home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 6

В высоком разрезе красной юбки на миг мелькнула стройная ножка, на щиколотке и тонких запястьях зазвенели золотые браслеты, змеящиеся из-под головного убора косы взметнулись в воздух, повторяя изящный пируэт танцовщицы. Ким поудобнее устроился, вытянувшись на боку среди разноцветных подушек, подпер голову рукой и поманил к себе прелестную плясунью. Но белокожая брюнетка, явно кокетничая, покачала головой, похлопала пушистыми ресницами и с тихим смехом продолжила кружиться по комнате, украшенной свисающими с черного потолка полупрозрачными тканями. Там наверху вместо привычных магических ламп горели настоящие звезды, откуда-то доносилось пение диковинных птиц, сильно напоминавшее любимую мелодию болотного дракона, а в раскрытые окна странного зала заглядывали какие-то крылатые малыши с колчанами стрел, украшенными алыми сердечками. Летающие детишки нагло ухмылялись, наблюдая за танцовщицей и драконом, и в какой-то момент мужчина мысленно пожелал, чтобы они исчезли. Пейзаж за окнами тут же сменился: теперь там, как и на потолке, царила черно-синяя ночь, украшенная серебристой россыпью созвездий.

Грациозно обогнув низкую софу, девушка опустилась на колени за спиной Кимира и запустила приятно прохладные пальцы в его шевелюру. Ловкие руки ласково помассировали кожу у корней распущенных волос, отчего мужчине очень захотелось замурлыкать. Будто он и вправду был котом, которого любимая хозяйка нежно почесывала за ушком. Ящер повалился на подушки и попытался перехватить тонкую кисть своей искусительницы. Брюнетка погрозила ему пальцем, а потом двумя ладонями обхватила его руку и потянула к себе. Острые ногти, словно дразня, пробежались по чувствительной коже запястья. Ким невольно рассмеялся. Танцовщица в притворном гневе чуть свела черные брови на переносице и склонилась, поднося кисть дракона к своим губам. Сквозь газовую вуаль этой обворожительной плясуньи ему на мгновение померещились острые зубы, но прикосновение было легким и возбуждающим, поэтому секундное беспокойство тут же отступило. Под губами красавицы бешено забился пульс. Пора было прекращать эту забавную игру. Вернее, переводить ее на следующую ступень. Резкий рывок – и обольстительница сама оказалась на подушках, придавленная тяжелым мужским торсом. Вуаль, повинуясь нетерпеливому жесту дракона, отлетела в сторону, и к ярко-алым губам девушки прижался горячий рот. Когда дыхания перестало хватать, Ким на миг отстранился и тут же прильнул к нежной шейке искусительницы, прокладывая дорожку из поцелуев по ослепительно белой коже. Девушка прерывисто вздохнула и… зашипела, будто растревоженная змея. Мужчина замер в недоумении, глядя на нее. Образ роковой красавицы менялся на глазах. Между оскаленными клычками показался раздвоенный язык, а в ярко вспыхнувших глазах темным остался лишь узкий зрачок, разрезающий желтую радужку.

– Э-э-э… Аша? – удивленно пробормотал мужчина, наблюдая, как молочного оттенка лицо окрашивается в живые цвета человеческой кожи, на которой яркими пятнами расцветает румянец. – Привет, малышка. – Губы Кимира растянулись в блаженной улыбке, а глаза снова закрылись.

Зевнув, дракон перевернулся на другой бок и, обняв подушку, уткнулся в нее носом, чтобы тут же очутиться в гигантском курятнике, где прелестные желтоглазые курочки высиживали для него золотые яйца. Сны господина Эльт-Ма-Гатто в эту ночь отличались причудливым разнообразием и подозрительной стойкостью.


В коридоре жилого этажа гостиницы «Уютный кров»

Было так тихо, что казалось, будто здание, словно огромный зверь, погрузилось в зимнюю спячку. Горящие через один настенные светильники отбрасывали длинные тени на ковровую дорожку и обтянутые шелком стены, придавая обыденной обстановке налет таинственности. Но припозднившимся постояльцам было не до созерцания интерьера. Арэт Эльт-Ма-Ри, чуть слышно барабаня пальцами по розовой дамской сумке, так и оставшейся с ним после вечерних злоключений, медленно шел к своей комнате. Спать совершенно не хотелось. Зато очень хотелось вернуться во времени на три часа назад и улизнуть с пылкой Тенелис за минуту до появления Корделии. Шоколадного оттенка глаза так много ему обещали. А эти особенные интонации в грудном голосе? А жесты, мимика… Да эмпира просто искрилась желанием! И? Чем все закончилось? Цирком, который устроили две взбалмошные девицы. А все эта ушастая зараза со своим идиотским вызовом!

Вспомнив о Кори-эль, блондин болезненно скривился и искренне пожалел, что с ее очаровательного личика так быстро сходят следы ран и ушибов. Фингал и царапины, оставленные эльфийке Ирридией, были бы ей хорошим уроком на несколько дней. Но, увы, на магах все заживало как на собаках, слишком быстро. С природой, как говорится, не поспоришь. А жаль. Кори-эль сегодня умудрилась переполнить чашу драконьего терпения. Мало того, что она потрепала его нервы и кошелек в ресторане, так пришлось к тому же эту примадонну недоделанную на руках тащить к целителям. Хорошо еще, что ближайшее здание их гильдии располагалось метрах в двухстах от «Лилового фонаря».

«Ах, я умираю от неведомой заразы, попавшей в кровь с когтей «вороны», – мысленно передразнил Арэт стенания своей старой знакомой. – Ах, мне так плохо, что ноги подгибаются и странная слабость во всем теле. Ах, ох, ух… тьфу!» – поморщился блондин, притормозив у номера изобретательницы, чтобы обновить магическую сеть на ее двери, которая отслеживала все выходы хозяйки из комнаты.

Настроение у дракона было на редкость паршивым. Концерт, устроенный в палате этим лопоухим чудом в светлых кудряшках, изрядно позабавил дежурного лекаря. Будь Арэт сторонним наблюдателем, он бы тоже с удовольствием повеселился. А вот быть жертвой в наманикюренных ручках эльфийки ящеру вовсе не улыбалось. Это надо же было придумать – потребовать с него выполнить просьбу «умирающей»! Особенно, если учесть, что этим желанием являлось немедленное заключение брака прямо в больничной палате. На то, чтобы убедить Корделию перенести визит служителя храма к ней, ушло два часа. Эта комедиантка устроила самое настоящее представление под ярким заголовком «Последнее желание обреченной». Эх, такой вечер загубила. Недоразумение ходячее!

Вздохнув, мужчина поднял руку, чтобы сплести привычное заклинание, но тут же опустил ее на сумку эльфийки с доверенной ему крысой, так как услышал звук поворачивающегося ключа в замке другого номера.


Ашель, пошатываясь, вышла в коридор. Уныло потупившись и по-старчески шаркая, аккуратно прикрыла за собой дверь чужой комнаты. Дурацкая ночь, дурацкое зелье, дурацкий план!

– Ой! – увлекшись пересчетом завитков на ковре под ногами, девушка налетела на стоящего у стены блондина и тут же отшатнулась, едва не упав.

Арэт посмотрел на нее сверху вниз, затем перевел взгляд на номер комнаты, из которой она вышла, и, издевательски изогнув бровь, снова уставился на Ашку. Он демонстративно изучил ее потрепанный вид, задержал внимание на припухших губах, криво сидящем лифе платья и, оценив наливающийся синью след от страстного поцелуя на девичьей шее, брезгливо поморщился. Вот вам и юная леди, которая печется о своей репутации, не желая навещать по ночам комнату дракона… потому что этот дракон не Эльт-Ма-Гатто! Похоже, мелкая шельма подсыпала Кимиру не яд, как робко надеялся Арэт, а приворотное зелье. И вечерок у болотного был куда удачнее, чем у песчаного собрата.

– И что это «благородная» госпожа делает в чужой комнате среди ночи? – не скрывая сарказма, поинтересовался ящер.

– Не ваше дело! – огрызнулась Ашель и дернула плечом, чтобы стряхнуть с себя руку мужчины, которой он удержал ее от падения.

– Вот уж не знал, что «настоящие рыцари» водятся в драконьих спальнях… – насмешливо протянул он, отступая на шаг.

– В вашей точно не водятся, – сквозь зубы процедила девушка, пряча в складках юбки зажатый в руке нож.

– А вы проверяли?

– Нет, но наивно полагала, что вы, господин дракон, предпочитаете дам! – Ашка шагнула в сторону, пытаясь обойти мужчину, преградившего путь к двери.

– Предпочитаю… – кивнул он, заступая ей дорогу, – на ужин! – и очаровательно улыбнулся фирменным драконьим оскалом. Его препоганое настроение после этой полуночной встречи резко сменило курс с «вселенской тоски» на «бессильную злость». Стоило только подумать, что, пока он возился с Кори-эль, болотный развлекался с маленькой изобретательницей, и кулаки сжимались сами собой, а на скулах начинал проступать золотистый узор чешуи – характерный признак непроизвольной смены ипостаси. Взяв себя в руки, мужчина улыбнулся еще шире, но на этот раз улыбка вышла зловещей.

– Да что вы говорите? – делано изумилась девчонка, пряча за маской язвительности легкий испуг. – Дамы вкуснее, правда? Или, может, дело в рыцарских латах, которые в зубах застревают? Вот и приходится вам бедному на легкожующиеся платья переходить? – Когда ей было страшно, она всегда болтала больше, чем надо, и, как это ни печально, то, что не надо.

– Не угадала, я просто очень люблю закусывать вино костлявыми шельмами с повышенным запасом желчи в организме – лучше перевариваются, знаешь ли, – переходя на «ты», сообщил Арэт. – Особенно нравятся те, что с длинным языком.

– К длинному языку обычно ядовитость прилагается!

– Это ты так в принадлежности к змеям подколодным признаешься?

– Сам ты змей ползучий!

– Летающий! – охотно поправил Арэт.

– Да хоть водоплавающий! Все равно чер-р-рвяк! – рявкнула Ашель и, оттолкнув блондина, который не очень-то и сопротивлялся ее порыву, открыла свою комнату.

– Кошка блудливая! – прошипел ей вслед дракон и зачем-то стукнул кулаком по несчастному дереву.

– Бабник чешуйчатый! – крикнула из-за двери девушка и поспешно закрылась на замок, прекрасно понимая, что он не спасет ее от опытного мага, если тот решит зайти и продолжить их «милый» разговор.

– Долбодятлы демоновы! – пробасили из номера, что располагался напротив, и тоже чем-то долбанули об стену. Судя по звуку, сапогом – кирзовым… с металлическими набойками. – Хватит шуметь, тут честные гоблины, между прочим, спать пытаются!

Арэт прикрыл глаза, постоял так пару секунд, затем резко тряхнул головой и, с ненавистью взглянув на пресловутую дверь, пошел к себе. Раз Ашка уже выбрала себе дракона, он мешать не станет. Пусть Кимир снимает сливки с информации, которой владеет девчонка, пусть… это еще не значит, что Тенелис достанется ему. Ведь хозяйка артефакта Ирра, а не маленькая желтоглазая бестия, прикидывающаяся святой невинностью. Невинностью… ха! Перед мысленным взором ящера снова возник образ растрепанной девушки с золотистыми глазами. Хрупкой, изящной, соблазнительной… без масок, которые она так любила надевать обычно… Пр-р-роклятье! Решив уступить болотному собрату, песчаный дракон думал, что злость его утихнет, но разбитая бутылка вина и сломанный стул свидетельствовали об обратном.

Ашель, прислонившись спиной к стене, прослушала звуки погрома в одном из соседних номеров, а также ругань гоблина в другом, после чего прошла к бару, достала бутылку белого вина и, наполнив бокал, отпила глоток. Пальцы ее дрожали, заставляя золотистый напиток покачиваться. В любой другой раз девушка ни за что бы не прибегла к алкоголю, но сегодняшний вечер был особенно нервным и непонятным, приводящим в смятение и вызывающим странные чувства. Повертев в руке специально заточенный нож, изобретательница криво усмехнулась и отшвырнула его в сторону. Платить за прядь драконьих волос своей девичьей честью она не была готова. Во всяком случае, пока. Следовало больше собрать информации о знаменитом и потому очень дорогом сонном зелье «Тайна Аделаиды», которое, как гласила инструкция, действовало и на драконов тоже. Действовать-то оно действовало, угу… да только некоторые личности умудрились и во сне руки распустить!

Сделав еще глоток, Ашель поставила недопитый бокал на стол и собралась уже было завалиться на кровать, как вдруг заметила крошечный конверт, лежащий в тени шкафа. Видимо, кто-то, толкая его под дверь, не рассчитал силу – так послание и оказалось не на самом видном месте. Подобрав письмо, девушка быстро распечатала его и, прочитав, принялась торопливо одеваться. Спустя пять минут она осторожно вышла из комнаты и на цыпочках засеменила к лестнице, боясь привлечь внимание песчаного дракона или разбуженного гоблина. В том, что проснется Кимир, изобретательница сильно сомневалась. На двери ее комнаты отчаянно дрожала тонкая магическая паутинка, поставленная им еще днем, но ее хозяин мирно спал зачарованным сном и видел свои странные сны. А занятый мрачными думами Арэт планомерно опустошал запасы бара, заливая вином то ли упущенную возможность, то ли банальную зависть к более удачливому соплеменнику. Он и сам не понимал, что с ним. Куда подевались его знаменитое спокойствие и расчетливость? Впрочем, понятно куда! Трижды за вечер наблюдать безжалостное крушение собственных планов по воле таких разных, но по-своему важных для него женщин было как-то чересчур.


На следующее утро

Безупречно одетый, гладко выбритый и совершенно спокойный с виду Арэт стоял возле двери Ашель Эльт-Карти и методично постукивал костяшками пальцев по деревянной поверхности. Ответная тишина его все больше раздражала, но сдаваться так просто он не собирался – прежде чем отнести Корделии ее мерзкого крысеныша, следовало разобраться с мелкой пакостницей, практикующей привороты на драконах. И где только зелье такое уникальное достала, ведь известный факт, что ящеры-оборотни гораздо устойчивей других рас к разного рода эликсирам. Или, может, сама вывела состав? Изобретательница демонова!

Ночка у блондина выдалась та еще: не успел успокоить расшалившиеся нервы вином и растянуться на накрахмаленных простынях, как в сумке проснулся навязанный «для присмотра и компании» Кактус, которого правила не позволили оставить у целителей. Хохлатое создание препротивно пищало, пока его не вытащили и не пустили на кровать. Смирившись с экзотическим соседством, Арэт закрыл глаза, надеясь наконец-то поспать. Но не тут-то было. Следующие четыре часа оказались настоящим кошмаром. Мужчина просыпался раз двадцать то от каких-то странных снов, то от необходимости срочно снять с подушки крысу, вдохновенно устраивающую гнездо в его волосах.

От обиженного в лучших чувствах Кактуса удалось избавиться, банально накрыв голову одеялом, но проникновению в сознание дракона тревожащих образов это, увы, не помешало. К пяти утра Арэт окончательно поставил крест на попытках выспаться. Вместо приятных грез о черноволосой эмпире все сны заполонила желтоглазая шельма. Наглая девица то порхала в виде бабочки над какими-то цветами, то, увеличиваясь на глазах, гонялась с сачком за крохотными на ее фоне драконами подозрительно знакомого вида и безжалостно растаптывала попадающиеся на пути деревья и дома. А потом картинка сменилась. Едва прикрытая тонкой простыней, Ашель томно потягивалась на кроваво-красном ложе в форме сердца, цвет которого так выгодно контрастировал с ее кожей. Очнувшись, блондин потер виски, тряхнул спутанными (с-с-спасибо Кактусу!) волосами и, решительно поднявшись с кровати, направился в ванную комнату. С этим больным бредом пора было заканчивать! И именно тогда дракону пришла мысль о том, что сны ему навязаны. Они просто не могли быть настоящими! Наверняка эта змея языкастая и ему чего-то подсыпать умудрилась. Вот только не учла девчонка, что у песчаного дракона, в отличие от болотного, практически ко всем сильнодействующим составам хороший иммунитет имеется, который лет десять назад обеспечила ему одна знакомая фея.

В очередной раз стукнув по двери изобретательницы, Арэт криво ухмыльнулся. Раз хозяйка, наплевав на все законы вежливости, не соизволила открыть раннему гостю, он тоже не стал особо церемониться. В конце концов, она сама к нему в номер с отмычкой приходила. И хоть пыталась ее быстро спрятать, он все равно заметил. Так почему не отплатить той же монетой? Немного магии – и замок тихонечко щелкнул, открывая доступ в чужую комнату. Несмотря на приоткрытые шторы, там было еще темно – зимнее солнце в этой стране вставало позже. Только свет от рекламной вывески и фонарей, отражаясь от ледяной корки на сугробах и заснеженных крышах, проникал сквозь стекло, покрытое вязью морозных узоров.

Арэт шагнул к большой кровати с бордовым балдахином, намереваясь безжалостно разбудить девчонку, подло «отравившую» его сны. Но Ашки там не оказалось. Покрывало было тщательно расправлено, подушки не смяты – казалось, девушка вовсе не ложилась этой ночью. «У болотного, что ли, выспалась? – промелькнула пропитанная ядом мысль. – То-то она такая недовольная шла – столько усилий, а толку ноль!» Но злорадство дракона быстро сменилось озабоченностью.

– Все-таки стоило вечером обновить магическую сеть на ее двери, – пробормотал Арэт, осматривая помещение.

В номере мелкой проныры нет, а значит, и претензии предъявлять некому. Пожав плечами, дракон повернулся к выходу, но тут его взгляд упал на небольшой саквояж примостившийся на кресле. «Это интересно!» – тут же сработало драконье чутье. Арэт не имел привычки лазить по чужим вещам, но он точно помнил, что на момент выхода из дома именно этого чемоданчика у Ашки при себе не было. И где же госпожа изобретательница его раздобыла? А главное, что она хранит внутри? Наверняка то самое зелье и кучу прочих вредных вещей, с помощью которых отравляет жизнь приличным людям, эльфам и, что совсем уже наглость, драконам!

Положив на кровать розовую сумку с отсыпающимся внутри ее Кактусом, мужчина взял саквояж и покрутил его в руках. Внутри ничего не звенело и не тикало. Кроме того, сумка оказалась довольно тяжелой и как будто литой. Только сверху, возле ручки шла еле заметная щель, чуть расширявшаяся к центру – видимо там прятался какой-то хитрый механизм, охраняющий хозяйкины тайны. Водрузив изучаемый предмет на стол, Арэт огляделся в поисках чего-нибудь подходящего и, обнаружив стоящий рядом поднос с остывшим чаем, взял из чашки ложечку, которой попытался поддеть скрытый замок. Саквояж крякнул, фыркнул, потом затрясся и в довершение всего «выплюнул» в лицо опешившему дракону сперва ложечку, а потом и целое облако сажи. Мужчина, помянув всех демонов ада, швырнул капризную сумку обратно на кресло, в ответ на что ее ручка выгнулась, изображая улыбку, а из замочного отверстия вынырнул длинный раздвоенный язык. Издав странный звук, напоминающий «Пф-ф-ф!», саквояж вернулся к прежнему безобидному виду и затих.

Арэт прищурился и принялся закатывать рукава, оценивающе разглядывая «противника». Планы у мужчины были весьма кровожадные. Но тут его чуткий слух уловил в коридоре шаги и приглушенные голоса, в одном из которых блондин безошибочно узнал Ашкин. Если бы не черная физиономия, он с присущей их расе надменностью развалился бы в кресле и спокойно дождался прихода девушки. Но сажа отказывалась быстро стираться с кожи, а применить магию Арэт не рискнул, помня о том, что у изобретательницы есть амулет, позволяющий видеть следы чар.

Шаги приближались. Взгляд дракона скользнул по слишком тонким шторам, по невысокому шкафу и остановился на свисающем до самого пола ажурном покрывале. Прежде чем раздался скрежет ключа в замке, ящер успел подхватить сумку Корделии и, нырнув под высокую кровать, скрыться там от посторонних глаз. Чтобы тут же встретиться с другими глазами… Очень знакомыми и очень… зелеными. На таком же, как его собственное, черном от сажи лице. Втроем (учитывая некстати проснувшегося крысеныша) под кроватью было тесновато, но устроить раздел территории господа драконы не успели.

– Отстань, Стеф, – раздраженно выкрикнула вбежавшая в комнату Ашка. – Я даже думать не буду над таким предложением!

– Ты не понимаешь… – Прозвучавший в ответ голос ни Арэту, ни Киму не был знаком. Но проскользнувшие в приятном баритоне интонации не понравились никому из них.

– Я все понимаю! – оборвала собеседника девушка. – Даже больше, чем тебе бы хотелось! Пэм еще похоронить не успели, не говоря о том, чтобы найти убийцу, а ты повторно жениться собрался! И на ком?! – К ногам ее упали брошенные в сердцах перчатки. – Я же твоя родная племянница, кретин!

– Ну и что? Твои родители тоже были родственниками, – спокойно ответил мужчина. – И смотри, какая ты получилась умненькая и способная! Нашу кровь надо беречь и приумножать!

– Они были троюродные! – возмутилась Ашель.

– Сути это не меняет. Мы должны сохранить традиции и статус рода Эльт-Карти. А у меня, сама знаешь, способностей к этим вашим механическим побрякушкам нет. Зато я незаменим в деле переговоров с заказчиками. А от тебя все клиенты вмиг разбегутся. Свадьба – вот лучший вариант!

– Тема закрыта! Убир-р-райся, пока цел! – рявкнула девушка.

Сквозь кружевной край покрывала заинтересованным зрителям было видно немногое, но и услышанного вполне хватило, чтобы обменяться выразительными взглядами. Этот хлыщ, как следовало из разговора, был дядей изобретательницы, который, судя по всему, недавно вернулся из поездки и, вместо того чтобы страдать в похоронном бюро у тела покойной супруги, явился к Ашке с сомнительными предложениями. Арэт едва сдержался, чтобы раздраженно не зашипеть, когда некстати проснувшийся Кактус, которому не дали вволю попищать, начал точить зубки об его руку. А Кимир, плюнув на конспирацию, аккуратно приподнял край покрывала, чтобы лучше видеть происходящее. Светловолосый мужчина в расшитом серебром камзоле и начищенных до блеска сапогах был картинно красив и неприятно надменен.

«Пижон», – решил болотный ящер.

«Убью», – подумал песчаный, не до конца отдавая себе отчет, кого именно хочет больше прикончить: крысу или блондина.

– Пи-п, – сдавленно вякнул Кактус и снова затих, ибо с зажатой пастью голосить было сложно.

– Ну ты пока подумай… – протянул родственник изобретательницы, открыв дверь и застыв на пороге.

– Не о чем тут думать! Мой ответ – НЕТ!

Дверь захлопнулась, увы, оставив нежеланного гостя в пределах комнаты.

– Да чего ты так разнервничалась, Аша? – вкрадчиво протянул Стефан, направляясь к девушке. Та отступила к кровати, и притаившимся под ней соглядатаям стали видны только сапоги и края одежды собеседников. – Не хочешь, чтобы брак был настоящим, – будет фиктивным. У меня поклонниц больше, чем у тебя колб в лаборатории. И все они, кстати, просто жаждут занять место моей законной супруги. А ты, дура, упираешься.

– Изыди, Стеф, – устало простонала девушка.

– Глу-у-упая, – добавив в голос слащавых интонаций, протянул мужчина. – Я могу открыть тебе другую, невероятно приятную сторону жизни, которой ты за своими изобретениями никогда не замечала…

– Пошел вон! Нет? Так я сама уйду! – обогнув по широкой дуге сладкоречивого типа, Ашель решительно направилась к выходу.

– Кроме железок и хран-сфер с замурованной магией есть еще и чувства, малышка, – следуя за девушкой, продолжал говорить Стеф.

– У тебя нет! Пэм убили, а ты…

Драконы, заинтригованные происходящим, почти что высунулись из-под кровати. Остановившуюся у двери пару теперь было видно в полный рост. Ашка теребила ворот расстегнутой пушистой шубки с расцветкой пятнистой кошки. А Стефан с видом рокового соблазнителя осторожно подступал к своей несговорчивой жертве. Небесно-голубые глаза этого красавчика горели каким-то нездоровым огнем, а широкий рот кривила циничная ухмылка.

– Пэм жаль, но, я уверен, она бы одобрила мое решение! – сказал мужчина. – Ведь она так тебя любила! И так хотела, чтобы ты тоже… нашла свое счастье! – подняв руку, он кончиками пальцев погладил девушку по щеке. Ашка брезгливо отшатнулась, но довольно молодой с виду дядя не дал ей отойти, бесцеремонно поймав обеими руками за талию.

Кимир возмущенно засопел и дернулся, однако сосед остудил его пыл, ткнув локтем в бок.

– Не лез-с-с-с-сь, – прошипел песчаный, продолжая следить за парой. – Пусть на помощь позовет.

Ашель от души пнула наглеца ногой, пытаясь вывернуться из его объятий, а когда это не подействовало, девушка сунула руку в карман широкой юбки и вытащила оттуда…

– Расческа, – разочарованно вздохнул Арэт. Он-то ожидал увидеть как минимум нож или еще какую-нибудь подходящую железку.

– Расческа, – с восхищением повторил Эльт-Ма-Гато, глядя, как вышеупомянутый предмет, приставленный к шее Стефана, выплескивает на того целый каскад белых молний.

Глаза мужчины закрылись, хватка ослабела, и он без чувств свалился к ногам девушки. Рядом с ним упало и коварное оружие, замаскированное под предмет личной гигиены. Драконы переглянулись и на удивление слаженно отползли в глубь подкроватного пространства.

«Изобретательная… гм… изобретательница», – подумал Арэт, твердо решив не только ничего не пробовать из рук этой шельмы, но и не прикасаться впредь к ее вещам.

Девушка пару раз пнула обмякшее тело родственника, прошлась туда-сюда по ковру, после чего уселась в кресло и, стянув короткие сапожки, зашвырнула их под кровать, угодив по обоим драконам, не успевшим сманеврировать в непривычно тесном пространстве. Тонкие щиколотки и изящные ступни в черных чулках еще несколько раз прошлись по комнате, после чего их обладательница уселась на край высокой постели и, поболтав пару секунд ногами, постучала кулачком по матрасу.

– Господа драконы, вы вылезать вообще намерены? Или у вас подкроватный тихий час? Не поможете хрупкой, беспомощной леди тело вынести?

Пришлось вылезать и помогать.

Ничто не объединяет так, как совместное избавление от бессознательного тела. Пока разоблаченные хозяйкой «взломщики саквояжей», предварительно отмывшись от предательской сажи и прикрывшись заклинанием «отвода глаз», доставляли Стефана Карти в его собственный дом, с которого еще вчера был снят запрет на посещения, они успели немало всего обсудить и о многом договориться. Поэтому первое, что услышала Ашка, когда господа драконы вернулись, было: «Мы согласны на твои условия».

– Что? – не поняла она.

Ночная встреча с дядей, выманившим ее запиской из гостиницы, и эта безобразная сцена, устроенная им в номере, выбили девушку из колеи. Мысли упорно крутились вокруг семьи, от которой больше никого не осталось. Кучу незнакомцев, носящих ту же фамилию и проживающих в других странах, Ашель в расчет не брала. Одиночество, во власти которого она оказалась, угнетало. И сколько бы ни гнала девушка прочь мрачные мысли, они возвращались к ней с завидным постоянством. Эта почти фанатичная заинтересованность в «драконьей шкуре» золотистого оттенка на самом деле была отличным способом отвлечься от грустных размышлений о бедной Пэм, ее меркантильном супруге и всех тех, кому Ашка когда-то была дорога и кто был дорог ей. Но их больше нет! А единственный близкий родственник – моральный урод. И не только по отношению к своим многочисленным пассиям, но и к ней, его собственной племяннице. А это значит, что кроме зародившейся еще в детстве мечты у Ашки и правда больше ничего не осталось. Так что там сказали эти чешуйчатые типы про условия?

– Найдете убийцу Пэм и допустите меня к своим коллекциям? – уточнила девушка, пытливо изучая лица драконов.

– Приложим все усилия, чтобы найти убийцу, – поправил ее Арэт.

– Позволим работать с нашими артефактами, если ты подпишешь договор о том, что не повредишь их, – добавил Кимир.

– Ты же, в свою очередь, поделишься с нами всей информацией, что у тебя есть по Тенелису, и поможешь мне… то есть нам… его получить, – напомнил блондин и, посмотрев на свои руки с подозрительно поцарапанными костяшками, которые довольно быстро бледнели под действием регенерации, сказал: – И никакая сволочь больше к тебе не прикоснется.

«Они что там… воспитательную нотацию Стефану читали? Кулаками?» – подумала изобретательница, но уточнять не стала, а только кивнула, чуть улыбнувшись. Такое соглашение ее полностью устраивало. Завтра после похорон, как обещал Римус Эльт-Шпикус, каждый из них уже будет свободен от подписок о невыезде, так как алиби каждого подтвердилось магами-следопытами, работающими над делом Пэм. И это значит, что они втроем смогут наконец покинуть город.

Они и… лучшее изобретение Ашель, которое госпожа Эльт-Карти незатейливо назвала «Ловушкой для дракона». Вот только девушка, строя свои планы, даже не подозревала, что две ее потенциальные жертвы параллельно с «уборкой тела» и его последующим «воспитанием» заключили между собой одну очень любопытную сделку. По ее условиям, они совместно использовали Ашку для поиска Тенелиса. После чего к взаимному удовольствию осуществляли раздел «имущества»: одному артефакт, другому артефакторша – согласно уровню заинтересованности в предметах раздела. Так что у желтоглазой охотницы при подобном раскладе были все шансы самой оказаться в роли трофея. Причем пожизненного.


Глава 5 | Девушка для дракона | Глава 7