home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА ВОСЬМАЯ. Война, Россия и евреи


Непосредственно о военных действиях во время Первой мировой войны я рассказывать не буду, ибо об этом написано много десятков книг, а уделю внимание на многие «мирные» события и тенденции в России, которые часто оказывали очень сильное влияние на ход военных действий и на состояние России во время большой войны.

Отношение «международного» еврейского сообщества к войне за пределами России мы наблюдали в предыдущих главах, - вместе с Англией и США они давно всё хладнокровно распланировали. А что думали и как поступали евреи в России? Это мы узнаем, если заглянем в дневник их тогдашнего идейного лидера - Семёна (Шимона) Марковича Дубнова: «Я только не разделял безусловного патриотизма многих представителей нашего общества, полагавших, что и порабощённый народ морально обязан защищать отечество, превращённое для него в чужбину», «Не повторится ли в 1914 г. катастрофа 1904-го, а затем не придёт ли новый 1905 г. (с погромами), на сей раз более роковой. Это опасение погромов чередовалось с надеждой на революцию.»,

«У нас психология узников, приветствующих пожар, который сожжёт их тюрьму, может быть вместе с ними самими. Жертвам свирепой российской реакции рисуются второй Севастополь (проигрыш русских в 1855 г. - Р. К.), новый Мукден - катастрофы, унимающие лютость реакционного зверя.». Если подобное писал такой интеллигентный человек как Семен Маркович, то - что уж можно было услышать от таких радикальных деятелей еврейского сообщества, как Ленин-Бланк, Бронштейн -Троцкий, Цедербаум-Мартов, Гольдштейн-Володарский, Губельман- Ярославский, Натансон, Свердлов, Урицкий и др.?…

На протяжении 100-летней совместной истории к призыву в российскую армию евреи в своём большинстве относились традиционно. - как к проблеме, которую необходимо решить «положительно», а что уж говорить во время войны. И творческое увеличение способов «отмазки» впечатляет. В столице чтобы «отмазать» молодых евреев от призыва в российскую армию в поте лица работал олигарх-секретарь Распутина Арон Симанович. «Во время войны. евреи искали у Распутина защиты против полиции или военных властей, - рассказывал в своих мемуарах А. Симанович, - обращалось очень много молодых евреев с мольбами освободить их от воинской повинности. Распутин сделался другом и благодетелем евреев». Вот один из оригинальных способов «отмазки», которые практиковали Арон Симанович и Гришка Распутин:

«Имеющие аттестаты зрелости евреи могли бы поступать в высшие учебные заведения и таким образом, впредь до дальнейшего, освобождаться от поступления на военную службу. Но имелось много евреев без среднего образования. Для них было учреждено специальное учебное заведение под названием "Сельскохозяйственный и гидротехнический институт".

Для отвода глаз в списки воспитанников института были занесены при содействии Распутина тысячи освобождённых от воинской службы воспитанников духовных училищ, а в действительности институт имел лишь около шестисот слушателей и из них 70 процентов евреев».

Поэтому понятен огромный наплыв евреев в вузы на всей территории России. В Думе бил тревогу депутат Н. Е. Марков: «Университеты пусты, оттого что русские студенты взяты на войну, а туда (в университеты) шлют массу евреев», «спасаясь от воинской повинности», евреи «в огромном количестве наполнили сейчас Петроградский университет и выйдут через посредство его в ряды русской интеллигенции. Это явление. бедственно для русского народа, даже пагубно», ибо всякий народ - «во власти своей интеллигенции», русские «должны охранять свой верхний класс, свою интеллигенцию, своё чиновничество, своё правительство; оно должно быть русским» (С).

Поступали тревожные сигналы и из других регионов, например А. Солженицын в своём исследовании указывает на следующие факты - Новороссийский университет сообщал: на учебный 1915-1916 гг. в этот университет на первый курс медицинского факультета принято всего 586 человек «и из них 391 евреев». В университет Ростова-на Дону на юридический факультет принято 81% евреев, на медицинский - 56%, на физико-математический - 54%.

Активно развивался и сугубо еврейский университет в Екатерино- славле, С. Дубнов: «31 мая (1916 г.). Винавер недавно предложил мне кафедру еврейской истории в политехникуме для евреев в Екатерино- славле, но я отказался: издание «Истории» и прочее связывает меня с ненавистным Петербургом.». Понятно, что для еврейского идеолога «прочее» в «ненавистном Петербурге» в конце существования Российской империи было важнее.

Заглянем ещё раз в ценный дневник еврейского историка С. М. Дубнова:

«Прибывающие ежедневно через Швецию и Финляндию изгнанники из Германии рассказывают ужасы о немецких жестокостях. Сейчас приехавший студент рассказывал мне, как его били в Берлине». Из этого мы видим, что в Германии вспыхнувший в конце XIX века во времена Р. Вагнера антисемитизм сохранился до Первой мировой войны. На это стоит обратить внимание, раздумывая над тем - почему после Первой войны победители, кроме России, так жестоко издевались над Германией. И стоит отметить, что когда война началась, то евреи из Германии побежали в Россию. Хотя парадоксально - в самой России, как мы уже убедились, евреи страстно желали поражения России в войне. Вскоре эти желания выразились не только в словах и мыслях.

«К концу августа (1914 г.) положение на фронте ухудшилось. Там из кругов польских юдофобов пущена была молва об «австрийской ориентации» евреев, которые будто бы шпионят в пользу врагов.» - отмечает в своём дневнике С. Дубнов. Но молва поляков оказалась правдой; австрийское руководство, зная настроения евреев в России, решило это использовать против своего врага и обратилось с воззванием к евреям, что и подтверждает витиевато С. Дубнов:

«24 августа. Опять пошла полоса заседаний экстренных "военных", решили издать воззвание от имени петербургского еврейского общества по поводу прокламаций австрийского командования к евреям Царства Польского с указанием на наше бесправие (в России). Основной мотив нашего ответа - не формальный призыв к лояльности, а удобный повод к выражению нашей уверенности, что война принесёт свободу и нам».

Чтобы окончательно понять идеологическую основу позиции евреев в данной ситуации, стоит обратить внимание на высказывание ещё одного еврейского идеолога профессора Соломона Лурье:

«Необходимо быть строго лояльным по отношению к государству, благосклонно относящемуся к евреям. При борьбе двух государств или двух партий внутри государства надо симпатизировать и, по возможности, содействовать стороне, более сочувственно относящейся к евреям».

И евреи вели себя соответственно этой установке везде, включая и районы боевых действий. Причем ситуация - когда «межгосударственные» евреи помогали одной из воющих сторон, уже не раз встречалась в истории человечества, например, в войне в Испании между христианами и маврами или, например, в 1675 году во время Голландской войны между немцами и французами произошёл погром еврейской общины города

Трира, жители которого обвинили евреев, что они помогали французским войскам. Даже очень мирный и либеральный И. С. Тургенев написал в первой половине 19-го века повесть-притчу «Жид» о том, как один еврей шпионил против русских войск. Теперь же соответственно реалиям и русские войска принимали необходимые меры.

Далее понаблюдаем ход событий свидетельскими глазами С. М. Дубнова без комментариев:

«4 октября (1914 г.). Новый градоначальник Оболенский свирепствует в Петербурге. Вчера и сегодня слухи, что велено отобрать у всех евреев паспорта для проверки. Начнётся, вероятно, изгнание из столицы.»;

«9 ноября. Сердце разрывается от заглушенных стонов еврейства, от воплей тысяч изгнанников Гродзинска, Скерневиц и др., вытолкнутых из родных гнёзд «родною» русскою властью после ухода германцев. 10 ноября. Огромный сдвиг совершился в настроении еврейских масс за эти три месяца (войны). Патриотический полёт первых дней войны исчез (а его и не было, была имитация. - Р. К.), и на смену ему пришло отчаяние, доходящее до германофильства. И не диво: эти расправы русской армии с мирным еврейским населением в Польше и Галиции, это грядущее хамство.»;

«3 февраля (1915 г.). Сцены Гродзинска и Скерневиц повторяются ещё в больших размерах. А ещё раньше генерал Рузский издавал приказ (я его читал в копии. - С. М. Д.), чтобы во всех отнимаемых у немцев польско-русских городах брать у еврейского населения заложников в обеспечении того, что евреи не будут шпионить в пользу немцев.» (о заложниках вспоминал и Слиозберг).

Здесь стоит обратить внимание на одну многоговорящую деталь - находившийся в столице еврейский идеолог С. М. Дубнов читал копии приказов, скорее всего секретных, которые на фронте отдавал генерал Рузский, в газетах они точно не публиковались.

Стоит обратить внимание и на активность в это время ещё одного еврейского идеолога - Ленина-Бланка. «Едва перебравшись в Швейцарию, Ленин созвал совещание, принявшее Бернскую резолюцию: "С точки зрения рабочего класса и трудящихся масс всех народов России наименьшим злом было бы поражение царской монархии и её войск, угнетающих Польшу, Украину и целый ряд народов России"», - отметил в своём исследовании В. Шамбаров.

Это было открытое предательство России Лениным, его большевиками и Бундом, причем историки «почему-то» скромно называют бундовцев и кадетов - «эсеры». «Впрочем они этого и не скрывали, и большевистская фракция в Думе, последовав призыву своего вождя открыто провозгласила в своих прокламациях вражеский пораженческий лозунг: "Для России было бы выгоднее, чтобы победила Германия", за это предательство и были тут же арестованы, - отметил В. Шамбаров. - При обысках обнаружились полные наборы шпионских аксессуаров - наборы подложных паспортов, шифры, листовки. В феврале состоялся суд, очень мягкий, приговорил к ссылке. Но возмущенно завопила вся Дума! Дескать, какое безобразие, из-за какой-то мелочи, как шпионаж и деятельность в пользу противника, "самодержавие" нарушило депутатскую неприкосновенность!…».

Соответственно Ленин-Бланк дал ответ на многие недоуменные вопросы, убирая «полет патриотизма» масоно-марксистким лозунгом: «Пролетариат не может любить того, чего у него нет. У пролетариата нет отечества». Вернемся к свидетельствам С. М. Дубнова:

«17 марта. Выселение из военных районов докатилось и до нас: запрещено евреям селиться на дачах в приморской полосе в Выборгской губернии.

24 марта. Здешних евреев наконец пробрало запрещение селиться на дачах на всём побережье Финского залива. Ныне все проводят праздные каникулы узниками города.».

Кстати, проблемы с отдыхом евреев на финских дюнах на Балтике были связаны не только с инициативой российских властей в военное время. Положение евреев в Финляндии объяснял в своей книге в 1911 году А. П. Липранди: «По финляндским законам в Финляндии не должно быть вовсе евреев. Но после присоединения страны к России небольшое количество евреев поселилось здесь по разным причинам. Каждый живущий здесь еврей, хоть бы он родился и воспитывался здесь, должен выхлопатывать через каждые полгода билет на право жительства в Финляндии, причем на этом билете особо упоминается, что лицо, которому он выдан, может промышлять лишь папиросами, старым платьем и т.п. вещами. Лишь только еврей женится, он должен покинуть Финляндию (дабы еврейское население не увеличивалось). Евреи могут жить только в трех городах края - Гельсингфорс, Або и Выборг. В других городах даже краткое пребывание не разрешается.

До последнего времени финляндские власти смотрели сквозь пальцы на евреев - туристов и дачников из Петербурга. Но достаточно было петербургским евреям облюбовать финляндские дачные места для своего летнего пребывания и финляндские власти тотчас же приняли меры к тому, чтобы "отлюбовать" евреев от летнего отдохновения от неправедных трудов в Финляндии. Даже "русская" революция, в которой евреи сыграли такую видную роль, которую финляндцы так блестяще использовали для своих сепаратистских целей, не изменила отношения финляндцев к евреям. О равноправии в Финляндии евреи и думать не смогут». Вернемся к свидетельствам С. М. Дубнова:

«24 марта. Гнусный навет шпионажа отравляет души тёмных масс и даже многих интеллигентов. Князь Е. Трубецкой (либеральный профессор, - С. М. Д.) в Москве согласился подписать воззвание русских писателей о равноправии с дикой оговоркой: чтобы евреям запрещалось жить в пограничной полосе. Некоторые радикалы против допущения еврея в деревню во избежание «эксплуатации». Вчера обо всём этом докладывали в собрании «Лиги борьбы с антисемитизмом», учреждённой Горьким, Л. Андреевым и Сологубом. Говорил Горький о задачах Лиги (читал по бумажке. - С. М. Д.), подробно докладывали о первых её шагах Кускова (член общества по изучению еврейской жизни) и Калмыкова, в прениях - депутат Керенский».

В этом свидетельстве еврейского историка наблюдаем странный дружный винегрет: и пролетарский писатель, и либеральная буржуазная русская интеллигенция и еврейская интеллигенция и самая знаменитая российская масонка - Кускова. Кстати, наличие в этой компании Керенского - это важный момент для понимания личности Керенского и его роли в смерти Николая Второго и его семьи, в упорном нежелании отпустить его за границу.

Когда в России стали говорить о шпионаже евреев, то М. Горький встал на их защиту и не только организовал «Лигу борьбы с антисемитизмом» - тогдашнюю «Антифа», но и начал выпускать пропагандистский сборник «Евреи на Руси». Положительный образ «жида» М. Горький также попытался изобразить в рассказе «Каин и Артем». Когда в октябре 1917 евреи захватили в России власть и показали себя на деле во всей своей «красе», то М. Горькому было о чем с ужасом подумать. - у каждого своя эволюция открытия истин, мудрости.

О чём беспокоился во время Первой мировой войны М. Горький, которого иногда изображают «красным патриотом»? - Видно из его же слов:

«.Евреи люди, такие же как все. И - как все люди, - евреи должны быть свободны. В интересах разума, справедливости, культуры - нельзя допускать, чтобы среди нас жили люди бесправные. Но не брезгуя и не возмущаясь, мы носим на совести нашей позорное пятно еврейского бесправия. В этом пятне - грязный яд клеветы, слёзы и кровь бесчисленных погромов. Кроме народа есть ещё и «чернь» - нечто внесословное, внекультурное. "Чернь" и является главным образом выразительницею зоологических начал таких, как юдофобство».

Вот так вот - в одном случае на митингах: «героический пролетариат» или «народ, достойный лучшего будущего», а в другом для М. Горького в «своей» компашке-бомонде - народ уже «чернь». Причем до конца непонятно - это тупость М. Горького или его принципиальная лицемерная предательская позиция или издержки-задержки эволюционного развития?…

Вышепредставленное высказывание М. Горького я взял из книги современного американо-еврейского идеолога Семёна Резника, который прокомментировал это высказывание Горького следующим интересным образом: «Это понимал, но позднее забыл Максим Горький», «Горький и в молодости не отличался большой нравственной чистоплотностью. Став редактором провинциальной газеты, он - на потребу не лучшей части публики (черни) - печатал залихватские статейки с пошлыми антисемитскими колкостями - пока не получил вежливый, но настоятельный выговор от своего наставника в литературе В. Г. Короленко: "При нашем положении прессы, когда многое говорить нельзя, нужно быть особенно осторожным в том, о чём говорить не следует". Этот урок Горький усвоил надолго. Но не навсегда». Это уже о позднем Горьком, прозревшем, понимающем, эволюционно подросшем.

Получается - М. Горький, как и Розанов, - зря старался перед евреями. Кстати, на «русского» страстного юдофила В. Г. Короленко (1853-1921 гг.), который по матери был поляк, а по отцу - украинец, и в основном проживал в Полтаве и через большой ряд посредников судил о событиях в Петрограде и Москве, больше всех любят ссылаться современные еврейские идеологи.

Вернемся к прифронтовым событиям. Корреспондент «Таймс» Стивен Грэм сообщал, что как только на море появляется немецкий дымок, так еврейское население Либавы «забывало русский язык» и начинало говорить по-немецки (С). Солженицын приводит воспоминания участников войны - о перебегании евреев к неприятелю, которое приняло «угрожающие размеры». «Не могла не казаться подозрительной и поразительная осведомлённость евреев о ходе дел на фронте. «Пантофельная почта» (пантофель -туфель с польского языка) действовала иногда быстрее и точнее всяких штабных телефонов.

В еврейском (белорусском) местечке Барановичах, рядом со ставкой, события на фронте подчас становились известными раньше, чем узнал о них сам Верховный со своим начальником Штаба», - приводит воспоминания офицера Георгия Шавельского А. Солженицын.

Соответственно был и ответ - повальное и поголовное выселение с прифронтовой зоны около 250 тысяч евреев, и - «Издевательства над евреями, избиения, и даже погромы, которые особенно часто устраивали казачьи части, стали в Галиции обычным явлением, - вспоминал Георгий Шавельский. - В Галиции ненависть к евреям подогревалась ещё теми притеснениями, какие терпело в период австрийского владычества местное русское население от евреев-панов».

Эти события нашли отражение в дневниковых записях С. М. Дубнова:

«3 мая (1915 г.). Евреи изгнаны из всей Курляндии с жёнами и детьми.

5 мая. Ужасы продолжаются. Евреев изгоняют из Ковны и Поневежа.

6 мая. Вчера был обыск в здешней главной синагоге: искали - аппарат для сношений с неприятелем по беспроволочному телеграфу.

7 мая. Сейчас прочёл сообщение из военной газеты "Наш вестник", органа штаба Северо-западной армии, что в местечке (Кужи) близ Шавли евреи предали русский отряд в руки немцев, спрятав последних в подвале и затем сигналами вызвав их оттуда. В результате сотни повешенных и сосланных невинных людей.

10 мая. Из Ковны и губернии выселены в один день несколько десятков тысяч евреев.

27 мая. В ставке орудует генерал Янушкевич, гнуснейший черносотенец, который до весны вдохновлял "Русское собрание" и "Союз объединённых дворян" и сочинял проекты об изгнании евреев из армии.».

Военные операции по выселению евреев стараниями того же «спеца» по информационным войнам Браудо и компании получило всемирную огласку и возмущение. Опять резко возросли антирусские настроения. «.из Дании уже слышим от русского военного агента в декабре 1915, что успеху антирусской пропаганды «способствуют и евреи, которые открыто заявляют о том, что не желают победы России и, как результат её, - обещанной автономии Польши, ибо знают, что последняя примет энергичные меры для изгнания евреев из её пределов», - отмечает в своём исследовании Солженицын.

Российские власти отвечали контрмерами против прессы. Дневниковые записи С. М. Дубнова:

«9 июня. Закрыли "Рассвет" здесь, "Национальные проблемы" в Москве. Не прихлопнут ли скоро и "Еврейскую неделю"? Тогда останемся в полном египетском мраке.

7 августа. Вчера посетил приют беженцев из Малкина (польского городка) в богадельне здесь, на Васильевском острове. Населению посада было приказано уйти в определённый срок, а когда к сроку несчастные не выбрались, казаки оцепили местечко и подожгли его со всех сторон. Поляков выпустили, а многие евреи, замкнутые в этом костре, погибли».

Как видим - интересные взаимоотношения в этой войне сложились между русскими и евреями и между русскими и поляками, хотя для поляков русские были ненавистными оккупантами.

В связи с переселением сотен тысяч евреев из прифронтовой полосы резко возросло еврейское население в российских столицах и в городах средней полосы. Чтобы никакие российские законы этому не мешали, 15 августа 1915 года вышел циркуляр министра внутренних дел Н. Щербатова: разрешить евреям свободное проживание на всей территории России за исключением Москвы, Петрограда, казачьих областей и царских курортов.

Если подвести итог этой теме, то мы наблюдаем, что во время Первой мировой войны старая проблема - отношения между еврейским сообществом и российской властью явно не улучшились, и даже наоборот - обострились, еврейское общество становилось всё более «революционным», а говорить о «помощи» еврейского общества России во время войны мягко выражаясь - сложно.

Примерно через год после начала войны в России стали проявляться и другие проблемы, кроме традиционных, ещё и - плановые, их мы рассмотрим в следующей главе.



ГЛАВА СЕДЬМАЯ. Трагическая ошибка Николая II | Первая мировая. Корни современного финансового кризиса | ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. Плановые проблемы