home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 6

– Понял я, все сделаю, как надо, – произнес Малик Негаев, опуская телефонную трубку на рычаг аппарата. Несколько секунд помедлив, он вышел из кабинки переговорного пункта.

Очутившись в потоке уличной толчеи, он медленно двинулся в сторону железнодорожного вокзала.

Высокий худощавый юноша с продолговатым лицом, тяжелым квадратным подбородком и глубоко посаженными карими глазами, еще недавно он жил совсем по-другому. Окончив Ростовский юрфак, благодаря связям родственников устроился в краевое Управление по Борьбе с незаконным оборотом наркотиков в родном городе Нарчике. Служба для молодого человека слаживалась на удивление легко, уже через три года он получил первое повышение. Вскоре старший лейтенант Негаев узнал, что можно жить и не на одну зарплату. Старшие товарищи объяснили, как это делается. Оказалось, что ловить нужно мелочевщиков и мелких дилеров, а крупные сами будут платить за безопасность.

Теперь жизнь стала совсем другой, вскоре Малик приобрел двухкомнатную квартиру в центре города, сделал евроремонт и обставил дорогой итальянской мебелью. Потом купил новенький внедорожник «Ниссан». Выходные, которые в узком кругу называли «уик-энд», предпочитал проводить в ночных клубах Москвы, Питера и Сочи. Не жизнь, а сказка, но и сказкам рано или поздно приходит конец.

Однажды холодным промозглым вечером в квартиру Малика постучался гость. Среднего роста крепыш, с тонкой линией черных щегольских усов и крошечными глазками-буравчиками, Заурбек Негаев был полковником милиции и заместителем начальника Пригородного РОВД, а заодно и состоял в кровном родстве (старший брат) с отцом Малика.

Обычно дядя ходил в неизменной серой милицейской форме, но сегодня явился в дорогом цивильном костюме.

Увидев на пороге Заурбека, Малик широко и счастливо улыбнулся, пропуская родственника.

Полковник вошел в холл и сразу направился к дальнему углу, где потрескивал березовыми дровами камин.

Поднеся к очагу свои ладони с короткими толстыми пальцами, пожилой кавказец зажмурился от удовольствия.

– Глоток коньяка, дядя? – спросил молодой Негаев, вынимая из бара бутылку армянского коньяка двадцатилетней выдержки.

Благодушная улыбка тут же сползла с морщинистого лица полковника, как полуденная тень с замшелого валуна.

– Не время, племянник, сейчас пьянствовать, – с надрывом театрального трагика произнес Заурбек.

– Да? – усмехнулся Малик, за последнее время уверовавший в собственное всесилие и безнаказанность. – Неужели произошло то, что никак нельзя исправить?

Отвернув пробку, старший лейтенант на два пальца наполнил пузатый бокал, поднес к лицу и вдохнул букет. Выпить он не успел. Раздался гневный голос дяди:

– Ты прокололся, мальчик, «гестапо»[9] завело на тебя уголовное дело.

Бокал с армянским коньяком завис в воздухе.

– Как же так? – растерянно пробормотал Малик, его мнение о собственном всесилии растворилось без следа, как утренний туман. – Что же теперь будет?

– Ты слишком публично жил, – спокойно пояснил Заурбек, его глаза-буравчики буквально сверлили старшего лейтенанта. – В ближайшие дни прокурор подпишет ордер на твой арест. Потом начнется расследование, «гестаповцы» на многих людей имеют зуб, в том числе и на меня. Ведь это я тебя устроил в УБНОН. Пришлось попросить больших людей, они мне не отказали, теперь большие люди сами могут оказаться под ударом. А они этого не допустят.

– Так что, мне нужно бежать? – с ужасом спросил Малик, но через мгновение его глаза загорелись надеждой.

– Сейчас твое бегство ни к чему не приведет. Маховик запущен, и твое исчезновение уже ничего не решает. Разве что отправить тебя и твоих дружков к Аллаху. Но это последний вариант, если другие способы не сработают.

– Что мне нужно делать? – отложив бокал, племянник с мольбой посмотрел на дядю.

– У нас практически нет времени, поэтому слушай внимательно...

Через два дня оперативная бригада, в которой служил Малик Негаев, заступила на суточное дежурство в управлении ОБНОНа. День прошел в повседневной суете, и только к вечеру, когда большинство сотрудников разошлось по домам, наступило некое подобие покоя.

Внизу остался лишь дежурный сержант, в обязанности которого входило отвечать на телефонные звонки и следить за монитором камер слежения, установленных по периметру здания.

Дежурный офицер заперся в своем кабинете вместе со старшим оперативной группы и, потягивая дорогой марочный коньяк, отчаянно рубился в нарды.

Остальные оперативники расположились в подвале, где находилась комната отдыха дежурной смены, там кроме большого стола и полудюжины кроватей был телевизор с видеомагнитофоном.

Поужинав, оперативники заметно расслабились и завалились спать. В помещении стоял мощный храп, но так и не сомкнувший глаз Малик Негаев не реагировал на эти звуки.

Подняв левую руку, старший лейтенант посмотрел на светящийся циферблат наручных часов. Минутная стрелка медленно, но уверенно приближалась к полуночи.

Осторожно поднявшись с постели, Малик сунул ноги в туфли, вытащил из-под кровати небольшую спортивную сумку, с которой заступил на дежурство.

Бесшумно ступая, старший лейтенант покинул комнату отдыха и поднялся по лестнице на первый этаж.

В здании стояла гробовая тишина. Вытащив из сумки спортивный пистолет Марголина, длинноствольный, с точным боем, настоящее оружие профессионалов, достал самодельный глушитель, десятисантиметровый цилиндр.

Навинтив глушитель на ствол пистолета, Негаев взвел курок и вышел в холл управления. Дежурный сержант спал, положив голову на сложенные руки. Малик просунул руку с зажатым в ней «марголиным» в слуховое окошко и, приставив набалдашник глушителя почти вплотную к коротко стриженной голове, надавил на спуск...

Выстрел больше походил на щелчок пальцами, выброшенная из патронника гильза звонко ударилась о перегородку из оргстекла и отлетела в сторону. Мертвое тело сержанта медленно сползло под стол.

Войдя внутрь, старший лейтенант отключил систему видеоконтроля, затем открыл стенд с запасными ключами. Взял оттуда дубликат от кабинета начальника оперативного отдела, где сейчас заседали дежурный офицер и старший оперативник.

Пройдя по коридору, Негаев остановился перед лакированной дверью, над которой тускло горела лампочка дежурного освещения. Приложив ухо к гладкой поверхности, Малик прислушался, из-за двери доносились звуки вялого диалога.

Осторожно вставив колюч в замочную скважину, дважды провернул – замок бесшумно открылся. Негаев стремительно шагнул вперед.

Увлеченные игрой офицеры с недоумением уставились на вошедшего. Бутылка коньяка на столе была почти пуста.

– Малик, ты чего... – растерянно пробормотал старший оперативной группы, человек, который к бывшему студенту относился как к младшему брату и во всем старался ему помогать. Закончить фразу оперативник не успел, очередной звук застрял у него в горле, а чуть выше переносицы появилась черная точка размером с горошину, из которой, пузырясь, поползла кровавая кашица.

Щелк, щелк – дважды дернулся затвор «марголина», выбрасывая горячие гильзы. На груди дежурного офицера возникли две красные точки. Милиционер откинулся на спинку офисного кресла и натужно захрипел.

Приблизившись вплотную к раненому, старший лейтенант хладнокровно приставил к его виску цилиндр глушителя и плавно надавил на спуск. Дежурный офицер кулем рухнул на пол, последний раз дернув ногами в предсмертной агонии.

Свою миссию Малик Негаев выполнил, и сейчас, глядя на трупы, он вдруг ощутил внутреннюю дрожь неизведанного восторга.

«Оказывается, убивать – это здорово», – пришел он к неожиданному выводу, проведя горячим от стрельбы глушителем по щеке. Смерть возбуждала его сильнее, чем власть закона и власть больших денег.

Выйдя из кабинета, Малик прикрыл за собой дверь и направился к выходу. Он выполнил то, то от него требовалось, теперь наступала очередь друзей дяди Заурбека. Как предполагал старший лейтенант, целью нападения на управление по борьбе с незаконным оборотом наркотиков было вскрытие кабинета «гестапо». Но все оказалось иначе.

Едва войдя в холл, Заурбек Негаев нетерпеливо выслушал племянника, потом утвердительно кивнул и спросил:

– Остальные спят?

– Да, я им влил в кофе лошадиную дозу снотворного.

– Отлично. Аслан, займись ими.

Длиннобородый чеченец, выхватив из голенища сапога длинный кривой нож, ринулся в комнату отдыха.

Кабинет внутренней безопасности никто вскрывать не стал, вместо этого, отключив сигнализацию, взломали металлическую дверь-решетку, прикрывающую вход в оружейную комнату. Добычей налетчиков стали двести автоматов Калашникова, полторы сотни различных пистолетов и дюжина пулеметов. А также – цинки с патронами. Все оружие и боеприпасы загрузили в микроавтобусы, заранее подогнанные к зданию УБНОНа.

Когда последний ящик был уложен в пыльный салон, Малик неожиданно спохватился и спросил у дяди:

– А как же документы? – имея в виду заведенное на него «дело» службой внутренней безопасности. В глубине души он все еще надеялся, что после сегодняшней резни его жизнь неожиданным образом вернется в прежнюю колею. Но чуда не произошло...

Заурбек смерил племянника пристальным взглядом, как бы решая про себя, стоит ли с ним возиться или все же лучше оставить здесь. Наконец определившись, он раздельно произнес:

– Не переживай, все будет в лучшем виде. После сегодняшней ночи тебя никто искать не будет.

Полковник Негаев не успел закончить фразу, как со звоном разлетелись стекла, и из окон управления вырвались снопы огня. В одно мгновение особняк был охвачен пламенем...

Половину оружия, захваченного в управлении, чеченские боевики, приехавшие вместе с Заурбеком Негаевым, увезли в Чечню, остальное спрятали в склепе на заброшенном христианском кладбище.

Той же ночью Малик покинул Северный Кавказ. Уже через сутки он был в Пакистане, где полгода провел в учебном лагере талибов.

Почти неделю все мировые агентства информации наперебой смаковали подробности нападения на Управление ОБНОНа. В списке погибших борцов с наркотиками значилась и фамилия старшего лейтенанта Негаева.

Вернувшись в Россию, он поселился в небольшом поселке Ростовской области.


* * * | Ювелирная операция | * * *