home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ЗАПРЕТ КОНТАКТОВ С ЕВРЕЯМИ

Помимо запретов на сексуальные отношения с евреями, всякий телесный контакт с ними не одобрялся с древнейших времен. Евреи считались народом, от которого следует держаться подальше, что отнюдь не способствовало и любовным отношениям между евреями и не-евреями. Так зарождался «эпидермический остракизм».

Вскармливаниееврейских младенцев не-еврейскими кормилицами было запрещено во многих странах, несмотря на то что раввины его разрешали. Согласно Талмуду, следовало только, чтобы кормилица-иноверка жила у матери младенца[524]. В XI в. император Генрих IV, основатель Германской империи, благоволивший к евреям, разрешил христианкам вскармливать их детей. Даже два столетия спустя некоторые бургундки еще нанимались в кормилицы к евреям[525]. Но во многих областях это уже было запрещено. В 1581 г., после нескольких соборов, папа Григорий XIII вновь узаконил запрет. Чтобы у кормилиц не возникало искушения обойти его, их порой заставляли после причастия сцеживать молоко и сливать его в отхожее место[526]. В XVIII в. в католических странах запрет христианкам вскармливать еврейских младенцев все еще действовал[527]; даже в 1874 г. парижский медицинский журнал «Сайте Пюблик» писал, что «в Вене ни одна уважающая себя кормилица не возьмется вскармливать еврейского младенца, на это соглашаются только самые негодные. Это настоящее истребление невинных младенцев». Церковный совет предложил 5 флоринов премии кормилице, которая возьмется вскармливать еврейского младенца, и еще столько же, если он останется в живых; в первый год после этого детская смертность у евреев упала с 80 до 60 %[528].

Нацизм возобновил старые запреты с еще большей жестокостью. Арийкам категорически запрещалось вскармливать еврейских младенцев. 6 сентября 1937 г. еврейским детям законодательно отказали во вскармливании в 50 городах Германии. По этому поводу папа Пий XI произнес свою речь перед бельгийскими паломниками, закончив ее словами: «…духовно все мы — семиты»[529]. Однако официальная печать Ватикана поостереглась воспроизвести эту памятную фразу.

Поскольку еврейским детям было так трудно подыскать кормилицу, именно это могло натолкнуть еврейских педиатров и вообще евреев на поиски способов искусственного вскармливания. В конце XIX в. во многом благодаря доктору Абрахаму Якобу была установлена необходимость кипячения молока, а в 1892 г. богатейший филантроп Натан Штраус начал кампанию за его пастеризацию[530]. В 1917 г. у испанских детей возникли серьезные кишечные расстройства; еврей из Барселоны Даниэль Карассо предложил добавлять в молоко естественные ферменты, сквашивающие его; так родились знаменитые «Даноны» (от уменьшительного имени сына Карассо). Вскоре они завоевали весь мир[531].

Кормилицы-еврейки также не допускались к детям христиан; такой запрет существовал уже в XIII в.[532] и сохранялся в некоторых гетто вплоть до XVIII в.[533], а в XX в. был возобновлен нацистами. Гитлер узнал из ноты министра юстиции, что немецкие младенцы вскармливались молоком еврейки: скрыв свою национальность, она продавала молоко в клинику немецкого педиатра. Последовал приказ возбудить против нее судебное дело, но тайно, «чтобы не травмировать родителей-немцев»[534]. Ярые антисемиты отказывались и от еврейской крови. В больнице Кольмара некий пациент по примеру буров, отказывавшихся от негритянской крови, перед переливанием крови потребовал гарантии, что вливаемая ему кровь не от еврея[535].

Прикосновения, телесные контактыс евреями могут вызвать отвращение у людей, в которых — сознательно или подсознательно — живет антисемитизм. Анри Вожуа, создатель «Аксьон франсэз», утверждал, что у него кожная аллергия на евреев; именно он внушил совсем юному Шарлю Морра патологический антисемитизм[536]. Андре Жид, певший хвалу Селину за его антисемитские памфлеты, оттолкнул, хотя и был гомосексуалистом, Леона Блюма, попытавшегося в знак приветствия заключить его в объятия[537]. Для нацистов было немыслимо даже пожать еврею руку. В 1942 г. в минском гетто гауляйтер Кубе тепло пожал руку еврею в благодарность за то, что тот вывел его машину из горящего гаража; немедленно последовал донос одного из подчиненных[538]. Еще в 1977 г. опрос общественного мнения показал, что 14 % француженок и 9 % французов избегают обращаться к врачам-евреям[539]. Вообще-то, как показало обширное исследование, предпринятое комиссариатом по делам евреев в 1943 г., у женщин во Франции антисемитские тенденции менее ярко выражены, чем у мужчин; в данном случае более высокий процент женщин может объясняться более тесным контактом с лечащим врачом: в частности, прикосновение гинеколога к влагалищу может подсознательно восприниматься как коитус в миниатюре.

В былые времена христиане и мусульмане питали отвращение к вещам, которых касалась рука еврея, именно поэтому в XV в. в Авиньоне был издан закон, обязывающий их покупать те плоды, до которых они дотрагивались[540]. В Салон-де-Прованс в 1923 г. им было указом запрещено что-либо трогать на рынке. В Греции ни один христианин не согласился бы съесть что-то, до чего дотрагивался еврей. Еще сегодня в Иране еврей не может дотронуться до продуктов на Хамаданском базаре[541]. Не так давно во Франции Дрюмон объявил конкурс на лучший способ покончить с засильем евреев во Франции и обещал победителю «золотую медаль, причем девственно чистую, что значит, что до нее никогда не дотрагивался ни один еврей»[542].

Христиане и мусульмане брезговали и водой, «загрязненной» евреями. В средние века для евреев в городах существовали отдельные бани; им запрещалось купаться в реке рядом с другими горожанами. В Персии еще в XIX в. евреям не разрешалось выходить на улицу в дождь: оскверненная соприкосновением с ними вода могла потом брызнуть на мусульманина[543]. Во время оккупации один спортивный журнал обвинил пловца-сефарда Накаша в осквернении вод Сены[544]. В наши дни евреи буквально валом валят в Майами и другие фешенебельные курорты Флориды, словно для того, чтобы взять реванш за сравнительно недавнее прошлое, когда в такие места допускались лишь единицы из них[545]. Один израильский журналист пишет, что его соотечественники в отдельные сезоны составляют до 90 % отдыхающих; над пляжами летают самолеты с транспарантами «кошерная еда», к ярости антисемитов[546].

Христиане всегда, даже если не было прямых запретов, косо смотрели на тех, кто вступал в тесные контакты с евреями, часто с ними общался или жил в близком соседстве. Юный Гете однажды встал в цепь обитателей гетто, передающих из рук в руки ведра с водой во время пожара во Франкфурте, что очень удивило окружающих. В 1870 г. французы удивлялись тому, что прусские офицеры отказывались делить комнаты с коллегами-евреями. В 1938 г. в Берлине на скамейках в общественных местах можно было видеть таблички «Только для арийцев», для евреев были особые скамейки желтого цвета[547]. В это же время в Польше евреи сидели отдельно в школах и даже в высших учебных заведениях, где студенты обычно предпочитали стоять; доктор Корчак писал, что такая же сегрегация была обязательной в летних лагерях. Во Франции также требовали отделить детей Израиля от юных христиан[548]. В 1943 г. больница Ротшильда была целиком отведена евреям; в других больницах их присутствие было нежелательно для французов. В это же время евреям запретили пользоваться телефоном: брезговали даже голосом на расстоянии. В Нью-Йорке уже после войны отель «Уолдорф-Астория», гнездо снобизма, не принимал постояльцев-евреев. В Майами до 1949 г. на дверях гостиниц можно было прочесть, что евреям и собакам доступа нет. Сегодня многие отели превращены в закрытые клубы, чтобы допускать только христиан[549].

Тенденция к отделению евреев от христиан проявляется даже посмертно. Христиане не желают быть похороненными рядом с евреями. Прежде такой вопрос просто не стоял: все евреи хотели покоиться на своих кладбищах, умереть для них значило «лечь подле отцов»; самые набожные стремились получить место на кладбище рядом с могилой какого-нибудь знаменитого раввина. Но постепенно могилы евреев приближались к христианским, что не всегда обходилось без протестов. В прошлом верующих «сефардим» хоронили без гробов, прямо в земле; теперь они признали гробы, однако многие из них предпочитают недолговечные, быстро гниющие породы дерева, что позволяет им посмертно вернуться к обычаям предков, пусть даже рядом с христианами.

Несколько десятков лет назад ученики Дрюмона выражали свое возмущение: рядом с могилой их учителя, голова к голове, похоронили еврея Стависски, могила отстояла от захоронения создателя «Франс Жюив» всего на несколько сантиметров. В одном тулузском журнале красочно описывалось, как эти двое из могил обмениваются оскорблениями[550]. А в мае 1944 г. коллаборационистский журнал «Кроник де Пари» потребовал перезахоронить останки Дрюмона, «чтобы не оставлять их в двух шагах от еврейского воришки, на участке кладбища Пер-Лашез, который многочисленные могилы евреев превратили в базар». В том же месяце Французский Легион, отправляясь в немецкой форме на фронт, пришел поклониться могиле этого пламенного полемиста, несмотря на отвратительное соседство. Спустя годы вдова Дрюмона добилась от властей лишь одного — был очищен цоколь памятника на могиле ее мужа. Стависски же покоится по-прежнему под блестящей мраморной плитой.

После смерти Чарли Чаплина неизвестные лица похитили его останки с кладбища в Веве; считали, что это было сделано с целью получения выкупа от родных: еще в средние века нередко похищали и даже выкапывали из могил тела богатых евреев; их семьи были вынуждены платить, чтобы вернуть дорогие останки. Однако калифорнийская газета «Лос-Анджелес Геральд» предположила, что семьи похороненных на кладбище возмутились соседством еврея Чаплина и решили его устранить. Эта гипотеза, даже ничем не подтвержденная, говорит о старой, как мир, брезгливости. Она была отражена и на экране режиссером Полом Павликовски, который сам чудом избежал гибели во время войны. В фильме «Бал вампиров» еврей-трактирщик, став после смерти ночным призраком, пытается с наступлением рассвета лечь то в одну, то в другую могилу местных аристократов, а те гонят его с отвращением. Когда закоренелые антисемиты не могут избежать посмертного соседства христиан с иудеями, они рисуют на могилах евреев свастики, вероятно, не желая, чтобы их путали с христианскими.


СЕКСУАЛЬНЫЙ АПАРТЕИД | Кошерный секс: евреи и секс | ГЛАВА 7 ИСТОКИ СЕКСУАЛЬНОГО АНТИСЕМИТИЗМА