и явно желает загладить свою вину, равнодушная девушка не будет себя так вести. И она так ждала возможности танцевать с вами, а вы словно нарочно были заняты чем угодно, но не танцами. Пара вальсов - не в счет.

- Надеюсь, вы так говорите не для того, чтобы меня ободрить.

- Нет-нет. Она старается быть холодной и рассудительной, соблюдать правила, но у нее плохо получается, потому что в действительности ею движет не разум, а страсть. Она думает, что поступает разумно, - тут баронесса не скрыла улыбки, - но на самом деле совершает, таким образом, больше глупостей, нежели когда поддается чувству.

- Элизабет не спроста считает вас мудрой женщиной.

- Как и я - ее. Мы с ней не дурная компания, - засмеялась баронесса.

- Не могу с вами не согласиться.

- Ох, ваша дорогая сестра еще та лисица, надо признать, - с хитрым прищуром заявила Матильда фон Лейдендорф. - Артемида. Уж ее то стрелы мимо цели не пролетят. Спокойной вам ночи, Грэгуар Макензи.

- Спокойной ночи, госпожа баронесса.

Игорь проводил баронессу взглядом. "Это не женщина, это сканер", - подумал он с улыбкой.



предыдущая глава | Река времени | Глава 5 Ночные похождения