home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Е. РИМ

Несмотря на общую скудость своей мифологии, Рим не был чужд теогоническим и космогоническим построениям. Приводимые нами два отрывка из Овидия (§ 49 а, b) являются даже специфически римскими. В первом из них рисуется бесформенная первозданная масса, которая упорядочивается внешней к ней целесообразно направленной волей (тут нельзя не видеть следов специфически римского мироощущения). Во втором отрывке выдвигается очень глубокая идея Януса, двуликого бога начал, входов, дверей, ворот и пр., который, оказывается, лежал в глубине самого первозданного Хаоса. Если греческие Фанеты, Эрикепаи и пр. олицетворяли собою более или менее вообще бытие, как живое существо, то Янус чисто римски символизирует собой отвлеченный момент всякого начинания, в том числе и начала тео–космогонического процесса.

Далее мы приводим очень сухую, состоящую только из простых генеалогических перечислений теогонию Гигина (§ 49 с). Она до такой степени абстрактна и частично противоречива, что многие даже отказываются ее анализировать. Тем не менее исследование обнаруживает весьма явственную греческую подпочву в виде тех же Гомера, Гесиода, эпического цикла, трагиков и александрийцев.

Минуя вопрос об отношении Гигина к титаномахии (5 b—к), с которой у него, несомненно, есть некоторая связь (ее, однако, не надо преувеличивать), мы кратко укажем на отношение его к Гесиоду. У Гигина отсутствуют Эрот, Тартар и Оры (с которыми, как мы видели, и Гесиод не знает, что делать), но зато сохранена пара Эфир — День, которая не появляется из Эре–ба — Ночи; но обе эти пары, составляя противоположность света и тьмы, появляются из более первоначальной потенции Caligo (Туман). Это делает всю конструкцию гораздо более стройной и понятной, чем у Гесиода; и ясно, что если Гигин черпал свою теогонию из какого–нибудь древнейшего источника, то этот источник — позже Гесиода. Появление триады Земля — Небо — Море из Эфира — Дня также ярче говорит о происхождении оформленного из бесформенного, чем генеалогии Гесиода, равно как и последующий материал строится у него гораздо последовательнее (потомство Ночи, Дня, Эреба и Эфира). Тринадцатая Титанида, Диона (как и у Аполлодора), — новость в сравнении с Гесиодом; новость и рождение от Дионы Афродиты. Тут, как и в списке Нереид, Гигин следует за Гомером, а не за Гесиодом. Может быть, дело не обошлось без стойческих влияний. По крайней мере теогония, которую имеет в виду Цицерон (§ 49 d), есть некоторая аналогия Гигина, хотя и невозможно сказать об этом что–нибудь более определенное. Вообще же, несмотря на сухость перечислений и очень плохую сохранность его текста, можно установить, что Гигинов источник — более совершенный и более поздний, чем Гесиод, и многое в нем представляет большой интерес для различных деталей наших мифологических исследований.

49. a) Ov. Met. I 5—88 (Общая натуралистическая космогония)

Некогда море, земля и над всем распростертое небо,

Лик был природы един на всем пространстве вселенной, —

Хаосом звали его. Нечлененной и грубой громадой,

Бременем косным он был, — и только, — где собраны были

Худо скрепленных вещей семена разнородные вместе.

10 Миру Титан никакой тогда не давал еще света,

Не возрождала рогов, назревая, и новая Феба.

В воздухе легком земля, обтекаема им, в равновесье

Не повисала еще, и по длинным земным окоемам

Рук в то время своих не простерла еще Амфитрита.

Там, где суша была, находились и море, и воздух, —

И ни на суше стоять, ни по водам нельзя было плавать.

Воздух был света лишен. Постоянными не были воды.

Все пребывало в борьбе, затем что в теле едином

Холод сражался с теплом, сражалась с сыростью сухость,

20 С мягкостью твердость и то, что весомо, — с тем,

что без веса.

Бог иль природа, верней, конец положила раздору.

Небо она от земли и землю от вод отрешила,

Воздух густой отделила она от прозрачного неба.

После же, их разобрав и из груды слепой их извлекши,

Бывшее в разных местах — связала согласием мирным.

Пламя огня вознеслось под свод невесомого неба,

Место себе обретая на самом верху мирозданья.

Воздух — ближайший к огню по легкости, как и по месту.

К более плотной земле притянулись частицы крупнее.

30 Тяжесть своя придавила ее. Кругом обтекая,

Глуби вода заняла и плотный мир окружила.

Расположенную так бог некий — какой, не известно —

Груду потом разделил; разделив, расчлененною сделал.

Землю прежде всего, чтоб все ее стороны гладко

35 Выровнять, вместе собрал в подобье огромного круга;

После разлил он моря, приказал им вздыматься от ветров

Буйных, велел им обнять окруженной земли побережья.

После добавил ключи, болота без края, озера;

Брегом извилистым он опоясал бегущие реки,

40 Разные в разных местах, — иногда их земля поглощает,

Или до моря они достигают и, приняты гладью

Вольно разлившихся вод, ударяют не в землю, а в скалы.

Он повелел и полям разостлаться, осесть и долинам,

В зелень одеться лесам и горам вознестись каменистым.

45 Справа пояса два и слева столько же небо

Пересекли и меж них, других всех пламенней, пятый.

Бремя, включенное в них, обозначила точно таким же

Божья забота числом: и земля с пятью полосами.

На серединной из них нельзя обитать из–за зноя.

50 Две же под снегом лежат глубоким, а двум между ними

Бог умеренность дал, смешав там стужу и пламень.

Воздух вплотную над ними навис; насколько по весу

Легче вода, чем земля, настолько огня он тяжеле.

В этой второй полосе стоять облакам и туманам

55 Он приказал, и громам, смущающим души людские.

Там же — и молниям быть, и ветрам, образующим стужу;

Но не повсюду владеть позволил им мира создатель

Воздухом. Даже теперь ветрам воспрепятствовать

трудно, —

Хоть и по разным путям они направляют дыханье, —

60 Чтоб не разрушили мир. Таково несогласие братьев!

Эвр к Авроре тогда отступил, в Набатейское царство,

В Персию, к горным хребтам, под лучами

рассвета лежащим.

Запад и те берега, что солнцем согреты наклонным,

65 Ближе к Зефиру лежат. А в Скифию и в Семизвездье

Вторгся ужасный Борей; ему супротивные земли

Влажны всегда от туманов сырых и дождливого Австра.

Сверху же, выше их всех, возложил он веса лишенный

Ясный эфир, никакою земной не запятнанный грязью.

Только лишь распределил он всё по точным границам, —

70 Раньше под грудою той сокрыты, придавлены ею, —

Стали по небу всему теперь загораться созвездья;

Чтобы предел ни один не лишен был живого созданья,

Заняли почву небес божеств подобия — звезды.

Для обитанья вода досталась сверкающим рыбам,

75 Зверя земля принесла, и птицу — воздух подвижный.

Только лишь то существо, что священнее их и способней

К мысли высокой, — чтоб стать господином

других, — не являлось.

И родился человек. Из божьего ль семени сделал

Оный создатель его, как лучшего мира начало,

80 Иль молодая Земля, разделенная с вышним Эфиром

Только что, семя еще сохраняла родимого неба?..

Отпрыск Япета, ее замешав речною водою,

Сделал подобье богов, которые всем управляют.

И между тем как, склонясь, остальные животные в землю

85 Смотрят, высокое дал он лицо человеку и в небо

Прямо глядеть повелел, подымая к созвездиям очи.

Так, недавно сама без образа грубая масса,

Ныне земля приняла человеков неведомых облик.

b) Ov. Fast. I 89—144 (Космогонический Янус)

«Что же? Каким божеством назову тебя, Янус двуликий?

90 В Греции равных тебе не было вовсе божеств.

Ныне скажи, почему из богов у тебя лишь способность

Взоры вперед обращать, взором следить позади?» —

Так я тогда рассуждал, вопрошая божественный образ…

Блеском незримых лучей вдруг осветился чертог.

95 Янус явился святой, и увидел я образ чудесный:

Два я заметил лица, четверо пламенных глаз.

Замерло сердце в груди, мои волосы дыбом поднялись,

И леденящий проник холод до самых костей.

Ключ в его левой руке, его правая посох сжимала.

100 Вскоре в передних устах слышу такие слова:

«Полно бояться, поэт, воспевающий римские фасты,

Выслушай то, что желал, эти запомни слова.

Имя предвечно мое, меня древние звали Хаосом.

Выслушай эту в ответ повесть седой старины:

105 Воздух и три остальных основных элемента природы:

Пламя, земля и вода — в массе таились одной.

Грубая масса когда постепенно на части распалась,

Каждое тело тогда новое место нашло:

К небу вознесся огонь, поместился под пламенем воздух,

ПО В центре движенья нашли место земля и вода.

В это–то время и я, находясь в хаотической массе,

Принял впервые тогда образ божественный свой,

Да и теперь еще след хаотической массы остался:

Это способность моя видеть вперед и назад.

115 Но и другую еще укажу тебе вида причину,

С ней уяснится тебе и назначенье мое.

Все, что ты видишь: моря, и лазурное небо, и суша, —

Все открываю своей и закрываю рукой.

Мне одному лишь дана беспредельного мира охрана,

120 Право дано одному двери вертеть на петле.

Мир, если я захочу, из закрытого выйдет жилища

И по различным путям станет свободно гулять.

Если же крепкий запор мой губительных войн не удержит,

Все наше лоно земли кровью зальется густой.

125 С кроткими Горами я охраняю небесные входы,

Солнца восход и заход я направляю рукой.

Янус отсюда зовусь. Приносящий мне жертву порою

Жрец, поднося пироги, соль, и муку, и вино,

Имя иное дает: называет Патульций и Клузий, —

130 Часто в молитвах своих так призывает меня.

Древности это еще, старины пережиток глубокий,

Думали этим назвать две стороны существа.

Вот моя власть и права. Объясню теперь вида причину.

Эту двуличность мою ты замечаешь и сам:

135 Два в каждой двери лица, и — выходят вовнутрь и наружу.

Первое к Ларам лицо; то, что наружу, — к толпе.

Как у домашней двери замечает входящих привратник,

Видит — всегда из дверей — и выходящего он,

Так же обязан и я, всех чертогов небесных привратник,

140 Запад и вместе восток взором окинуть одним.

Три, ведь ты знаешь, лица у суровой богини Гекаты,

Так как она стережет три перекрестных пути.

Так же и мне, чтобы мог не терять поворотами шеи

Времени, можно глядеть сразу вперед и назад.

с) Hyg. Fab. ргооет. (Тео–космогоническая генеалогия)

Из Тумана — Хаос.

Из Хаоса и Тумана — Ночь, День, Эреб, Эфир.

От Ночи и Эреба — Рок, Смерть, Гибель (Letum), Сознание

(Conscientia), Сон, Сновидения, т. е. Разрешение забот (Ly–simeles), Сладкоумие (Meliphron)… [далее испорченное слово]: Порфирион (epaphus[?]); Ненависть, Своеволие, Неме

зида, Евфросина {?], Дружба, Раздор, Старость, Стикс;

Три Парки, т. е. Клофо, Лахесис, Атропос; Геспериды [перечисление 18 имен, отчасти испорченных].

От Эфира и Дня — Земля, Небо, Море.

От Эфира и Земли — Тартар, Понт и Титаны: Бриарей, Гиес,

Котт, Бронт, Стероп, Apr, Океан, Тефия, Гиперион, Фейя,

Пол, Феба, Сатурн, One, Крий, Иапет, Фемида, Монета,

Диона и — три Фурии, т. е. Алекто, Мегера и Тисифона.

От Земли и Тартара — Гиганты: Энкелад, Кой, elentes [?] —

mophius [?], Астрей, Пелор, Паллант, Эмфит, Рек, Jenios [?],

Агрий, Alemone [?], Эфиальт, Эврит — effracorydon [?], pheonus [?], Феодамант, Афон, Тифон, Полибот, menephiarus [?],

Аск, colophomus [?], Иапет.

От Понта и Земли — Фавмант (tusciversus) [?], Кето, Нерей.

От Нерея и Дориды — 50 Нереид [перечисление см. в «Воде»].

От Форкия и Кето — Форкиды: Пемфредо, Энио, Херсис [?].

Другие вместо этой последней принимают Дино.

От Понта и Моря — породы рыб.

От Океана и Тефии — Океаниды [перечисление имен см. в

«Воде»].

От Пола и Фебы — Латона, Астерия, aphirape [?]… Перс,

Паллант.

От Иапета и Климены — Атлант, Эпиметей, Прометей.

От Гипериона и Фейи — Солнце, Луна, Заря.

От Сатурна и One — Веста, Церера, Юнона, Плутон, Нептун,

Юпитер.

От Сатурна и Филиры — Хирон и Долоп.

От Астрея и Авроры — Зефир, Борей, Нот, Фавоний.

От Атланта и Плейоны — Майя, Калипсо, Альциона, Меропа,

Электра, Келено.

От Палланта (гиганта Сциллы) и Стикс — Сила, Зависть,

Власть, Победа, источники, озера.

От Дионы и Юпитера — Венера.

Из головы Юпитера — Минерва.

От Юпитера и Евриномы — Грации.

От Юпитера и Фемиды — Оры.

От Юпитера и Монеты — Музы.

От Юпитера и Климены — Мнемосина.

От Нептуна и Амфитриты — Тритон.

От Юпитера и Юноны — Марс.

От Юноны без отца — Вулкан.

Опять от Юпитера и Юноны — Молодость, Свобода.

От Юпитера и Цереры — Прозерпина.

От Юпитера и Латоны — Аполлон и Диана.

От Юпитера и Майи — Меркурий.

От Венеры и Марса — Гармония и Страх.

От Ахелоя и Мельпомены — Сирены: Тельксиопа, Мольпе,

Писиноя.

От Солнца и Персы — Кирка, Пасифая, Ээт, Перс; от Ээта

и Идии — Медея.

От Солнца и Климены — Фаэтон и Фаэтониды: Меропа, Гелла,

Эфирия {?], Диоксиппа.

От Тифона и Ехидны — Горгона, Кербер; дракон, который

охранял у колхидцев баранье золотое руно; Сцилла, имевшая верхнюю часть женскую, а нижнюю — собачью (ее

убил Геркулес); Химера; Сфинкс, бывшая в Беотии; ползучая Гидра, имевшая девять голов (ее убил Геркулес), и дракон Гесперид.

От Нептуна и Медузы — Хрисаор и конь Пегас.

От Хрисаора и Каллирои — трехтелесный Герион.

d) Cic. De nat. deor. Ill 44 (К вопросу об источниках Гигина)

Карнеад говорит это не для того, чтобы устранять богов… но чтобы показать, что стоики ровно ничего в них не разъясняют. Поэтому он и преследовал их. Что же, говорил он, если эти братья (Юпитер, Нептун, Орк) числятся среди богов, то неужели это можно отрицать относительно их отца Сатурна, которого обычно глубоко почитают на Западе? Но если он есть бог, то богом надо почитать и его отца Урана. А если это так, то за богов надо считать также и родителей Урана, Эфир и День, а также их братьев и сестер, которые имеют следующие имена у древних генеалогов: Любовь, Обман, Страх, Труд, Ненависть, Рок, Старость, Смерть, Тьма, Несчастье, Жалоба, Грация, Ложь, Упорство, Парки, Геспериды, Сны. Все они, как говорят, родились от Эреба и Ночи.


Д. ГЕРМЕТИЧЕСКАЯ КОСМОГОНИЯ | Мифология греков и римлян | Ж. ПРОЧИЕ ТЕОГОНИСТЫ