home | login | register | DMCA | contacts | help |      
| donate

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


18

Не упускай любовь свою из рук.

Не дай любовь свою развеять ветру,

Избавь себя от горестных разлук,

Любовь, в борьбе добытая, – бессмертна.

«Не упускай любовь». Автор Хизер Уэллс

Я в мгновение ока добралась до Фишер-холла, или почти в мгновение ока. Мне так и не удалось найти такси. Все машины, которые я видела на улице, были полицейскими. Одна из них пыталась отъехать от шестого участка, но задними колесами застряла в снегу. Люди, вышедшие из соседнего кафе, пытались ее вытолкать.

Я в этом не участвовала, на сегодня свою порцию общения с полицейскими я уже получила.

Я вошла в свой кабинет, все еще кипя от негодования из-за истории с автографом. Том опять сидел за моим столом, а дверь его закутка была закрыта. За ней слышалось бормотание доктора Килгор.

– Да что же это такое! – воскликнула я, стягивая с головы вязаную шапочку.

Волосы тут же встали дыбом из-за статического электричества, но меня это не волновало.

– Ты мне не говорил, что она снова придет.

– Она обосновалась здесь до конца недели, – мрачно буркнул Том. – Одно утешает – завтра уже пятница.

– Ну и что? – Я сняла куртку и уселась на стул Сары. – Я все равно чувствую себя ущемленной. Кто там на этот раз?

– Шерил Хебиг.

– Опять?

Он пожал плечами.

– Убита ее соседка по комнате. Это совсем выбило ее из колеи.

Я взглянула на репродукцию Моне.

– Линдси оказалась не таким уж ангелом, как все считали, – неожиданно для себя сказала я.

Том поднял брови.

– С чего ты взяла?

– Сам знаешь, она уговорила Мануэля отдать ей ключ от столовой. Для чего он ей понадобился? Она сказала, что оставила там какую-то вещь и нужно ее забрать. Почему в таком случае она не обратилась к охранникам? Они точно так же могли ее туда впустить, если ей всего лишь требовалось что-то забрать. Нет, вместо этого она подошла к Мануэлю, который спешил на свидание. Она знала, что у него нет времени ждать, пока она что-то там заберет. Знала, что он просто отдаст ей ключ, стоит только попросить. Она получит ключ на всю ночь. Она его обольстила, как обольщала других парней и даже девушек. Вон наша Магда тоже без ума от нее.

– По-моему, ты просто зациклилась на Линдси, – сказал Том. – Может, тебе стоит поговорить с доктором Килгор?

– Заткнись, – предупредила я его.

Он ехидно усмехнулся.

– Тебе тут несколько сообщений.

Джордан Картрайт. Джордан Картрайт. Джордан Картрайт. Тед Токко.

Минуточку. Кто такой Тед Токко?

– Я пошел за кофе. – Том взял со стола свою чашку. – Тебе принести?

– Да, – рассеянно проговорила я. – Было бы здорово. Кто такой Тед Токко, и почему это имя кажется мне таким знакомым?

Уже когда за Томом закрылась дверь, я завопила:

– Не забудь налить в чашку горячего какао!

– Ладно, – прокричал в ответ Том.

Дверь из кабинета Тома рывком открылась и оттуда высунулась голова доктора Килгор.

– Не могли бы вы говорить тише? – раздраженно прокаркала она. – У меня на приеме студентка, которая совершенно утратила душевное равновесие.

– Конечно-конечно, – пробормотала я виновато. – Простите.

Она зыркнула на меня и хлопнула дверью.

Я уселась поудобнее в кресле Сары. На ее столе лежала школьная газета, открытая на спортивной странице. Там была фотография тренера Эндрюса. Он кричал и хлопал в ладоши чему-то происходящему на площадке. Подпись под фотографией гласила: «Тренер Стивен Эндрюс ободряет своих игроков».

Я похолодела.

Стивен. Стивен Эндрюс.

Я тут же момент набрала номер спортивного отдела.

– Здравствуйте, – сказала я, когда кто-то, наконец, поднял трубку. – Тренер Эндрюс сегодня на работе?

Голос ответившего был раздраженным… возможно, его, как и меня, заставили явиться на работу в День Большого Снега.

– А где ему еще быть? Сами знаете, на этой неделе у него еще одна игра.

Парень бросил трубку. Плевать. Я уже узнала то, что мне нужно. Тренер Эндрюс на месте. И это значит, что я могу пойти в спортивный комплекс «Винер» и поговорить с ним о его отношениях с Линдси…

Нет, подождите. Я не могу этого сделать. Я обещала. Я всем обещала. На этот раз я не буду вмешиваться…

Но, с другой стороны, я и Магде обещала, что не дам поливать грязью имя Линдси. А раз тренер Эндрюс с ней спал, как предположила Кимберли, это означает, что ее использовал тот, кто облечен властью. Хотя какую такую власть может иметь баскетбольный тренер над членом команды поддержки? Более странные отношения сложно и представить…

Однако, что Линдси оставила в столовой, что так жаждала отдать тренеру Эндрюсу?

Есть один способ это узнать. Именно поэтому я встала из-за стола, пошла к мусорным бакам под лестницей и взяла большую коробку. Потом побежала в вестибюль, на ходу наматывая на шею шарф, и столкнулась нос к носу с моим начальником, который выходил из столовой с двумя чашками кофе.

– Куда это ты собралась? – спросил Том, посмотрев на коробку.

– Звонили родители Линдси, – соврала я.

Меня по-настоящему пугает, как легко ложь срывается с моего языка. Все закономерно. Я не в состоянии петь перед кем бы то ни было. Поэтому день ото дня становится очевидней, что мои таланты зарыты не в музыке, а в несколько другой области.

– Они попросили забрать вещи из ее шкафчика в комплексе «Винер».

Том растерялся.

– Подожди… Я думал, Шерил с подругами это уже сделали. Перед матчем.

– Оказывается, нет, – ответила я, пожимая плечами. – Я скоро вернусь. Пока!

И я выскочила на ветер и холод, выставив перед собой коробку, чтобы защитить лицо от снега. Никому и в голову не приходило почистить пешеходные дорожки. В ботинках «Тимберленд» мои ноги были сухими и относительно теплыми. К тому же мне нравится снег. Он засыпает окурки с травкой, банки из-под пива, которые валяются на дорожках, приглушает звуки сирен и автомобильных гудков. Правда, владельцы машин еще целую неделю будут откапывать свои автомобили, так как снегоуборочные машины, чьи мигалки – оранжевые – белые, оранжевые – белые то тут, то там мелькали на дороге, подсвечивая высоченные сугробы по обеим сторонам улицы, будут вновь и вновь их закапывать.

Но все равно на улице было очень красиво. Особенно в Вашингтон-сквере, где снег практически засыпал бассейн фонтана и надел на статую Джорджа Вашингтона огромный белый парик. На изогнутых черных ветвях деревьев блестели сосульки. Только белки нарушали белый покой, воцарившийся в парке. Собачья площадка тоже была пуста, как, впрочем, и игровая, и только разноцветные флажки покачивались на ветру. Признаки жизни были видны лишь на шахматном кругу, который, как всегда, облюбовали бездомные со всей округи в надежде обрести здесь хоть какое-то подобие укрытия и самые стойкие игроки, которые пришли сыграть партийку-другую, невзирая на природные катаклизмы.

Вот каким я люблю Нью-Йорк. Пустым.

Господи, я стала коренной жительницей Нью-Йорка!

Впрочем, как бы красиво ни выглядел город, я с облегчением толкнула входную дверь комплекса и даже стряхнула снег с ботинок на резиновые маты, которыми был застелен пол. Когда лицо немного оттаяло, я показала пропуск охраннику. В здании, как всегда, пахло хлоркой из бассейна и потом. Здесь почти никого не было. Большинство студентов, видимо, так и не смогли заставить себя проявить героизм и наперекор природной стихии заняться повседневными делами.

Это, правда, не касалось «Анютиных глазок». Они бегали внизу, на площадке, шлифуя приемы игры. Без транспарантов и перетяжек зал казался гораздо просторнее. Кто-то кинул мяч Марку (я узнала его по плоскому затылку).

– Шепельски! – крикнул игрок. – Задай им жару!

Марк ловко поймал мяч, несколько раз стукнул им по полу и прыгнул. Я готова была поклясться, что между подошвами его кед и полом было добрых три фута. Когда он приземлился, я услышала тот же самый скрип резиновых подошв по гладкому, блестящему покрытию, что и вчера вечером, когда скрытые масками люди бежали от раненого Мануэля.

Может, это ничего и не значит. Все кеды так скрипят. Наверное, Марк с командой были в раздевалке и слушали наставления тренера, когда кто-то напал на Мануэля. Они мог ли и не иметь никакого отношения к тому, что там случилось.

Если только…

Если только тренер Эндрюс не послал их сделать это.

У меня разыгралось воображение. Лучше взять в руки себя и заодно коробку, и отправиться в кабинет Эндрюса. Надо удостовериться, что мое предположение абсолютно абсурдно. А не придумывать сценарии, в которых Стивен Эндрюс представал Вольфом Мессингом, способным заставить почти половозрелых верзил исполнять любое свое желание.

Возможно, в колледжах первой лиги, где тренер – второй после Бога и даже главней самого президента, он имеет в распоряжении собственного помощника, который сторожит его кабинет. В нашем случае в приемной сидел лишь тощенький студент – дежурный и листал потрепанный журнал с комиксами.

– Эй, – обратилась я к нему. – Тренера Эндрюса не видел?

Юноша даже не поднял головы от журнала и махнул рукой в сторону открытой двери.

– Он там.

Я поблагодарила его и сквозь распахнутую дверь увидела тренера Эндрюса, который сидел за столом, заваленным бумагами, вероятно, планами игр. Он обхватил голову руками и пристально смотрел на листок, исписанный буквами «X» и «О». Он был похож на Наполеона, разрабатывающего стратегию сражения.

Или, может быть, на меня, когда я сижу над планами хозяйственных работ. Я до сих пор так и не разобралась, как работает компьютерная система отдела размещения.

– Хм… Тренер Эндрюс? – спросила я.

Он поднял голову.

– Да? – Когда я стянула шапку и наэлектризованные волосы облепили мое лицо, он, похоже, меня узнал. – А… здравствуйте, вы – Мери?

– Хизер, – сказана я, опускаясь на стул у его стола и отмечая про себя, что мебель в спортивном комплексе «Винер» гораздо лучше, чем в моем кабинете.

Здесь не было оранжевых виниловых стульев. Все было отделано черной кожей и хромом.

Могу поспорить, что тренер Эндрюс зарабатывает гораздо больше, чем 23 с половиной тысячи долларов в год.

Хотя, не исключено, что он не может, как я, до отвала наедаться бесплатными батончиками «Дав».

– Все правильно, – сказал он. – Простите. Хизер. Вы работаете в Фишер-холле.

– Точно, – ответила я. – Там, где жила Линдси.

Я спокойно наблюдала за его реакцией на имя Линдси. Реакции не было. Он не покраснел и не побледнел. Просто не понимал, в чем дело.

– М-м-м?

Кремень – мужчина. Этот орешек не так-то просто рас колоть.

– Я хотела узнать, кто-нибудь уже взял ее вещи из шкафчика?

Вот теперь тренер Эндрюс растерялся.

– Из ее шкафчика?

– Совершенно верно. У нее в этом спортивном комплексе был свой шкафчик. То есть, наверное, был.

– Пожалуй, – сказал тренер Эндрюс. – Но, наверное, вам лучше спросить у тренера команды поддержки Вивиан Чемберс. Она вам точно скажет, какой из шкафчиков принадлежал Линдси, и какой код у замка. Ее кабинет дальше по коридору. Только не думаю, что она сегодня здесь. Из-за снега.

– О, – сказала я. – Ну конечно, у тренера команды поддержки! Все правильно. Только… я уже пришла. И принесла с собой коробку.

– Ладно. – Тренер Эндрюс, похоже, действительно хотел мне помочь.

Серьезно. Надо же, парень, у которого на носу важная игра, хочет оторваться отдел и помочь какой-то мел кой служащей Нью-Йорк-колледжа, которая получает гораздо меньше него.

– Можно узнать номеp ее шкафчика и шифр у уборщиц. Сейчас попробую им позвонить.

– Здорово, – сказала я.

Он такой весь из себя услужливый всегда? Или чувствует себя виноватым за то, что сотворил с Линдси?

– Как мило с вашей стороны, спасибо.

– Нет проблем. – Тренер Эндрюс снял трубку и набрал номер. – Если только кто-то вышел сегодня на работу. – Ему кто-то ответил на том конце провода, и Стивен Эндрюс сказал: – О, Джонас, как здорово, что ты здесь. Слушай, тут ко мне пришла женщина из отдела размещения, она хочет забрать вещи из шкафчика Линдси Комбс. Кто-нибудь знает шифр ее замка? Да, и еще, где находится ее шкафчик? Вив сегодня на работу не вышла. Знаешь? Прекрасно. Ладно, перезвони мне, пожалуйста.

Он положил трубку и посмотрел на меня.

– Вам повезло. Они откроют шкафчик и перезвонят.

Я была потрясена. Серьезно.

– Это… Спасибо. Вы так любезны.

– Нет проблем, – снова повторил тренер Эндрюс. – Я готов сделать все, что в моих силах. То, что случилось с Линдси, так ужасно.

– Как такое могло произойти? – поддержала я. – Ведь ее так все любили. Трудно поверить, что у нее были враги.

– Да. – Тренер Эндрюс откинулся на спинку стула. – Это особенно меня потрясло. Ведь она всем нравилась. Всем, без исключения.

– Почти всем, – сказала я, думая о Кимберли, которая и не думала скрывать неприязнь к Линдси.

Так, оказывается, он не в курсе, что Кимберли и Линдси недолюбливали друг друга.

– Да, – продолжила я, – кто-то явно ее недолюбливал. Или хотел, чтобы она не проговорилась.

Тренер Эндрюс вроде бы искренне удивился.

– О чем? Линдси была хорошей девочкой. Именно эго для меня тяжелее всего. А для вас вообще это ужас. Для вас и вашего босса, как там его зовут? Том, как там его фамилия…

Я моргнула.

– Спеллинг. Том Снеллинг.

– Совершенно верно. Он ведь новенький?

– Он пришел к нам всего месяц назад.

Минуточку, как это мы перескочили с Линдси на Тома?

– Откуда он приехал? – поинтересовался тренер Эндрюс.

– Из Техасского политехнического колледжа. Дело в том, что Линдси…

– Надо же! – перебил тренер Эндрюс. – Это серьезный шаг. Я имею в виду переход из провинциального колледжа в Нью-Йорк. Я так его понимаю, я сам приехал их Бурлингтона.

– Представляю, как это было непросто, – заметила я. – Но Том выдержит. – Я решила не говорить, что он хочет отсюда уехать. – Кстати, о Линдси, а она…

– Он не женат? – небрежно спросил тренер Эндрюс.

Слишком небрежно.

– Кто? Том?

– Да. – Его щеки слегка порозовели. – По-моему, я не видел у него обручального кольца.

– Том – гей, – сказала я.

Я, конечно, понимала, что этот парень – тренер баскетбольной команды третьей лиги. Но насколько он крепок?

– Я знаю, – произнес тренер Эндрюс. – И хотел узнать, нет ли у него с кем-нибудь серьезных отношений?

Я непроизвольно затрясла головой и закашлялась.

– Не-нет…

– О! – Тренер Эндрюс явно испытал облегчение, даже радость, услышав такое известие. – Знаете, я думаю, очень тяжело переезжать в новый город и переходить на новую работу. Может, он захочет выпить как-нибудь со мной пивка? Я не…

Тут зазвонил телефон. Тренер Эндрюс ответил.

– Эндрюс. Прекрасно. Сейчас возьму ручку.

Я ждала, пока тренер Эндрюс запишет код замка от шкафчика Линдси, и пыталась осмыслить все, что сейчас узнала. Если не ошибаюсь, тренер Эндрюс – гей.

И, похоже, хочет встречаться с моим боссом.

– Спасибо большое, – проговорил тренер и повесил трубку.

– Вот, – сказал он, подвигая ко мне бумажку с цифрами. – Теперь спуститесь в женскую раздевалку. Шкафчик 6-25.

Я взяла бумажку, сложила ее и сунула в карман. Руки слегка дрожали.

– Спасибо.

– Не за что, – ответил тренер Эндрюс. – Так на чем мы остановились?

– Я… я… – Моя голова вжалась в плечи. – Не помню.

– А… на Томе, – проговорил он. – Передайте ему, пусть он мне позвонит. Ну, если ему захочется поразвлечься.

– Поразвлечься, – повторила я его слова. – С вами.

– Да. – Должно быть, тренер Эндрюс разглядел на моем лице нечто такое, что его обеспокоило. – Слушайте, а может, это не совсем вежливо, может, я сам ему позвоню?

– Может, – пробормотала я. – Позвоните.

– Точно, – кивнул он. – Вы правы. Я так и сделаю. Просто растерялся. Вы показались мне такой милой, может, вы… Хотя, ладно, неважно.

Это была, по моему мнению, либо самая изощренная попытка уйти от подозрения в совершении убийства, либо самое чистосердечное признание в гомосексуальных наклонностях.

Значит, Кимберли соврала? Похоже, что так. Я окончательно удостоверилась в этом, когда тренер Эндрюс наклонился ко мне и прошептал:

– Я, конечно, не девчонка сопливая, но… У меня есть все ваши альбомы.

Я еще раз взглянула ему в глаза и сказала:

– Здорово. Только мне нужно идти.

– Пока, – радостно проговорил он.

Я взяла коробку и вышла. Очень проворно.


предыдущая глава | Дело не в размере | cледующая глава







Loading...