home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



1

Высшее милосердие, явленное нашему миру, заключается в неспособности человеческого разума понять свою собственную природу и сущность. Мы живем на мирном островке счастливого неведения посреди черных вод бесконечности, и самой судьбой нам заказано покидать его и пускаться в дальние плавания.

Г. Ф. Лавкрафт[76]

Времени осталось совсем мало, а мне непременно нужно рассказать об удивительных событиях, свидетелем которых я был. За окном каюты ревет ветер и бушует океан; мы полностью в его власти, поскольку находимся в его владениях — если то, чего я опасаюсь, правда. Профессор говорит, что этого никто не может знать, однако что в конечном итоге есть вымысел, а что правда и где проходит та грань, за которой они пересекаются?

Есть легенды, которые старше самого человечества. В таком случае откуда, спросите вы, они известны, если единственным разумным существом на Земле всегда считался человек? В течение сотен лет человек изменял их, переделывал, подгонял под собственные представления о мире; и все же они сохранились, эти древние мифы, эти странные, загадочные повествования о невероятных катаклизмах, о темных и страшных силах… и существах…

Все началось несколько недель назад в Лондоне, хотя сейчас мне кажется, что прошла целая вечность — так много событий случилось с тех пор. Незадолго до того вышел в свет мой весьма необычный роман под названием «Стражи с той стороны», уже успевший приобрести некоторую известность, которая, как правило, приходит к произведениям не слишком серьезным, но и не столь легкомысленным, чтобы считаться пустячком. Критика отнеслась к роману благосклонно, обозреватели сдержанно его похвалили, а читающая публика, которая, как известно, обожает всяческие тайны и головоломки, приняла, что называется, на «ура». Собравшись съехать со своей довольно скромной квартирки в Сохо, я в поте лица трудился над вторым романом в том же духе, когда однажды, поздно вечером, меня оторвал от работы осторожный стук в дверь.

Я пошел выяснять, кто бы это мог быть. На пороге стоял пожилой господин с суровым — хотя не то чтобы мрачным или недобрым — лицом. У него были длинные седые волосы, римский нос и массивный, гладко выбритый подбородок. Его глаз не было видно из-за глухих черных очков, закрытых даже с боков. Над очками виднелись густые седеющие брови.

— Я профессор Лабан Шрусбери, — представился он. — Мне нужен автор романа «Стражи с той стороны».

Отступив в сторону, я сказал:

— Входите.

— Благодарю, мистер Колум.

Профессор вошел в мою тесную квартирку, сбросил плащ с капюшоном, явив моему взору старомодный сюртук с высоким воротничком и свободно повязанный галстук, сел, положив ладони на набалдашник своей трости, и заговорил:

— Видимо, мне следовало сначала написать вам, мистер Колум, но время не ждет; к тому же я подумал, что автор подобного романа и сам должен быть любителем приключений, поэтому вы меня поймете. Вы не возражаете, если я задам вам несколько вопросов? Простите — я вижу, вы работаете над вторым романом и, насколько я могу судить, дело продвигается с трудом. Понимаете, я мог бы вам помочь, только не прямо сейчас, а через некоторое время. Но прежде вы не могли бы ответить на пару вопросов, касающихся вашего романа?

— Пожалуйста, — ответил я, весьма заинтригованный.

— Скажите, все события, которые в нем происходят, вы выдумали?

Естественный вопрос. Я улыбнулся.

— Вы слишком высоко ставите мое воображение, — сказал я. — Мой ответ: нет. Сюжет я заимствовал из старинных легенд.

— Значит, вы полагаете, что в них скрыто зерно истины?

— В легендах, профессор?

Моя улыбка стала шире, хотя мне очень не хотелось обижать гостя.

— Любая легенда, как и все наши знания, базируется на реальном событии, рассказ о котором, передаваясь из поколения в поколение, претерпевает определенные изменения, и все же само событие остается реальностью. А что вы скажете о поразительном сходстве сюжетов в мифах совершенно разных народов? Думаю, вы и сами это замечали. Но не в этом дело. Скажите мне вот что: с тех пор, как был опубликован ваш роман, вы не замечали за собой слежки?

— Ну что вы! — воскликнул я и внезапно осекся, потому что вспомнил…

— Я так и думал, — уверенно сказал мой посетитель. — Вас уже начали преследовать, вернее, начали на вас «охоту», если выражаться языком персонажей того мира, который вы столь живо изобразили, причем по чистой случайности. Видите ли, мистер Колум, я знаю, что за вами следят, потому что пару раз сам следил за вашими преследователями. Жаль, что вы их не заметили! Колоритная у них внешность, ничего не скажешь; вы бы надолго запомнили их лягушачьи лица и тела.

Я удивленно уставился на него. У меня не раз возникало какое-то смутное ощущение, что за мной наблюдают. Сначала я приписывал это игре воображения, но потом решил, что меня преследует какая-нибудь банда из тех, что рыщут в окрестностях Уайтчепля, Уоппинга или Лаймхауса, чем, собственно, и объяснялось мое желание покинуть Сохо.

Словно угадав мои мысли, профессор сказал:

— Они будут преследовать вас повсюду, мистер Колум, уж я-то знаю.

Непонятно почему, но я уже не сомневался в том, что он действительно это знает, как и в том, что только он может избавить меня от преследователей.

— Я знаю, что вы любите приключения, — продолжал он. — Вы дважды принимали участие в дальних экспедициях и в ряде случаев выказали незаурядную отвагу. Как видите, я хорошо подготовился к встрече с вами. Но, честно говоря, вы заинтересовали меня не только как любитель приключений, а прежде всего как автор романа «Стражи с той стороны», где я обнаружил весьма любопытные детали. Не хочу показаться нескромным, но я тоже исследователь, только цель моих исследований несколько иная, менее земная, так сказать. Меня интересуют тайны не далеких уголков Земли, а того, что лежит за ее пределами. И все же на Земле есть одно место, которое мне очень нужно найти. Пока же я только догадываюсь, где искать хранителя ключа, открывающего путь в то место.

— А в какой части света оно находится? — спросил я.

— Если бы я знал! Может быть, в Андах, может быть, в южной части Тихого океана, может быть, на Тибете или в Монголии, в Египте или в аравийской пустыне. А может, и вовсе в Лондоне. Однако позвольте сказать вам, что именно я разыскиваю, — то место, где притаился Ктулху, тварь, которая ждет того часа, когда она сможет выбраться из своего убежища и захватить власть над Землей.

— Но ведь Ктулху — мифический персонаж, выдуманный американским писателем Лавкрафтом! — воскликнули.

— Это вы так считаете. Но подумайте вот о чем: почему злые духи перуанских инков и аборигенов Полинезии так схожи между собой? То же самое можно сказать и о древних жителях долины Тигра и Евфрата и ацтеках в Мексике; нет нужды перечислять далее. Нет-нет, не прерывайте меня.

И он продолжал говорить; он рассказывал о древних мифах и легендах, в которые я никогда не верил, но постепенно, слушая спокойную и вдумчивую речь профессора, начал проникаться его убеждениями. Он говорил о поклонении силам зла, существовавшем еще в доисторические времена, о слугах Властителей Древности — немыслимо страшных существ, которые когда-то сражались против Старших Богов в их обители между созвездиями Ориона и Тельца; о том, как Властители были изгнаны на далекие звезды и планеты, — то были Великий Ктулху, что спит в подводном городе Р’льех; Хастур Невыразимый, житель озера Хали в Гиадах; Ньярлатхотеп, жуткий посланник Властителей; Шуб-Ниггурат, Черный Козел с Легионом Младых, символ плодородия; Итакуа, повелитель воздуха, сродни сказочному Вендиго; Йог-Сотот, кто есть Весь-в-Одном и Один-во-Всем, неподвластный законам пространства и времени, самый могущественный из Властителей. И все они спят в тайных убежищах и ждут того часа, когда вновь смогут бросить вызов Старшим Богам, чтобы захватить власть над Землей и другими планетами. Он говорил о прислужниках Властителей — Глубинных жителях, воормисах, мерзком народе ми-го, шогготах, шантаках; о таинственных землях, которых нет ни на одной карте — Н’каи, Кадате в Холодной Пустыне, Каркозе и Й’ха-нтлеи; об извечном соперничестве между Ктулху и Хастуром и их сторонниками…

По ходу рассказа профессора я начинал понимать, что ему ведомо много больше, нежели он счел нужным мне сообщить. Я слушал со все возрастающим удивлением, смутно ощущая, что в этом человеке есть нечто настораживающее; оно проступало даже сквозь его обходительные манеры и мягкий голос; я чувствовал, что за импозантной внешностью и спокойной речью моего посетителя скрывается неимоверная сила ума и духа. Я слушал, не прерывая, когда он рассказывал мне о старинных книгах и древних рукописях, содержащих ключи к тайнам многих древних легенд — «Пнакотикских рукописях», «Сокровенных культах» фон Юнца, «Культах трупоедов» графа д’Эрлетта, «Тексте Р’льеха» и, наконец, о легендарном «Некрономиконе» арабского автора Абдула Альхазреда.

Он рассказывал мне о таких вещах, знать которые мог лишь чрезвычайно эрудированный ученый, он обрушивал на меня поток сведений… и вдруг он замолк на полуслове, замер и начал к чему-то прислушиваться.

— Ах вот как, — тихо сказал он, встал и потушил свет. — Вы слышите, мистер Колум?

Я прислушался; в комнате было темно и тихо. Что это — игра воображения или я и в самом деле слышу какие-то шаркающие звуки и тихие шлепки, быстро удаляющиеся от двери моей квартиры? Вот они спускаются по лестнице, теперь слышны в холле.

— Они меня выследили, — сказал профессор Шрусбери. — Сейчас поглядим.

Он подошел к окну, расположенному над подъездом моего дома. Я встал рядом с профессором и тоже выглянул из окна. Из подъезда вышла не одна, а даже две сгорбленные фигуры, которые передвигались какой-то странной, подпрыгивающей походкой. Когда они на секунду остановились под уличным фонарем, я успел разглядеть их лица — они сильно смахивали на рыбьи морды.

— Если я скажу вам, мистер Колум, — прошептал возле моего уха профессор, — что эти существа — Глубинные жители, вы мне поверите или решите, что я сошел с ума?

— Не знаю, — также шепотом ответил я.

Но я чувствовал, что от этих зловещих фигур, мгновенно растворившихся в лондонском тумане, исходит страшное зло; его аура, казалось, накрыла собой всю улицу.

— Как вы узнали, что они нас подслушивают? — внезапно спросил я.

— Я это знал, как знаю вот эту самую книгу, — ответил профессор, беря в руки мой роман, — или вот эту страницу рукописи, или вот эту ручку. Даже сейчас, мистер Колум, не думайте, что они оставили нас в покое. Учтите, так просто от них не отделаться. Возможно, они догадались о моих намерениях.

— А каковы ваши намерения? — спросил я, несколько удивленный его способностью столь свободно ориентироваться в темноте.

— Мне нужен компаньон, который сопровождал бы меня в поисках Хранителя Ключа. Хочу предупредить вас, что поездка будет опасной — не только для тела, но и для души. Вы получите инструкции, которые покажутся вам безумными, однако их следует выполнить с точностью до последней буквы, не задавая вопросов. Хочу предупредить, что мы можем и не вернуться.

Я задумался. Профессор высказался напрямую и ждал моего ответа. В искренности его слов я не сомневался. «Что же со мною будет?» — мысленно спросил я себя.

— Мы направимся в порт Аден, мистер Колум, — продолжал профессор. — Но вы, вероятно, хотите получить дополнительное подтверждение моей способности предчувствовать опасность? Ничего не бойтесь; я, конечно, не всесилен, но кое-чем могу вас удивить.

С этими словами он включил свет, повернулся ко мне и снял очки.

От того, что я увидел, я едва не впал в истерику. Издав хриплый придушенный крик, я осекся, пытаясь справиться с собой. У профессора Шрусбери, который только что продемонстрировал мне великолепное умение ориентироваться в темноте, совсем не было глаз; там, где должны были находиться глаза, зияли две черных дыры!

Профессор спокойно водрузил очки на нос.

— Простите, что подверг ваши нервы такому испытанию, мистер Колум, — тихо сказал он. — Однако вы мне не ответили.

Я попытался говорить столь же спокойно.

— Я поеду с вами, профессор Шрусбери.

— Я в этом не сомневался, — ответил он. — А теперь слушайте внимательно: как только рассветет, подготовьте квартиру и все вещи к вашему длительному отсутствию. Учтите, домой вы вернетесь через много месяцев, может быть, через год, а то и того больше. Это вас не страшит?

— Нет, — уверенно ответил я.

— Очень хорошо. Мы отправляемся через два дня из Саутгемптона. Успеете подготовиться?

— Полагаю, что да.

— Должен сказать, мистер Колум, что в этом путешествии у нас будут странные союзники и еще более странные средства борьбы. — С этими словами профессор достал из кармана пузырек с какой-то прозрачной желтой жидкостью. — Возьмите и берегите пуще глаза, ибо с помощью этого средства ваша душа сможет отделяться от тела и свободно перемещаться во времени и пространстве.

Затем он вручил мне камешек в виде пятиконечной звезды, сказав, что это амулет, который защитит меня от разных тварей вроде Глубинных жителей, но против самих Властителей он бессилен.

Затем я получил маленький каменный свисток.

— Это самое надежное средство, мистер Колум. Когда вам будет угрожать смертельная опасность и вам будет некуда бежать, выпейте немного золотистого напитка, сожмите в руке камешек, подуйте в свисток и произнесите следующие слова: «Йа! Йа! Хастур! Хастур кф’айак ’вулгтумм, вугтлаглн, вулгтмм! Ай! Ай! Хастур!» К вам тут же прилетит птица бьякхи и отвезет в безопасное место…

— Но если приспешники Властителей повсюду, куда мы денемся? — спросил я.

— Есть одно место, где мы будем в безопасности. Это на Целено. — Увидев выражение моего лица, профессор улыбнулся. — Вижу, вы все-таки считаете меня сумасшедшим, мистер Колум. Что ж, я вас не виню. Но хочу вам сказать: все, что я говорю, — истинная правда. Хастур и его слуги неподвластны тем законам времени и пространства, что управляют нами. Поверьте, слова призыва они услышат везде — и прилетят к вам.

Он замолчал и серьезно взглянул мне в лицо.

— Вы еще не передумали, мистер Колум?

Я отчаянно замотал головой, действуя помимо собственной воли, наперекор голосу рассудка.

— Сможете найти меня в Саутгемптоне? Наше судно называется «Принцесса Элен», отплывает в девять утра.

— Я найду вас, — ответил я.

— Перед тем как покинуть Лондон, я положу на ваш счет некую сумму, мистер Колум, достаточно крупную. Прошу вас, садитесь на судно, даже если мы не встретимся; в нужное время я к вам присоединюсь, не волнуйтесь. Каюты уже заказаны. — Он немного помолчал. — Хочу еще раз предупредить, что наше путешествие будет весьма рискованным. Поверьте, опасность преследует вас по пятам — как только вышла ваша книга, они поняли, что вы представляете для них угрозу.

С этими словами профессор попрощался и ушел, оставив меня наедине с моими мыслями и полным убеждением в том, что я стою на пороге самого невероятного приключения, какое только способен изобрести человеческий ум.


Хранитель ключа [74] Письменные свидетельства Нейланда Колума | Маска Ктулху | cледующая глава