home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Вторая мировая война

Во время войны общество вступает в критическое состояние.

Всегда и во всех странах преступный мир использует это состояние, чтобы перестроить свою деятельность с учетом новых условий, найти максимально приближенные к сложившейся ситуации формы и методы своей работы. Это было тем более характерно для такой мощной и централизованной преступной организации, как «Коза ностра».

Нет ничего более ошибочного, чем утверждение о том, что вступление США во вторую мировую войну немедленно привело к кардинальным изменениям в жизни и деятельности преступного мира страны. О важнейших изменениях в деятельности мафии в условиях военного времени речь пойдет ниже. А сейчас следует подчеркнуть, что изменение структуры мафии, форм ее деятельности происходило постепенно и начался этот процесс уже в предвоенный период.

Это не была какая-то классическая эволюция от одних форм функционирования преступного мира к другим. Жестокие законы уголовного мира признают только беспощадную, кровавую борьбу за руководство этим миром, а следовательно за получение монопольно высоких прибылей. Официальная комиссия, занимавшаяся расследованием деятельности мафии, констатировала в 1967 г.: «По традиции, у организованной преступности, так же как и в тоталитарных правительствах, установлено беспрекословное подчинение отдаваемым приказам».

На практике эта жесточайшая дисциплина под страхом смерти вела только к периодическим кровавым переворотам. Крах господства «усатых» поставил у руля управления мафией новое поколение лидеров. По респектабельности, умению держаться, грамотности они значительно превосходили свергнутое старое поколение. С приходом к власти молодой поросли мафиози появились новые моменты в деятельности «Коза ностры», но принципы ее функционирования остались незыблемыми. Это в первую очередь касалось омерты. Мафия оставалась строжайше законспирированной организацией.

Быстро развивающийся процесс сращивания мафии и бизнеса, активизация ее политической деятельности, усиление централизации в руководстве «Коза ностры» и некоторые другие изменения привели к появлению ряда новых черт в жизни и деятельности преступного мира.

Лидеры мафии, как все руководители делового мира, постоянно держали у себя на службе опытных адвокатов. Ни в коей мере не отказываясь от своих террористических действий, мафия категорически требовала от всех своих участников прекратить все виды насилия против государственных служащих. Как показывала практика, каждый акт такого насилия вызывал волну репрессивных действий со стороны полиции.

Случай с Аль Капоне, получившим большой срок тюремного заключения за неуплату подоходного налога, и ряд других аналогичных фактов, заставили руководство «Коза ностры» самым решительным образом потребовать от всех мафиози, вне зависимости от ранга, регулярно уплачивать подоходный налог. Нарушение этой заповеди также вело к самым решительным репрессивным действиям со стороны властей. Уголовная статистика свидетельствовала о том, что 60 % гангстеров, привлеченных к уголовной ответственности, были осуждены за неуплату налогов^.

Больше, чем когда-либо мафиози стремились осуществлять серьезные операции, сотрудничая только с лицами, вовлеченными в эту организацию.

В целом, «Коза ностра» твердо следовала традициям сицилийской мафии. В частности, свято соблюдалась старинная церемония приема в мафию новых членов, которая детально описана во многих работах, посвященных истории «Коза ностры». Если эта организация столь тщательно законспирирована, а нарушение омерты карается смертью, то закономерен вопрос — откуда поступает подобная информация?

Она не является плодом воображения авторов, пишущих о мафии. Источник ее получения вполне надежен — сами мафиози.

Страх смерти пересиливает самые страшные угрозы. Известно несколько случаев, когда, спасая свою жизнь, мафиози вынуждены были давать показания полиции. По крайней мере в двух случаях это были лица, обладавшие феноменальной памятью, и они дали правоохранительным органам интереснейшую информацию о мафии. Один из них, профессиональный убийца Эйб Рилз, который в 1936 г. давал в Нью-Йорке показания двенадцать дней подряд. Эти показания составили 25 томов, которые вскоре бесследно исчезли. Дело Эйба Рилза — одна из наиболее интересных страниц в истории «Корпорации убийц», специального подразделения, созданного «Коза нострой» для приведения в исполнение смертных приговоров, вынесенных мафией.

Лучшая судьба была у показаний другого мафиози Джозефа Валачи. Этот рядовой солдат «Коза ностры», находясь в заключении, убил во время прогулки другого заключенного. Валачи был приговорен к смертной казни на электрическом стуле. Спасая свою жизнь, он согласился дать показания о деятельности «Коза ностры». Как и Эйб Рилз, Валачи обладал феноменальной памятью и сообщил правосудию интереснейшие детали о деятельности мафии. Это была бесценная информация с указанием имен, места и многочисленных подробностей преступлений «Коза ностры». Главари преступного мира устроили настоящую охоту на своего бывшего коллегу, которому заменили смертную казнь на пожизненное заключение. В глубочайшей тайне Валачи переводили из одного места заключения в другое, спасая от расправы, которую готовили ему мафиози.

Показания Валачи являются одним из ценнейших источников для изучения деятельности «Коза ностры». Американский журналист на основании этих показаний подготовил книгу «Записки Джо Валачи». Это талантливо написанное произведение, которое дает яркое представление о структуре мафии, разнообразных формах ее деятельности, связях с деловыми и политическими кругами США.

Падкие на сенсации американские средства массовой информации устроили выступления Джо Валачи по телевидению, которые две недели смотрели и слушали миллионы американцев.

Произошел грандиозный скандал. Шеф Федерального бюро расследований Гувер, а за ним и другие официальные лица с настораживающим упорством утверждали, что мафия — это плод досужей фантазии специалистов по уголовной хронике и авторов детективных историй. «Даже в 1959 г. директор ФБР Гувер все еще отрицал существование какого-либо национального преступного синдиката. Вместо этого он заявил, что стремление коммунистов ниспровергнуть существующий строй является главной угрозой для страны».

Разоблачения Валачи показали подлинную цену подобных заявлений. Отныне вся страна убедилась в том, что мафия, как паутина, обволакивает Соединенные Штаты, что метастазы организованной преступности поразили главные жизненные центры страны. В своих показаниях Валачи уделил много внимания традициям и обычаям «Коза ностры». В частности, он в ярких красках описал церемонию своего приема в эту организацию. В 1930 г. Валачи, которому было в то время 26 лет, уже имел богатую уголовную биографию. На него обратили внимание боссы нью-йоркской мафии и в 1930 г. он был торжественно принят в ее ряды.

О том, какое большое внимание «Коза ностра» уделяла приему новых членов в свою организацию, свидетельствует тот факт, что рядового «солдата» Джо Валачи принимал в «Коза ностру» сам «босс боссов» нью-йоркской мафии Маранзано.

В 1963 г., давая показания в сенатском комитете по расследованию преступлений мафии, Валачи говорил, что его и трех других молодых людей привезли в дом в 90 милях от Нью-Йорка. В доме было около 40 человек, среди них Маранзано. «Цель встречи заключалась в том, чтобы принять нас в члены (солдаты) организации и впервые представить другим ее членам», — рассказывал Валачи.

Его ввели в большую комнату, где сидело 30–35 человек.

«На столе лежали нож и пистолет. Я сел с краю, они сели возле меня, рядом с Маранзано. Я повторил вслед за ним несколько слов по-сицилийски».

«Что означали эти слова?» — спросил сенатор Макклеллан.

«Ты живешь пистолетом и ножом и умрешь от пистолета и ножа», — ответил Валачи.

Допрашиваемый сказал, что Маранзано вложил ему в руку горящий листок бумаги. «Я повторил за ним по-сицилийски, что я сгорю таким же образом, если предам организацию».

Путем сложного подсчета для Валачи выбрали из присутствующих «крестного отца». Таковым оказался Джо Бонанно. Он проткнул иголкой палец Валачи. Потекла кровь. Валачи стал кровным братом Бонанно и полноправным членом мафии.

Показания Валачи, раскрывшие страшную картину функционирования «Корпорации убийц», дорого обошлись мафии. После его показаний, сделанных в 1963 г., общественность потребовала принятия самых решительных мер для борьбы с преступным миром. Николас Гейдж писал, что «целый ряд лиц, о которых Валачи говорил, как о мафиози, находятся в тюрьмах, многие из них под судом. Некоторые умерли, другие убиты. Вследствие этого руководство мафии изменилось коренным образом после его показаний. Например, из пяти боссов нью-йоркских семей, на которых он указал… только Карл Гамбино выжил и сохраняет свое могущество».

В результате показаний Валачи аресты мафиози увеличились в 10 раз. И нет ничего удивительного в том, что за его убийство боссы «Коза ностры» назначили награду в 100 тыс. долл. Спасая своего информатора, ФБР шло на всяческие ухищрения. Три года продолжались путешествия Валачи по тюрьмам. Охрана его обошлась казне в 167 тыс. долл. "

Самая страшная для мафии угроза показаний Валачи заключалась в том, что его примеру могли последовать другие члены организации, оказавшиеся в заключении. С помощью правоохранительных органов они могли изменить фамилию, уехать за границу и укрыться там от мести мафии.

Одновременно с показаниями Валачи на мафию обрушился еще один удар огромной силы. Благодаря бдительности патрульного полицейского, в местечке Аппалачи удалось накрыть сборище боссов мафии и задержать большую часть его участников.

Это было еще одно подтверждение существования в стране мощного преступного синдиката.

Один из американских исследователей мафии сравнивал последствия показаний Валачи и операцию в Аппалачи с небезызвестным Уотергейтским скандалом. Он писал, что надо только заменить «Джон Дин» («герой» Уотергейта. — Р. И.) на «Джозеф Валачи», «Уотергейт» на «Аппалачи»; «политическое прикрытие» на «синдикат преступности» и «аппарат Белого дома» на «преступный заговор».

Казалось бы, соответствующие службы страны должны были сделать вывод о том, что мафия представляет серьезнейшую угрозу всем американским институтам. Как писал один из исследователей преступного мира США, была реальная угроза «захвата мафией Белого дома».

Министр юстиции Роберт Кеннеди, оценивая значение показаний Валачи, заявил, что они явились «самым важным сигналом для разведывательных служб, чтобы сделать мощный прорыв в борьбе с организованной преступностью и рэкетом в Соединенных Штатах».

Однако никаких выводов на государственном Олимпе страны сделано не было. Об этом свидетельствует тот факт, что через семь недель после показаний Валачи был убит президент США Джон Ф. Кеннеди.

О событиях, связанных с этим убийством века, речь пойдет ниже. Здесь же показания Валачи рассматриваются только как важный источник, позволяющий правильно понять особенности функционирования мафии в период, непосредственно предшествовавший началу второй мировой войны.

Ключевой фигурой мафии в этот период был Лучано. Это, действительно, был выдающийся лидер преступного, мира. Первым среди главарей мафии он пришел к выводу, что вакханалия убийств, сотрясавшая «Коза ностру», негативно сказывалась на всей деятельности мафии. Лучано много делал для того, чтобы Создать впечатление, что если мафия и не ушла в небытие, то деятельность ее во многом изменилась. Встреча мафиози в Атлантик-Сити в 1931 г., прекращение в рядах мафии «войны, заключение в тюрьму Аль Каноне — все это помогло убедить общественность и полицию, что с господством гангстеров покончено».

Произошла очередная грубейшая мистификация. Мафия в силу своей природы не могла существовать без насилия. Лучано это прекрасно понимал, и его заслуга перед преступным миром была в том, что он первым осознал необходимость специализации в рядах мафии. Лучано в большей мере, чем другие главари «Коза ностры» уделял внимание бизнесу, проникновению мафии в деловой мир, и он осознал ту простую истину, что разделение труда позволит мафии более эффективно добиваться решения стоявших перед ней задач.

Лучано выступил инициатором создания особого подразделения в мафии, которое будет специализироваться исключительно на убийстве нежелательных для «Коза ностры» лиц. Эта зловещая организация стала называться «Корпорация убийц», что полностью соответствовало и ее составу и тем задачам, которые она осуществляла.

Решение Лучано имело очень важное значение, так как освобождало главарей мафии от осуществления грязных и исключительно опасных акций. Ведь в случае раскрытия такого преступления легко было попасть и на электрический стул, несмотря на все связи мафии в правоохранительных органах.

По рекомендации Лучано «Корпорацию убийц» возглавил Альберт Анастазиа. Даже по масштабам мафии это была личность, вызывавшая безудержный страх и чудовищное отвращение. Родился Альберт Анастазиа в Италии в 1902 г. В 1917 г. вместе с семьей он переехал в США и стал быстро известен в нью-йоркской мафии как высококвалифицированный и беспощадный убийца. Уже в девятнадцатилетнем возрасте он был приговорен за убийство к смертной казни. Мафия не могла допустить, чтобы пропал такой ценный кадр. На спасение Анастазиа были брошены все средства, использованы все возможности. Высококвалифицированный адвокат сумел добиться отсрочки суда и временного освобождения своего подзащитного. В 1922 г. суд над Анастазиа возобновился, но выяснилось, что все свидетели по его делу скончались. Операция по их уничтожению была проведена с поразительным размахом и тщательностью. Подсудимого пришлось освободить из-за «недостатка доказательств».

Анастазиа был необычным явлением даже в рядах мафии. Редко кто в 19 лет имел столь впечатляющий перечень тягчайших преступлений, как Альберт Анастазиа. Трудно было подобрать на пост руководителя ^Корпорации убийц» более достойную кандидатуру. Анастазиа с большим рвением принялся за выполнение поручения Лучано. В первую очередь надо было положить конец беспрерывным кровавым междоусобицам между бандами нью-йоркской мафии. Не без труда Анастазиа удалось выполнить эту задачу и включить в свою корпорацию самых отпетых головорезов из враждующих банд. Несмотря на молодость Альберта Анастазиа, его авторитет в уголовном мире был непререкаемым, и объединенные в «Корпорацию убийц» мафиози беспрекословно выполняли все приказы своего главаря.

Началась эра страшного террора, от которого стыла кровь в жилах. Ничего подобного мафия не знала ни до, ни после создания «Корпорации убийц». Организация Анастазиа могла успешно функционировать только при условии жесточайшей централизации и полного подчинения ей многочисленных банд, действовавших на свой собственный страх и риск. Борьба за это подчинение заняла 10 лет, в течение которых было убито около тысячи человек.

Американский журналист Гас Тэйлер в своей книге о мафии писал: «Главная цель заключалась в том, чтобы, укрепив позиции «Корпорации убийц» в преступном мире, использовать ее огромную мощь для физического устранения конкурентов и расширения сферы экономического и политического влияния. Таким образом, синдикату (мафии. — Р. И.) удалось реально предотвратить войну между бандами и избежать «случайных» преступлений — основа для конфликта была устранена с деловитостью, свойственной легальным монополиям и картелям, когда они хотели прекратить конкурентную борьбу на рынке промышленной продукции. Поэтому масштаб операций преступников нельзя измерить с помощью обычной статистики драк, перестрелок и убийств».

Альберт Анастазиа и пять его братьев все более набирали силу в «Корпорации убийц», которая наводила ужас даже на профессиональных убийц из мафии.

Вместе с ростом могущества корпорации Анастазиа укреплялись и позиции «семьи» Лучано, который господствовал в верховном совете «Коза ностры» и на практике был руководителем мафии США. Но аппетит приходит во время еды, и Лучано, не довольствуясь традиционными сферами деятельности мафии, решил попытать счастья в политике.

Речь об этой странице в биографии Лучано пойдет ниже.

Касаясь же «осваиваемых» в течение многих десятилетий направлений деятельности преступного синдиката, необходимо подчеркнуть, что «Коза ностра» под водительством Счастливчика оперативно приспосабливалась к быстро менявшейся в стране обстановке.

Наконец-то заканчивался самый страшный в истории США и всего капиталистического мира кризис перепроизводства 1929–1933 гг., который имел тяжелейшие последствия для социально-экономической и общественно-политической жизни США. Миллионы американцев мало-помалу освобождались от кошмара «Великой депрессий», находили работу; входили в привычный ритм жизни.

В этих условиях для успешного функционирования мафии было необходимо быстро перестроиться, учесть в своей преступной деятельности изменение ситуации в экономике, в профсоюзах, наконец, в психологии американцев.

С завершением кризиса произошло еще одно событие, имевшее для мафии первостепенное значение — 5 декабря 1933 г. после ратификаций необходимым числом штатов вступила в силу XXI поправка к Конституции США, отменявшая XVIII поправку, которой в 1920 г. был введен «сухой закон». Руководителям США потребовалось 13 долгих лет, чтобы понять простую истину, подтвержденную опытом других стран, уже практиковавших различные варианты «сухого закона»: законодательные, административные формы борьбы с пьянством и алкоголизмом не дают тех результатов, которых от них, казалось бы, можно ожидать.

Отмена «сухого закона» не застала мафию врасплох. Проявив необходимую гибкость, главари «Коза ностры» заранее поспешили переориентироваться на другие, не менее прибыльные, чем подпольный алкогольный бизнес, сферы деятельности. Многие миллионы долларов были вложены в легальный бизнес, вопреки законам страны удавалось переправлять миллионы долларов за границу и надежно, выгодно вкладывать их в зарубежные банки, в первую очередь, в швейцарские.

Начался период бурной деятельности мафии по извлечению огромных доходов из игорного дела, наркомании, проституции.

Мафия еще раз убедительно доказала, что она прекрасно умеет талантливо и гибко паразитировать на проблемах, с которыми сталкивается общество.

У Лучано было широкое поле деятельности. Он не брезговал ничем, что давало возможность быстро и хорошо заработать. Но особого внимания заслуживает его деятельность в эксплуатации одного из самых распространенных в то время в США пороков — массовой проституции. Эта сфера деятельности главаря мафии представляет особый интерес и потому, что именно здесь Лучано подстерегали самые серьезные неприятности за всю его длительную преступную карьеру.

Лучано не открыл Америку, когда сделал ставку на рэкет проституции, что, казалось бы, было одним из самых безобидных и доходных способов получения прибыли. У него было немало «достойных» предшественников. Одним из самых титулованных среди них был «Король Чикаго».

Аль Каноне монополизировал в свое время рэкет проституции в Чикаго, за что и сам жесточайше поплатился, заболев тяжелой формой сифилиса. Но Лучано во всех отношениях, был преступным деятелем несравненно большего масштаба, чем его коллега из Чикаго. Он придал рэкету проституции масштабы, о которых не могли даже мечтать Аль Капоне и другие гранды мафии. Счастливчик Лучано по праву стал сутенером № 1 всей Америки.

Люди Лучано взяли под свой контроль в первую очередь публичные дома главного центра пороков Америки — Нью-Йорка. Владельцы этих учреждений под страхом возмездия безропотно платили огромную дань «семье» Лучано, которая не только «ограждала» их от шантажа конкурирующих банд, но и улаживала вопросы с правоохранительными органами.

Дело было поставлено на широкую ногу. Боевики Лучано расправлялись с «неорганизованными» рэкетирами, которые пытались взять под свою опеку отдельные «увеселительные» заведения. Информационный центр собирал и обрабатывал сведения о положении на рынке проституции, о доходах представительниц самой древней профессии. Это помогало правильно ориентироваться при взимании с них дани. Юридический отдел занимался сложным комплексом вопросов, связанных с правовым прикрытием проституции, улаживал многочисленные проблемы, возникавшие во взаимоотношениях хозяев публичных домов и их «рабочей силы» с полицией и другими правоохранительными органами.

С учетом специфики работы проститутки нуждались в хорошем и регулярном медицинском обслуживании. Организация медобслуживания тоже входила в обязанность «семьи» Лучано.

О масштабах его бизнеса на проституции наглядно свидетельствует тот факт, что в Нью-Йорке Лучано контролировал около двухсот публичных домов и нещадно эксплуатировал 1000 проституток. Прибыли росли стремительно и по данным правоохранительных органов Нью-Йорка в 1935 г. чистый доход «семьи» Лучано от рэкета профессиональной проституции составил примерно 20 млн. долл. 200 тыс. из них достались лично Лучано.

«Дело» было доходное и по-своему безобидное, если сравнивать с другими направлениями деятельности мафии, где кровавым пунктиром были отмечены многочисленные убийства, грабежи, вымогательства, насилия.

И вряд ли Лучано, несмотря на всю его изворотливость, предусмотрительность, колоссальные связи с власть имущими, мог предполагать, что тучи уже начали сгущаться над его головой. В 1935 г. прокурор Нью-Йорка Томас Дьюи, которому предстояло сыграть большую роль в судьбе Лучано, начал расследование рэкета профессиональной проституции. Очень скоро следствие вышло на Чарлза Лучано, точнее на его подручных, которые контролировали все важнейшие публичные дома Нью-Йорка. На этот раз Счастливчику не удалось оправдать своего прозвища: катастрофа стремительно приближалась.

Дьюи прекрасно разработал операцию. В глубокой тайне, учитывая, что многие полицейские находились на содержании у мафии, в одно и то же, самое горячее для увеселительных заведений время, в 20 ч, полицейские нагрянули в 41 публичный дом Нью-Йорка. Были задержаны все присутствующие, переписаны их имена и адреса, арестовано около 120 человек, изъяты бухгалтерские документы. Среди арестованных были люди Лучано, руководившие бизнесом на проституции. Зная законы мафии, Томас Дьюи и не рассчитывал на то, что он получит от них какие-либо показания.

Молчали и все другие арестованные. Уже казалось, что операция завершится безрезультатно, когда согласилась давать показания одна из задержанных проституток по имени Нэнси Прессер. Ее трагическая судьба была типична для джунглей Нью-Йорка. Она была необычайно красивой и мимо семнадцатилетней проститутки не могли пройти главари преступного мира. Нэнси Прессер долго ходила по рукам верхушки гангстеров, пока не стала наложницей Лучано. Их знакомство продолжалось не очень долго. Счастливчик отказал Нэнси в своей благосклонности, и ей пришлось вернуться к своему прежнему хозяину.

Но тот не простил Нэнси уход к Лучано. Нэнси Прессер сдали в один из публичных домов Нью-Йорка, где она подвергалась жесточайшей эксплуатации и издевательствам. В отличие от других проституток, она не получала ни одного цента за свою работу. У Нэнси Прессер были все основания ненавидеть своих хозяев, и, несмотря на страх возмездия, она стала давать показания.

Раскрылась ужасающая картина белого рабства в увеселительных заведениях Нью-Йорка. Выяснилось, что многие девушки были несовершеннолетними.

Возмущение охватило общественность всей страны. Была дана санкция на арест Лучано, который скрылся из Нью-Йорка.

Вскоре он был задержан в штате Арканзас и помещен в тюрьму небольшого городка Литл-Рок. Процесс над Лучано грозил мафии непредсказуемыми последствиями, и она сделала все, чтобы вырвать его из рук полиции. Маленький городок штата Арканзас стал Меккой для влиятельных мафиози, которые съехались сюда со всей страны. Были предприняты все попытки вырвать гангстера из тюрьмы, в том числе и путем вооруженного нападения.

Власти вынуждены были резко увеличишь охрану тюрьмы, которая еще никогда не знала столь знаменитого заключенного. На вышках тюрьмы были установлены тяжелые пулеметы.

Все оказалось бесполезным. Судьба отвернулась от Счастливчика. Лучано был препровожден в Нью-Йорк, где состоялся громкий процесс. После осуждения Аль Каноне, это был самый тяжелый удар по мафии. Вина Лучано была полностью доказана, и его приговорили к пятидесяти годам каторжной тюрьмы. Шикарные апартаменты в Нью-Йорке пришлось сменить на камеру каторжной тюрьмы Даннемора.

Казалось, что судьба Лучано уже решена. Трудно было представить, что пройдет несколько лет и гангстер № 1 вновь выйдет на свободу и еще сыграет свою роль в преступной деятельности мафии.

Лучано сидел в тюрьме, славившейся своим суровым режимом, а мафия продолжала действовать. В частности, успешно функционировала «Большая шестерка» — крупнейшее объединение гангстеров, которое действовало в США после отмены «сухого закона». После «Коза ностры» это была самая влиятельная преступная организация страны.

В составе руководства «Большой шестерки» помимо Лучано был Франческо Кастилья более известный по прозвищу Фрэнк Костелло. Он был руководителем одной из «семей» «Коза ностры» в Нью-Йорке.

Не меньшей известностью пользовался другой руководитель «Большой шестерки» Джозеф Дото или как его называли мафиози Джо Адонис. Он входил ранее в руководство «Большой семерки».

Еврейскую мафию представлял Луис Бухгалтер (Лепке). Его «специальностью» были рэкет и торговля наркотиками. Лепке был близким другом Мейера Лански, который старался быть в мафии в тени других главарей.

Значительным влиянием в «Большой шестерке» пользовался Эбнер Цвилман (Лонги). Руководимая им гангстерская группа специализировалась главным образом на рэкете бизнесменов и профсоюзов текстильной промышленности.

И наконец, последний босс «Большой шестерки» — Бенджамин Сигел, известный больше как Багси («Чокнутый») Сигел, профессиональный убийца, сделавший главную ставку на азартные игры. Осторожный Лански не входил в шестерку. Его интересы представлял здесь Сигел.

Общепризнанным лидером этого преступного интернационала был Лучано. Это, как ранее «Большая семерка», было объединение гангстеров, которые не признавали национальных предрассудков. Их сплачивали общие преступные интересы. «Большая шестерка» курировала все важнейшие направления преступной деятельности гангстерского мира: букмекерство, нелегальные азартные игры, торговлю наркотиками, рэкет в промышленности, торговле, увеселительных заведениях, исполнение смертных приговоров мафии.

Пока Лучано коротал время в тюрьме, в Нью-Йорке резко активизировалась «семья» Костелло. Обстановка для мафии складывалась далеко не благоприятно. Избранный в 1932 г. президентом США Франклин Д. Рузвельт активизировал борьбу с организованной преступностью. У него нашелся убежденный сторонник в лице нового мэра Нью-Йорка, американца итальянского происхождения Фьорелло Ла Гардиа. Мафия сделала все возможное, чтобы не допустить его избрания на этот пост, но потерпела поражение. Особую ненависть гангстеров Ла Гардиа вызывал тем, что он был итальянцем по национальности.

Став мэром Нью-Йорка, Ла Гардиа повел решительную борьбу с «Коза нострой». Процесс над Лучано нанес тяжелый удар по проституции. Пришло время активизировать борьбу с азартными играми, которые были настоящим бедствием для страны, особенно для Нью-Йорка.

Азартные игры — гемблинг по приносимому доходу всегда стоял на одном из первых мест среди преступных сфер деятельности мафии. По данным комитета сенатора Кефовера годовой доход мафии от всех видов азартных игр составлял 20 млрд. долл. В дальнейшем комитет увеличил эту цифру до 25 млрд. долл. О размахе операции «Коза ностры» с гемблингом свидетельствует тот факт, что Лучано контролировал по стране около миллиона американцев, занятых организацией самых различных нелегальных азартных игр, и регулярно платил 100 тысячам коррумпированных политиканов и работникам правоохранительных органов.

Индустрия гемблинга поражает воображение человека, впервые попавшего в Соединенные Штаты. В 1972 г. мне пришлось побывать в Лас-Вегасе, штат Невада, центре современного игорного дела страны. Стоял знойный август. Градусник в тени показывал более +40 °C. При огромной влажности, характерной для этих мест, спасаться можно было только в автомашине с кондиционером. Когда едешь к Лас-Вегасу по прекрасному современному шоссе, проходящему через безжизненную пустыню, начинаешь понимать, почему штат Невада принял в свое время решение легализовать азартные игры. В регионе, большую часть которого занимает пустыня, практически невозможно развивать ни промышленность, ни сельское хозяйство. Легализация азартных игр привлекла в прежде безлюдный штат миллионы американцев и иностранцев. Многие едут сюда, чтобы просто посмотреть, что же это такое знаменитый Лас-Вегас. Некоторые специально приезжают, чтобы попытать счастья за карточным столом, за рулеткой или познакомиться с «однорукими бандитами» — игральными аппаратами, сотни которых установлены в каждом казино.

Многие добираются до Лас-Вегаса по воздуху. Немало и тех, кто рискует ехать сюда автомашиной. Рискует, потому что, как предупреждают путеводители, поломка автомашины в безлюдной пустыне при страшной жаре может иметь для путника самые нежелательные последствия.

Уже на въезде в город вас ожидает сюрприз. Яркие рекламные плакаты уверяют, что каждому, кто приехал в Лас-Вегас, предоставляется по 50 долл. для игры в казино. В действительности на контрольном пункте при въезде в город симпатичная девушка, одетая в униформу, вручит вам запечатанный пакет. Если вы попытаетесь вскрыть его в офисе, она вежливо, с обаятельной улыбкой разъяснит, что это запрещено. Пакет почему-то можно вскрыть только после выхода из контрольного пункта. Конечно, никаких долларов в нем нет. Но вы найдете там массу «фри тикитс» — бесплатных талонов. В казино «Сахара» вы можете бесплатно выпить любой коктейль по вашему вкусу, предъявив соответствующий талончик. Казино «Лидо» предлагает вам бесплатно бокал охлажденного пива. В казино «Дамское счастье» можно бесплатно позавтракать.

Все эти приглашения — не знак гостеприимства со стороны хозяев казино, которые от щедрот своих готовы бесплатно кормить и поить тысячи и тысячи гостей, которые каждый день посещают Лас-Вегас. Все объясняется значительно проще. Бизнесмены гемблинга прекрасно знают психологию своих гостей. Войдя в казино, а нестерпимая жара и духота немедленно загонит вас в ближайшее здание, вы непременно попробуете счастья, опустив по крайней мере четверть доллара в квадратное металлическое чрево «однорукого бандита». Хотя этот бандит и с одной рукой, он крепко ухватится за ваш кошелек и без какого-либо насилия заставит вас снова и снова опускать четвертаки в его бездонное чрево. Ваш интерес к игре будет подогреваться тем, что слева и справа от вас, спереди и сзади идет беспрерывная игра. Слышится характерный скрежет игральных автоматов, когда играющие дергают их за руку-рычаг. Значительно реже слышится грохот монет, которые сыпятся в большой пластмассовый бокал, если вам выпало счастье, комбинация цифр или рисунков на табло автомата покажет, что вы выиграли. И совсем редко раздается пронзительный сигнал, и на верху автомата начинает мелькать красный цвет. Это значит, что вам выпал максимальный выигрыш.

Все это может продолжаться до бесконечности, так как казино работает круглые сутки, без перерыва, меняется только обслуживающий персонал.

Очень интересно наблюдать, как идет игра в рулетку. Здесь уже собирается публика посолидней. Впрочем, рулетка рулетке рознь. Есть столы, где минимальная ставка — доллар, и гости стоят в очередь, чтобы занять освободившееся место и попытать свое счастье в этой игре.

Широко распространена игра в «Блэк Джек», что-то вроде нашего 21 очка. Играющие садятся на высокие мягкие крутящиеся сиденья без спинок, точная копия мест в баре, поставленные с наружной стороны овального стола, в центре которого стоит банкомет. Приветливые и, как правило, очень приятной наружности девушки-банкометы сдают карты. Одновременно они не откажутся вести с вами непринужденную беседу, неназойливо интересуясь, откуда вы, первый ли раз в Лас-Вегасе.

Казино Лас-Вегас — прекрасные здания, оборудованные по последнему слову техники, оформленные лучшими дизайнерами страны. Фонтаны, зелень экзотических растений, удобная мебель, масса баров и ресторанов. Все это привлекает многочисленных гостей, причем даже не любителей острых ощущений за карточным столом или за другими видами игры.

Очень интересно стоять на выходе и наблюдать, с каким настроением и каким выражением лица выходят люди из казино. Большинство все же веселые и оживленные. Чувствуется, что они неплохо здесь провели время и если и проиграли, то немного. Но, во всяком случае получили удовольствие, познакомились со знаменитым Лас-Вегасом и смогут теперь рассказать своим друзьям и знакомым, что же это такое игорная Мекка США. Выйдя из здания казино, многие останавливаются возле огромных, почти в человеческий рост пузатых автоматов, которые напоминают наши карикатуры на буржуев, публиковавшиеся в 20–30 гг. Здесь можно попытать счастья в последний раз, вставив в специальную щель доллар, портретом президента вверх. В чреве «буржуя» что-то мрачно заурчит, и долларовая бумажка вырвется из ваших рук и исчезнет в автомате. Если вам очень повезет, вы можете получить из другой щели целую стопку банкнот. Мне такого счастливца не пришлось увидеть ни разу.

Ну а вечером центр Лас-Вегаса — это море огней, переливающихся всеми цветами радуги. Зрелище исключительно яркое, впечатляющее. И опять реклама, реклама и реклама. Вам обещают в каждом казино и приятный отдых, и возможность испытать свое счастье. Правила в казино очень строгие, и их соблюдения служащие царства игр требуют неукоснительно. В казино попадаются очень интересные типажи. Занятно наблюдать за игрой посетителей, за выражением их лиц, когда они выигрывают или проигрывают.

Почему-то очень много пожилых женщин, особенно за карточными столами. Если вы захотите сделать снимок на память и достанете камеру, то возле вас немедленно, как из-под земли, появится служитель, который очень вежливо и столь же решительно объяснит, что фотографировать в казино запрещено.

Я имел такой разговор со служителем одного из казино, и он объяснил мне, что не все американцы любят, чтобы их привычки и склонности становились достоянием посторонних. Подвел он и «деловую» базу под свое объяснение: привычка к игре — слабость, если ваш конкурент узнает об этом, он может использовать эту информацию во вред вам.

Каждый разговор со служителем казино всегда давал какую-то новую интересную информацию. Профессионально вежливый работник казино может поинтересоваться и вашим мнением о гостеприимстве заведения, которое он представляет. Во время одной из таких бесед я порекомендовал на выходе из казино повесить такое объявление: «Сэр, вы конечно, проигрались. Не огорчайтесь! Все неприятности в жизни из-за денег, вы от них избавились!» Молодой, спортивного вида служащий обещал обязательно доложить боссу о таком предложении русского гостя, что для казино Лас-Вегаса явление не самое распространенное.

Уезжаешь из Лас-Вегаса с каким-то смешанным чувством. Все очень интересно, необычно, многое привлекательно. И вместе с тем остается какое-то неопределенное чувство, что ты побывал там, где жизнь необычная, нереальная. Об этом напомнят призывы, которых так много на улицах американских населенных пунктов и которые обращаются к вам с самыми различными просьбами и предложениями. На окраине Лас-Вегаса школа и, очевидно, работники народного образования знают, что нередко гости Лас-Вегаса уезжают, расстроенные проигрышем, а поэтому задумчивые и рассеянные. Поэтому через широченное шоссе (несколько рядов машин в одну сторону, столько же в противоположную) натянуто на высоте 10–15 м кумачовое красное полотнище. На нем ослепительно белой краской написан стихотворный призыв: «Правьте осторожно! Дайте нашим детям подрасти!»

Важный вклад в развитие индустрии гемблинга внес Фрэнк Костелло. Карьера в мафии ему была обеспечена во многом потому, что Костелло был родом из Сицилии и уже поэтому пользовался полным доверием и благосклонностью главарей мафии. Разумеется, дело было не только в его сицилийском происхождении. Это был профессиональный преступник, который уже в 1908 г., в пятнадцатилетнем возрасте, впервые попал в тюрьму за участие в бандитском налете. Потом была карьера рядового убийцы, рэкетира, многочисленные тюремные заключения. К 1929 г. Костелло «выбился в люди», вошел в элиту преступного мира и был удостоен чести участвовать во встрече главарей мафии в Атлантик-Сити. Костелло был одним из тех главарей «Коза ностры», которые первыми стали широко участвовать в легальном бизнесе.

И все же настоящее имя Костелло дал игорный бизнес. Появление первых игорных автоматов, «одноруких бандитов», связано с его деятельностью. В 1929–1934 гг. только в Нью-Йорке с легкой руки Костелло появилось 5 тыс. таких автоматов, каждый из которых давал 50 долл. прибыли в неделю. В дальнейшем Костелло распространил свою деятельность и на другие штаты. Особенно активно его подручные действовали в Луизиане, где Костелло пользовался покровительством губернатора штата Хью Лонга, избранного позднее сенатором США.

Как настоящий азартный игрок Костелло, не довольствуясь многомиллионными прибылями от гемблинга, ударился в политическую игру. Он немало преуспел и на этом поприще, сумев фактически взять под полный контроль знаменитый Таммани-холл, штаб-квартиру демократической партии в Нью-Йорке.

Это была игра ва-банк: выходы в столь высокие политические сферы обещали огромные дивиденды и не только в политике, но и в бизнесе, а главное — безнаказанность в преступной деятельности.

В 1938 г. при прямой помощи Костелло окружным судьей Нью-Йорка был избран «человек мафии», молодой эмигрант из Ирландии Уильям О'Дуайер. Мафия получила мощную опору в судебном ведомстве Нью-Йорка. Вскоре О'Дуайер был выдвинут на пост окружного прокурора Бруклина.

Он прекрасно имитировал борьбу с мафией, отправил за решетку немало мелких мафиози и вскоре прослыл непримиримым борцом с гангстерами. В действительности О'Дуайер покрывал крупнейшие дела «Коза ностры» и оказывал ей неоценимые услуги.

Связь между О'Дуайером и лидерами мафии была прочной, более того она носила очень доверительный характер. Во время войны О'Дуайер, став уже бригадным генералом ВВС, встречался с Фрэнком Костелло, о чем ему пришлось после войны давать показания правоохранительным органам.

О'Дуайер прикрыл дело Питера Понто, докера, решившегося бросить вызов всемогущим братьям Анастазиа, терроризировавшим докеров нью-йоркского порта. Питер Понто бесследно исчез. Расследование вел прокурор Нью-Йорка О'Дуайер. В его руках были все факты, свидетельствовавшие о причастности «Коза ностры» к исчезновению Понто, но О'Дуайер замял дело. Уже после войны ему пришлось и по этому вопросу давать показания комитету сената США.

Еще большую услугу мафии оказал О'Дуайер в связи с делом Эйба Рилза. Рилз был одним из главных подручных Альберта Анастазиа, крупнейшим функционером «Корпорации убийц». Полиция долго шла по кровавому следу этого профессионального убийцы, однако корпорация Анастазиа так умело прятала концы в воду, что нельзя было найти оснований для его ареста. В конце концов Эйб Рилз был схвачен с поличным, и ему было предъявлено обвинение в убийстве.

В марте 1941 г. Эйб Рилз начал давать показания. Как уже говорилось выше, он обладал феноменальной памятью и в своих показаниях О'Дуайеру нарисовал полную картину преступной деятельности «Корпорации убийц», «Коза ностры» и ее главарей — Костелло, Лучано, Дженовезе, Адониса и других. Рилз подробно рассказал о десятках преступлений, совершенных в Нью-Йорке, назвал имена исполнителей, место, время, причины преступлений.

Полученная информация давала все основания ликвидировать «Корпорацию убийц» и посадить на скамью подсудимых главарей «Коза ностры». Но этого не произошло. Случилось нечто другое — исчезли 25 томов показаний Рилза. А сам Рилз по распоряжению О'Дуайера, якобы для того, чтобы скрыть его от мести мафии, был тайно помещен под охраной полицейских в номер на шестом этаже одного из отелей в Кони-Айленде. Прошло немного времени и Рилза выбросили из окна отеля. Полицейские заявили, что Рилз покончил жизнь самоубийством.

По этому поводу О'Дуайеру пришлось после войны давать показания правоохранительным органам.

Благодаря помощи О'Дуайера «Корпорация убийц», находившаяся на краю пропасти, уцелела, а ее главарь Альберт Анастазиа, опасаясь ареста, после вступления США во вторую мировую войну ушел добровольцем в морскую пехоту. «Корпорация убийц» была спасена от разгрома.

Война предоставила для мафии невиданные никогда ранее возможности. ФБР и различные полицейские формирования основное внимание стали уделять контрразведывательным функциям и борьбе с саботажем. Местные полицейские силы были во многом заняты проблемами призыва на военную службу.

В условиях военной экономики, призыва нескольких миллионов человек в вооруженные силы быстро рассосалась безработица. У людей появились деньги, тратить которые было практически некуда, так как шел процесс свертывания многих отраслей мирного производства, в частности, фактически прекратился выпуск автомашин для личного пользования. Была введена карточная система на бензин и ряд потребительских и продовольственных товаров. Отложенный спрос и рост денежных накоплений вызвали настоящий игорный бум, чем не замедлила воспользоваться мафия.

Война перекрыла пути поступления наркотиков, в результате чего резко подскочили цены на все виды наркотических средств. Маломощные, плохо организованные группы наркобизнеса в годы войны вынуждены были сдать свои позиции «Коза ностре».

Мафия сумела быстро реанимировать старые связи. По каналам, которым 10 лет назад в США поставлялся подпольный алкоголь, теперь пошли наркотики. Это стимулировало развитие одного из самых доходных дел преступного мира.

Для доставки наркотиков мафия вошла в тесный контакт с моряками, которые совершали рейсы из Северной Африки, из стран Востока, из Италии и Франции, когда эти регионы были освобождены от нацистского господства. Земля Мексики покрылась, как проказой, ярко-красными полями мака. Здесь была создана мощная сырьевая база для производства наркотиков.

В годы войны резко сократилось производство алкогольных напитков, и мафия, используя свой огромный опыт производства и продажи подпольного алкоголя, вернулась к своей деятельности периода «сухого закона». Появилась еще одна дополнительная статья доходов, которая резко активизировала деятельность преступного мира на этом направлении.

Рационирование распределения потребительских товаров и продуктов питания автоматически привело к появлению черного рынка этих товаров. Для мафии это было золотое дно.

Открылось новое широкое поле деятельности для преступного мира, так как наказание за операции на черном рынке было незначительным, чаще всего — небольшой штраф.

И, наконец, успешной деятельности преступного мира в годы войны способствовало то, что «большинство боссов организованной преступности были или слишком стары для призыва в армию, имели физические дефекты, или были освобождены от призыва, как руководители важных предприятий».

Вторая мировая война еще раз со всей убедительностью доказала, что мафия исключительно умело использует все трудности, которые возникают перед обществом. Не случайно, что именно в годы войны произошел новый взрыв активности «Коза ностры».

Война доказала и другое: мафия настолько вросла в американское общество, захватила столь мощные позиции в стране, что власти вынуждены были официально обратиться за помощью к этой организации, находившейся вне закона.

Державы Оси имели мощную «пятую колонну» в Соединенных Штатах, где проживали сотни тысяч немцев и итальянцев, которых фашистские державы намеревались использовать в своих интересах. После вступления II декабря 1941 г. США в войну с Германией германская разведка стала проявлять повышенный интерес к докам Нью-Йорка, крупнейшего порта страны, который играл исключительно важную роль в транспортировке американских вооруженных сил и боевой техники в Европу, а позднее в Северную Африку. Через нью-йоркский порт осуществлялось 50 % внешней торговли США. 200 доков, склады товаров, пирсы Манхеттена, Куинса, Бруклина и Нью-Джерси растянулись почти на 200 миль. Ежедневно только моторные лодки перевозили здесь 25 тыс. человек, в транспортных операциях участвовало около 1000 железнодорожных вагонов, 2000 грузовиков, 24 ч в сутки береговая полоса Нью-Йорка была в беспрерывном движении. Казалось, что обеспечить безопасность в таком районе практически невозможно.

И действительно, диверсии следовали одна за другой, симпатизировавшие фашистам американцы немецкого и итальянского происхождения совершали многочисленные акции саботажа.

Контрразведка вооруженных сил США была очень обеспокоена положением в порту, особенно в связи с тем, что из Нью-Йорка планировался выход грандиозного морского конвоя в Северную Африку. К плаванию готовилась целая флотилия, на многочисленных транспортных судах было огромное количество военной техники, несколько тысяч военнослужащих.

Огромное по протяженности восточное побережье Соединенных Штатов патрулировалось только слабыми подразделениями береговой охраны, которые не могли воспрепятствовать высадке с немецких подводных лодок диверсантов и разведчиков. В доках Нью-Йорка нарастала напряженность. 9 ноября 1942 г. на пирсе Манхеттена в Нью-Йорке ярким факелом вспыхнул крупнейший французский пароход «Нормандия», перестроенный в военнотранспортное судно.

Это переполнило чашу терпения военных властей, которые решили принять эффективные меры против вражеских разведчиков и саботажников. Первые же практические меры американской контрразведки со всей убедительностью показали, что без помощи мафии взять под контроль доки. и районы порта Нью-Йорка невозможно. Братья Анастазиа и другие гангстеры мертвой хваткой вцепились в порт, и без их ведома никто не решался оказать даже минимальное содействие контрразведке…

Пришлось пойти на поклон к мафиози. Посредниками контрразведки при установлении связей с мафией были правоохранительные органы Нью-Йорка, которые по долгу службы знали подходы к главарям мафии. Окружной прокурор Нью-Йорка Фрэнк Хоугани эксперт по гангстеризму Мюррей Гарфейн были непосредственными участниками установления прямых контактов между контрразведкой и мафией.

Первым для оказания помощи контрразведывательной службе США был привлечен Джозеф Ланц. Формально это был крупный бизнесмен, который монополизировал рыболовство и торговлю рыбой на всем Восточном побережье страны. Его дело давало в год до 250 млн. долл. дохода. В действительности же, это был один из главарей мафии, находившийся в очень напряженных отношениях с законом. Незадолго до того, как к нему обратились за помощью правоохранительные органы и контрразведка, Ланц оказался под угрозой привлечения к судебной ответственности.

Без каких-либо серьезных колебаний он дал согласие на сотрудничество с властями, поставив только одно условие — все должно делаться в глубочайшей тайне, так как по законам мафии любое сотрудничество с судебно-полицейскими властями карается смертью. В соблюдении строжайшей тайны были заинтересованы обе стороны, и они очень быстро нашли общий язык.

На рыболовецких судах появились сотрудники контрразведки, которые быстро убедились, что Восточное побережье было, как решето. Вражеская агентура высаживалась здесь регулярно и без какого-либо серьезного риска провала. Очень скоро эти пути были перекрыты, но стало очевидным, что без контроля над многочисленными доками и пристанями по реке Гудзон бороться с вражеской агентурой было невозможно.

Джозефу Ланцу хорошо заплатили за оказанную помощь, но главное — он получил возможность полюбовно разрешить с законом свои уголовные проблемы. Когда речь зашла о доках, Ланц категорически заявил, что это не его сфера деятельности и он не может здесь быть полезен властям. Сферы влияния, действительно, всегда строго соблюдались в мафии, и контрразведке пришлось выходить на новых главарей преступного мира.

Анастазиа, некоронованный властитель доков, в это время уже завербовался в морскую пехоту. Дело было даже не в Анастазиа. Он был только исполнителем на службе у Лучано. Пришлось пойти на поклон и к этому главарю мафии. Для Лучано было большой неожиданностью, что его без объяснения причин перевели в новую тюрьму с менее строгим режимом.

Условия, в которых он на этот раз оказался, были прямо санаторными по сравнению с прежним местом заключения. Еще более он был поражен, когда однажды в тюрьме появился его адвокат в сопровождении Мейера Лански.

«Финансовый гений» мафии, как называли Лански, свято соблюдал законы преступного мира. В частности, начиная с 1935 г., когда Лучано сел в тюрьму, Лански регулярно перечислял на его счет крупные суммы от игорного бизнеса, долю Лучано. Когда предоставлялась возможность, Лански не забывал навестить в тюрьме своего многолетнего партнера. Он нанес ему визит в Даннеморской тюрьме, которую из-за строгости режима мафиози называли «Сибирью». Во время этих визитов Лански советовался со своим другом о финансовых проблемах во взаимоотношениях с диктатором Кубы Батистой: это была грандиозная афера с гемблингом на Кубе, которая дала многие миллионы и Лански и Лучано.

На этот раз Лански не вел разговоров с Лучано о делах мафии. Цель его визита была одна — как оказать помощь контрразведке в борьбе с немецкой агентурой в доках Нью-Йорка.

И, конечно, не от хорошей жизни власти США пошли на прямые контакты с двумя самыми известными главарями преступного мира. В 1942 г. война на море была безнадежно проиграна англо-американскими союзниками. Только в марте 1942 г. 50 кораблей союзников были торпедированы немецкими подводными лодками, которые безнаказанно рыскали вдоль Восточного побережья США. В этот кровавый месяц американцы потеряли 24 корабля, англичане — 8, остальные потери пришлись на норвежцев и других союзников. За три месяца до диверсии против «Нормандии» немецкие подводные лодки пустили ко дну 71 торговое судно союзников.

«Потери в людях, технике, пропагандистский эффект от этих цифр можно было сравнить только с Перл-Харбором. Было ясно, что военно-морские силы США совершенно не готовы противодействовать опасности, которая исходит от субмарин». Огромны были потери США в морской войне и в других регионах. «Это была арифметика отчаяния. Казалось, что вынести такие потери невозможно».

В этой ситуации военные власти готовы были пойти на контакт с кем угодно, лишь бы найти выход из катастрофического положения. Когда правоохранительные органы обратились к Лански за консультацией, как взять под контроль нью-йоркский порт, его ответ был однозначен: этого не может сделать ни Фрэнк Костелло, ни Джозеф Ланц. Все зависит только от Чарли Лучано, люди которого полностью держат в своих руках порт.

Чем определялась позиция Мейера Лански, без колебаний взявшегося за решение этой сложнейшей проблемы? В биографических работах, посвященных его триумфальной карьере в мафии, немало говорится об антифашистских настроениях Мейера Лански, о том, что он отказался взять деньги у еврея — известного деятеля республиканской партии США, чтобы использовать их для борьбы с нацистами и заявил, что ассигнует на это свои собственные средства». На мой взгляд, было бы ошибкой переоценивать антифашистские настроения Лански. Он никогда ничего не делал, если не имел от этого прямой и большой выгоды. Во время приведенного выше разговора с представителями контрразведки Лански не преминул напомнить своему собеседнику, что он использует личные средства для антифашистской деятельности, но просит, чтобы еврейская пресса США перестала его третировать как гангстера. Для Лански, для его преступной карьеры решение этого вопроса имело большое значение, и можно было не скупиться, чтобы добиться этого.

Ни в коей мере нельзя переоценивать патриотизм Лански и Лучано, которые дали согласие работать с контрразведкой.

Здесь был прямой расчет. Лански смотрел далеко вперед. Он ходил по лезвию ножа и в любой момент мог сорваться. Не без оснований этот предельно осторожный и исключительно дальновидный человек предполагал, что если в будущем у него возникнут большие неприятности с законом, то такой патриотический поступок, как помощь контрразведке, ему обязательно зачтется.

И в принципе Лански не ошибся в своих предположениях. После войны американская Фемида основательно потрепала Лански, но все же его не посадили в тюрьму, хотя оснований для этого было более чем достаточно.

Давая согласие на сотрудничество с правоохранительными органами, с контрразведкой, Лански старался решить и другую задачу — вырвать из тюрьмы Лучано. Ведя переговоры с властями о предстоящей встрече с Лучано и о привлечении его к борьбе с немецкой разведкой в Нью-Йорке, Лански прямо заявил о том, что платой за помощь со стороны Лучано должно быть его освобождение из заключения.

Все эти факты говорят о том, что ни в коей мере не соответствуют действительности утверждения тех авторов, которые, романтизируя мафию, пытаются доказать, что патриотические чувства были у Лански и Лучано на первом плане, когда они пошли на контакты с властями, чтобы решить проблему защиты доков Нью-Йорка от фашистской агентуры.

Во всем этом деле была проблема более важная, чем мнимый патриотизм Лучано и Лански. Речь идет об отношении американской мафии, в первую очередь «Коза ностры», к итальянскому фашизму в целом. На этот счет также имеется немало дезориентирующих оценок позиции мафии, сводящихся к тому, что американские мафиози были все как на подбор антифашисты, ненавидели Муссолини, который устроил кровопускание сицилийской мафии, и были горячими американскими патриотами.

Эта примитивная апологетика не имеет ничего общего с действительным положением дел. К моменту прихода фашистов к власти в Италии мафия на Сицилии давно уже переродилась в типично террористическую организацию. Между фашистами и мафиози было немало общего, бандитам-мафиози в Сицилии во многом импонировали террористические методы фашистского руководства Италии, а в лице дуче главари мафии видели если не своего соратника, то во всяком случае такого же главаря бандитской шайки, только работавшего на несравненно более высоком уровне. Фашистских главарей вполне устраивало то, что мафия на Сицилии держала в железном кулаке все бразды правления и беспощадно подавляла любые проявления демократизма и социального протеста.

Муссолини был вполне удовлетворен и тем, что в лице мафиози всегда под рукой были высококвалифицированные убийцы, готовые за хорошее вознаграждение убрать любого политического противника. Уже в начале своей политической карьеры Муссолини широко использовал помощь мафии в таких делах.

Наиболее известный факт — убийство в 1924 г. мафиози Америго Думини лидера социалистов Джакомо Маттеотти, рискнувшего выступить в итальянском парламенте с разоблачением дикого фашистского террора, с помощью которого фашисты прокладывали себе путь к власти.

В 1924 г. Муссолини решил навестить своих собратьев — сицилийских мафиози. Фашистский диктатор не побрезговал появляться в публичных местах в одной машине с мэром и по совместительству главарем мафии города Пьяна-дел-Гречи, доном Чиччо, как называли его мафиози. Все шло нормально до тех пор, пока дуче и дон Чиччо не повздорили из-за того, надо или не надо почетному эскорту мотоциклистов сопровождать их машину.

Муссолини разъяснил Чиччо, что помимо всего это необходимо в интересах безопасности. Главарь местной мафии был оскорблен до глубины души. Не без оснований он считал, что в Пьянадел-Гречи вопросы безопасности находятся в его компетенции.

Муссолини настоял на своем, а злопамятный дон Чиччо сделал так, что на очередное выступление диктатора пришло всего несколько десятков человек.

Это было публичное оскорбление для Муссолини, и он поклялся искоренить мафию. Разумеется, главную роль в таком решении сыграли не личные чувства, а тот факт, что мафиози на Сицилии не только не собирались передавать власть фашистам, но были даже против того, чтобы уступить им какую-то толику своего безраздельного, многовекового господства на острове. Коса нашла на камень. Фашистский диктаторский режим не мог смириться с таким проявлением независимости. Муссолини довольно основательно потрепал верхушку мафии на Сицилии.

Суть кампании, претенциозно названной «Антимафия», сводилась к тому, что были арестованы и отданы под суд некоторые главари мафии. В борьбе с мафиози была использована вооруженная сила. Одновременно фашистский диктатор не забывал сдабривать свою кампанию против мафии демагогическими заявлениями о необходимости освободить народ от террора бандитов-мафиози.

На этом, по-существу, кампания борьбы с мафией и завершилась. Фашисты и главари мафии быстро нашли общий язык.

Руководители фашистского режима создавали благоприятные условия для выезда активных деятелей мафии в США и Северную Африку. Нередки были случаи, когда мафиози, американцы итальянского происхождения, спасаясь от суда, бежали из Соединенных Штатов в Италию и получали здесь теплый прием.

Самый известный случай — бегство из США в Италию Вито Дженовезе, которое произошло в 1939 г. Дженовезе был крупной фигурой в преступном мире Соединенных Штатов. Он являлся руководителем одной из «семей», которую перед своим бегством Дженовезе передал Фрэнку Костелло. В Италии американского гангстера приняли с распростертыми объятиями. Он тоже не остался в долгу и пожертвовал 250 тыс. долл. на строительство новой штаб-квартиры фашистской партии в Риме. Растроганный Муссолини наградил Дженовезе высшим итальянским орденом.

Это были связи на высшем уровне. Но более важное значение имело то, что мафия в США и в Италии всегда работала в самом тесном контакте и в условиях полного доверия. Шел взаимный обмен преступными кадрами. Две бандитские организации тесно связывали наркобизнес и гемблинг. Значительно окрепли всесторонние контакты между сицилийской мафией и «Коза нострой» в период «сухого закона». Главари двух мафий поддерживали регулярные связи и нередко обсуждали совместные операции.

Мафиози в Италии, несмотря на свой многовековой опыт, были младшими партнерами «Коза ностры», которая давно затмила их и масштабами своих преступных операций, и многомиллиардными доходами. И как всякий младший партнер, мафиози в Италии — с готовностью выполняли все указания своего заокеанского сюзерена. В частности, для публичных домов Соединенных Штатов, находившихся под контролем «Коза ностры», поставлялись из Италии лучшие «девочки».

Тесные деловые контакты мафиози двух стран сыграли свою «важную роль в годы второй мировой войны, когда военные власти США приняли решение пойти на контакты с американской мафией. В частности, прочные связи Лучано с сицилийской мафией способствовали успешной совместной операции «Коза ностры» и контрразведки американских ВМС по борьбе с вражеской агентурой в нью-йоркском порту, а в дальнейшем во время высадки американских вооруженных сил на Сицилии.

Показательно, что во время первой же встречи Лански и Лучано в тюремной камере последнего, Лучано без каких-либо колебаний дал согласие сотрудничать с контрразведкой ВМС США, которая занималась нью-йоркским портом. Но как деловой человек Лучано сразу же поставил вопрос о возможности своего освобождения после войны и высылке в Италию. Выдвинул он и другое очень жесткое условие — его сотрудничество с контрразведкой должно сохраниться в глубочайшей тайне. Лучано не без оснований полагал, что если он после войны переберется в Италию (а он был в этом твердо уверен), то, несмотря на весь его огромный авторитет в преступном мире, коллеги не простят ему связи с контрразведкой.

Предложение было принято немедленно, и стороны приступили к разработке операции по очищению нью-йоркского порта от фашистской агентуры.

Лучано передал через своих подручных приказ братьям Камардо, державшим под полным контролем пирсы Бруклина, принять необходимые меры. Один из братьев Камардо был вице-президентом Межнационального профсоюза портовых рабочих. Этот пост он получил при прямой поддержке мафии, и ее слово было для вице-президента законом.

Братья Камардо установили на пирсах Бруклина жесточайший террористический режим, и впервые за время их господства в профсоюзе этот режим смог быть использован для полезных целей.

Получив распоряжение Лучано, братья Камардо создали все условия для успешной деятельности контрразведки в своей вотчине. Лучано понимал всю степень ответственности, которую он брал на себя, войдя в контакт с контрразведкой, и знал, за что он работает. Обещание, данное им военным властям, необходимо было выполнить быстро и наилучшим образом. Поэтому к работе на пирсе и в доках он подключил известных главарей «Коза ностры» Джо Адониса и Фрэнка Костелло.

Камера Лучано превратилась в настоящий штаб по осуществлению контрразведывательных операций в порту Нью-Йорка. Встречи Лучано с работниками контрразведки проходили каждые две недели и на каждой из них неизменно присутствовал Мейер Лански. Он прекрасно понимал, что был участником событий, аналогичных которым никогда не было в истории мафии — осуществлялось прямое, непосредственное сотрудничество «Козы ностры» с властями США.

Войдя в контакт с офицерами контрразведки, Лучано не забывал и о том, чтобы полиция была изолирована от этих контактов.

Главарь «Коза ностры» опасался, что, в противном случае, полиция может напасть на след организации, вычислить ее руководителей и функционеров. Подобная мера предосторожности была необходима — Лучано не терял надежды вырваться из тюрьмы и вернуться к активной деятельности в «Коза ностре».

Операция, руководимая Лучано, осуществлялась поразительно успешно, самые тщательно законспирированные осиные гнезда фашистской агентуры раскрывались без видимых усилий. И вскоре порт Нью-Йорка находился под полным контролем контрразведки. Центры фашистских диверсий, шпионажа и саботажа были ликвидированы.

Это было тем более важно, что готовилась первая за все время войны большая десантная операция англо-американских союзников в Северной Африке, а впереди была высадка в Италии. Порт Нью-Йорка должен был сыграть ключевую роль в подготовке и осуществлении этих операций, как важнейший центр морских коммуникаций США. Отныне безопасность этих операций была обеспечена.

Очевидно, деятельность Лучано получила самую высокую оценку военных властей США, если было принято решение привлечь его к осуществлению этих операций. Участие главаря «Коза ностры» в подготовке высадки в Сицилии, открывало тем большие перспективы, что ядро мафии, самые надежные и проверенные в сложнейших делах «солдаты», «лейтенанты» и прочие руководители мафии были родом из Сицилии. Многие из них имели там близких родственников, знакомых, коллег по преступному бизнесу в мафии. Эти связи отныне могли быть использованы американским командованием.

Руководил операциями по высадке в Северной Африке и позднее в Сицилии американский генерал Дуайт Эйзенхауэр, главнокомандующий вооруженными силами западных союзников в Европе.

Это был опытный штабной работник, для которого не существовало мелочей при подготовке к принятию военных решений.

Тем более, что речь шла об операции, от осуществления которой зависела вся карьера Дуайта Эйзенхауэра. Высадка в Северной Африке получила условное название «Факел». Эйзенхауэр впервые готовил такую грандиозную операцию. Главнокомандующий нервничал. «Факел» мог осветить его будущее громкой военной славой, а в случае неудачи генерала ожидала полная катастрофа. Дуайт Эйзенхауэр ни на минуту не забывал слова помощника президента Рузвельта Гарри Гопкинса, сказанные главнокомандующему англо-американскими войсками на встрече Рузвельта и Черчилля в Касабланке. Тогда помощник президента разъяснил Эйзенхауэру, что «если он возьмет Тунис, то за ним утвердится слава величайшего полководца мира. Если же он потерпит неудачу…». Вежливый дипломат Гопкинс не стал рисовать картину последствий такой неудачи. Было ясно без слов, что генерал рисковал своей головой.

Можно себе представить, сколь тщательно, скрупулезно Дуайт Эйзенхауэр готовил эту операцию. Его интересовало все — предмостные укрепления противника, расположение дорог и опорных пунктов внутри его обороны, место расположения ударных вооруженных сил и резервов, источники водоснабжения, рельеф местности, особенности расположения стратегически важных населенных пунктов, возможности создания агентуры в тылу врага. Для сбора этих сведений мафия была идеальной организацией.

Началась кропотливая работа с целью использовать десятилетиями устанавливавшиеся связи между итальянской и американской мафиями, установить новые контакты, чтобы подготовиться к встрече американских вооруженных сил на Сицилии.

Мафиози на острове воспряли духом. Никогда еще к ним не обращались за содействием на столь высоком уровне. Разумеется, они ни в коей мере не собирались удовлетворяться моральным вознаграждением и добились, чтобы за каждую серьезную услугу им хорошо платили наличными. Военное ведомство США не скупилось на затраты. Опытные бандиты почувствовали вкус наживы. Было очевидно, что, высадившись на острове, американцы не забудут оказанных им услуг и найдут возможность отблагодарить своих союзников-мафиози. Что же касается лидеров сепаратистского движения на Сицилии, то, потеряв всякое чувство реальности, они обратятся к президенту США с письмом, предлагая признать Сицилию независимой и включить ее в состав США в качестве штата.

Это не было проявлением какой-то особой любви к США и восторгов по поводу американского образа жизни. Сицилийские сепаратисты и мафиози решили помечтать: какие же откроются обворожительные перспективы, если Сицилия получит независимость и станет центром мирового гангстеризма.

До столь радикального решения сицилийской проблемы дело, как известно не дошло, но после высадки американцев они отдали Сицилию на разграбление мафии, которая очень неплохо поживилась в первые месяцы после вторжения американских войск на остров.

Подготовка американской десантной операции шла по всем законам военного искусства. Особенно большое внимание было уделено формированию проамериканской агентуры, которой предстояло сыграть столь важную роль в захвате острова американскими вооруженными силами.

Деятельность мафии по всем направлениям подготовки вторжения на Сицилию имела решающее значение. Лучано использовал лучшие силы мафии для реализации заданий контрразведки военно-морских сил США. Джо Адонис, один из наиболее известных функционеров «Коза ностры», получил от Лучано задание включиться в подготовку американского вторжения на Сицилию.

Адонис в свою очередь порекомендовал Лучано подключить к этому делу Винченцо Мангано, главу одной из «семей» мафии, влиятельного главаря преступного мира, члена верховного совета «Коза ностры».

Как и многие другие руководители мафии, Мангано имел хорошее прикрытие в виде официального бизнеса, он владел в Нью-Йорке экспортно-импортной фирмой. Внешнеторговые операции, проводившиеся через эту фирму, позволяли Мангано устанавливать тесные связи с зарубежными партнерами «Коза ностры». Особенно прочные и надежные контакты он имел с сицилийской мафией. Эти связи сыграли важную роль в выполнении заданий контрразведки ВМС США, которые получал Лучано.

По его приказанию Винченцо Мангано установил тесные связи со всемогущим главарем сицилийской мафии Калоджеро Виццини, доном Кало. Это была надежная гарантия выполнения всех важнейших задач, которые стояли перед вооруженными силами США.

Мафия не любит паблисити, и нет точных данных о том, какую роль сыграл в подготовке вторжения американских войск в Италию Вито Дженовезе. Но есть все основания полагать, что эта роль была значительна. Это подтверждается тем, что после высадки американцев в Италии Дженовезе немедленно поступил к ним на службу в. качестве военного переводчика. Было известно, что Дженовезе своими большими пожертвованиями в фонд фашистской партии Италии завоевал расположение самого Муссолини. Такому человеку нелегко было поступить на службу в американскую военную администрацию. Однако для Дженовезе это проблемы не составило.

Крупнейший гангстер, бежавший из США после убийства своего сообщника, на американской военной службе — явление неординарное. В Соединенных Штатах хорошо помнили подвиги Дженовезе на ниве уголовной преступности. США играли роль главного освободителя Италии от фашизма, а тут такое компрометирующее сотрудничество. Но, очевидно, Дженовезе внес свой серьезный вклад в подготовку американской высадки в Италии, если после протестов общественности непосредственное начальство Дженовезе в американской военной администрации дало самые лестные отзывы о его работе и встало горой на защиту гангстера.

В августе 1944 г., несмотря на поддержку генерала О'Дуайера, служившего в американских оккупационных войсках в Италии, Дженовезе был арестован. Пустив в ход все свои связи, Дженовезе сумел добиться того, что его отправка в США была отложена до мая 1945 г. Этого времени оказалось достаточно, чтобы мафия в США сумела ликвидировать главного свидетеля по делу Дженовезе, связанного с убийством сообщника Дженовезе в Соединенных Штатах. Этим делом спустя много лет занялись правоохранительные органы США. Дженовезе после ликвидации свидетеля спокойно направлялся в США, зная, что там будет не процесс над ним, а маленькая судебная комедия. Действительно, «за недостатком доказательств» Дженовезе был освобожден, хотя его вина в убийстве была полностью очевидна.

Так американские власти рассчитывались за услуги, которые им оказывала мафия.

Мафиози — типичные террористы по воспитанию, традициям, по всему своему образу жизни и деятельности. Они признают и понимают только силу. А к моменту высадки союзников в Италии всем уже было ясно, что сила на их стороне и что дни Италии, как союзника гитлеровской Германии, сочтены. Надо было срочно переориентироваться в своих симпатиях, и лидеры итальянской мафии без колебаний сделали ставку на США.

Американское командование и сицилийскую мафию сближали и общий страх перед «красной опасностью». В Италии быстро росло влияние коммунистов и социалистов, которые были самыми активными участниками движения Сопротивления. Черчилль 5 августа 1943 г. писал президенту Рузвельту: «Италия в течение одной ночи стала красной. Король и сбившиеся вокруг него в кучу патриоты, в руках которых находится власть, бессильны противостоять растущему в их стране большевизму». Черчилль да и его американские союзники готовы были в страхе перед «красной опасностью» опереться на кого угодно, даже на отпетых бандитов. Премьер-министр Великобритании заявлял, что надо бросить все силы на то, чтобы не допустить в Италии «хаоса, большевизации или гражданской войны».

Это не были досужие рассуждения. Англо-американские союзники видели в мафии реальную силу, которая могла блокировать прогрессивные силы Италии и соответствующим образом к ней относились.

На мафию завораживающее воздействие оказывала огромная мощь союзников, приготовившихся к прыжку на Сицилию. В десантной операции участвовало более тысячи кораблей, мощное авиационное прикрытие. На остров, где находились всего две немецкие дивизии, был высажен десант в 150 тыс. человек.

А перед высадкой по приказу Эйзенхауэра американская авиация нанесла невиданной силы удар по маленькому острову Пантеллерия, находившемуся между Северной Африкой и Сицилией.

Этот остров был превращен в мощный опорный пункт, прикрывавший подступы к Сицилии. За 11 дней первой половины июня 1943 г. на остров площадью 50 кв. км было сброшено около 300 т бомб. История войн еще не знала такой массированной бомбардировки. За час до начала высадки гарнизон острова капитулировал. Это был первый случай взятия военного объекта только путем воздушной бомбардировки, что имело определенное символическое значение. Обрушив на крошечный вулканический остров смертоносную лавину огня, союзники тем самым продемонстрировали свое подавляющее превосходство над противником. Эта демонстрация силы оказала соответствующее воздействие и на главарей сицилийской мафии. Их решение ориентироваться на американцев еще более окрепло.

Мафия расчищала путь американским войскам в Сицилии.

Причем, показательно, что американцы не делились со своими английскими союзниками военными секретами, полученными через мафию. Такой вывод можно сделать на основании того, что американцы продвигались по Сицилии, фактически не встречая сопротивления. В то же время английские войска под командованием фельдмаршала Б. Монтгомери вели тяжелые затяжные бои с хорошо укрепившимися войсками противника и потеряли в этих боях несколько тысяч человек.

Американские войска практически без потерь дошли до столицы Сицилии Палермо. Когда генерала Эйзенхауэра попросили прокомментировать этот блицкриг, «он, ссылаясь на военную тайну, отделался лишь туманными намеками, будто «генеральный штаб располагал важной стратегической информацией". О том, что произошло в действительности, мир узнал лишь много лет спустя».

Мафия использовала все свое влияние, чтобы превратить наступление американцев в увеселительную военную прогулку.

Были случаи, когда по приказу мафии капитулировали неприступные крепости, взятие которых стоило бы американским вооруженным силам огромных потерь. Так сдалась мощная горная крепость Монте-Каммарата, которая прикрывала подходы к Палермо. По приказу мафии американские войска встречали звоном колоколов. Символическая картина: главарь мафии Сицилии дон Кало, человек мощной комплекции, с трудом влез в американский танк и двинулся во главе наступающей колонны по дорогам Сицилии. Одного слова этого генерала от мафии было достаточно, чтобы гарнизоны, оснащенные первоклассной военной техникой, без боя капитулировали.

Казалось для мафии не было ничего невозможного. Когда итальянские партизаны захватили и прикончили Б. Муссолини, германские спецслужбы в Италии получили категорический приказ лично от Гитлера найти и захватить дневники Муссолини и другие документы фашистской партии Италии. Фюрер заявил, что «личные бумаги Муссолини должны быть уничтожены любой ценой». Беспокойство Берлина было полностью оправдано.

«В этих документах содержались секретные сведения, которые могли нанести огромный вред руководству нацистов». Охотились за этими документами, и тоже безрезультатно, спецслужбы союзников в Италии. Как только американцы обратились с соответствующей просьбой к мафии, документы были немедленно обнаружены. Проблема была решена Мейером Лански».

Американские военные власти по достоинству оценили рвение дона Кало. Он был назначен мэром одного из городов и получил звание почетного полковника американской армии. Так был официально скреплен союз сицилийской мафии и американских вооруженных сил. А потом была вакханалия террора мафиози, которые под прикрытием американских штыков расправлялись со своими противниками периода правления Муссолини. В составе американских вооруженных сил пришли в Сицилию многие мафиози из США. Показательно, что 15 % личного состава американских вооруженных сил, высадившихся в Сицилии, были американцы сицилийского происхождения. Американское командование широко использовало в Сицилии услуги гангстеров, высланных в свое время из США в Италию.

Трогательное единение гангстеров и военных руководителей!

Конечная цель деятельности мафии — обогащение. И американцы не замедлили предоставить главарям бандитского мира все возможности для ограбления Сицилии. С помощью мафии на острове был создан мощный черный рынок. Спекулируя на трудностях с продовольствием и товарами широкого потребления, мафия стремительно обогащалась. Хищения имущества армии США приняли катастрофические масштабы. Нередки были случаи, когда американская армия оказывалась без продовольствия, медикаментов, горючего, обмундирования, транспорта. Приходилось даже приостанавливать военные операции. Столь огромные масштабы хищений были возможны только благодаря тому, что командование вооруженных сил США получало свою долю от продаваемого на черном рынке разграбленного имущества.

Командование вооруженных сил США пожинало первые плоды своего сотрудничества с мафией.

В годы войны американская мафия заняла беспроигрышную позицию. Лучано и другие лидеры мафии сотрудничали с военными властями США внутри страны и участвовали в подготовке вторжения на Сицилию. В это же время другие боссы мафии, в первую очередь Вито Дженовезе, активно кооперировались с Бенито Муссолини, оказывая ему всемерную помощь и поддержку. А когда пришло время, тот же Дженовезе переключился на сотрудничество с американцами.

В этом раздвоении усилий мафии была определенная логика, логика профессионального игрока, который ставит на двух лошадей, чтобы ни при каких обстоятельствах не оказаться в проигрыше.

Сотрудничество вооруженных сил США с сицилийской и американской мафией получило неожиданный отклик спустя полстолетия. 7 декабря 1994 г. корреспондент агентства Ассошиэйтед Пресс сообщал из Вашингтона, что Соединенные Штаты должны противостоять искушению иметь дело с представителями организованной преступности в России или в Китае. Об этом заявил специалист по проблемам безопасности Брейан Салливэн, вспоминая контакты с итальянской мафией во время второй мировой войны.

«Возможно наступит такое время, когда национальные интересы Америки будут самым серьезным образом сталкиваться с интересами России или Китая, и тогда у некоторых в нашем правительстве может возникнуть искушение вступить в союз с российской или китайской организованной преступностью, как это делали их предшественники в отношении Сицилии в 1940-е годы», — сказал Б. Салливэн. Американский эксперт выступил на форуме по организованной преступности, который проводился по эгидой американской Ассоциации адвокатов и других юридических организаций.

Сделав краткий очерк в историю сотрудничества морской разведки США в 1943 г. с сицилийской организованной преступностью, Салливэн резюмировал: «После вторжения (в Италию. — Р.И.) американские власти использовали этих людей и их приспешников, предоставляя им доступ к оружию, и они начали операции на «черном рынке». Именно тогда начала формироваться современная мафия».

В послевоенной Италии Ватикан и американские администрации поддерживали христианских демократов против коммунистов, используя для этого «все возможные средства», сказал Салливэн, глядя сквозь пальцы на связи христианских демократов с организованной преступностью, что, в конечном счете, привело к смещению Джулио Андреотти.

Как известно, дело не ограничилось «смещением» Андреотти.

Прошло немного времени и выяснилось, что Андреотти, неоднократно возглавлявший правительство Италии, был напрямую связан с итальянской мафией, за что был отдан под суд (подробнее о деле Андреотти см. гл. VII «Наркобизнес»).

Даже сегодня «исход борьбы с мафией» остается неопределенным, — сказал Салливэн, — но урок заключается в том, что внушающие страх преступные синдикаты обретают могущество в результате поддержки правительства и становятся уязвимыми, когда они ее лишаются».

Характерное заявление известного американского специалиста по борьбе с мафией, имеющее прямое отношение к беспредельному разгулу мафии в нашей стране.


«Великая депрессия» | Мафия в США | Мафия и политика