home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ЧТО ЕЩЁ МОЖЕТ ПРОИЗОЙТИ

До сих пор речь шла лишь о сбоях и срывах на сцене. Но помехи бывают и в зале. Это и нескончаемые приступы кашля, и звон упавшей связки ключей, и грохот закрываемой двери, когда слушатели уходят, не дождавшись окончания концерта. Чрезмерно чувствительных музыкантов такие помехи способны моментально вывести из себя.

Известна история с пианистом Альфредом Бренделем. Он буквально физически не выносил громкий кашель в публике, он бросал в зал уничтожающие взгляды, а когда становилось невтерпёж, кричал: «Не знаю, слышите ли вы меня, но я-то вас отлично слышу!» И нарушители тишины буквально замирали от неожиданности.

Ещё более скандальным было происшествие с Вильгельмом Фуртвенглером, когда он в апреле 1939 года дирижировал фортепианным концертом во Франкфурте-на-Майне; играл оркестр Берлинской филармонии, солировал Эдвин Фишер. В отчёте одного из очевидцев говорится: «Захватывающий финал уже подходил к завершению, и сам Фуртвенглер в сильнейшем волнении посылал оркестру интенсивные импульсы, а весь зал был во власти высочайшего напряжения — как вдруг на галёрке с громким стуком захлопнулась дверь. Так был загублен катарсис после предельного музыкального напряжения, разрушено завершение концерта. Потрясённый и одновременно возмущённый Фуртвенглер отбросил в сторону дирижёрскую палочку и выбежал из зала. Оркестр замер без движения. В зале никто не решался пошевельнуться, пока, наконец, Эдвин Фишер с выражением муки на лице не поднялся со своего места и не ушёл за кулисы».

Современные дирижёры и пианисты, скорее всего, так поступать бы не стали. Но наверняка страшно обозлились бы и они, имея на то все основания. Ибо стук дверей и прочие подобные помехи они воспринимают как неуважение к своей работе. А что ещё важнее — это неуважение к музыке и к тем, кто пришёл её слушать. Поэтому мне совершенно понятно возмущение Фуртвенглера.

Возможно, нынешние музыканты имеют более толстую кожу и крепкие нервы, хотя и теперь у них достаточно поводов выйти из себя. К примеру, когда слушатель в одном из первых рядов не справится с усталостью и захрапит. Сон — прекрасная штука, но на концерте, к тому же сопровождаемый храпом, он производит фатальное действие, в первую очередь на музыкантов. Такие случаи отнюдь не обычное дело, но они иногда происходят, я это знаю по собственному опыту.

Наиболее частые помехи, вопреки всем просьбам и напоминаниям, — это звонки мобильных телефонов. Если владелец аппарата, сохраняя присутствие духа, быстро отключит его, это куда ни шло. Но когда, что случается гораздо чаще, прежде чем отключить весело трезвонящий телефон, люди долго ищут его в карманах или сумочке, настроение в зале может быть изрядно испорчено, причём на долгое время.

Иногда я пытался разрядить такие ситуации шутливыми замечаниями, как, например, на одном камерном концерте, который на минутку прервал, чтобы спросить у публики, что сказал бы о нашей игре господин Моцарт. Но так реагировать можно далеко не всегда. Когда играешь концерт для скрипки с оркестром, нужно постараться сохранить хладнокровие и не сорваться. Кроме того, остаётся надежда, что внимание и концентрация публики не совсем улетучились.

Но бывает, что в дело вступают так называемые высшие силы и наносят ущерб концерту, а то и вовсе срывают его. Может случиться многое, от выключения тока до забастовки технического персонала, не говоря уже о грозах, которые имеют обыкновение внезапно разражаться над открытыми концертными площадками.

Моему партнёру, пианисту Себастьяну Кнауэру, во время концерта в Театре на Елисейских полях в Париже, который напрямую транслировало французское радио, помешал играть испорченный кондиционер. Он так громко и подолгу трещал, что пришлось прервать концерт и трансляцию. Чтобы не заставлять публику полчаса сидеть перед умолкнувшим оркестром, Себастьян в одиночку мужественно вступил в соревнование с ревущим кондиционером, пока наконец не установилась тишина и возможность продолжить намеченную программу. Позже он рассказывал, что этот случай всё же стоил ему не таких нервов, как исполнение Четвёртого концерта для фортепиано Бетховена, когда в самом начале у него из-под рук уехал рояль, так как колёсики не были закреплены.


ЧТО БЫВАЕТ, КОГДА РВЁТСЯ СТРУНА | Когда можно аплодировать? Путеводитель для любителей классической музыки | ГРОМЧЕ, ОРКЕСТР, ЕЩЁ ГРОМЧЕ