home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



26

Предварительный отчет с результатами вскрытия пришел после шести вечера. Он был очень нехороший. Ничто не связывало Данкана Николсона с Дэвидом Ридом, кроме одного факта: он нашел тело мальчика. И у него было железное алиби на то время, когда пропал Питер Ламли. Инш отправил пару полисменов на то место, где у Николсона, по его словам, была заначка. Они вернулись с полным багажником украденных вещей. Тогда-то и пришлось поверить, что Николсон говорил правду.

Это значило, что все опять сходится на Труповозе. Хотя Логану это не нравилось. Не тянул тот на убийцу-педофила, даже если хранил мертвое тело девочки в хозяйственной постройке на своей ферме.

В конце концов Инш приказал сворачиваться.

— По домам пора, — сказал он. — Мы всех, кого можно было, прихватили, поэтому вернемся к делам в понедельник утром.

— В понедельник? — переспросил Логан.

Инш кивнул:

— Да, в понедельник. Вам, детектив-сержант, разрешаю отдыхать в воскресенье. Сходите на футбол, выпейте пива с чипсами, развлекитесь слегка. — Он хитро улыбнулся: — Пригласите на ужин очаровательного констебля?

Логан покраснел и на всякий случай промолчал.

— Ну все, что вам будет угодно, — добавил инспектор. — Я не хочу вас здесь видеть до утра понедельника.

Когда Логан вышел из штаб-квартиры, дождь прекратился. Дежурный сержант передал ему еще три послания от отчима Питера Ламли. Тот был все еще уверен, что его сына найдут. Да, Логан ему лгал, говорил, что все будет в порядке — но что он мог сделать? Поэтому он опять пообещал перезвонить, когда что-нибудь станет известно. Что еще он мог сделать?

Прохладные сумерки превратились в пронизывающе холодный вечер, на тротуарах осела тонкая морозная пыль. Когда Логан вышел на Юнион-стрит, стало заметно, как выдыхаемый воздух превращается в пар. Балтика!

Для субботнего вечера улицы были необычно пустынными. Логану совсем не хотелось возвращаться в свою пустую квартиру. Не сейчас. Поэтому он направился в паб «У Арчибальда Симпсона».

Паб был полон шумных групп юнцов, роящихся вокруг стаканов с коктейлями. Надеющихся быстро согреться и растормозиться. Очень скоро некоторые пойдут блевать, другие подерутся, кто-то отправится в «обезьянник». А кого-то отвезут на «скорой помощи».

— О, как хочется снова быть молодым и глупым, — пробормотал Логан, протискиваясь через толпу к длинной деревянной стойке бара.

Обрывки разговоров, подслушанных по пути, были хорошо знакомы. Кто-то здорово вчера набрался, кто-то еще лучше надерется сегодня. Но подо всем этим было нечто другое. Все разговоры о выпивке и сексуальном геройстве были вызваны тем, что Джеральд Кливер вышел сухим из воды.

Логан стоял у стойки, ждал, пока его обслужат. Рядом с ним толстый человек в ярко-желтой рубахе разглагольствовал с долговязым бородатым типом в футболке и жилете. Кливер — подонок. Как полиция могла так облажаться и отпустить этого шизика? Совершенно очевидно, что Кливер виновен, особенно после того, как нашли мертвых детей. И этого педофила выпустили на улицу!

Толстый и Тонкий были не единственными, кто рассуждал о «тупых полицейских». Логан услышал еще с полдюжины высказываний разных людей на эту тему. Они что, не знали, что большинство абердинских полицейских именно здесь расслаблялись после службы? Что большинство из тех, кто отработал дневную смену, именно здесь выпивали свою пинту? Досадуя из-за этого самого освобождения Кливера. И тратя на пиво деньги, полученные за сверхурочную работу.

Наконец он дождался своей пинты и отошел от стойки, намереваясь прогуляться по громадному помещению паба в поисках какого-нибудь знакомого, с кем можно было бы поболтать. Он улыбался и махал рукой компаниям полицейских в форме, едва различая лица. В дальнем конце зала Логан заметил знакомую фигуру, окутанную облаком сигаретного дыма и окруженную группой унылых сержантов и констеблей. Инспектор Стил, запрокинув голову, выпускала из себя очередную порцию дыма, добавляя ее к клубившимся над ней облакам. Потом голова опустилась, глаза сфокусировались на Логане. На лице появилась кривая улыбка.

Логан застонал: она его заметила. Теперь надо было подойти.

Один из детективов потеснился, пропуская его к столику. На стене рядом висел небольшой телевизор и что-то еле слышно бормотал.

— Лазарь, — сказала инспектор Стил, и ее голос тут же потонул в облаке табачного дыма. — Как дела, Лазарь? Тебя еще не назначили шефом полиции?

Он не должен был подсаживаться. Ни при каких обстоятельствах. Надо было выйти, купить пиццу в забегаловке через дорогу и топать домой. С некоторой бравадой в голосе он ответил:

— Нет еще. Может быть, в понедельник.

— В понедельник? — Стил захохотала, раскачиваясь взад и вперед, осыпая пеплом сигареты обтянутую униформой грудь констебля, освободившего место Логану. — Может быть, в понедельник. Ну, просто цены нет… — Она взглянула на заставленный стаканами стол и нахмурилась. — Выпьем! — прибавила она, доставая из внутреннего кармана потертый кожаный бумажник и протягивая его обсыпанному пеплом детективу. — Констебль, закажите на всех. Здесь люди умирают от жажды!

— Слушаюсь.

— Виски для всех! — объявила детектив-инспектор Стил, хлопнув ладонью по столу. — Двойной!

Детектив пошел к стойке бара, унося бумажник инспектора.

Та наклонилась к Логану.

— Только между нами, — сказала она заговорщицким шепотом. — Мне кажется, он здорово набрался. — Она выпрямилась и радостно улыбнулась Логану. — После того, как Иншу настучали по заднице за пантомиму с Труповозом, и после того, как выпустили на свободу Кливера, одна из инспекторских должностей точно освободится!

Логан не нашелся, что на это ответить. Стил ответа не ждала и внезапно погрустнела.

— Прости, Лазарь. — Она бросила окурок на пол и придавила каблуком. — День был дерьмовый.

— Это не ваша вина, что они выпустили Кливера на свободу. Если уж кого и обвинять, так Шипящего Сида.

— Давай за это выпьем! — сказала она и одним глотком выпила двойную порцию виски.

Детектив, сидевший за столом с другой стороны, внимательно посмотрел на экран телевизора, висевшего на стене, и громко сказал:

— Началось!

Логан и инспектор Стил повернулись: на экране пошла заставка местных новостей, и уровень шума в пабе значительно понизился. И каждый закончивший смену полицейский, находившийся здесь, обратил лицо к телевизионному экрану.

Малопривлекательная дамочка что-то серьезно говорила в камеру из-за своего нового рабочего стола. Звук был выключен, и то, что она говорила, слышно не было. Потом над ее левым плечом появилось фото Джеральда Кливера. Потом пошла картинка с видом здания абердинского суда. Толпа поднимала кверху плакаты, и внезапно в камеру крупным планом попало лицо женщины лет сорока пяти, с гордостью сжимавшей в руках плакат с надписью: «СМЕРТЬ ПОДОНКУ-ПЕДОФИЛУ!!!» Секунд пятнадцать она что-то злобно произносила в камеру, обнажая в крике десны, ее слов не было слышно, а потом появилась еще одна картинка: здание суда, снятое со стороны толпы. Открывались громадные стеклянные двери.

— Вот оно! — ликующе сказала инспектор Стил.

На улицу вышел Сэнди Моир-Факерсон, готовый зачитать заявление своего подзащитного. Камера взяла его крупным планом, внезапно на экране возникла громадная фигура, выскочившая из толпы и заехавшая кулаком в лицо Змеюке Сэнди.

Толпа в пабе взревела от восторга.

Потом на экране появилось озабоченное лицо комментатора, он что-то произнес, и удар показали снова.

Толпа снова взревела.

Потом пошло что-то про дорожную ситуацию на участке дороги от Дайса до Ньюмейкера, и все, совершенно счастливые, подняли свои стаканы.

Инспектор Стил криво улыбнулась — за это время она влила в себя еще одну двойную порцию виски.

— Правда, это лучше всего, что мы когда-либо видели? — Она посмотрела на Логана.

Тот согласился, что это было чертовски хорошо.

— Знаешь, — сказала Стил, закуривая очередную сигарету, — я хочу пожать руку этому парню. Я даже борюсь с желанием переспать с ним. Вот это настоящая звезда!

Логан попытался представить, что может получиться у детектива-инспектора Стил и Майкла Стрикена, когда они набросятся друг на друга. Но не смог. Чтобы отвлечься, он опять поднял глаза на телевизор. В этот момент во весь экран показывали фотографию Питера Ламли, числящегося пропавшим с прошлого вторника. Рыжие волосы, веснушки и улыбка во весь рот. А на заднем плане — ферма Труповоза. Потом пошли кадры пресс-конференции с шефом полиции, выглядевшим строго и деловито.

Пока на экране одна картинка сменяла другую, хорошее настроение Логана постепенно улетучивалось. Питер лежал где-то, мертвый, и у Логана было мерзкое чувство, что они еще не нашли человека, который это сделал. И не важно, что думает об этом инспектор Инш.

Потом на экране пошла реклама. Гараж в Билдсайде, магазин одежды в Роузмаунте и потом какая-то социальная реклама про безопасность на дорогах. Логан молча наблюдал, как машина начинает тормозить, а потом врезается в мальчика, переходящего дорогу. Мальчик был очень маленький, бампер и решетка радиатора угодили ему прямо в бок, ноги взлетели вверх, мальчик перевернулся в воздухе и рухнул на капот. Ударился головой о металл и свалился на асфальт. Показано все было в замедленном режиме, каждое движение выглядело ужасно четким. Потом наплывом пошла надпись: «УБЕЙ СКОРОСТЬ — НЕ РЕБЕНКА» — и закрыла весь экран.

Логан молча смотрел в телевизор, и ему становилось все больнее и больнее.

— Твою мать.

Он понял, где они прокололись.


Все собрались в морге в восемь часов. Детектив-инспектор Инш, Логан и доктор Исобел Макалистер, которая, несмотря на то что ее вызвали на работу в неурочное время, выглядела не такой раздраженной, как инспектор, который был одет весьма скромно. Впрочем, у Логана не было желания оценивать состояние начальника. Поверх вечернего платья Исобел надела блестящую оранжевую накидку, но она не спасала от антисептического холода морга, и Исобел зябко поеживалась.

Она приехала в морг из театра.

— Я полагаю, это очень важно, — сказала она, посмотрев на Логана взглядом, который не оставлял никаких сомнений в том, что ничего не могло быть важнее, чем вечер, который она проводила со своим слегка грубоватым другом в оперном театре.

На Инше были джинсы и потрепанный свитер. В первый раз Логан видел инспектора, одетого не в свой рабочий костюм, если, конечно, не считать костюма буффонного злодея из рождественской пантомимы. Тот мрачно смотрел на Логана, который снова извинялся за то, что вызвал их в морг в субботу вечером.

— О'кей. — Логан подошел к морозильному ящику с останками маленькой девочки, которую они нашли на ферме Труповоза.

Стиснув зубы, он вытащил ящик и отшатнулся, почувствовав запах разложения; зловоние быстро заполнило помещение морга, подавив запах антисептика.

— Хорошо, — сказал он, скривившись и стараясь дышать только ртом. — Мы знаем, что девочка погибла от ушибленной травмы головы…

— Да, именно так она погибла! — резко произнесла Исобел. — И я написала об этом в своем отчете о вскрытии. Повреждения лобной и затылочной костей черепа вызвали массивное поражение головного мозга и смерть.

— Да, я знаю, — сказал Логан, вынул из папки рентгеновские снимки и протянул их к свету. — Это видите? — спросил он, показывая на ребра.

— Сломанные ребра, — кивнула Исобел и сердито посмотрела на него. — Вы для того вытащили меня из театра, сержант, чтобы показать мне то, о чем я, черт побери, сказала вам в самом начале? — Последние слова упали как капли яда.

Логан вздохнул:

— Послушайте, мы все думали, что эти раны нанес Труповоз, что он забил девчонку до…

— Эти повреждения совпадают с теми, которые остаются после тяжелых побоев. Я уже писала об этом в заключении! Сколько еще об этом можно говорить? Вы сказали, что открылись новые обстоятельства!

Логан снова вздохнул и приставил снимки один к другому, так чтобы они составили скелет девочки с головы до ног. Сломанное бедро, нога, ребра, треснувший череп. Высота скелета не превышала одного метра двадцати сантиметров. Логан встал на колени и, опустив нижний снимок к полу, сказал:

— На ребра посмотрите. На каком расстоянии они над землей?

Инспектор Инш и Исобел посмотрели. Это их не впечатлило.

— И что дальше? — спросила Исобел.

— А что, если повреждения — не результат побоев?

— Да бросьте вы! — сказала Исобел. — Как трогательно! Ее забили до смерти!

— Посмотрите еще раз, на каком расстоянии над землей находятся ребра, — настойчиво произнес Логан.

Опять никакой реакции.

— Машина, — сказал Логан, передвигая рентгеновские снимки как марионетки в зловещем театре теней. — Первый удар в бедро. — Он повернул изображение скелета в области пояса, приподнял его и одновременно опустил вниз верхний снимок. — В ребра ударяет верхний край радиатора. — Он еще раз передвинул снимок, резко наклонив вправо. — В левую височную кость черепа ударяет капот. Водитель жмет на тормоз. — Он поднял снимок вверх, повернул его и положил на пол. — Девочка ударяется о дорожное покрытие, ломает правую ногу и потом ударяется затылком. — Он разложил снимки на полу у своих ног.

Инш и Исобел примерно минуту смотрели на него в молчании, потом инспектор спросил:

— И как случилось, что ее нашли в доме ужасов Труповоза?

— Бернард Данкан Филипс, он же Труповоз, ходит по дорогам со своей совковой лопатой и тележкой на колесах и выполняет свою обычную работу, — ответил Логан.

Инш взглянул на него так, будто Логан не только вытащил детский разлагающийся труп из морозильника, но и, подхватив на руки, пробежался с ним по всему моргу.

— Это же мертвая девочка! — сказал он, отчетливо произнося каждое слово. — Это не какой-то дохлый заяц!

— Труповозу все равно. — Логан посмотрел вниз на останки девочки. Он почувствовал, как что-то давит изнутри в его ребра. — Просто еще одна мертвая вещь, которую он убрал с дороги. И положил ее в строение номер два. Первое строение он к тому времени уже заполнил.

Инш посмотрел на Логана. Посмотрел на Исобел. На рентгеновские снимки, лежащие на полу.

— Твою мать, — выдохнул он.

Исобел, держа руки в карманах оранжевой накидки и немного наклонившись, продолжала с озабоченным выражением на лице молча рассматривать снимки.

— Ну как? — спросил Логан.

Она выпрямилась и бесцветным холодным голосом произнесла, что она согласна, и подтвердила, что повреждения на теле совпадают с описанным сценарием. И прибавила, что из-за сильной степени разложения трупа невозможно было описать, в каком порядке эти повреждения наносились. Что они были очень похожи на последствия сильных побоев. И что она сделала все возможное, если принять во внимание состояние тела. И что она вообще-то не ясновидящая.

— Твою мать, — повторил инспектор Инш.

— Он ее не убивал, — сказал Логан, отправляя ящик в холодильник. Глухой удар эхом отразился от покрытых плиткой холодных стен. — И мы опять вернулись к самому началу.


Представитель от общины для Бернарда Данкана Филипса нашелся только после нервных полуторачасовых переговоров по телефону, и выглядел он как ободранный кот. Это опять был бывший школьный учитель Ллойд Тернер, от него сильно пахло мятой, как будто он пил в одиночестве и не хотел, чтобы об этом знали. Его изящные тонкие усики почти слились с густой щетиной. Пока Логан настраивал магнитофон, он рылся в каких-то бумагах.

— Мы хотим, Бернард, — сказал инспектор Инш, переодевшийся в запасной костюм, — чтобы вы рассказали нам о мертвой девочке.

Труповоз начал обводить комнату глазами. Бывший учитель с грустным вздохом сказал:

— Мы уже это обсуждали, инспектор. — У него был голос старого усталого человека. — Состояние Бернарда требует оказания ему медицинской помощи, и он не должен находиться в заключении.

Инш поморщился и медленно и участливо спросил:

— Бернард, ведь вы нашли ее, не так ли?

У Ллойда Тернера брови полезли на лоб.

— Нашел ее? — спросил он, взглянув на грязного, дурно пахнущего человека, сидящего рядом с ним, с едва скрываемым удивлением. — Вы ее нашли, Бернард?

Труповоз поерзал на стуле и уставился на свои руки. Пальцы его покрывала мелкая красная сыпь. Кожа вокруг ногтей была обкусана.

— Дорога, — тихо произнес он, не поднимая глаз. — Нашел ее на дороге. Три ежа, две вороны, одна чайка, одна полосатая кошка, два длинношерстных кота, черно-белых, одна девочка, девять зайцев, одна косуля… — Его глаза помутнели, голос стал хриплым. — Мои прекрасные мертвые вещи… — Из правого глаза выкатилась крупная слеза, пробежала по воспаленной коже щеки и скрылась в бороде.

Инш скрестил руки на груди и, откинувшись на спинку стула, сказал:

— И вы забрали эту маленькую девочку, и она пополнила вашу коллекцию…

— Всегда забирал их к себе домой. Всегда. — Труповоз шмыгнул носом. — Я не мог их выкинуть как мусор. Только не мертвые вещи. Только не эти вещи, которые внутри были живыми.

Логану сразу вспомнилась нога, торчавшая из мешка с мусором посреди городской мусорной свалки.

— А больше вы ничего не заметили? — спросил он. — Когда ее подобрали. Может быть, видели машину, грузовик, что-нибудь подобное?

Труповоз покачал головой:

— Никого. Только мертвая девочка лежала на обочине. Вся переломанная, в крови, еще теплая.

У Логана зашевелились волосы на затылке.

— Она была жива? — проговорил он. — Она была еще жива, когда вы ее нашли?

Жалкая фигура склонилась над поцарапанным столом и закрыла голову руками.

— Иногда вещи сбивают, и они не умирают сразу, — ответил Труповоз. — Иногда они ждут, когда я приду и буду за ними следить.

— О господи…

Логан, Инш и представитель местной общины препроводили Труповоза обратно в камеру и вернулись в комнату для допросов.

— Вы понимаете, что его нужно освободить, не так ли? — сказал Ллойд Тернер.

Логан удивленно на него взглянул, но промолчал, а Инш произнес:

— Да черта с два я его выпущу.

Бывший школьный учитель вздохнул и поерзал на неудобном пластиковом стуле.

— Того, что у вас есть, не хватит даже, чтобы предъявить ему обвинение в неумышленном сокрытии тела. — Тернер потер рукой лицо. — И мы все знаем, что Служба королевских прокуроров не примет это в уголовное производство. Одно заключение от хорошего психиатра, и все пойдет прахом. Он не сделал ничего плохого. Девочка была просто еще одной мертвой вещью, найденной на обочине дороги. А он выполнял свою работу.

Логан попытался не кивнуть в знак того, что он с этим согласен. Иншу это не понравилось бы.

Инспектор стиснул зубы и мрачно посмотрел на Ллойда Тернера. Тот пожал плечами:

— Извините, но он невиновен. И если вы его не отпустите, я обращусь к прессе. У входа еще достаточно телекамер, чтобы это прошло по всем завтрашним утренним новостям.

— Мы не можем его выпустить, — сказал Инш. — Ему просто голову оторвут.

— Итак, как я понимаю, вы признаете, что он не сделал ничего противозаконного? — спросил Тернер с покровительственными нотками в голосе. Как будто он опять был учителем, а инспектора Инша только что застали в раздевалке за неподобающими делами.

Инспектор нахмурился:

— Послушайте, солнце мое ненаглядное, вопросы здесь задаю я, а не вы. — Он пошарил в карманах в поисках чего-нибудь сладкого, но ничего не нашел. — После того как выпустили Кливера, самые умные, добрые, а также и самые тупые члены нашей общины прямо как с цепи сорвались. А у вашего парнишки, как на грех, мертвая девочка в запасе оказалась. Так что он у них в списке под первым номером идет.

— Значит, вы должны обеспечить ему защиту. Давайте обратимся к средствам массовой информации, и члены нашей общины поймут, что Бернард невиновен… И что вы снимаете с него все обвинения.

Тут в разговор вмешался Логан.

— Нет, мы не можем это сделать! — сказал он. — На нем все еще висит обвинение в сокрытии трупа!

— Сержант, — сказал Ллойд Тернер со снисходительным спокойствием, — по-моему, вы должны понимать, как это работает. Если вы попытаетесь предъявить это суду, вы проиграете. Прокурор больше не захочет облажаться. Об его голову разбилось достаточно яиц за фиаско с Кливером. Мистер Филипс должен быть освобожден. Вопрос в другом: сколько еще средств налогоплательщиков вы хотите потратить, чтобы держать его здесь?


Логан и инспектор Инш стояли в опустевшей комнате для оперативных совещаний и смотрели вниз, на суматоху, которая начиналась на стоянке машин. Мистер Тернер сдержал свое слово. Он стоял перед телевизионными камерами и наслаждался своей популярностью. Сообщал всему миру о том, что с Бернарда Данкана Филипса сняты все обвинения, что система работает.

Бывший учитель был прав: прокуратура даже прикасаться не захотела к этому делу. И шефу полиции это тоже не понравилось. Поэтому Труповоза выпустили, с условием, что его поселят в каком-то безопасном месте в Соммерхилле.

— И что вы об этом думаете? — спросил Логан, наблюдая за тем, как еще одна группа телевизионщиков присоединяется к толпе. Было почти одиннадцать вечера, а они все прибывали и прибывали.

Мрачно глядя на скопище журналистов, Инш ответил:

— Я опять облажался, вот что я могу сказать. Сначала эта проклятая пантомима, потом освобождение Кливера с его двенадцатилетним практическим опытом издевательств над детьми, а сейчас Труповоз вылезает на улицу. Сколько времени он провел у нас взаперти? Сорок восемь часов? Ну, не больше шестидесяти. А они уже готовы сожрать меня живьем…

— А что, если и нам связаться с прессой? Я переговорю с Миллером. Озвучим нашу позицию.

Инш грустно рассмеялся:

— Жалкий писака из провинциального городка спасает карьеру инспектора полиции от полной жопы? — Он покачал головой. — Не думаю, что это их заинтересует.

— Ну попробовать-то стоит?

В конце концов Инш признал, что терять ему нечего.

— И к тому же, — сказал Логан, — мы предотвратили серьезную ошибку в отправлении правосудия. В любом случае это должны учитывать.

— Да, должны. Они учтут. — Инспектор опустил плечи. — Но если это не Труповоз и не Николсон, значит, убийца все еще гуляет на свободе и выбирает наших детей, чтобы принести их в жертву. А мы даже понятия не имеем, кто он такой.


предыдущая глава | Пабы, церкви, дождь | cледующая глава