home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


4. ВОСКРЕСЕНЬЕ, 14 ИЮЛЯ 1996 ГОДА

Дорогие мама, папа, бабуля, Нанни, Софи, Себастьен, Сэм, Тифи и вся моя семья!

Я попросила господина, который стережет меня, позволить написать вам, потому что совсем скоро ваши дни рождения, твой, мамочка, твой, Софи, и твой тоже, Сэм. Я очень-очень грущу, что не могу поздравить вас с днем рождения, не могу вас крепко расцеловать и подарить подарки! Тебе, мамочка, я хотела бы подарить большущий букет фрезий и роз или цветов из сада. Для тебя, Софи, я бы хотела купить ручку, паркер, а если бы мне хватило денег, то и маме тоже, потому что она их тоже очень любит. Для тебя, Сэм, маленькую игрушку или коробку печенья, собачьего, разумеется! Но для этого мне нужны денежки, а самое главное…

ЧТОБЫ Я БЫЛА С ВАМИ СО ВСЕМИ — вот мое самое дорогое желание…

Но к сожалению, это невозможно. Во всяком случае, если я вернусь домой, но из-за этого нас ВСЕХ убьют, я этого не хочу!! Я предпочитаю оставаться здесь и писать вам, чем быть дома, но умереть. Я надеюсь, что вы уже прочитали мое письмо и оно вам понравилось, потому что все, о чем я писала, это чистая правда. Я вас обожаю и очень часто думаю о вас и очень часто плачу из-за вас, но, УВЫ, я думаю, что вы больше никогда меня не увидите. Я надеюсь, что вы тоже еще часто думаете обо мне.

Я спрашиваю себя, когда вы едите что-то, что я любила, или когда вы слышите песню, от которой я тащилась или под которую танцевала, — я спрашиваю себя, приходит ли к вам мысль обо мне. Еще я спрашиваю себя, когда вы включаете музыку, танцуете ли вы, поете или покачиваетесь в ритме, как раньше? Все, на что я надеюсь, это что вы веселитесь, вкусно едите (во всяком случае лучше, чем я здесь!). И что вы думаете обо мне, и это не делает вас больными!! Здесь еда иногда бывает вкусной, но чаще очень противная. Совсем не бывает соуса, а иногда, и даже часто, она вообще ничем не приправлена. Очень-очень редко у меня бывает соус. А когда я ем провернутое мясо с томатным соусом, от него у меня болит живот. Я посылала вам письмо через знакомого того господина, который меня стережет, но я получила от вас новости: он сказал мне, мама и остальные, что знакомый нашел тебя в клинике, чтобы остаться с тобой наедине и отдать тебе письмо, что ты его сразу прочитала и сказала не сходить с ума, глядя все время на будильник и на часы, «хорошо есть», хорошо мыться и что ты еще сказала знакомому того, который меня стережет, чтобы я не очень хорошо мылась и еще что у вас все в порядке и что вы смирились с тем, что больше не увидите меня, и что я должна также «полюбить секс», то есть те вещи, о которых я писала вам в письме. И что я должна быть любезной с господином, который стережет меня, потому что вы знаете, что, если я буду нервировать его, он может «отдать» меня кому-нибудь из банды или кому-то другому, кого он знает, и что человек, которому он меня отдаст, будет меня пытать и точно убьет меня после того, как сначала замучает. Он еще сказал мне, что Сэм тоже чувствует себя хорошо, что вы хорошо ухаживаете за моим садиком и за Тифи!

Съели ли вы уже всю редиску? Если вы хотите еще посадить красной и белой, то семена остались в пакетике, который лежит в моей коробке из-под обуви «Dockers» на серой этажерке, и там же осталось несколько семян цветочной смеси. Если вы не найдете ту коробку, то внизу под этажеркой в подвале коробка от конфет с ромом. Это ты, мама, сказала мне их спрятать там. Я сказала тебе, куда я их положила, но не знаю, помнишь ли ты об этом. Когда вы ужинаете или едите десерт, или бисквиты, или конфеты, или что-то вкусное, что я любила, то ешьте это и думайте обо мне, потому что я получаю лакомства только тогда, когда делаю то, что он хочет, если вы понимаете, что я хочу сказать. Когда мы моемся и выходим из ванной, вода грязная, если бы вы видели его черные, как уголь, руки; хорошо, возможно, он работает, но все же. К тому же это я должна мыть ванну! Но если бы видели, когда мы кончаем мыться, он оставляет воду в ванной, чтобы выливать ее в туалет, он говорит, это для экономии воды в бачке! Я должна мыть грязный туалет (потому что внизу у меня ведро, в которое я хожу, и когда я поднимаюсь, я его выливаю в туалет и, конечно, хорошенько мою), раковину, пол и все остальное. Я могу узнать, какая погода, потому что я могу посмотреть лишь в одно окно, и еще когда я с ним, да к тому же это окно на потолке, а все другие окна закрыты ставнями или плотными занавесками. К сожалению, я не могу выйти на улицу, чтобы побегать, поиграть, порезвиться…

Поставите ли вы бассейн, когда будет хорошая погода? Мне так бы хотелось поплавать в нем вместе с вами со всеми и с моими подругами. Также есть небольшая проблема — это то, что приятель того человека, который стережет меня, больше не хочет передавать мои письма маме в руки. Он говорит, что это очень рискованно. Тогда вместо этого вы будете получать мои письма по почте, а тот, кто меня стережет, позвонит вам по телефону, но не знаю, когда и где, может быть, он попросит номер телефона бабушки или кого-то еще, пока я ничего не знаю. Но есть еще одна очень большая проблема…


Эта часть моего письма описывает мои услуги, которые я не хочу здесь воспроизводить.


…Но это еще не все: поскольку я вынуждена спать голой, он увидел, что у меня бородавки! И конечно, он решил мне их свести. Он сказал, что удалит их мне серной кислотой. Я ему, конечно, сказала, что мне уже много раз раньше их лечили. И однажды он притащил бутылки с серной кислотой. И потом он взял спичку и заточил ее. Потом это началось. Когда он увидел, что бородавки большие, он сказал, что, похоже, их никогда не лечили. Я еще раз внушала ему, что папа уже этим занимался какое-то время. И поскольку он (мужчина) уже две недели за это не брался, сегодня утром он это сделал. Обычно, когда я чувствую, что мне жжет или колет, я должна сказать, и он перестает, но иногда он все равно продолжает прижигать! Вчера (в субботу) я мылась в ванне, я хотела сказать — «МЫ» мылись в ванне! И тогда он начал скрести мою кожу своей рукой и образовались маленькие болячки, и я была вся красная! «Я» моюсь каждую неделю (один раз), и когда у меня волосы становятся грязные, я их мою! Но они все равно становятся жирными очень скоро, потому что у него шампунь не для жирных волос! Ванная грязнущая, особенно пол, это притом, что нет коврика и ванная закрывается не дверью, а какой-то занавеской! Она вся разбита, а в этом «доме» нет даже центрального отопления. Вы знаете, мне так жаль, что я вас больше не увижу. Я так жалею, что не окажусь больше дома среди вас. Я так скучаю о теплой, чистой и красивой ванной комнате. Я очень скучаю о моей теплой комнате, моей мягкой постели с одеялом и удобной подушкой, о моих маленьких подушечках и плюшевых мишках и обо всех вещах, которые там были. Я очень скучаю по вкусной пище, такой как бифштекс с жареной картошкой, салаты, курица под соусом карри, цыпленок с рисом в белом соусе… и т. д.

Мне хотелось бы также, чтобы вы немного занялись моим домиком в саду. Вы вернули туда зеркало, которое там стояло?

Если я вам рассказала о проблеме с бородавками и об инфекции… то это потому, что, если он спросит по телефону, как вы делали, а вы ничего не скажете, то он засомневается и будет злиться на меня. В эти последние дни почти все время он меня «донимает», но я вынуждена делать все, что он хочет. Иногда я могу посмотреть телевизор, но…

[Здесь я тоже по собственному желанию опускаю некоторые детали.]

…тогда это не смешно. И к тому же, когда я его смотрю, это уже около полуночи, и смотреть почти нечего. Лишь один раз я смогла посмотреть конец «Скорой помощи», это была серия, где доктор Росс спас ребенка в вертолете. Я бы хотела также посмотреть «Доктор Куинн» или «Мелроуз Плейс».

Последнее время я немного болею, мне по голове ударила железная балка, нос заложен, очень болит затылок и больно в ушах! Он дал мне микстуру и капли в нос. Капли называются «небасетин». Я совсем не уверена, что лекарства, которые он мне дает, хорошие или годятся для того места, которое у меня болит. К тому же я пью только молоко и воду из-под крана, иногда наверху я имею право на кока-колу или кофе, а иногда на маленькую конфетку. Почти все продукты, которые он мне дает, просроченные. Но он говорит, что дата на упаковке — это дата продажи! Он должен был уезжать в командировку на пять дней, и он дал мне шоколад, на котором стояла дата — 1993 год! Он отдавал затхлостью, но я все равно его съела! Также все, что он мне дает, это товары без марки, я не говорю, что надо все время брать фирменные товары, но все же. Даже гигиенические салфетки, которые он мне дал (в кои-то веки!), были самые простые. А сам он пьет кока-колу (настоящей марки «Кока»!!!), ест «Нутеллу» и т. д.

Моя одежда уже так плохо пахла, что он взял ее, чтобы постирать. А мне взамен дал маленькую рубашечку с коротким рукавом, которая мне слишком тесна, и маленькие пляжные шортики.

Мама, если он позвонит, скажи ему, как получше постирать красный бабулин свитер, чтобы он его не испортил (если он еще не постирал его), кажется, у него нет ни стиральной, ни сушильной машины. Мама, каждый раз, когда ты пойдешь к бабушке, поцелуй ее от меня (даже много раз), а когда ты идешь спать, поцелуй в ушко и в другие места Сэма. И всех остальных тоже целуй каждый вечер и каждое утро, как будто это я делаю. Я посылаю вам тысячу поцелуев, желаю вам много-много счастья, тысячи подарков и всего самого наилучшего, а также поздравляю с днем рождения (маму и Софи).

Вы знаете, иногда я смотрю на будильник и говорю вам, что я делаю или что должна была делать, я вам также говорю, что желаю вам удачи, даже если вы не работаете, а также целую вас тысячу раз, и что я вас обожаю, желаю вам всего самого наилучшего, и мое самое дорогое пожелание — это увидеть всех вас очень-очень-очень скоро и всех вас обнять.

Я узнала, что ты сложила все мои вещи в коробки. Неужели правда то, что ты сказала в клинике? Ты расскажешь мне по телефону все, чтобы у меня были новости от вас, поскольку я не могу иметь ни писем, ни фотографий. Нашла ли ты альбом фотографий Сэма? Вообще-то я приготовила его на праздник матерей, но я так хорошо его припрятала, что забыла о нем, прости меня. Я надеюсь, он тебе понравился.

Я с НЕТЕРПЕНИЕМ жду от вас новостей!!!

P. S. Как ты готовила дома карбонад? (Расскажи господину об этом.)

P. S. Расскажи по телефону, какие подарки папа получил на праздник отцов, а вы на свои дни рождения и Сэм тоже!

P. S. Надеюсь, что рисунки вам понравятся. Не обращайте внимания на мой почерк и орфографические ошибки.

N. В. Знаете, когда мне нечего больше читать или мне уже надоест играть в приставку, я занимаюсь немного школьными уроками, и я забыла вам сказать, что в августе со мной будет еще одна девочка. И возможно, он найдет тайник побольше, с ванной, раковиной и т. д.

И что в настоящее время в моем тайнике у меня есть печенье «Ник-Нак», хлеб, маргарин (не масло), белый сыр с чесноком (но не такой вкусный, как «гарли») и банки с консервами (не очень хорошие).

И еще я забыла сказать, что когда он меня лечит, то говорит так: «Я врач», я лучше в этом разбираюсь, чем твоя мама (он знает, что ты медсестра), я знаю почти все и умею все делать и т. п. (Это при том, что он почти никогда не ходил в школу.) Но как он будет меня лечить, если у меня возникнут проблемы с зубами, у меня будет кариес или если у меня будут проблемы с глазами или с животом, или с чем-нибудь еще?

Я всех вас обожаю.

Я целую вас тысячу раз.

НАВСЕГДА.

И еще я узнала от господина, который меня стережет, что он узнал, что у папы были неприятности с шефом, когда он работал жандармом, и что папа тогда просил у него взаймы денег и, может быть, он их не вернул, из-за этого шеф выбрал меня, чтобы причинить вам зло (а может быть, из-за чего-то другого).

Я бы очень хотела, чтобы вы заплатили деньги, чтобы выкупить меня, надо попросить у кого-нибудь, но надо ведь очень много денег, потому что надо заплатить ему больше, потому что он думает, что я умерла, и тогда он очень разозлится!!!

Интересно, как реагировали все дома и в школе, когда они узнали об этом?

Скажи господину, как вы работаете и какое у вас расписание!

К тому же, знаете, здесь туалетная бумага такая же, как в клинике. Когда я иду в туалет, она вся промокает и расползается, и это не очень-то приятно!

И также бывает, что шеф или какие-то другие люди остаются на несколько дней, он не может прийти за мной, и тогда я по нескольку дней не имею нормальной еды!

Я надеюсь, что смогу вам еще написать, если же я не сумею вам написать в течение какого-то времени, тогда я еще раз желаю вам всего самого лучшего (дня рождения… и т. д.).

Я надеюсь, что вы думаете обо мне!

Я вас обожаю.

Я желаю вам очень хороших каникул, скажите господину, работаете ли вы или в отпуске, и если в отпуске, то до какого дня!

Сабина.

Я писала письмо всегда несколько дней, я ждала, чтобы было о чем рассказать. Это письмо было датировано 14 июля, я написала слово «письмо» напротив этой даты в моем календаре. Я написала «уехал» со вторника, 16 июля, до вторника, 23 июля, то есть надо понимать, что монстр был в «командировке», а я находилась одна в тайнике. Во всех моих письмах сквозит чувство вины. Не из-за того факта, что они не хотели платить выкуп, но из-за всего остального. Я написала: «Если я вернусь, я не буду такой эгоисткой», и в самом деле, я думаю, что я уже не была ею. Сейчас я эгоистка, потому что так надо, мне это необходимо, но думаю, что я переживаю и беспокоюсь за них гораздо больше. Я была заперта там и говорила себе: «Возможно, что я была слишком, слишком, слишком… но зато я буду менее, менее, менее…»

Я думала, что я наказана за все те вещи, за которые мои родители упрекали меня: что я недостаточно занималась, недостаточно трудилась по дому… Тогда я говорила: «Я буду более послушной, я буду более доброй…» Но в следующем письме я шла на попятный и писала: «Но если я не была доброй, то почему же я делала для вас и то, и это?» Значит, я старалась сгладить это чувство вины. Я противоречила себе, не отдавая в этом отчета, но это было развитие той идеи, которая засела у меня в голове: «Я наказана? Но из-за чего на самом деле?»

Конечно, я была не подарочек, но все-таки я была доброй. Поскольку у меня было много друзей, меня часто не было дома. Но когда тебе двенадцать лет, ты не хочешь становиться прислугой в доме, тем более что есть две старшие сестры. Мне еще надо было играть, а не в обязательном порядке пылесосить, вытирать пыль или мыть посуду. Я могла быть плохой, но мои сестры ведь тоже были маленькими бестиями в то или иное время.

И тогда я спрашивала себя, нормально ли быть наказанной за это. Да еще таким образом.

Я писала, я рисовала, я смотрела на будильник, я принималась за неоконченное письмо, я собирала шарики от шариковых ручек, чтобы послать их моей сестре.

Я начала сочинять стихи для моей бабули и всей моей семьи, я переписывала кроссворды, список солецизмов и варваризмов, которые я только могла найти, и даже заметки по рекомендациям, как правильно есть и хорошо расти! Я очень старалась иметь хороший почерк, словно мне предстояло сдавать экзамен! Но мне случалось также добавлять к письмам еще листочки, и, глядя на них позже, я видела, что почерк в них менялся. Становился более нервным, менее детским.


«Поскольку я, наверное, никогда не вернусь, если только чудом, папа может взять мой радиобудильник и вы все можете взять мои вещи…

Но даже если я никогда не вернусь, пожалуйста, не выбрасывайте ни одну из моих вещей (сохраните их, пожалуйста)… думайте обо мне… если вы будете есть конфеты».


Этот вторник, 23 июля, я отметила в своем календаре красной звездочкой, что означало «очень-очень плохо» Он вернулся из командировки, пришел за мной в мое узилище, и когда я опять вернулась под покров этой могилы, несколько часов спустя, я написала снова. Но это письмо, которое было адресовано главным образом маме, ни в коем случае не может быть воспроизведено целиком. Моя мать, впрочем, его даже не читала, после того как его обнаружили следователи под матрасом у этого ничтожного негодяя. Она хотела его прочитать, но я всегда была против. Достаточно было моих страданий, и не было необходимости и ей выносить их.

Я написала это необычное письмо в глубине своей камеры, после мучений, воспоминания о которых касаются только меня, и никого другого. Я узнала, что этот ничтожный извращенец не имел удовольствия смаковать его, потому что оно было найдено в своем конверте, запечатанном клейкой полосой. И я полагаю, это следователь его вскрыл.

Я согласилась и хотела, чтобы мои письма были прочитаны вслух в ходе процесса, на публичных заседаниях, но чтобы это делала не я, а следователь. Мои родители не присутствовали на заседаниях, я этого не хотела, и они согласились с моим желанием по совету моих адвокатов.

Если я и решилась передать их суду присяжных в первый раз и часть их поместила в этой книге, то только ради заботы об истине, чтобы можно было хорошо представить, до какой степени может дойти садистское безумие извращенца, жаждущего подавлять, который так психологически воздействовал на ребенка двенадцати лет. Присяжные смогли это оценить. Я признаю, что в некоторой степени он был расчетлив, лжив, проницателен, умел манипулировать. Во всем же остальном, так как я это называла, и да простят мне эту вульгарность, это был идиот, грязный и отталкивающий, как физически, так и интеллектуально.

Тот факт, что я выжила и что этот больной сохранил часть писем, в том числе то, которое приводится ниже, адресованное моей матери, лишь доказывает его глупость. Эти письма послужили следователям, судьям, которые не поддались на его попытки представить дело так, словно он и в самом деле был бедной жертвой — посредником в воображаемой бандитской сети. Чтобы девчонка двенадцати лет могла поверить в существование «шефа» и «банды», будучи запертой в подвале в нечеловеческих условиях, сделать было совсем нетрудно. Но убедить в этом взрослых — слишком амбициозная задача, несмотря на его рассудок монстра, ослепленного самим собой. Кроме того, из всей этой «банды» я видела лишь одного его пособника в кепке, такого же ничтожного, как и он сам. Но он отказывался говорить правду о большинстве жертв, за которые он был осужден к пожизненному тюремному заключению с предоставлением в распоряжение правительства. Этот монстр считал возможным играть страданиями семей других жертв, девочек и девушек, и это также от их имени я пожелала приобщить эти письма к делу. Я была его добычей, спрятанной в западне, его собственностью, призванной услаждать его позывы и побуждения, и у меня твердое убеждение: после того как он уничтожил бы меня, сделал «непригодной к использованию», меня бы постигла та же участь, что и моих несчастных предшественниц. Я была бы убита. А он бы продолжал свирепствовать, как и другие психопаты-одиночки, к несчастью, с согласия их жен.

Итак, я изложила первую часть этого длинного письма, которое рассказывало моей матери подробности моих страданий, которые мне предстояло попытаться снова забыть после процесса.


Вторник, 23 июля. Он всунул в меня «сначала»: «Займемся-ка вот этим, вот так будет нормально».

«После» он сказал мне: «Прекрати вопить, это не так уж больно! Все бабы этим занимаются! Больно только в первый раз».

Еще он добавил в конце, что «не будет приставать ко мне целый месяц». Но он все равно делал это, притом в манере, невыносимой для двенадцатилетнего ребенка, каким я была.

Я опущу также гнусные детали моего физического состояния после этих испытаний. К счастью, я их преодолела.


Мама!

Перед письмом я сделала пометку: «это маленькое письмо предназначено маме, можно читать, только если она разрешит».

Это потому, что я хочу поговорить с тобой отдельно о многих БОЛЬШИХ ПРОБЛЕМАХ!

[…]

…И потом он отвел меня в тайник. И сейчас, мама, я пишу тебе письмо и надеюсь, что все это тебя заставит долго размышлять, потому что я попрошу тебя об одной вещи, очень серьезной и очень сложной! Он говорит, что я должна «заниматься с ним любовью» и что потом мне не будет больше больно… […] Что я должна целовать ему ты хорошо знаешь что, и что каждый раз, когда он приходит за мной, я должна целовать его в рот (гадость, гадость…).

Я знаю, я уже много раз просила, но надо, чтобы вы вытащили меня отсюда! Вначале было еще терпимо, но сейчас он переходит все границы, я в отчаянии. Однажды мне в голову пришла, если хотите, одна мысль. Я спросила его, если вы найдете деньги (увы, опять эти деньги), можно ли будет мне вернуться домой. Угадай, что он ответил… ДА.

Конечно, дело осложняется тем, что гадкий шеф думает, что я умерла, поэтому надо дать больше денег (один миллион). Если же вы найдете три миллиона (и пожалуйста, как можно быстрее), а я буду вам все время писать, он будет все время звонить, когда у вас будут три, миллиона, вы ему скажете и он обо всем с вами договорится. Когда у него будут деньги, он мне сказал, что поговорит (постарается изо всех сил) с шефом, и так я смогу оказаться дома. Не думайте, что я хочу причинить вам зло, прося вас об этом, но я прошу, чтобы:

1) Увидеть вас здоровыми и в добром здравии, если возможно!

2) Больше не мучиться и найти НАСТОЯЩЕЕ СЧАСТЬЕ!

3) Нам выбраться из этой грязной истории и любить друг друга сильнее, чем прежде.

Умоляю вас об этом, это очень важно для меня и моей будущей жизни! Ты знаешь, мама, я долго размышляла обо всем этом, и мне от этого очень грустно, что приходится вас просить о подобных вещах, но подумайте об этом! Я надеюсь, что вы выиграете, поставив в лото или в телеигре «Квинто», а почему бы и нет? Можно договориться с нашими родственниками (или другими людьми), чтобы каждый из них дал денег! Ты знаешь, я много думала обо всем этом, и когда я лежала в кровати, с цепью на шее (перед тем, как я была спасена),[2] я думала всегда, что в какой-нибудь день, или не знаю когда, я вас увижу! И я еще думала о прошлом, я вспоминала о разных вещах и о всяких глупостях, о всех тех случаях, когда я плохо с вами поступала или плохо вас ЛЮБИЛА! И я себе говорила, что если бы я осталась в живых, то это потому, что Господь дал мне второй шанс улучшить мою жизнь, сделать гораздо лучше и больше в том, как я живу, что говорю, что делаю, вот почему я полна добрых намерений в моей НОВОЙ ЖИЗНИ! Вместо того чтобы без конца ходить к своим подругам, я бы лучше пошла навестить бабулю, и чем оставаться одной дома после обеда, я бы тоже лучше проведала ее, я бы больше интересовалась своими родными, а также моей УЧЕБОЙ! Ты знаешь, я много раз смотрела в свой табель и говорила себе, что я полный ноль, 1) потому что я недостаточно занималась, 2) потому что я не доставляла вам удовольствия, возвращаясь домой с хорошим табелем, и 3) потому что я недостаточно вас слушала (к сожалению), а слишком много играла. И теперь я решила попробовать закончить школу так же блестяще, как это сделала Нанни и как наверняка сделает Софи. Я даже хочу кое-что попросить тебя, мама: когда ты будешь здесь, пожалуйста, повторишь со мной все уроки, как в начальной школе? Я думаю, что это очень хорошо, чтобы все запомнить и не путаться, как с «Амбиориксом», — как мы смеялись тогда! И особенно серьезно я вам обещаю (и это правда), что я буду не такой эгоисткой, например, буду давать свои вещи, буду всем помогать, буду более приветливой, и много чего еще… Я уверена, что вы заметите, как я изменилась, и это нормально после всего, что мне довелось пережить, мое разбитое сердце снова восстановится очень быстро с вашей помощью и вашей любовью…

Очень прошу тебя, подумайте хорошенько, но… не очень долго, потому что я распускаюсь иногда…

Я тебя люблю.

Сабина.

И еще, мама, кто будет меня лечить, если я заболею, если у меня возникнут проблемы с глазами, с зубами или с бородавками, или еще с чем-нибудь, это ты должна меня лечить и воспитывать. Я обещаю, что буду вас слушаться.

Возможно, я недостаточно показывала вам, что люблю вас, но, честное слово, я вас всех обожаю! Я обещаю часто выгуливать Сэма!


3.  ДЕРЖАТЬСЯ ИЗО ВСЕХ СИЛ | Мне было 12 лет, я села на велосипед и поехала в школу | 5.  СЕМЬДЕСЯТ СЕДЬМОЙ ДЕНЬ







Loading...