home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Чудурский лес, Башня мэтра Вига

13 день месяца Гусыни, раннее утро

Чтобы добиться большего правдоподобия, Виг велел девушке забраться на крышу птичника.

— Вот, почти балкон. Давай, удалец, действуй.

Проводимый эксперимент будил в душе почтенного мага бурные, совсем не старческие чувства. Его секретарь, напротив, почему-то медлил и не радовался. Виг решительно подтолкнул алхимика поближе к «красавице на балконе», сам засел в «зарослях», то есть пролевитировал на подоконник второго этажа Башни, и приготовился наблюдать за развитием событий.

Выпущенный из лаборатории призрак откровенно наслаждался свободой и едва различимым туманом носился по прилегающей к Башне заснеженной лужайке.

Хорошенькая девчушка с ловкостью белочки вскарабкалась на крышу небольшого деревянного строения; повела подвижным, остреньким носиком, пугая замерших от неожиданности кур и перепелок. Томно потянулась, подставляя гладкую, роскошную шубку под лучи зимнего солнца, перебросила на плечо пышную косу и принялась строить глазки Фриолару.

— Давай, алхимия, — нетерпеливо повторил Виг. — Какие там у тебе с девками проблемы? На Даце четверти часа не прошло, как ты с тамошней вампиршей миловался, в Талерине в тебя молотками да топорами кидались… Кто знает, чем тебя Пелаверино встретит? Как я могу послать тебя с поручением, если тебе первая же попавшаяся юбка сможет или совратить, или крови твоей напиться, или даже вообще пристукнуть? Испортило тебя воспитание… Ну да ничего, сейчас поправим! Давай, тренируйся!

Девушка шаловливо стряхнула снег с крыши птичника и принялась играть кончиком косы. За растерявшимся молодым человеком она наблюдала, как хищник за жертвой. Сытый, очень довольный собой хищник. А жертва такая е-ааленькая, смешная, как растерявшийся мышонок…

— С чего ты обычно начинаешь знакомство с девушками? Раскланиваешься там, или сразу стихи читаешь? — подзуживал Виг. — Не вздумай. Подходи — и сразу в лоб. Делай, мол, то-то и то-то, а то кнутом получишь по вертлявой заднице.

Девушка обиделась. Стрельнула в волшебника карим взглядом, поджала ножки и состроила обиженную мордочку. Ну что вы, какие кнуты… мы и так согласные. Почти на всё.

— Давай, алхимия. У меня дел по горло, не могу же я целый день за тобой следить.

— Мэтр, может, не надо?

— Надо, надо. Сижу один, в глуши, менестрели сюда не захаживают, а у меня душа, может, возвышенного просит!

Фриолар с тоской посмотрел на забравшуюся на птичник красотку, та ответила ему хитрым подмигиванием и воздушным поцелуем.

Нет, это слишком!

— Мэтр, я глубоко благодарен вам за заботу, но, поверьте…

— Верю-верю, — согласился Виг. — Те мымры, которые своим паршивым воспитанием из нормального парня сделали миролюбивого агнца, еще получат клопов в свои перины, а сейчас давай, алхимия, порадуй старого человека.

— Ваш эксперимент обречен на неудачу. Я же знаю, что это не человек, а заколдованный соболь.

«Девушка» обиделась. Виг тоже.

— Так в чем проблема, давай, я куницу позову… или ты рыженьких предпочитаешь? Ау-у, лисоньки…

Непочтительное привидение расхохоталось так, что чуть не выпало из стены… Риску, допустим, никакого, и не такой призрак древний, чтоб рассыпаться на части или оставлять на камнях Башни следы забытой эктоплазмы, но все равно обидно.

— Нишкни! — прикрикнул Виг. Касси в ответ захихикала еще громче, с этаким подвыванием и бульканием.

— Мэтр, — Фриолар попытался призвать старого волшебника к порядку.

— Хватит ржать, сказал! Порода твоя кобылячья!

В ответ магу показали язык и продолжили подыхать от хохота.

— Ну вот, опять он с призраками разговаривает, — вздохнул Фриолар. — Мэтр, вы б закусывали, — обреченно посоветовал он.

— Ты сначала проживи с мое, а потом советуй! — отмахнулся Виг. — А ты вообще молчи, нежить приблудная! Мало тебя в детстве пороли, вот и подставилась всяким проходимцам! Я по доброте душевной ее приютил, приветил, а она еще и смеется над почтенным человеком…

— Мэтр, вы бы спустились, — слушая проникновенный диалог Вига со стеной, Фриолар всерьез обеспокоился. Мало ли… Стена обледенела, или Виг отвлекся — а потом р-раз, и шея сломана. И добро бы одна…

— Поднимайся к нам, красавчик! — хихикнула Касси. — Мэтр, а слабо вам превратить своего алхимика в летучую мышь? Чтоб, значит, не только соболям страдать…

Волшебник рассердился и спихнул расшалившееся привидение со стены. Не удержался — что, собственно, Фриолар и предсказывал, — и рухнул следом. По счастью, в глубокий сугроб.

Привидение хохотало так, что едва не выпрыгнуло из своей призрачной одежки. Улучив момент, когда Фриолар извлек мага из снежного плена, Касси пристроилась рядом; точнее будет сказать, что она, пользуясь своим нематериальным состоянием, повисла на широком плече молодого человека, зацепилась за шею призрачным шлейфом, и вернулась в гостиную с царским комфортом.

— Говорю вам, мэтр, — этого рохлю и маменькиного сыночка в Вертано ограбит первый же лавочник. Помяните мое слово. А если вдруг повезет с лавочником, к вечеру его или разденет какая-нибудь гулящая красотка, или прирежет ее дружок. Я, пока в Университетской Библиотеке призраком работала, на школяров насмотрелась, знаю, чего от них ждать. Как рассказывать, на каком ходу Роберто III выиграл у Ранна Сонного Луазскую провинцию[36], это они могут. А как сосчитать — с чего это у герцога трижды сыграл Шут, когда в колоде таких карт всего одна, — этого от алхимиков и ждать не стоит… Вы б меня заколдовали, мэтр, — ненавязчиво предложила Касси. Теперь она расположилась над камином: одновременно и удобно, и мэтра Вига хорошо слышно… Еловые ветки в серебряной вазе можно использовать вместо веера, а часы, которые Фриолар поставил ровно посередине каминной полки, можно считать экзотическим поясом. — А что? Я в Пелаверино все ходы и выходы знаю, я вашу внучку за неделю нашла бы!

— Не трынди, два горя, три несчастья, — отмахнулся Виг. Оттолкнул секретаря и по-собачьи встряхнулся, разбрызгивая налипший на одежду снег. — Как ты собираешься кого-то искать, если даже собственную задницу найти не в состоянии?

Фриолар принял отповедь на собственный счет и обиделся. Касси поняла, что Виг за что-то сердится на своего сверхтерпеливого секретаря, и продолжила:

— Цените, мэтр, я собираюсь вам помогать практически безвозмездно! Ну, а в качестве ответной любезности вы можете сотворить для меня какое-нибудь тело, — предложила деловая барышня. — Только, пожалуйста, не надо экспериментов над местным зверьем! Если вы сотворите новую меня из какой-нибудь не в меру упитанной крысы, вам же будет хуже.

— Она еще и привередничает! — недовольно заворчал волшебник. — Тебя, милочка, убили? Убили. Привидением стала? Стала. Это сейчас, пока со времени смерти пяти полных лет не прошло, у твоего духа опорные связки не расшатались, аура помнит, какой ты при жизни была. А пройдет еще лет двадцать — превратишься в туманную кляксу, послушаю я тогда, как ты запоешь… Вплавлю тебя в какую-нибудь склянку… А еще лучше, в Тройного Оракула! Эй, алхимия! Тащи сюда крокодилов!

— Не надо! — испугалась Касси, только сейчас сообразив, что старик вполне способен выполнить свою угрозу.

— Не надо, мэтр, — эхом отозвался Фриолар. — Не думаю, что материализация делириозных фантазий сможет улучшить ваш любимый артефакт. Оракулы и так отличаются повышенной разговорчивостью, если вы их еще чуть-чуть усовершенствуете, боюсь, Астральные Сферы не выдержат такого кощунства.

— И правда, — спохватился Виг. — Мне от их предсказаний и так житья нет. Так что сиди, приблуда неживая, и не мешай мне интеллектом напрягаться. Эй, алхимия, чего скалишься? Видишь же, пожилой человек размышленьями отягощен! Неси выпить!

— Пожалуйста.

Оставалось только умиляться тому, с какой важностью исполняет занудливый алхимик обязанности виговой няньки: не прошло и двух минут, как Фриолар доставил на серебряном подносе большой кубок, тарелочку с нарезанным лимоном и блюдо с маленькими бутербродиками.

Стараясь казаться безразличной — хотя для кого стараться? Секретарь ее не видит, а Вигу на всё чихать, — Касси потянула носом. Фриолар готовить не умел, это она уже выучила… Но даже худшему кулинару на свете не удалось бы испортить свежий хлеб и копченое сало. Продукты покупались во Флосвилле, а сало принес господин Беарри, в обмен на антиклопиную фигурку-оберег. И вообще, это настоящее извращение, есть мясо убитый животных… особенно в присутствии призрака, который не может поступить так же…

— Что, завидно? — подколол Виг. Для лучшего вкуса волшебник переложил бутерброды лимонными кружочками, смело отправил получившуюся адскую смесь в рот, и, энергично работая челюстями, потянулся за кубком. — В следушший раж будешь лучше за жизнь чеплячшя. Чтоб не капать голодной слюной, когда живые человеки завтракают. Твое здоровье, нежить!

Надувшись, Касси сложила руки на груди. О том, что в кубке содержится вовсе не вино, она решила промолчать.

— Кхе… хе… бе… что это было, алхимия?!! — в перерывах между кашлем и попытками выплюнуть мерзкую смесь, прохрипел Виг. — Ты что, меня отравить надумал?!

— Полынь горькая, тысячелистник обыкновенный, зверобой злокозненный, чабрец кругами-ползающий, корневище дягиля, корень любистока огородного, шишки можжевельника, сок фносского барбариса и восьми ягодных клопов. Старинное народное средство для снятия алкогольной зависимости. Подействовало? — с надеждой уточнил самозваный фитотерапевт.

В ответ Виг выдохнул зеленое пламя, почему-то собравшееся в большие радужно-зеленые пузыри, рыгнул и пробормотал нечто непечатное. Что-то о том, как распустилась нынешняя молодежь, что в годы его молодости алхимики годились лишь в качестве вспомогательного персонала в лаборатории, и что, видимо, одной неделей воспитательного превращения его секретарь не отделается… Фриолар вежливо и тактично, обращаясь к портрету государственного ворона, украшающего стену, процитировал некий пункт Закона о Магии, ограничивающий вмешательство в жизнь и свободу разумного существа.

Касси умилилась. Эта чокнутая парочка заумных прохиндеев, к которым ее занесла Судьба, была веселей, чем путешествующий цирк. И если старый мазурик, колдующий налево-направо, еще был понятен — пребывая в живом состоянии, Касси насмотрелась на подобных «любителей», возводящих свои фантазии в абсолют, то молодой докучливый, педантичный, заунывно-вежливый алхимик оставался непостижим. Что он делает в Башне? Неужели на самом деле он согласился на паршивенькую работенку ради денег (кстати, не слишком больших)? Или согласился ради бесконтрольного чтения, которому придается по семь часов в день, делая перерывы на споры с Вигом и выполнение причуд господина работодателя? И как только молодому здоровому парню не скучно сидеть в чаще непролазного леса, общаясь со стариком, призраком и всякими там соболями-курочками? (хотя с Вигом не заскучаешь. М-да… абсолютно.)

И вообще, если Фриолар действительно лишен недостатков, за исключением непрошибаемого характера, патологической вежливости и естественного алхимического любопытства, почему его до сих пор кто-нибудь на себе не женил? Он ведь очень даже симпатичный…

Пока Виг пытался с помощью магии избавиться от эффекта «протрезвляющего зелья», Касси, хихикая, перелетела с каминной полки на плечо Фриолара и осторожно чмокнула его в щеку. Спасибо, алхимия, замечательное представление! Какой цирк, в самом-то деле? Тамошние дрессированные собачки не превращают собственную голову в еловую шишку!

Лишенный магического Внутреннего Ока алхимик ничего не заметил. В отличие от волшебника.

— Сговорились, значит, — мстительно прошипел он. — Ну, держитесь! Вы у меня тремя месяцами в болоте не отделаетесь! Где мои саламандры? Верните мне моих огневых ящериц, я вас в камень превращу! Будете стоять на городской площади, и всякие мерзкие голуби будут гадить вам на маковку… будете стоять… на площади… камень…

— Что это с ним? — спросила Касси у алхимика. Волшебник повел себя очень странно: только что он рвал на себе бороду, метал молнии, изрыгал зеленое пузырчатое пламя, а теперь вдруг пришипился, закусил ноготок, и, совершенно не чувствуя вкуса многочисленных ингредиентов, под этим ноготком скопившихся, о чем-то напряженно размышлял.

— Что с вами, мэтр? — забеспокоился Фриолар, когда маг принялся обхлопывать мантию, перебирать безделушки на каминной полке, заглядывать в недра напольных ваз и дюжиной других способов изображать, что потерял некую вещь и теперь усиленно ее разыскивает.

— Камень — материя прочная, — с лихорадочным блеском в глазах ответил Виг. — Что ему за год сделается? Или даже за два? Костям полезно… Опять же, беспричинные страдания чистят карму, полез5но для последующего перерождения…

— Мэтр, вы о чем? — хором спросили Касси и Фриолар. Виг лишь махнул рукой — отстаньте, дети, не до вас! — Что вы потеряли, мэтр? Может быть, вы скажете?

Нервно жестикулируя, маг объяснил, что ищет нечто маленькое, но очень важное. Без этого чего-то его убьют, повесят, зарежут, отправят на дыбу, и, возможно, зажарят на шампуре — а он ведь не хотел, он ее специально положил в надежное место, чтоб уж наверняка… Хотя оно что ж, бывает… и вообще, пусть спасибо скажет, что сразу не повесили… А что о нем на три года забыли, вместо трех месяцев, так это вообще мелочи… господа «спокушники» искать не будут… а если и найдут — оно ж камень, что граниту сделается?

Выслушав бессвязный бред, Фриолар с сомнением поднял полупустой кубок и обнюхал содержимое. Местная ведьма уверяла, что рецепт проверенный, надежный, но кто их, волшебников, знает? Может, в родословной Вига потерялся какой-нибудь эльф (хотя вернее — гоблин), на которого отвар будет действовать совершенно иначе, чем на обычного человека?

Прагматичная Касси предпочитала более важные вопросы:

— Если спрятали, так, чтоб не потерять, значит, в сейф положили. Мэтр, давайте проверим вашу сокровищницу?

— Сейф! Сейф, конечно же!.. — обрадовался Виг, и резко, выпустив из-под мантии сноп искр и небольшое пламя, стартовал вверх. К тому времени, как Фриолар взбежал вверх по лестнице, в тайнике под крышей уже царил жуткий разгром. Виг переворачивал волшебный хлам вверх дном, колдовал «флейту ветра», поднимая огромные сундуки и не менее внушительные клубы пыли… Где же она? Где?

— Может, у вас другой сейф имеется? — кашляя от обилия пыли, спросила Кассии. — А вдруг? Уж поверьте бывалой воровке…

— Да какая ты воровка, смех один! — в отчаянии закричал Виг.

Тем временем Фриолар, увидев царящий в тайнике разгром, решил внести свой вклад. Он перевернул пару корзин, открыл сундучок и извлек из него трех крокодильчиков, вырезанных из белого нефрита:

— Мэтр, если ваша потеря столь важна, может быть, спросим Оракула?

— Ну, давай, — обреченно согласился Виг. Он заклинанием освободил пасти зубастых пророков, склеенных некой таинственной субстанцией, поставил их на перевернутую бочку, и тут же позеленел, услышав:

— Вижу! Вижу Вига, укладывающегося в могилу!!!

— Дырявая память не освобождает от моральной ответственности! — охотно подсказал второй крокодильчик. А третий помахал каменной лапкой и прокаркал:

— За тобой должо-ок!

— Погодите, — спохватился Фриолар и выбежал вон.

— Какая прелесть! — умилилась Касси и попробовала коснуться Тройного Оракула. Тот (вернее, все три) посмотрел на нее так, будто действительно мог видеть привидений.

Следующая фраза доказала: мог.

— Ворюга! Убийца! — закричал нефритовый Оракул. Касси перепугалась, а потом, нехотя признала: украденное у нее тело действительно могло… да уж… а если, по недосмотру богов, найдется свидетель, все грехи ведь свалятся на ее бедную шею, вовек не отоврешься…

— Чернокнижник! — поддержала собрата вторая фигурка. Ну уж нет, магией никакой не балуемся, не докажешь, начальник!

— Убийца, чернокнижник и ворюга!!! — не унимался всезнающий артефакт. К удивлению Касси, вместо того, чтобы предъявлять претензии ей, Виг смутился, стал ковырять пол башмаком и мямлить, что он исключительно из научных целей… очень редко… да и то, плохо получалось, а воровства никакого не было… ну, почти никогда…

— Вот! — вернувшийся Фриолар с гордостью предъявил наполненную непонятной жидкостью серебряную чашу.

— Что это? — повел носом Виг.

— Универсальный магический растворитель, мэтр, — обиженно напомнил Фриолар. — Мы с вами его в прошлом месяце изобрели, неужели забыли? Значит, так, Оракул. Посмеешь финты крутить, всякий бред озвучивать, мы тебя в этой удивительной гадости и искупаем. Не известно, возьмет она усиленный чарами нефрит, но уверен — мы с мэтром Вигом получим массу удовольствия, выясняя это на практике.

Два крокодильчика недовольно заворчали, а третий мстительно напророчил:

— Ой, смотри, алхимия, покусают тебя когда-нибудь магические кошки!

— Без глупостей! — повысил голос Фриолар. — Задаю вопрос: где находится вещь, которую ищет мэтр? И, кстати, что это за вещь?

— Булавочка, — охотно объяснил сам Виг. — Золотая, камушек еще у нее такой, похож на ореховую скорлупку…

— Артефакт личного изготовления, — подсказал Оракул.

— Приблизительная стоимость две серебряные монеты, в крайнем случае — три, если удастся доказать, что золото не фальшивое, — добавил второй крокодил.

— А оно фальшивое, ибо сделано самим Вигом, — подхватил третий.

— Мэтр, устраиваем испытания растворителя. Берите того, что слева…

— Мы знаем, где она находится! — на три визгливых голоса закричал перепугавшийся Тройной Оракул.

— И где же?

— Там же, где и последние сто лет… нет-нет-нет, не надо растворителя! Вы что, не знаете, что пытки запрещены Законом?

— Так мы вроде людей, гномов или кентавров и не пытаем, — буркнул Фриолар. — Короче, где булавочка мэтра?

— Мы же сказали — там же, где и последние сто лет! Закатилась в щель под сундуком с одеждой у вас в комнате, ваше магичество.

— Будете вскрывать пол — осторожно! — заботливо предупредил второй крокодильчик. — Там очень много моли!

Виг от души саданул себя по лбу и растворился в облаке телепорта.

— И на что она ему сдалась, неплохо было бы узнать, — проворчал Фриолар.

— Элементарно! — обрадовал алхимика Оракул. — Видите ли, мэтр Фри-Фри, некоторое время назад наш душка Вигги заколдовал одного сеньора. Ну, того повесить должны были, а Виг желал испытать на ком-нибудь новое заклинание. Вот наш любимый мэтр и создал две булавочки: одну, значит, чтобы привести заклинание в действие, а вторую — чтобы магический эффект аннулировать. А потом забыл… — мерзко захихикали крокодильчики.

— И долго этот сеньор был заколдован? — поинтересовалась Касси.

— Всего-то триста пятьдесят семь лет прошло, — захихикал Тройной Оракул.

Снизу, со второго этажа, донесся молодецки-разудалый звук ломаемого паркета.

Мэтр Фриолар не отличался способностями к магии, но вдруг почувствовал, что его настигает предвиденье.

— Может быть, нам не стоит так напрягаться со всеми этими поисками и расколдовыванием? Может быть, тот господин уже привык быть зачарованным? — осторожно выдвинул идею алхимик.

— Нашел! Нашел! — раздался вдалеке ликующий старческий голос.

— Поздно, — подытожил Оракул. Двигаясь настолько ловко, насколько позволяли коротенькие каменные лапки, он подвинул чашу с растворителем к краю импровизированной подставки, наподдал толстым шипастым хвостом, — и залился счастливым, абсолютно крокодильим смехом, наблюдая, как магическая субстанция растворяет бочку, слой волшебного мусора и плиты пола.

В отличие от обремененного многими заботами мэтра Вига, маленький провинциальный Флосвилль только-только пробуждался ото сна. Истинно сказали святые отцы из Ордена Мегантира Степенного: летом работай, а зимой отсыпайся. В холодное время года «утро» затягивалось во Флосвилле до полудня, вот и сейчас, в половине одиннадцатого, лишь некоторые, особо принципиальные жители города смогли стряхнуть дурманящую сонную негу и приступить к делам.

В контексте надвигающегося дня Солнцеворота необходимо было решить принципиальный вопрос: как празднуем? Экономно, или, может, гори оно всё синим пламенем, живем лишь раз? Я сказал — гори, а не поджигай, чувствуете разницу? Нет, сегодня город палить не будем. Нет, я сказал, это была научная метамфора, темная ты деревня…

В разгар обсуждения приполз капрал Шарль и обратил внимание общественности на заметку в только что доставленной столичной газете. Там сообщалось, что «наш специальный корреспондент решительно опроверг слухи о плохом самочувствии его величества Гудерана Десятого. В тот же час корреспондент взят под стражу, дабы не разгласить большего, и теперь гниет в темном подземелье, чтоб неповадно было будоражить королевство всякими непроверенными сведениями. Объявлен сбор средств в помощь голодающим журналистам, золото просьба направлять по адресу…»

Как, спрашивается, праздновать, когда в королевстве творится кот-его-знает-что? — возмутился капрал Стопик. На него дружно зашикали: не поминай всуе! А то заявится… Чудо чудное, пушистое, черно-белое… Второй год от него отдыхаем, может, помер где, полезный наш… Обсуждение праздника само собой угасло, и общественные радетели — капралы местной полиции Шарль, Стопик и Жиль, хозяйка единственной гостиницы, госпожа Тонья, господин Иво с супругой, — понурили головы. Жиль на всякий случай принялся вымеривать шагами городскую площадь, на которой предполагалось устраивать гуляния, Стопик для порядка попинал единственную архитектурную достопримечательность — уродливую каменюку, изображавшую непоймичего, и вот уже которую сотню лет торчавшую посреди флосвилльской площади.

Не произошло ничего сверхъестественного. По крайней мере, никто, кроме госпожи Тоньи, не заметил ничего странного — но уж она-то заметила и долго потом рассказывала флосвилльским кумушкам, как перепугалась до глубины души. Просто в какой-то момент все услышали глухой звук, будто кто-то колол орехи. Госпожа Иво, оживившись, вспомнила, что неплохо бы устроить развлечение для детишек — поставить столб, повесить на него подарки, пусть лазают; а в следующий момент городская достопримечательность вдруг, впервые за три с половиной века, шевельнулась.

И еще раз. И еще. Потом с громким треском гранит лопнул, будто гигантское яйцо, и из него вывалился человек.

Человек был обычным. То есть — нисколько не похожим на дракона, или кто еще мог вывестись посреди городской площади. Это был мужчина среднего роста, плотный, коренастый, изрядно небритый, с уныло обвисшими черно-седыми лохмами, кареглазый, и весьма сердитый.

— !!!! — заорал он. С госпожой Тоньей случился обморок от одного вида «вылупившегося» незнакомца; более крепкая нервами госпожа Иво нашла в себе силы посочувствовать — бедняжка, да на нем одежонка почти истлела! Холодно, наверное!

Мужчины, верные Закону, глубоко задумались. С одной стороны — а не схватить ли буяна за антиобщественный вид, нецензурные выражения, и всё прочее. С другой — а вдруг действительно дракон? Эвон как полыхает…

— Чего!!!!!!!!! вылупились?!!! Где,!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! я вас спрашиваю, этот!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! маг?!!!

Хвала богам! На этот вопрос могли ответить все!

Дружные флосвилльцы тут же указали путь к Башне мэтра Вига. Капрал Шарль даже подсказал, что зимой идти гораздо безопаснее — меньше риск провалиться в болото… только с тропинки не сворачивайте!

Потом энтузиасты зимнего праздника долго смотрели вслед удаляющемуся незнакомцу. Что-то подсказывало им, что они лишаются самого громкого и самого яркого развлечения последних ста лет.

— Может, пойдем, поможем? — нерешительно спросил Шарль.

Жиль нерешительно почесал за ухом.

— Кому? — уточнил философски настроенный господин Иво. — Да и зачем?

— Чтоб не было жертв среди мирного населения, — упрямо возразил энтузиаст сыскного дела.

— Вот чтобы случайных жертв наверняка не было, мы туда и не сунемся, — ответил Иво.


Бёфери, дом Бонифиуса Раддо | Длинные тени | Бёфери, таверна «Семь кошек»