home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement




Из дневника челы[42]

И ходил Енох пред Богом; и не стало

его, потому что Бог взял его.

Бытие, V, 24

Эта любопытная информация – ибо, что бы о ней ни подумали, она, без сомнения, будет признана таковой – в нижеследующей статье заслуживает несколько слов в качестве вступления. Подробности, сообщаемые в ней относительно предмета, который всегда считался одной из величайших и наиболее строго охраняемых тайн посвящения в оккультизм со времён риши вплоть до появления Теософского Общества, стали известны автору статьи благодаря обстоятельствам, которые показались бы обычному европейцу странными и сверхъестественными. Однако мы уверяем читателя, что сам он наиболее законченный скептик по отношению к сверхъестественному, хотя узнал слишком много, чтобы ограничивать потенциальные возможности естественного, как это делают некоторые. Более того, он, по собственному убеждению, должен сделать следующее признание. Внимательное изучение фактов с очевидностью покажет, что если дело действительно обстоит так, как излагается в статье, сам автор не может быть адептом высокой ступени, иначе статья никогда не была бы написана. Он и не претендует на это. Он – смиренный чела или, вернее, был им в течение нескольких лет, следовательно, должно также быть справедливым и то, что в отношении более высоких ступеней тайны он не может обладать личным опытом и говорит об этом только как непосредственный наблюдатель, извлекший свои собственные выводы, и не более того. Поэтому он может смело заявить, что во время пребывания с некоторыми адептами, несмотря на то, что оно, к сожалению, было довольно кратким, он с помощью опытов и наблюдений установил подлинность некоторых менее трансцендентальных, или начальных, частей этого "курса". И хотя он не сможет дать положительное свидетельство того, что происходит в дальнейшем, он всё же может сказать, что весь его собственный курс обучения, тренировка и опыт – длительные, трудные и опасные, как это было всегда, – ведут его к убеждению, что всё в действительности соответствует сказанному, за исключением нескольких намеренно скрытых подробностей. По причинам, которые нельзя объяснить открыто, сам он может не желать или не быть в состоянии воспользоваться тайной, которую ему удалось узнать. Но всё же тот, к кому он питает почтительную любовь и благодарность – его последний Гуру, – позволяет ему раскрыть на благо науки и человека (и в особенности на благо тех, кто имеет достаточно смелости, чтобы самим произвести этот эксперимент) следующие поразительные особенности оккультных методов продления жизни до сроков, далеко превосходящих обычные.

Г. М.


Возможно, одним из первых соображений, которыми ныне руководствуются практичные люди, домогающиеся посвящения в теософию, является убеждение или надежда, что сразу же при вступлении в Теософское Общество кандидату будет предоставлено некое исключительное преимущество над остальными людьми. Некоторые даже думают, что окончательным результатом посвящения, возможно, станет избавление от смерти, которую называют обычным уделом всего человечества. Предание об "Эликсире жизни", которым, как говорят, обладают каббалисты и алхимики, в Европе всё ещё бережно хранится изучающими средневековый оккультизм. Аллегория Аб-и Хайат, или Воды Жизни, до сих пор считается фактом у вырождающихся остатков азиатских эзотерических сект, не знающих об истинной ВЕЛИКОЙ ТАЙНЕ. "Терпкая пламенная субстанция", с помощью которой Занони продлевал себе жизнь, продолжает воспламенять воображение нынешних мечтателей, как возможное научное открытие будущего.

С точки зрения теософии, хотя об истинности этого факта было ясно заявлено, вышеназванные концепции способа действий, ведущих к его осуществлению, известны как ошибочные. Читатель может этому верить или не верить; но, между прочим, теософы-оккультисты утверждают, что сообщаются с (живыми) сущностями, обладающими бесконечно более широким спектром наблюдения, чем представляется в самых возвышенных устремлениях современной науки и нынешними "адептами" Европы и Америки – дилетантами в "каббале". Но как бы глубоко эти высшие сущности ни исследовали (или, если угодно, якобы исследовали) и в каких бы далях они ни искали с помощью логических выводов и аналогии, даже им не удалось обнаружить в бесконечности что-либо постоянное – кроме ПРОСТРАНСТВА, ВСЁ ПОДЛЕЖИТ ИЗМЕНЕНИЮ. Поэтому размышление легко подскажет читателю следующий логический вывод: во Вселенной, которая, по существу, непостоянна в своих условиях, ничто не может даровать постоянство. Следовательно, никакая субстанция, будь она даже извлечена из глубин бесконечности; никакой мыслимый набор препаратов на этой или любой другой земле, пусть он даже составлен Высочайшим Разумом; ни один образ жизни или дисциплина, пусть направляемая самым серьёзным намерением и умением, совершенно неспособны быть причиной неизменности. Ибо во Вселенной солнечных систем, где бы и как бы её ни исследовали, неизменность неизбежно влечёт за собой "небытие" в физическом смысле, как это понимают теисты, – небытие, которое есть ничто в узкой концепции западных проповедников – reductio ad absurdum. В отношении к псевдо-христианской или церковно-иеговистской идее Бога это представляется оскорблением, не имеющим оправдания.

Следовательно, станет понятно, что обычная идеалистическая концепция "бессмертия" не только ошибочна по своей сути, но и невозможна ни с физической, ни с метафизической позиции. Эта мысль, независимо от того, лелеют ли её теософы или не-теософы, христиане или спиритуалисты, материалисты или идеалисты, есть сумасбродная иллюзия. Но реальное продление человеческой жизни возможно на период настолько долгий, что он может показаться чудесным или невероятным тем, кто считает срок существования непременно ограниченным максимум двумя сотнями лет. Оказывается, мы можем избежать удара, наносимого смертью, и вместо того, чтобы умереть – сменить внезапное падение в темноту на переход к яркому свету. И это возможно сделать настолько постепенно, что переход от одного состояния существования к другому сведёт до минимума все шероховатости, так что будет практически неосязаем. Это совсем иная задача, которая вполне по плечу оккультной науке. Здесь, как и в других случаях, правильным образом направленные средства достигнут результата, а причины произведут следствия. Вопрос, конечно же, в том, что это за причины и как, в свою очередь, их необходимо произвести. Приподнять – насколько это возможно – завесу, скрывающую этот аспект оккультизма, и является целью настоящей статьи.

Мы должны начать, напомнив читателю о двух теософских доктринах, которые постоянно внушались в "Разоблачённой Изиде" и других работах по мистицизму, а именно:

а) что, в конечном итоге, космос есть Единое, единое целое в бесчисленных разновидностях и проявлениях, и

б) что так называемый человек является "сложным существом" – сложным не только в экзотерическом научном смысле как скопление так называемых живых материальных частей, но также и в эзотерическом смысле как последовательность семи форм или частей самого себя, слитых друг с другом. Выражаясь яснее, мы могли бы сказать, что более эфиризованные формы всего лишь повторяют тот же самый аспект – более тонкая форма находится в межатомных промежутках предшествующей более плотной формы. Мы хотели бы, чтобы читатель осознал, что они вовсе не являются тонкими и бесплотными в христианско-спиритуалистическом смысле. В зеркальном отражении физического человека в действительности находятся несколько человек или несколько частей одного сложного человека, где один является точным аналогом другого, но "условия расположения атомов" каждого из них (за неимением лучшего выражения) существуют таким образом, что его атомы пронизывают атомы ближайшей более плотной формы. Для нашей нынешней цели не имеет значения, как теософы, спиритуалисты, буддисты, каббалисты или ведантисты подсчитывают, разделяют, классифицируют, располагают или называют эти формы, ибо эту войну терминов можно отложить до другого случая. Также неважна и связь между каждой из этих человеческих форм с различными "элементами" космоса, частью которого она является. Это знание, хотя и чрезвычайно важное в других вопросах, в данный момент не нуждается в объяснении или обсуждении. Не более того нас волнует также и тот факт, что учёные отрицают существование такого устройства человека, поскольку их приборы не настолько совершенны, чтобы помочь их чувствам это увидеть. Мы просто ответим: "Создайте более точные приборы и улучшите чувства, и, в конечном счёте, вы увидите".

Это всё, что мы можем сказать сейчас. Если вы желаете испить "Эликсир жизни" и прожить тысячу или около того лет, то вы должны поверить нам в этом вопросе и дальше рассуждать на основе этого допущения, ибо эзотерическая наука не даёт ни малейшей возможности надеяться, что желанной цели можно достичь каким-либо иным путем; в то время как современная, или так называемая точная, наука это высмеивает.

Итак, мы достигли той точки, где мы решились – буквально, не метафорически – разбить внешнюю оболочку, известную как бренная плоть, или тело, и выскользнуть из неё, облачившись в нашу следующую. Эта "следующая" есть не духовная, но лишь более эфиризованная форма. Приспособив её к существованию в этой атмосфере в результате длительной тренировки и подготовки, во время которых мы постепенно умертвляли внешнюю оболочку посредством определённого процесса (намёки на который содержатся ниже), мы должны подготовиться к этой физиологической трансформации.

Но как же сделать это? Прежде всего, мы должны заняться настоящим, видимым, материальным телом – человеком, так сказать, хотя фактически лишь его внешней оболочкой. Не будем забывать, чему нас учит наука: что почти каждые семь лет мы меняем кожу, и столь же эффективно, как и любая змея. Однако это происходит так постепенно и незаметно, что не убеди нас в этом наука после долгих лет неустанных изысканий и наблюдений, – никто из нас не питал бы и тени подозрений на сей счёт.

Более того, мы понимаем, что с течением времени любые порезы или поражения тканей тела, какими бы глубокими они ни были, зарастают и затягиваются; вместо содранной появляется новая кожа. Следовательно, если человек с частично содранной заживо кожей может подчас выжить и обрасти новой кожей, так и наше астральное, витальное тело – четвёртое из семи (притянув и ассимилировав в себя второе), которое является намного более эфиризованным, чем физическое, – может адаптировать свои частицы к атмосферным изменениям. Весь секрет кроется в том, чтобы суметь его выделить и отделить от видимого; и пока его обычно незримые атомы продолжают уплотняться, превращаясь в твёрдую массу, постепенно избавиться от старых частиц нашего видимого каркаса, чтобы они могли исчезнуть прежде, чем новая группа успеет развиться и заменить их… Мы не можем сказать больше. Мария Магдалина не единственная, кого можно обвинить в видении "семи духов" внутри неё, хотя людей, у которых меньше духов (как неверно это слово!) внутри, не так уж мало и они не являются исключениями; они – частые ошибки природы, несовершенные мужчины и женщины[43]. Каждая из этих оболочек, в свою очередь, должна просуществовать дольше предшествующей более плотной и затем умереть. Исключение составляет шестая, когда она поглощается седьмой, сливаясь с ней. "Дхату"[44] древнего индусского физиолога имеет двойное значение, эзотерическая сторона которого соответствует тибетскому "зунгу" (семи принципам тела).

У нас, азиатов, есть пословица, возможно, переданная нам, которую индусы повторяют, не понимая её эзотерического смысла. Она была известна с тех пор, как риши свободно общались с простыми людьми и знатью, которых учили и увлекали за собой. Дэвы шепнули каждому на ухо: только ты, если пожелаешь, станешь "бессмертным". Соедините с ней высказывание западного писателя, что если бы любой человек хотя бы на мгновение осознал, что однажды умрёт, он бы умер в тот же момент. Просветлённые увидят, что между этими двумя поговорками, если их правильно понимать, скрыт весь секрет долголетия. Мы умираем только тогда, когда наша воля перестаёт быть достаточно сильной, чтобы заставить нас жить. В большинстве случаев смерть наступает, когда мучение и истощение жизненных сил, сопровождающие стремительное изменение физического состояния, становятся настолько интенсивными, что ослабляют, всего лишь на одно мгновенье, нашу "хватку за жизнь" или цепкость воли к существованию. Но до тех пор, как бы серьёзна ни была болезнь, какой бы острой ни была боль, мы всего лишь больны или ранены в зависимости от обстоятельств. Это объясняет случаи внезапной смерти от радости, испуга, боли, горя или других подобных причин. Ощущение завершённости жизненной цели, бесполезности своего существования, испытываемое в сильной степени, ведёт к смерти так же неминуемо, как яд или пуля. С другой стороны, твёрдое убеждение продолжать жить, как известно, провело многих совершенно благополучно через кризис тяжелейших болезней.

Следовательно, прежде всего, необходимо убеждение, воля, безусловная уверенность, что человек не умрёт, и будет продолжать жить[45]. Без этого всё остальное бесполезно. И дабы служить действенным средством для избранной цели, она не должна быть только мимолётной, сиюминутной решимостью, единственным огненным, скоротечным желанием, но неизменным, постоянным напряжением – в той мере, в какой его можно поддерживать и в какой на нём можно сосредоточиться, не ослабляя его ни на миг. Одним словом, стремящийся к бессмертию должен быть начеку день и ночь, охраняя свою сущность от себя самого. Жить – жить – жить – должно быть его непоколебимым решением. Он должен как можно меньше позволять себе отвлекаться от него. Можно было бы сказать, что это наиболее закоренелый эгоизм, который полностью противоположен нашему теософскому исповеданию человеколюбия, заботы о благе человечества и отсутствия личных интересов. Ну что же, с недальновидной позиции так оно и есть. Но чтобы творить добро, как и во всём другом, человек должен иметь время и средства, которые он мог бы использовать, и это необходимо для овладения силами, с помощью которых можно творить бесконечно больше добра, чем без них. Овладев ими, у него появятся возможности их применения, ибо наступает момент, когда дальнейший контроль и усилия более не требуются: после того как он благополучно минует поворотный пункт. На первых порах, поскольку мы имеем дело с кандидатами, а не продвинутыми чела, всё, что поначалу абсолютно необходимо – это твёрдая, упорная решимость и просветлённое сосредоточение на своей сущности. Однако не следует считать, что кандидату требуется быть бесчеловечным или жестоким, забывающим о других. Подобный безрассудный и эгоистичный путь принесёт ему такой же ущерб, как и противоположный, где он тратил бы свою жизненную энергию на удовлетворение своих физических желаний. Всё, что он него требуют – это чисто отрицательное отношение. Пока не достигнут поворотный пункт, он не должен "выкладывать" свою энергию с щедрой или горячей приверженностью какой-либо цели, какой бы благородной, "благой" или возвышенной она ни была[46]. Таковая, как мы можем со всей серьёзностью уверить читателя, принесёт ему воздаяние многими путями, может быть, в другой жизни, может, в этом мире, но то, что она будет вести к укорочению существования, которое, по желанию, должна продлевать, так же верно, как потакание своим желаниям и распутство. Вот почему очень немногие из истинно великих людей Земли (разумеется, о беспринципных авантюристах, применивших могучие силы во зло, не может быть и речи) – мученики, герои, основатели религий, освободители наций, лидеры-реформаторы – когда-либо становились членами долговечного "Братства Адептов", которых некоторые обвиняли в эгоизме в течение долгих лет. (И это также объясняет, почему от йогинов и факиров современной Индии, большинство из которых сейчас следуют по Пути, но с традициями мёртвой буквы, требуется, если они хотят, чтобы их считали соответствующими требованиям их профессии, выглядеть совершенно умершими   для всех внутренних чувств или эмоций). Несмотря на чистоту их сердец, величие их устремлений, бескорыстное личное самопожертвование, они не смогли бы жить, потому что пропустили тот час. Возможно, временами они пользовались силами, которые мир называл чудесными; они могли придавать силу человеку и смирять природу горячей и верной волей; они могли обладать так называемым сверхчеловеческим разумом; они даже могли знать и общаться с членами нашего собственного оккультного Братства; но, нарочно приняв решение отдать свою жизненную энергию на благо других, а не тратить её на себя, они отказались от жизни; и, умирая на кресте или на плахе, или погибая на поле битвы с мечом в руке, или опускаясь в изнеможении после успешного завершения цели всей жизни на смертные одра в своих кельях, все они одинаково должны возопить: "Или, Или! лама савахфани?"[47]

Пока всё хорошо. Но при наличии воли к жизни, какой бы сильной она ни была, мы видим, что при обычном течении земной жизни агонию смерти нельзя остановить. Отчаянная, вновь и вновь возобновляемая борьба космических элементов – стремление к изменению, – несмотря на волю, которая останавливает их, подобна паре неуправляемых коней, сопротивляющихся решительному вознице, что сдерживает их, в своей совокупности настолько могуча, что даже самые отчаянные усилия нетренированной человеческой воли, действующей внутри неподготовленного тела, становятся, в конечном счёте, бесполезными. Бесподобное бесстрашие самого храброго солдата; самое проникновенное желание страстного влюблённого; ненасытная жажда алчного скряги; не вызывающая ни малейшего сомнения вера самого рьяного фанатика; достигнутая с помощью тренировок нечувствительность к боли самого сурового краснокожего храбреца-индейца или полуобразованного йогина-индуса; наиболее взвешенная философия самого спокойного мыслителя – все равным образом в конце терпят поражение. Действительно, скептики будут утверждать в противоположность истинам, высказанным в данной статье, что в жизни часто видят, как самые мягкие и нерешительные умы и физически слабые тела сопротивляются смерти дольше, чем могучая воля высоко духовного или упрямого в своём эгоизме человека, и железный организм труженика, воина и спортсмена. Но на самом деле, ключ к секрету этих с виду противоречивых феноменов лежит в истинной концепции той самой вещи, о которой мы уже говорили. Если физическое развитие плотной внешней оболочки происходит параллельно и с одинаковым темпом по отношению к развитию воли, то, само собой разумеется, что последняя не может приобрести никакого преимущества, чтобы одолеть её. Обладание оружием с улучшенным заряжающим механизмом одной из современных армий не даст ей полного превосходства, если оно появится также и у противника. Следовательно, те, кто задумывается над этим, сразу поймут, что большая часть тренировки, с помощью которой то, что называют "могучей и решительной натурой", совершенствуется ради своей собственной цели на сцене видимого мира, вызывая необходимость и являясь бесполезной без параллельного развития плотной, так называемой животной, оболочки, короче говоря, нейтрализуется по отношению к обсуждаемой цели, потому что её собственные действия вооружили противника точно таким же оружием. Сила импульса, ведущего к смерти, уравновешивается противостоящей ей волей; накапливаясь, она преодолевает волю и в итоге торжествует. С другой стороны, возможно и такое, что явно нетвёрдая и нерешительная воля, живущая в слабом и неразвитом физическом теле, может настолько усилиться каким-либо нереализованным желанием – иччха (охотой), как его называют индусские оккультисты (например, мать, которая всем сердцем стремится жить ради детей, растущих без отца), что подавит и на короткое время одолеет физическую агонию тела, ненадолго взяв над ней верх.

Отсюда логическим обоснованием непрерывного существования в этом мире будет:

а) развитие воли – настолько могучей, что она способна преодолеть наследственную (в дарвиновском смысле) склонность атомов, составляющих плотное материальное тело, устремляться в определённый период к определённому руслу космических перемен и

б) ослабить конкретные действия этой животной оболочки настолько, чтобы сделать её более податливой для силы воли. Чтобы разбить армию, вы должны её деморализовать и расстроить её ряды.

Значит, это и есть подлинная цель всех обрядов, церемоний, постов, "молитв", медитаций, посвящений и методов самодисциплины, предписываемых различными эзотерическими сектами, от того пути чистого и возвышенного устремления, что ведёт к высшим ступеням Истинного Знания, до страшных и омерзительных испытаний, которым должен подвергнуться приверженец "тёмного пути", не теряя своей уравновешенности. У этих методов есть как преимущества, так и недостатки, ими пользуются как во благо, так и во зло, в них имеются неотъемлемые и второстепенные элементы, каждое по-своему скрывается, обладает своими ритуалами и лабиринтами. Но все они достигают намеченной цели, хотя и разными процессами. Волю укрепляют, подкрепляют, направляют, а элементы, мешающие её действию, деморализуют. Для каждого, кто продумал и связал между собой различные теории эволюции, взятые не из оккультных источников, а из обычных, доступных всем научных учебников: от гипотезы последнего изменения в повадках видов, к примеру, развитие плотоядности у новозеландских попугаев, до глубочайших взглядов, устремлённых назад в пространство и вечность, предлагаемых доктриной "Огненного Тумана", совершенно очевидно, что у них одна основа. Основой является то, что импульс, однажды приданный гипотетическому элементу, стремится к продолжению; и, следовательно, всё "произведённое" чем-то в определённый период и в определённом месте влечёт к повторению в ином времени и в иных местах.

Такова признанная подоплёка наследственности и атавизма. Что к нашему обычному поведению применимо то же самое, явствует из пресловутого примера приобретения хороших или дурных привычек, который, несомненно, настолько же относится к моральному и интеллектуальному миру, насколько и к физическому.

Далее, история и наука прямо заявляют нам, что некоторые физические привычки приводят к определённым нравственным и интеллектуальным результатам. Мир ещё не видывал нации завоевателей-вегетарианцев. Даже во времена древних арийцев мы не находим, чтобы те самые риши, чьи традиции и практики служат нам для познавания оккультизма, когда-либо удерживали касту кшатриев (воинов) от охоты или мясоедения. Заполняя определённое место в государстве в существующих земных условиях, риши так же мало помышляли вмешиваться в их дела, как удерживать тигров в джунглях от следования своим инстинктам. Это не влияло на то, чем занимались сами риши.

Поэтому стремящийся к долголетию должен остерегаться двух опасностей. Ему необходимо беречь себя в особенности от нечистых или животных[48] мыслей. Ибо наука доказывает, что мысль динамична, и сила мысли, развитая нервной деятельностью, распространяясь наружу, может влиять на молекулярную взаимосвязь в физическом человеке. Внутренние   люди[49], каким бы сублимированным ни был их организм, всё ещё состоят из реальных, а не гипотетических частиц и так же подвержены закону, по которому действие имеет тенденцию к повторению, тенденцию возобновлять аналогичное действие в более плотной оболочке, с которой они связаны и в которой сокрыты.

А с другой стороны, некоторые действия могут создавать неблагоприятные физические условия для чистых мыслей, то есть для состояния, необходимого для развития власти внутреннего человека.

Вернёмся к практическому процессу. Нормальный здоровый ум в нормальном здоровом теле может послужить хорошим отправным пунктом. Хотя чрезвычайно сильные и самоотверженные натуры могут иногда отвоевать почву, утерянную в результате умственной деградации или физических злоупотреблений, используя правильные средства под руководством непоколебимой решимости, всё же часто дело может зайти так далеко, что не хватит выносливости для поддержания противоречий настолько долго, чтобы увековечить эту жизнь; хотя то, что на Востоке называют "заслугой" усилия, поможет смягчить условия и улучшить дела в другой жизни.

Как бы это ни происходило, предписанный курс самодисциплины начинается здесь. Вкратце можно сказать, что по сути своей это курс морального, умственного и физического развития, следующих одновременно – одно бесполезно без другого. Физический человек должен стать более эфиризованным и чувствительным; умственный – более проницательным и мудрым; нравственный – более самоотверженным и философски мыслящим. Можно заметить, что любое чувство сдержанности, даже самопривнесённое, бесполезно. Не только вся "добродетель" – результат давления физической силы, угроз или взяток (материального или так называемого "духовного" порядка) – совершенно бесполезна человеку, проявляющему её, с её лицемерием, способным отравлять моральную атмосферу мира, но и желание быть "добродетельным" или "чистым", быть действенным должно быть непроизвольным. Оно должно быть личным импульсом исходящим изнутри, подлинным предпочтением более возвышенного, а не воздержанием от порока из-за боязни закона: не целомудрием, навязанным страхом общественного мнения; не благотворительностью, практикуемой из-за любви к похвале или страха последствий в гипотетической будущей жизни[50].

В связи с доктриной тенденции повторения действий, которая была обсуждена выше, теперь станет понятно, что рекомендованный оккультизмом курс самодисциплины как единственный путь к долголетию является не "фантастической" теорией, имеющей дело с туманными "идеями", а настоящей научно разработанной системой тренировки. Это система, благодаря которой каждая частица нескольких человек, составляющих семеричного индивидуума, получает импульс и привычку делать то, что необходимо для определённых целей своей собственной свободной воли, и делать "с удовольствием". Каждый должен быть научен и совершенен в том, что выполняется с удовольствием. Это правило в особенности касается примера развития человека. "Добродетель" может быть большим благом сама по себе – она может вести к самым грандиозным свершениям. Но для того чтобы стать деятельным, её необходимо практиковать в бодром настроении, без неудовольствия или боли. Как следствие вышеуказанного соображения, кандидат на долголетие, начиная свою карьеру, должен приступить к воздержанию от физических желаний, руководствуясь не сентиментальной теорией "правильно-неправильно", а следующей весомой причиной. Поскольку в соответствии с хорошо известной и в данное время утвердившейся научной теорией его видимая материальная оболочка постоянно обновляет свои частицы, то он, воздерживаясь от удовлетворения желаний, достигнет окончания определённого периода, в течение которого частицы, которые составляли порочного человека, и которым была придана дурная склонность, покинут его. В то же время, неприменение таких функций будет способствовать блокированию входа новых частиц, имеющих тенденцию повторять указанные действия, на место старых. И в то время как это является особым следствием по отношению к определённым "порокам", общим результатом воздержания от "уплотнённых" поступков будет (видоизменяя хорошо известный дарвиновский закон атрофии в результате неприменения) постепенное уменьшение того, что мы можем назвать "относительной" плотностью и сцеплением внешней скорлупы (из-за меньшего использования молекул); в то время как убавление её фактических составляющих компенсируется (как если бы она лежала на весах) увеличением пропуска более эфиризованных частиц.

Какие физические желания необходимо отставить, и в каком порядке? Прежде всего, кандидату необходимо прекратить употребление алкоголя в любой форме; ибо алкоголь, кроме того, что он не несёт ни питательных веществ, ни непосредственного удовольствия (кроме сладости и аромата, который можно испытать, пробуя вино и т. п., где сам по себе алкоголь не является главным) даже самым плотным элементам физической оболочки, вызывает неистовство в действиях, стремительный бег жизни, напряжение которого могут вынести только самые инертные, простые и плотные элементы и который под управлением хорошо известного закона повторного действия (используя коммерческие термины закона "спроса и предложения") будет стремиться притягивать их из окружающей Вселенной, а, следовательно, прямо препятствовать задуманной нами цели.

Далее следует мясоедение, и опять по той же самой причине, но в меньшей степени. Оно увеличивает скорость жизни, энергию действий, неистовство страстей. Это может быть полезным герою, которому предстоит сражаться и умереть, но не стремящемуся стать мудрецом, кто должен существовать и…

Далее по порядку следуют сексуальные желания, так как они, кроме того, что отводят большое количество энергии (жизненной силы) в другие каналы многими различными способами, кроме основного (как, например, растрата энергии при ожидании, ревности, и т. д.), непосредственно притягивают определённое плотное качество первоначальной материи Вселенной просто потому, что наибольшее физическое удовольствие возможно лишь на этой ступени плотности. Наряду с отказом от этих и других чувственных удовольствий (включающих не только желания, называемые обычно "порочными", но и все те, которые хотя обычно и считаются "невинными", всё же имеют свойства потакать плотским удовольствиям, – наиболее безвредные для других и наименее "уплотнённые" являются критерием для тех, от которых следует избавиться последними в каждом отдельном случае) необходимо совершать нравственное очищение.

Также не следует воображать, что "аскетизм", как его повсеместно понимают, может существенно помочь ускорению процесса "эфиризации". Этот фундамент обрушился под многими восточными эзотерическими сектами, а также является причиной их вырождения в дегенерирующие предрассудки. Западные монахи и восточные йогины, думающие, что достигнут апогея сил путём концентрации мысли на области пупка или стоя на одной ноге, практикуют упражнения, не служащие ничему иному, кроме как укреплению силы воли, которая иногда применяется для самых подлых целей. Это примеры однобокого и карликового развития. Бесполезно поститься, пока есть потребность в пище. Исчезновение желания употреблять пищу без ущерба здоровью – вот признак, указывающий, что пищу следует принимать в меньшем и постоянно уменьшающемся количестве до достижения крайнего предела, способного поддерживать жизнь. В конечном итоге будет достигнута ступень, где единственной необходимостью станет вода.

Кроме того, в стремлении к долголетию бесполезно удерживаться от распущенности, пока она владеет сердцем; то же и со всеми прочими неудовлетворёнными заветными томлениями. Самое главное – избавиться от внутреннего желания; а подражать реальному поступку, не сделав этого по существу – это лишь неприкрытое лицемерие и лишние путы.

Точно так же следует действовать с нравственным очищением сердца. Самые "низменные" наклонности должны исчезнуть первыми, затем все остальные. Сначала алчность, затем страх, зависть, мирская гордость, отсутствие сострадания, ненависть; последней одна за другой уходят амбиция и любопытство. Укрепление более эфиризованных и так называемых "духовных" частей человека должно осуществляться одновременно. Размышляя от известного к неизвестному, необходимо практиковать и поощрять медитацию. Медитация есть неизречённое страстное желание внутреннего человека "устремляться в беспредельность", что в стародавние времена являло собой истинный смысл преклонения, но у которой сейчас нет синонима в европейских языках, ибо медитации на Западе больше не существует, а слово, обозначавшее её, было искажено до выдуманного притворства, известного как молитва, восславление и покаяние. На всех ступенях тренировки необходимо сохранять уравновешенность сознания – убеждённость в том, что всё в космосе должно быть в порядке, как и с вами, частью его. Процесс жизни по возможности не следует ни торопить, ни замедлять; поступив иначе, вы можете принести благо другим, возможно, даже себе в иных сферах, но это ускорит ваш конец в этой.

Также не стоит пренебрегать внешними элементами на первой ступени. Помните, что адепт, хотя его "существование" и внушает обычным умам идею того, что он бессмертен, всё же уязвим для сил, приходящих извне. Тренировка для продления жизни сама по себе не страхует от несчастных случаев. При физической подготовке всё ещё можно пострадать от удара меча, болезни или яда. Этот случай очень чётко и красиво описан в "Занони", он там представлен правильно и должен быть именно таким, иначе всё "адептство" есть беспочвенная ложь. Адепт может быть более защищён от обычных опасностей, чем обычный смертный, но он находится в таком положении благодаря своему превосходящему знанию, спокойствию, хладнокровию и проницательности, которые помогают ему приобрести его продлённое существование и необходимые сопутствующие обстоятельства, а вовсе не какой-то запас силы в самом процессе. Он в безопасности, насколько человек с ружьём находится в большей безопасности, чем беззащитный бабуин; но не в безопасности в том смысле, когда думают, что дэва (бог) более защищён, чем человек.

Если это так по отношению к адепту высокой ступени, насколько же неофиту более необходимо быть не только защищённым, но и самому использовать все возможные средства, чтобы обеспечить себе необходимую продолжительность жизни для завершения процесса овладения феноменом, который мы называем смертью! Можно спросить: почему его не защищают более продвинутые адепты? Возможно, они это и делают до некоторой степени, но ребёнок должен научиться ходить без посторонней помощи; лишить его зависимости от своих собственных усилий в отношении безопасности – значит разрушить элемент, необходимый для его развития, – чувство ответственности. Какая отвага или мужество потребуется от человека, посланного сражаться, если он вооружён абсолютным оружием и облачён в непробиваемую броню? Поэтому неофит должен пытаться, насколько это возможно, исполнять каждый истинный канон гигиены, прописанный современными учёными. Чистый воздух, чистая вода, чистая пища, легкие упражнения, упорядоченное время, приятные занятия и окружение – все они, даже если и не обязательны, всё же служат его развитию. Именно чтобы создать себе такие условия, какие могут дать безмолвие и уединение, боги, мудрецы, оккультисты всех веков уединялись, насколько это было возможно, в тихие уголки своей страны, прохладную пещеру, лесную глушь, простор пустыни, горные высоты. Разве это не наводит на мысль о том, что боги всё время любили "возвышенные места" и что сегодня верховная часть оккультного Братства на Земле живёт на самом высокогорном плато планеты?[51] Также неофит не должен пренебрегать помощью медицины и правильной диеты. Он всё ещё обычный смертный и нуждается в помощи такого же обычного смертного.

"Однако предположим, что все требуемые условия или те, которые будут пониматься как требуемые (поскольку особенности и разнообразия необходимого режима слишком многочисленны, чтобы их здесь перечислять), исполнены – каким будет следующий шаг?" – спросит читатель. Что же, если не происходило никаких рецидивов или небрежности в указанных действиях, то последуют физические результаты.

Во-первых, неофит получит больше удовольствия от чистого и духовного. Постепенно грубая и материальная деятельность станет не только нежеланной и запретной, но просто и в буквальном смысле отталкивающей для него. Он станет испытывать больше удовольствия в простых ощущениях, получаемых от природы, – то чувство, которое человек помнит из детства. Ему станет легче на сердце, появится ощущение уверенности и счастья. Пусть он остерегается, чтобы чувство заново начавшейся молодости не сбило его с пути, иначе он рискует пасть в свою прежнюю, более низменную жизнь и даже в ещё большую бездну. "Действие равно противодействию".

Далее у него начнет пропадать желание употребления пищи. Пусть его отпускают постепенно – голодания не требуется. Употребляйте то, что вы считаете необходимым. Желанная пища будет самой чистой и простой. Обычно наилучшими станут фрукты и молоко. Затем, поскольку до сих пор вы упрощали качество вашей пищи, постепенно, очень постепенно, насколько вы можете это делать, уменьшите её количество. Вы спросите: "Может ли человек существовать без пищи?" Нет, но прежде чем вы посмеётесь над этим, задумайтесь о природе процесса, на который указывалось. Общеизвестно, что у многих самых низших и простейших организмов отсутствует функция испражнения. Ришта[52] хороший тому пример. У неё довольно сложный организм, но отсутствует выводящий тракт. Всё, чем она питается – наиболее бедные субстанции человеческого тела, – используется для её роста и размножения. Живя в человеческой ткани, она не вводит в неё переваренную пищу. Человек-неофит на определённой стадии развития отчасти находится в аналогичных условиях, лишь с той разницей, что его функция испражнения действует, но через поры кожи, через которые также проходят эфиризованные частицы материи, чтобы способствовать его поддержке[53]. Иными словами, всей пищи и воды хватает лишь, чтобы поддерживать в равновесии те плотные части его физического тела, которые всё ещё остаются для восстановления выделения эпидермиса посредством крови. Позже процесс развития клеток в его оболочке претерпит изменение; изменение к лучшему, обратное этому изменение к худшему происходит при болезни – он весь станет живым и чувствительным и будет извлекать питание из эфира (акаши). Но этот период у нашего неофита ещё далеко впереди.

Возможно, задолго до того, как наступит этот период, появятся другие результаты, которые покажутся непосвящённому не менее удивительными и даже невероятными, и дадут нашему неофиту мужество и утешение в его трудной задаче. Было бы трюизмом повторять то, о чём раз за разом говорили (не зная реальной подоплёки) сотни и сотни писателей относительно счастья и удовлетворения, даруемых чистой и непорочной жизнью. Но часто в самом начале процесса происходит какой-нибудь реальный физический результат, который неофит не ожидал и о котором не задумывался. Затяжная болезнь, до сих пор считавшаяся неизлечимой, может отступить; или он сам может развить в себе целительные гипнотические силы; или же его может привести в восхищение неведомое прежде обострение чувств. Причина этих явлений, как мы уже сказали, не трудна для понимания и не является чудом. Во-первых, внезапное изменение в направлении жизненной энергии (которую, как бы мы ни рассматривали её происхождение, признают все школы философии как редчайшую движущую силу) должно произвести некоторые результаты. Во-вторых, теософия показывает, как мы прежде заметили, что человек состоит из нескольких тел, проникающих друг друга, и в соответствии с этим взглядом (хотя и очень трудно выразить эту идею словами) будет вполне естественно, что поступательная эфиризация наиболее плотного и грубого сделает более свободными и остальные. Эскадрон будет остановлен толпой, и ему придётся с большим трудом пробиваться через неё; но если каждый из толпы мог бы внезапно стать призраком, то мало что могло бы его сдержать. И поскольку каждая внутренняя сущность более разреженная, активная и летучая, чем предыдущая, и каждая связана с различными элементами, пространствами и свойствами космоса, о которых трактуют другие статьи по оккультизму, разум читателя может представить – хотя перо автора не могло бы выразить это и в десяти томах – великолепные возможности, постепенно раскрывающиеся перед неофитом.

Неофит может воспользоваться многими из указанных возможностей для собственной безопасности, забавы или блага окружающих; но то, как он это делает, приспособлено к его подготовке – это часть испытания, которое он должен пройти, и злоупотребление этими силами, разумеется, приведёт к их потере как к естественному результату. Иччха (или желание), заново вызванное открывающимися перспективами, замедлит или отбросит назад его продвижение.

Но есть и другая часть Великой Тайны, на которую мы должны указать и которую сейчас, первый раз в долгой цепи веков, позволяют раскрыть миру, поскольку час для этого настал.

Образованному читателю не стоит напоминать, что одно из великих открытий, сделавших имя Дарвина бессмертным, – это закон, что у организма всегда присутствует склонность повторять в аналогичный период своей жизни действия родителей, всё более полно и точно по отношению к их близости на шкале жизни. Одно из следствий отсюда – то, что, в общем, живые существа обычно умирают (в среднем) в том же возрасте, в котором умирают их родители. Верно, что существует огромная разница между фактическими возрастами, когда умирают представители любого вида. Болезнь, несчастные случаи и голод – основные причины, приводящие к смерти. Но в каждом виде существует хорошо известный предел, внутри которого лежит жизнь расы, и не известно, чтобы хотя бы один из представителей прожил дольше. Это применимо к человеку в такой же степени, как и к другим видам. Предположим, что человек с обычным телом следовал всем возможным гигиеническим нормам и избежал всех несчастных случаев и болезней, но в каком-нибудь особом случае всё же настанет время, как это известно врачам, когда частицы тела почувствуют наследственную склонность сделать то, что неизбежно ведёт к смерти, и подчинятся ей. Любому мыслящему человеку будет ясно, что если однажды каким-нибудь образом полностью миновать эту критическую точку, последующая опасность "смерти" будет в равной пропорции уменьшаться по прошествии времени. Это как раз то, что обычные, нетренированные ум и тело не могут сделать, но иногда возможно для воли и телосложения того, кто был специально подготовлен. У него присутствует меньшее количество наиболее плотных частиц, чувствующих наследственную предрасположенность, что является помощью усилившегося "внутреннего" человека (чьё обычное существование всегда намного дольше даже в случае естественной смерти) видимой внешней оболочке, и есть также натренированная и непреодолимая Воля, чтобы направлять и владеть и тем, и другим[54].

Начиная с того времени направление, в котором продвигается кандидат, проясняется. Он покорил "Стража Порога" – наследственного врага его расы, и хотя он всё ещё не защищён от новых опасностей на пути своего продвижения к нирване, победа окрашивает его щёки румянцем, и с новой уверенностью и с новыми силами, чтобы вновь добиться её, он может упорно двигаться вперёд, к совершенству.

Следует помнить, что природа везде действует в соответствии с законом и что процесс очищения, который мы описываем в видимом материальном теле, также происходит во внутренних телах, невидимых учёному, в своих видоизменённых формах. Всё изменяется, и метаморфозы более эфиризованных тел копируют, хотя и в последовательно возрастающей длительности, развитие более плотного тела, приобретая всё более широкий спектр связей с окружающим космосом, пока наиболее утончённая индивидуальность не сливается в конечном итоге в нирване с БЕСПРЕДЕЛЬНЫМ ЦЕЛЫМ.

Из вышеуказанного описания процесса следует вывод, почему адептов так редко видят в обычной жизни; ибо наравне с эфиризацией своих тел и развитием сил возрастает во всё большей степени неприязнь и, так сказать, "презрение" к обычным мирским делам. Подобно беглецу, благополучно избавившемуся от мешающих ему предметов, начиная с самых тяжёлых, кандидат, избегающий смерти, оставляет всё, за что последняя может ухватиться. В поступательном отрицании помогает всё, от чего избавляются. Как мы уже сказали, адепт не становится "бессмертным" в обычном понимании этого слова. К тому времени, когда граница смерти его расы пройдена, он действительно мёртв в обычном смысле – он освободился от всех или почти всех материальных частиц, которые при распаде непременно повлекли бы агонию умирания. Он умирал постепенно, в течение всего периода своего посвящения. Развязка не может происходить дважды. Он просто растянул на ряд лет постепенный процесс умирания, который у других длится от краткого мгновения до нескольких часов. Высочайший адепт фактически мёртв для мира и не замечает наш мир: он не обращает внимания на свои удовольствия, его не волнуют собственные невзгоды в духе сентиментальности, ибо неумолимое чувство ДОЛГА никогда не позволит ему забыть о самом его существовании. Новые эфирные чувства, открывающие более широкие сферы, относятся к нашим чувствам во многом так же, как последние к бесконечно малому. Возникают новые желания и удовольствия, новые опасности и препятствия с новыми ощущениями и восприятиями; и далеко внизу в тумане, буквально и образно, лежит наша маленькая грязная Земля, оставленная позади теми, кто на деле "покинул её, чтобы присоединиться к богам".

И из этого также станет понятно, насколько глупо ведут себя люди, которые просят теософов "поспособствовать их коммуникации с высочайшими адептами". Только с величайшим трудом можно подвигнуть кого-либо из них нарушить собственное продвижение вмешательством в мирские дела. Рядовой читатель скажет: "Это не богоподобно. Это верх эгоизма…" Но пусть он поймёт, что адепт, стоящий на очень высокой ступени, взяв на себя труд по изменению мира, непременно должен будет подвергнуться воплощению. И является ли результат всего того, что уже делалось, достаточно обнадеживающим, чтобы побудить к повторной попытке?

Глубокое обдумывание всего написанного нами даст теософам представление, что они требуют, прося предоставить им возможность практического овладения "высшими силами". Ну что же, здесь – выражаясь настолько ясно, насколько это способны передать слова – ПУТЬ… Способны ли они ступить на него?

Не следует скрывать, что неожиданные для простого смертного опасности, соблазны и враги также преграждают путь неофита. И не ради прихоти, а по той простой причине, что он, на деле приобретающий новые чувства, ещё не имеет опыта их использования, и никогда прежде не видел того, что видит теперь. Человек, рождённый слепым и внезапно наделённый зрением, не сразу поймёт относительность расстояния и, подобно ребёнку, однажды может вообразить, что достанет Луну, а в следующий раз схватит тлеющий кусок угля с самой безрассудной уверенностью.

А что, позвольте спросить, может компенсировать это отрицание всех удовольствий жизни, хладнокровный отказ от всех земных интересов, это преследование неизвестной цели, кажущейся всё более и более недосягаемой? Ибо, в отличие от некоторых антропоморфных учений, оккультизм не предлагает своим приверженцам вечно продолжающийся рай материальных удовольствий, в котором человек сразу же очутится, стремительно перескочив через могилу. Как часто оказывалось на практике, многие были бы готовы умереть прямо сейчас ради рая в загробной жизни. Но оккультизм не предлагает такой перспективы дешёвого и сразу же обретаемого бытия в безмерном удовольствии и мудрости. Он только обещает его продление, простирающееся через последовательные арки, скрытые завесами, в беспрерывно восходящем ряду вдоль длинной аллеи, ведущей к НИРВАНЕ. Это продвижение также обусловлено необходимостью того, что новые силы подразумевают новую ответственность, и что способность получать большее удовольствие подразумевает возрастающую чувствительность к боли. Единственный ответ, который можно дать на это, имеет две стороны:

(1) осознание силы есть наиболее утончённое удовольствие само по себе и беспрестанно удовлетворяется в продвижении вперёд новыми средствами её применения и (2), как уже было сказано, – ЭТО единственный путь, где существует хотя бы малейшая научная вероятность избежать "смерти", обрести вечную память, приобрести абсолютное знание и возможность огромной помощи человечеству, как только адепт благополучно пройдёт поворотный пункт. Физическая и метафизическая логика требует и утверждает тот факт, что часть может познать целое только через постепенное проникновение в бесконечность; и если сейчас что-то может лишь чувствовать, знать и наслаждаться ВСЕМ, то для затерявшегося в Абсолютном Целом, в вихре этого Неизменного  Круга, где наше знание становится невежеством, само это ВСЁ отождествляется с НИЧЕМ.

Перевод В. И. Мызникова


В. Д. Харрисон ПОКАЗАНИЕ ПОД ПРИСЯГОЙ | Эликсир жизни | Е. П. Блаватская ЭГОИСТИЧНО ЛИ ЖЕЛАНИЕ "ЖИТЬ"?