home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Замечания и выводы

Замечания: 1) С.А. Плетнёва полагает, что границами летописного Поля Половецкого были Днепр на западе и Волга на востоке, как указано в летописи в 1152 году. Описывая поход князя Юрия Долгорукого против киевского князя Изяслава Мстиславовича, летописец пишет, что в качестве его союзников выступили не только токсобичи и отперлюевы, но и другие племена, однако не все, а лишь те, чьи кочевья находились между Волгой и Днепром: «отперлюеве и токсобичи и вся Половецкая земля что же меж Волгою и Днъепромъ пойдоша..» – пишет летописец под 1152 г. (Полное собрание русских летописей. М., 1962, с. 455). Половецкая земля была и за Днепром, ибо на Руси не различали половцев и куманов – «кумане рекше (то есть) половци» – замечает летописец ещё в 1096 году.

2) Мнение некоторых историков о том, что самоназванием половцев хана Атрака, пришедших в 1118 году в Грузию, был этноним «кипчаки», ибо их так называли грузинские источники (Мургулия, Шушанин, 1998, с. 33, 93) ошибочно. Получается, что половцы держали свое самоназвание в секрете от русинов (самоназвание населения Древней Руси), а вот в Грузии свой секрет раскрыли. Никакого секрета нет: просто в Грузии, Армении и Ширване (Азербайджан) благодаря географической близости господствовала мусульманская (восточная) традиция называть кипчаками тех кочевников, которые на Руси, в Византии и в Центральной Европе были известны как половцы/куманы.

3) Куманы и их страна Кумания известны лишь одному арабскому исследователю, правда находившемуся на службе у короля Сицилии Рожера II и жившему в Палермо. Он, Абу Абдаллах аль Идриси (1100–1164 гг.), единственный из всех современных ему авторов, сообщил о делении Кумании на части – Белую Куманию (Куманийя аль Байда) и Чёрную Куманию (Куманийя ас Сауда), применив тюркскую традицию цветового обозначения сторон. Так полагали историк Б.А. Рыбаков и вслед за ним археолог С. Плетнёва (Плетнёва, 2010, с. 112). Исследования Коноваловой творчества этого арабского географа показали, что Черной и Белой Куманиями аль Идриси называл пограничные с Куманией города других стран (например, Белой Куманией им был назван византийский город Матлука, который находился близ известной Тмутаракани; истинное название и местонахождение города Чёрная Кумания не определены), а вот саму страну Куманию («ард ал-Куманийа») он описал как единое целое (Коновалова, 1999, с. 181–182).

Выводы к первой и второй частям книги или ответ на вопрос «кыпчаки, половцы, куманы и куны – один народ, т. е. этнос? Или это разные, соответственно их этнонимам, этносы?

Анализ этнического состава населения Дешт-и Кипчака и Поля Половецкого показал:

1) Из 11 племён в Западном Дешт-и Кипчаке и 18 (названными выше арабскими авторами не указаны известные в Хорезме племена уран и югур) – Восточном (по Кумекову) общими для обеих частей были 6 племенных групп – бурджоглы, дурут (дортоба или тортоба), йетоба, караборикли, токсоба и эльбурли (ильбари, ольбури).

2) Из 19 этнонимов и эпонимов (личное имя-этноним) в Поле Половецком, 7 совпадают с этнонимами Дешт-и Кипчака, в том числе бурновичи (эльбурли), бурчевичи (бурджогли), етобичи (йетоба), кулобичи (кулабаалы в Западном Кыпчаке), тёртробичи (дуруг, тортоба), токсобичи (токсоба) и емякове (йемек в Восточном Кипчаке).

3) Возможно, башкуртам Дешт-и Кипчака соответствует племя хана Башкурта в Поле Половецком, а аль асам – племя Асопы; куманы соответствуют куманлу Восточного Кыпчака. В этнониме «куманлу» («куманлы») присутствует тюркский аффикс «лу, ли, лы» (ему в русском языке соответсвует окончание «ец», «цы») означающий принадлежность человека или этноса к определённой местности или стране, например, Испания – испанец, испанцы, Канада – канадцы и т. д. В данном случае, «лу» означает принадлежность к местности: куманлу – куманцы или куманлинцы, т. е. жители местности Лебяжье, лебединцы. Но возможно куманлу – этноним, производный от имени Куман? Может быть, это племя было названо соседними племенами по имени их хана или родоначальника?

Подобно куманлы в восточном Кипчаке, в источниках упоминаются канглы (у Рубрука – кангиты), существующие и в настоящее время в составе казахского, узбекского, башкирского и ногайского народов в качестве субэтнической группы канглы. Основа их этнонима «канг» – производное от гидроними Канг (древнее название среднего и нижнего течения Сыр-Дарьи) и название древнего государства на берегах этой реки – Кангха или Кангюй. В середине X века византийский император Константин Багрянородный в своём сочинении «Об управлении империей», описывая этнический состав печенегов, отметил среди восьми их племён три почитаемых (очевидно главных), называемых «кангар». Историкам известно, что печенеги обитали на берегах Сыр-Дарьи, откуда в Причерноморье их вытеснили огузы (узы или торки). Торки вытеснили печенегов, торков – кыпчаки, а этноним с основой канг – кангар (ар, т. е. «человек» Канга), канглы, т. е. канглийцы, – остался. Правда, этносы – его носители были разные, хотя и родственные этнически. Да и территория расселения их потомков кардинально изменилась.

4) Совпадение известного в Южной Руси хана Котяна с этнонимом котан в Западном Кипчаке очевидно случайно: правильно имя звучит «Кутан», что значит «счастливый» («Древнетюркский словарь», 1969.), как известно, Котян являлся ханом племени дурут (Ибн Халдун), в летописи – тёртробичей (дурут, т. е. дорт / торт – «четыре» соответственно в западном и восточном наречии древнетюркского языка). Не исключена ошибка арабского источника: ведь Поле Половецкое на Востоке включалось в состав Дашт-и Кыпчака, и имя хана могло быть принятым за этноним.

5) Нигде в перечне племён нет этнонима «кыпчак», как нет ни «сары», ни «куны», ни «каи». Этническая идентификация башкуртов, баджна, асов (ясов), узов (торки) известна. Так же известно, что йемек (емекове) – кимаки, «дуруг из кипчаков, а токсоба из татар». Известные в Хорезме югуры, потомки группы уйгуров, пришедших после падения Уйгурского каганата (840 г.) в государство кимаков, а племя уран, по мнению Ахинжанова, было из состава каи, которых он считал кимаками. Но возможно, что племя уран в начале XI века входило в состав каи, после их ухода на запад – вошли в состав токсоба, токусоба, т. е. «девять племён», ведь каи и токсоба были татарского, т. е. монгольского происхождения, что способствовало их слиянию.

Кто же были остальные племена, обитавшие в Дашт-и Кыпчаке и в Поле Половецком? Точно известно одно: и кыпчаки, и куны являлись объединением нескольких племён; предки кыпчаков – сиры состояли из шести племён (названия не известны), что касается кунов, то аль Марвази, называя их группой племён, не назвал ни их названий, ни их числа. О сары подобной информации вообще нет. Первоначально, судя по информации древнерусских, византийских и венгерских источников, Поле Половецкое было заселено племенами куманов, сары, кунов и каи, чьи этнонимы в Дешт-и Кипчаке не известны. Общие с дештикипчакскими этнонимы появились в причерноморских степях много позже прихода «первой волны» восточно-тюркских племён: бурчевичи упоминаются в 1097 году, бурновичи в 1127, токсобичи в 1147, емякове в 1184, тёртробичи– 1185 году. Возможно, была ещё одна «очередная волна» пришельцев с Востока, на этот раз из Дешт-и Кипчака, примерно в годы их упоминания в источнике. А возможна простая путаница в распределении племён в Дешт-и Кипчаке, допущенная в восточных источниках их авторами.

Особый интерес вызывает развитие художественного мастерства в изготовлении каменных статуй в Поле Половецком, ведь каменные изваяния в Дешт-и Кипчаке примитивны и не отличаются тщательностью и индивидуальностью в изображении лиц. Что это: естественное эволюция творчества тех же мастеров или сменились мастера? Древнетюркские каменные изваяния VI–VIII вв. известны лишь в Семиречье, Прииртышье, Туве, Алтае и в Монголии. В IX–XII веках к этим статуям добавились кыпчакские – в Центральном Казахстане (Ермоленко, 2004) и половецкие в Северном Причерноморье (Плетнёва, 1974; Чариков, 1979). Какие конкретно племена ставили статуи в Поле Половецком? Ответ специалиста по казахстанским каменным изваяниям неутешителен, но справедливый:

«Ввиду слабой изученности памятников средневековых кочевников, не представляется возможным убедительно соотнести изваяния с конкретными племенами, известными по письменными источникам, поэтому определения «древнетюркский» и «кыпчакский» в значительной мере условны» (Ермоленко, 2004, с. 69).

Добавлю, что в данном случае подобные наименования памятников означают время установок статуй, а не этническую принадлежность их авторов. Но всё же кое-что можно установить. Сравнение половецких изваяний с их характерной особенностью – изображения мужчин и женщин с сосудом в обеих руках – с подобными статуями других тюркских племён показало, что наибольшее их число было обнаружено в Семиречье (38 из 79) и Туве (22 статуи), и всего лишь 8 статуй в Прииртышье (Чариков, 1979, с. 180–185). На территории Северного Алтая, куда бежали сиры/сеяньто – предки кыпчаков, подобных статуй нет, а Семиречье и Тува не входили в Дешт-и Кипчак. У древних тюрков («туцзюе» китайских династийных хроник) установка статуй (как правило, мужчин с оружием) и балбалов обозначала почитание каганов и их боевые деяния, т. е. это был ярко выраженный воинский культ. У тюрков же Западно-Тюркского каганата (603–658 гг.) культ почитания военной доблести постепенно переходит к культу предков. Уже в Тюргешском каганате (699–766 гг.) «это не воинский культ, а почитание предков, так как наряду с мужскими статуями широко распространяются женские фигуры; установка же балбалов по числу убитых врагов почти не практиковалась» (Худяков, 1999, с. 135–136).

Таким образом, широкое распространение женских фигур половецких и тюргешских (в Чуйской долине, в Семиречье, где был центр Тюргешского каганата) изваяний даёт основание полагать, что именно из Семиречья пришли сары/половцы (тюргеши подразделялись на две этно-административные группы – сары и кара). В Чуйской же долине найдено наибольшее количество статуй с изображением сосуда в обеих руках, что укрепляет уверенность о приходе половцев оттуда. Семантика сосудов трактуется по-разному: тюркский поминальный обычай с сосудом крепкого напитка или же манихейский обряд, по которому священная вода в сосуде помогает выйти душе из тела; в обоих случаях, чтобы не пролить священную жидкость, сосуд держат обеими руками (Ермоленко, 2004, с. 46).

Распространение в Семиречье ислама вытесняло старую религию и традицию установки статуй, что способствовало уходу противников принятия новой религии, в том числе мастеров по изготовлению памятников на запад. Эти памятники и обозначили их расселение на новой родине. По данным видного исследователя половецких изваяний С.А. Плетнёвой (Плетнёва, 1974), районы скопления каменных статуй совпадают с территорией, прежде всего, донецких и северо-кавказких половцев, затем с землями приднепровских и лукоморских. Донецкие половцы – это, очевидно, племенное объединение хана Шарукана и его потомков, в том числе и Атрака, уведшего часть племён на Северный Кавказ и в Грузию; после его ухода из Грузии, часть его соплеменников осталась в Предкавказье, часть вернулась на прежнюю территорию. Приднепровские и лукоморские половцы также хорошо известные в летописи объединения ханов Боняка и Тугоркана и их потомков. Это были племена «первой волны» мигрантов – шары (сары) во главе с ханом Блушем, и позже, со знаменитым Шаруканом «Старым» и, возможно, куны. Из их состава выделились родовые группы – кланы с характерными эпонимами и этнонимами, неизвестные в Дешт-и Кипчаке: Аепа, Алтынопа, Китанопа, улашевичи, отперлюеве, тарголове и другие.

С одной стороны принято считать, что по данным археологии в XII веке кыпчаки подразделялись на «пять основных групп: алтае-сибирскую, урало-казахстанскую, подонско-северо-кавказскую, днепрово-крымскую и дунайско-балканскую» группы (Кляшторный, том 13, 2008, с. 746–747), т. е. кыпчаки и половцы считаются единым народом. С другой стороны, известный тюрколог С.Е. Малов считает, что «кыпчаки и половцы не полностью одно и то же», ему вторит историк А.И. Попов: «полностью отождествлять половцев и кыпчаков нельзя» (Попов, 1949, примечание № 1 и примечание на странице 98), хотя, не объясняя почему. С.Г. Кляшторный полагает, что это вообще разные племенные (именно племенные) группы (Кляшторный, Савинов, 2005, с. 125–142).

Я согласен с их мнением (особенно, с мнением С.Г. Кляшторного) и объясняю почему: племена разного происхождения и разных, хотя и близких культур, при отсутствии государства не могут создать единое этническое самосознание, без которого не мыслим этнос. Единое этническое самосознание фиксируется в общем самоназвании – этнониме, которого здесь не было. У кыпчаков и половцев характерным, как для кочевников того времени, было родоплеменное самосознание. Следовательно, и кыпчаки, и половцы, и куманы, и куны – разные, хотя и родственные, племенные общности. Этническая близость сделала кыпчаков, половцев и куманов в представлении историков и археологов единым этносом, а их разные этнонимы представлялись ими как названия (этниконы) одного этноса, данные им в разных странах: этноним «кыпчаки» – в восточных, прежде всего, арабо-персидских источниках, «половцы» – в древнерусских летописях; эту же роль играли этнонимы: «куманы» – в византийских и «куны» – в венгерских хрониках. До сих пор в исторической и археологической литературе принято отождествлять куманов с половцами, а последних считают западной ветвью кыпчаков, но это не так. Совпадение половецких этнонимов с названиями племён Дешт-и Кыпчака не является доказательством, что они кыпчаки. Ведь далеко не все племена Дешт-и Кыпчака были кыпчаками – племя токсоба (токсобичи русских источников), например, по свидетельству арабского автора Ибн Халдуна, было не кыпчакского, а «татарского» происхождения.


Этнический состав западного Дешт-и Кипчака (Половецкая земля древнерусской летописи, Кумания западных хроник) | Кыпчаки / половцы / куманы и их потомки: к проблеме этнической преемственности | Нашествие монголов