home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



34

Логан и Ватсон вернулись в комнату службы безопасности, ругая газету и ее решение заплатить Джеральду Кливеру за рассказ. Юный охранник в униформе цвета дерьма как раз собирался выходить, на ходу поправляя фуражку с высокой тульей.

— Проблемы? — спросила констебль Ватсон.

— Кто-то ворует шоколадки из киоска! — ответил он.

И убежал.

Они смотрели, как он несется по коридору, топая ногами и энергично двигая локтями, стремясь как можно быстрее оказаться на месте преступления. Ватсон улыбнулась:

— Интересно, как поживает его напарник…

Второй охранник — крупный мужчина лет пятидесяти с небольшим, лысина, прикрытая зачесанными назад волосами, брови, как у терьера, — сидел перед мониторами. Он был погружен в чтение утренней газеты и время от времени прихлебывал «энергетик» из стеклянной бутылочки. На первой странице газеты бросался в глаза крупный заголовок: «ПОДОЗРЕВАЕМЫЙ В УБИЙСТВЕ ДЕТЕЙ ЗАРЕЗАН!» Когда Логан сказал охраннику, зачем они пришли, тот хмыкнул и указал на стопку видеокассет.

Усевшись перед одним из телевизионных экранов, Логан и Ватсон принялись просматривать пленки. Полицейские, работавшие здесь раньше, здорово облегчили их работу — все пленки были перемотаны на то время, когда убили Труповоза. Медленно, одну за другой, они просматривали их, а сидевший сзади охранник все прихлебывал свой тоник и время от времени цыкал языком.

По экрану, дергаясь и подпрыгивая, двигались люди, камера делала один снимок в три или четыре секунды, поэтому изображение напоминало экспериментальное канадское анимационное кино. Лица почти невозможно было разглядеть, но черты проявлялись, когда люди ближе подходили к камере. Уже через полчаса Логан начал узнавать перемещавшихся в разных концах больницы знакомых. Доктора, который лечил Отчаянного Дага. Медсестру, которая решила, что он чудовище, избившее несчастного старика. Полицейского, который должен был охранять престарелого наемного убийцу. Женщину-врача, которая вчера вечером констатировала смерть Труповоза. Хирурга, который семь часов штопал ему, Логану, внутренности. И медицинскую сестру Хендерсон — синяк под глазом был ясно виден на пленке, когда мать Лорны Хендерсон прошла перед камерой, одетая в обычную одежду: спортивная куртка, джинсы и кроссовки. На плече — небольшая сумка с ремешком.

— Сколько еще пленок осталось? — спросил Логан как раз в тот момент, когда Ватсон громко зевнула и потянулась.

— Простите, сэр, — сказала она. — Еще две пленки с камер на выходе из больницы, и будет полный набор.

Логан вставил очередную кассету в плеер. Входная зона боковой пристройки. Мелькают лица, люди смеются, разговаривают, опускают голову, когда выходят из здания под пронизывающий ветер. Ничего подозрительного. Последняя пленка была из отделения неотложной помощи. Видеокамера находилась в громадной приемной, снимала с нормальной скоростью будни отделения, в частности результаты слишком часто проявляющегося антисоциального поведения, которое, в свою очередь, являлось результатом тяжелых ночных запоев. Логан увидел много знакомых лиц: в основном он арестовывал этих людей. За то, что мочились в подъездах, за мелкие кражи, за вандализм. Но не заметил ничего необычного. Если, конечно, не считать необычным внезапно возникшую потасовку, когда два еле передвигавших ноги алкоголика напали на охранника, вооруженного самодельной резиновой дубинкой. Опять вопли, перевернутые стулья, кровь. Медсестры пытаются разнять мужчин. Наконец в кадре появляется констебль и закрывает мероприятие с помощью двух щедрых порций слезоточивого газа. После этого все катаются по полу и вопят. Но опять-таки никакого следа убийцы Труповоза.

Логан сел удобнее в кресле и потер глаза. Часы на экране монитора показывают время: десять двадцать. Констебль с газовым баллончиком постоял немного, чтобы убедиться, что все живы. Десять двадцать пять: герой полицейский принимает из рук сестры чашку чая и возвращается на свой пост перед дверью в палату Труповоза. Десять тридцать… Логану все это стало надоедать. Ничего они на пленках не найдут.

И в этот момент на глаза ему опять попалась медицинская сестра Хендерсон: синяк под глазом был еще более заметен. Логан нахмурился и нажал на «паузу».

— Что случилось? — Ватсон искоса взглянула на экран.

— Заметили что-нибудь?

Ватсон призналась, что ничего не заметила, поэтому Логан постучал пальцем по экрану, по голове сестры Хендерсон, на плече у которой все еще висела небольшая сумка:

— Здесь она в форме.

— Ну и что?

— На предыдущей кассете на ней была обычная одежда.

Ватсон пожала плечами:

— Значит, она переоделась.

— У нее все еще сумка на плече. Если Хендерсон переоделась, почему она не оставила одежду в шкафчике?

— А может, у них нет шкафчиков?

Логан спросил старого охранника, есть ли в раздевалке у медицинских сестер шкафчики для одежды.

— Да, — ответил тот. — Но если ты хочешь, чтобы я дал тебе пленку, на которой сестры переодеваются, то лучше придумай что-нибудь пооригинальнее!

— Мы расследуем убийство!

— Да мне наплевать. Не получишь ты пленку с голыми медсестрами.

Логан рассвирепел:

— Послушай, ты…

— У нас там нет видеокамер, — сказал охранник, не дав ему закончить, и улыбнулся, обнажив отличные вставные зубы. — Мы пытались их там установить, но управляющий не позволил. Не хотел, чтобы мы отвлекались от основной работы. Вот беда. Я заработал бы на этих пленках кучу денег…

Административное отделение больницы выглядело привлекательнее, чем те помещения, где лежали больные. Здесь вместо запаха антисептика и старого линолеума под ногами были свежий воздух и ковры. Логан нашел очаровательную крашеную блондинку и уговорил ее посмотреть, кто из персонала работал вчера в вечернюю смену.

— Вот, пожалуйста, — сказала она с ирландским акцентом, указывая на экран монитора рабочего компьютера, заполненный номерами и датами. — Сестра Мишель Хендерсон… У нее как раз вчера была двойная смена. Сестра Хендерсон ушла около девяти тридцати.

— Около девяти тридцати? Спасибо, спасибо огромное… Вы нам очень помогли.

Она улыбнулась в ответ, ей было приятно оказаться полезной. Если ему что-нибудь еще будет нужно, можно просто позвонить. В любое время. Она даже дала ему свою визитную карточку. Хорошо, что Логан не видел выражения лица констебля Ватсон, когда брал эту карточку.

— Ну? — требовательно произнесла Джеки, когда они спускались на лифте на первый этаж.

— У Хендерсон смена кончается в девять тридцать. В девять пятьдесят ее сняла видеокамера, Хендерсон уже переоделась, она готова идти домой. В десять тридцать она снова в униформе, выходит из здания…

Ватсон удивленно округлила глаза.

— Мы искали кого-то, по уши залитого кровью, — добавил Логан мрачным голосом с нотой триумфа. — Миссис Хендерсон просто переоделась и преспокойно вышла из здания, как будто ничего не произошло.

Они вызвали пару полицейских из поисковой группы и попросили связать их с базой. Инспектор Инш был в плохом расположении духа, когда их соединили: его голос звучал так, будто ему массировали спину раскаленной кочергой.

— Где вы были, черт подери? — с недовольством сказал он, не дав Логану произнести ни слова. — Я целый час пытался дозвониться!

— Сэр, мы все еще в больнице, а здесь заставляют выключать мобильные телефоны, — ответил Логан, хотя телефон выключил скорее, чтобы Колин Миллер ему не дозвонился.

— Ладно, это теперь неважно! Пропал еще один ребенок!

У Логана оборвалось сердце.

— О, нет…

— Да. И вот что: быстро поезжайте в Дути-парк, в Зимний сад. Я вызвал сюда все розыскные команды. Чертова погода становится еще хуже, и снег может скрыть все улики, какие еще остались, и очень быстро. Сейчас это самое важное!

— Сэр, я только что собирался арестовать медицинскую сестру Мишель Хендерсон…

— Кого?

— Мать Лорны Хендерсон. Девочки, которую мы нашли на ферме у Труповоза. Вчера ночью Мишель Хендерсон была в больнице. Медсестра обвиняла Труповоза в смерти своей дочери и разрушении своей семьи. Есть и причина, и удобный случай. Прокурор согласится, нужно только их подтверждение и ордер на обыск.

Последовала минутная пауза, потом Логан услышал, как Инш кому-то сердито выговаривал. Потом голос инспектора снова прорезался в телефонной трубке.

— О'кей — сказал затем инспектор в трубку, и голос его прозвучал так, будто он хотел кого-то избить. — Берите ее, сажайте в камеру и немедленно ко мне! Труповоза больше не убьешь. А этот ребенок может быть еще жив.


Они стояли на занесенной снегом верхней ступеньке лестницы, и Логан снова нажимал на кнопку звонка. Ватсон поинтересовалась, не хочет ли Логан, чтобы она к чертовой матери высадила эту дверь. Щеки и нос у констебля покраснели, дыхание ее превращалось в пар в морозном воздухе. Два полисмена, стоявшие сзади, освобожденные Логаном от изнуряющей работы в больнице, выразили свою полную поддержку. Они хотели поскорее спрятаться в помещении от леденящего холода.

Логан уже был почти готов кивнуть в знак согласия, как дверь приоткрылась и выглянула медицинская сестра Мишель Хендерсон. Ее волосы выглядели как гнездо шимпанзе.

— Чем могу вам помочь? — спросила она, все еще не снимая дверную цепочку. От нее пахло перегаром. Пила джин.

— Откройте нам, миссис Хендерсон. — Логан протянул удостоверение. — Вы должны нас помнить. Нам нужно поговорить о том, что произошло вчера ночью.

Мишель Хендерсон закусила губу и посмотрела на них, как на четырех черных ворон, присыпанных снегом.

— Нет, — сказала она, — я не могу. Мне нужно собираться на работу.

Она попыталась закрыть дверь, но констебль Ватсон придержала ее ногой и потребовала:

— Открывайте, или мы выломаем дверь!

— Вы не можете это сделать! — с волнением сказала Мишель Хендерсон, сжимая воротник халата.

Логан вытащил из кармана лист бумаги.

— Можем, — кивнул он. — Мы просто не хотим этого делать. Открывайте.

Мишель Хендерсон открыла дверь и впустила их внутрь.

В крохотной квартире медсестры было жарко, как в печке, и значительно чище, чем в прошлый раз, когда они к ней приходили. Пыль хозяйка вытерла, по ковру прошлась пылесосом, даже «Космополитены» на кофейном столике сложила аккуратной стопкой. Она села в одно из коричневых кресел и, как маленькая девочка, подтянула колени к подбородку и обняла их руками. При этом обнажились ее бедра, и Логан, сев на диван, очень старался не смотреть в ее сторону.

— Вы понимаете, почему мы здесь, не так ли, Мишель? — спросил он.

Она старательно отводила глаза.

Логан выдержал паузу.

— Я… мне нужно собираться на работу, — сказала Мишель Хендерсон, но даже не попыталась встать, только крепче и крепче обнимала руками колени.

— Что вы сделали с орудием убийства, миссис Хендерсон?

— Если я опоздаю, то Маргарет не сможет уйти. А ей ребенка надо из яслей забирать. Я не могу опаздывать…

Логан кивнул, и полисмены вышли из гостиной, чтобы быстро произвести первичный осмотр.

— У вас кровь была на всей одежде, так ведь, миссис Хендерсон? — продолжил опрос Логан.

Она вздрогнула, но ничего не сказала.

— Вы заранее это спланировали? Чтобы он заплатил за то, что сделал с вашей дочерью?

Молчание.

— Мы записываем вас на пленку, миссис Хендерсон.

Она неотрывно смотрела на пятно на ковре, которое каким-то образом сохранилось после влажной уборки.

— Сэр?

Логан поднял глаза: в дверях стоял полицейский, обхватив руками отбеленные вещи — джинсы, футболку, спортивную куртку, пару носков и кроссовки.

— Это все висело на радиаторе в кухне, — доложил полисмен. — Еще влажные.

Логан посмотрел на медсестру:

— Миссис Хендерсон?

Нет ответа.

Логан со вздохом добавил:

— Мишель Хендерсон, вы арестованы за убийство Бернарда Данкана Филипса.


Дути-парк — хорошо отманикюренный участок парковой зоны, тянущийся вдоль берегов реки Ди, с прудом, в котором летом плавают утки, с эстрадой для оркестра и копией «Иглы Клеопатры».[12] Любимое место горожан, предпочитающих отдыхать семьями, с просторными лужайками и аллеями, где дети могут резвиться в свое удовольствие. Даже укрытый хрустящим снежным покровом, Дути-парк все равно привлекал абердинцев. Снежные бабы, в разной степени готовности, виднелись тут и там на широкой белой равнине, напоминая каменных идолов: молчаливые стражники, хранители всего, что они видели.

Джейми Макрит, которому через две недели должно исполниться четыре года, как раз за день до Рождества, гулял в парке со своей мамой — и исчез. Теперь его мама, молодая женщина лет двадцати пяти, рыдала на скамейке в Зимнем саду. Длинные рыжие волосы цвета осенних листьев выбились из-под вязаной шапочки с дурацкой золотой кисточкой на макушке. Рядом с молодой женщиной суетилась взволнованная женщина с маленьким ребенком в коляске, пытаясь хоть как-то ее успокоить.

Зимний сад, большое здание в викторианском стиле, состояло из окрашенных в белый цвет металлических конструкций, несущих на себе тонны стекла. Под стеклом скрывались от снега и ледяного ветра кактусы и пальмы, и именно здесь был центр наибольшей активности людей в полицейской форме.

Логан нашел инспектора Инша стоящим на выгнутом дугой деревянном мостике, перекинутом над голубым прудом с золотыми рыбками:

— Сэр?

Инспектор оглянулся, черты его лица искажала мрачная гримаса, он выглядел уверенным и одновременно беспомощным.

— Вы слишком долго ехали, — укоризненно произнес он.

Логан решил наживку не заглатывать и просто сообщил:

— Миссис Хендерсон пока молчит. Но мы нашли ее одежду, ту, в которой она пришла в больницу. Сушила ее на батарее в кухне. Все было замочено в отбеливателе, ни одного живого места не осталось.

— Эксперты? — спросил Инш.

— Отправил их обследовать стиральную машину и кухню. Эта одежда вся была пропитана кровью. Мы найдем.

Инспектор кивнул, погруженный в свои мысли.

— Хорошо, что хоть здесь что-то есть, — сказал он наконец. — Мне звонил шеф полиции, сказал, что это последний ребенок, который у нас исчезает. Сюда уже собираются четыре спеца из «Лотиэн энд Бодерз», самые лучшие. А мы тут разговариваем…

Логан застонал. Только этого им не хватало.

— Да, — сказал Инш, — они покажут старым жирным местным полицейским, как надо работать.

— А что случилось?

Инспектор пожал плечами:

— Слишком много шума и слишком мало сделано.

— Нет, здесь. — Логан обвел рукой зеленые джунгли под стеклянной крышей. — Что случилось с ребенком?

— А… да. Конечно. — Инш выпрямился и указал рукой на выход, скрывавшийся в густых зарослях тропических растений. — Мать с ребенком вошли в Зимний сад в одиннадцать пятьдесят пять. Джейми Макрит любит рыбок, а птички его пугают. Еще он боится говорящего кактуса. Поэтому они приходят сюда, он садится на край мостика и смотрит, как плавают рыбки. Миссис Макрит замечает подружку и идет поздороваться. Они недолго болтают, она думает, минут пятнадцать, не больше, и следующее, что нам известно, это то, что Джейми нигде нет. И она начинает его искать. — Он вытянул руку и указал на пешеходные дорожки, проходившие вдоль пруда. — Нигде нет. Она ведь смотрела телевизор, газеты читала тоже. И тут она запаниковала. Заорала на все здание. Ее подружка набрала девять-девять-девять по мобильнику, и вот мы здесь. — Он уронил руку. — Четыре поисковые команды тщательно осматривают территорию, заглядывают под каждый куст, под каждый мостик, проверяют каждую хозяйственную комнату. Даже не знаю, где еще… Еще две команды там. — Инш кивнул на запотевшее стекло, сквозь которое проглядывали очертания парка. — И еще команды едут, тоже будут прочесывать парк.

Кивнув, Логан спросил:

— Что вы об этом думаете?

Инш медленно наклонился вперед, облокотился на перила деревянного мостика. Мрачно посмотрел на золотых рыбок, вяло плававших в пруду.

— Мне очень хотелось бы верить, — ответил инспектор, — что мальчику просто надоело и он ушел. И где-то в парке лепит снеговика. Ну а если по-честному… Я думаю, он до него добрался. — Инш вздохнул. — И хочет его убить.


предыдущая глава | Пабы, церкви, дождь | cледующая глава