home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Начало 2001 года

С конца 2000 года для меня стало явным ослабление авторитарной власти «братьев», хотя я ещё не знал о планах Олега о чистках. Интуиция и какое-то развитое в эти годы чутьё говорили об опасностях, пусть и не лично для меня, и моих близких, но всё же существующих в окружающих меня границах. Это странное ощущение имеет практическое объяснение в неоднократно доводимых до обоих братьев мерах, принимаемых мною для личной безопасности, и они прекрасно понимали, что имеющийся бампер обязательно даст знать о приближении угрозы. И, лишь только её почувствовав (а это одно из моих кредо), я буду действовать быстро, жёстко и на опережение, как с Гусятинским. Мало того, с этого момента обнаружить меня будет невозможно, также, как и защититься, важно только, сколько всё займёт времени. Чтобы это произошло, достаточно было появиться лишь тени подозрений. Думаю, что в отношении меня, в силу сложившихся между мной и Андреем отношений, брата он не поддерживал, но и не мешал — пусть идёт, как идёт.

На его месте подобное поведение, может быть, и правильно.

Рисковать не хотелось, лучше было положиться на мои умения, терпение и качества характера, уповая, что псе останутся на свободе. К тому же успокаивали мои нелюбовь тусовкам, сборищам и известное желание со временем раствориться. А где это можно сделать лучше, чем в почти 20-миллионном мегаполисе с равнодушными людьми и коррумпированными структурами, где ты не выделяешься среди иностранцев и знаешь все нюансы языка, поведения, характеров, а также спецслужбы. Что называется — в своём огороде и лопух защита.

И всё же задачи ставились, но отношение моё к ним было уже совсем иным. Скажем, я совершенно спокойно отнёсся к просьбе подготовить и передать винтовку на свой вкус для работы в одной европейской стране. Позже было уточнение — Будапешт. Имя предполагаемой цели — «Михась». Выполнил это с почти полной уверенностью, что всё либо затянется, либо отложится, и всё равно погаснет. Так и произошло через несколько месяцев. Любимый мною мелкокалиберный ствол вернулся обратно. Ради интереса, я проверил его на предмет использования и убедился, что он чист.

Дело в том, что отдавая «в неизвестность» оружие, после пристрелки и тренировки я ставил визиры на оптическом прицеле: «вверх — вниз», «вправо — влево» в особое положение и под каждым из их колпачков оставлял характерный «признак», который при вскрытии пропадал. И если человек пользовался стволом без пристрелки, то, соответственно, мазал, а если всё же пристреливал сам, то на 99,9 % не обращал внимания на стоящую комбинацию. Так и получалась одновременно и проверка, и страховка. Конечно, были и вторичные факторы, например, использование большого количества смазки именно таким образом, как я привык, отмечая некоторые места, где смазку перед применением, соответственно, снимаешь полностью. То есть, каким бы аккуратным ни был стрелок, я всё равно бы узнал о применении им оружия и задумался бы о причинах его возврата и возможных последствиях. Ну, а если кто-то не мог сам пристрелять и хотел использовать оружие по мне, то, как я уже писал — вряд ли попал бы.

Следующая задача касалась бывшего предпринимателя, из-за показаний которого ещё в 1992 году появились первые мои проблемы: та самая квартира, снятая на мой паспорт, два освобожденных заложника, о которых я и не знал, хотя об одном из них мог подозревать, так как сам занимался поисками и его «вывозом». Об этом я уже написал в самом начале. После закрытия дела «органы» ему помогли со сменой места жительства, документами и работой.

Квартира, где он жил, была зарегистрирована на другого человека, а из родственников какие-то покинули этот мир, какие-то переехали, а кто-то прекратил общаться. Олег искал его пару лет, все безуспешно, настала и моя очередь решать эту задачу. Видимо, мой алгоритм поиска несколько отличался не столько мерами, сколько скрупулёзностью анализа, вниманием и терпением, я мог часами просчитывать один номер телефона по «тринькам», записанным на носители, тогда как другие бросали подобное занятие после двух-трех попыток.

Через пару месяцев, выйдя на него, решил сначала понаблюдать и послушать. Вадим Деменков работал ночным сторожем на элитной автостоянке в центре Москвы, на проспекте Сахарова, добирался туда от Кутузовского проспекта на электричке, а путь до станции лежал по заросшей тропинке вдоль железнодорожного пути. День ого начинался с чекушки водки, ей же и заканчивался. Ещё через пару недель стало понятно, что он не представляет опасности, хоть, возможно, и помнит кого-то из нас тогдашних, но говорить точно ничего не будет, а если и станет, то вряд ли узнает, слишком многое за девять лет изменилось. Судьба его, покалеченная неудавшимся предпринимательством, плавно переросшим в мошенничество, наверное, таким же семейным положением, омрачилась алкоголизмом — он, ещё не старый, но больной, доживал со своей супругой последние годы, я решил его оставить на добрую волю, доложив, что так и не смог его найти. Позже следствие выяснило, что он скончался в 2005 году от цирроза печени в одной из московских больниц.


Семьи | Ликвидатор. Книга вторая. Пройти через невозможное. Исповедь легендарного киллера | * * *